Ночь темных сказок.

Смерть это лишь трансформация. Мы рождаемся и умираем в одиночестве. И нет никого, кто был бы рядом столь непростое время. Или... Пока мы рождаемся, неизменно мы связаны с матерью. Пока мы умираем, нас окружают ли близкие? Но не тот, ни другой момент мы не помним и не ощущаем, а вместе с нами этот процесс не проходит никто. Смерть индивидуальна у каждого. Какой-нибудь прославленный воин умрёт, пораженный клинком. И никто в этот самый момент даже не заметит, что на поле битвы умер ещё один, одновременно так дорогой всем и позабытый, когда вокруг лишь смерть. Нищий, встречающий смерть на улице станет лишь обузой окружающих, ведь тело будет валяться на пути, словно его тут и не должно быть. Его будут пинать, пока кожа начнёт гнить. В лучшем случае - найдется кто-то с добрым сердцем, кто похоронит, а нет же, так скинут в яму, прямо к протухшей капусте. Есть ещё те, кто умирает в кругу близких, чья смерть окружена людьми, но хоть один разделяет те же мысли и ощущения? Им важнее всего ваши слова о том, кто станет наследником или где хранится драгоценная реликвия. Они никогда не будут вместе с вами с момента небытия. Люди всегда боялись смерти. Боятся до сих пор. И бояться будут всегда. Никто с того света не вернётся и не расскажет какого это, умирать. Но каждый будет верить, что после смерти их ждёт лучшая жизнь. Для кого-то это "Рай", подстать их религии, для кого-то это просто перерождение в новом теле старой души, для кого-то это попадание в залы славы, что бы в конечном счёте умереть заново. В каком то из образов жизни и вероисповедании нам говорят бояться смерти, в каком то утверждают что не нужно бояться и вообще хоть что-то испытывать, а есть те, кто радуется искренне тому, что умирают. И в последний казалось раз, мать заходит с этими словами к детям, пока они весело играют, давая понять, что сейчас будет рассказываться важная сказка. Брат с сестрой разошлись по своим кроватям, готовясь слушать новый жизненно важный урок. В их глазах светился интерес, ведь начало уже интриговало, но заканчивать вступление мать не планировала, надеясь, что собственное воображение приведёт сказку в нужное русло, что она сможет преподать новую мораль правильно. —Помните, каждый из нас не вечен. У каждого рано или поздно будет момент, когда он не проснётся. Этот момент мы проживаем по одиночке и не знаем, что мы чувствуем. Больно лишь тем, кто был нам дорог. —Но мам, жизнь ведь заканчивается на этом... — Смело сказала девочка, грустными глазами смотря на свою матушку, будто бы представила всё как на яву. —Вы не должны воспринимать смерть как завершение. Это лишь трансформация, кто знает, может быть вы будете пировать в Вальхалле после неё. А может встретитесь с почившими праотцами? Но как бы много у вас не было близких, этот процесс вы пройдёте одни. Жил на свете мужчина, уже давно и не молод был, а всё он воевать не любил. И было у него два сына и дочь, да к тому же и своя матушка была жива. Сыновья красавцы были, славные, да завидные, а дочь же, словно цветок, нежная. Любил их сильно, всегда они родителя своего поддерживали. Как и его самого всегда его матушка поддерживала. Кормилец, как-никак. Был он кузнецом, так что и жил в достатке. Всегда спрос был на новые мечи, али подковы конные. Спокойным был, да справедливым, словно скала какая. И никто не знал, что же в его голове кроется. Не знал он и сам, во что стоит верить и что знать. Точно понимал одно - не дадут ему близкие и родные сгинуть одному, непременно спокойно момент тот встретит. А уж что его после смерти ждёт, того не знал, не гадал, не предсказывал. В спокойное он время по земле ходил. Но кто же думал, что всё легко может перевернуться с ног на голову. Старший сын в дружине служил, да первым о нападении узнал. Первым же и на поле брани погиб. Но упёрто верил он в то, что смерть - не последняя точка в жизни. Так и нашли его тело, с улыбкой на устах. Началась война. Серьезный противник был, сильный. Мужиков призывали через одного на фронт, долг родине отдавать, служить и оберегать земли. Но не многие знали, что не умирали спокойно солдаты. Да по ночам там оживает мертвый легион, ходят они, не упокоились с миром, а живых оттого поглотить желают. А битвы отчего-то все, на одном единственном поле проходили. И трупы днём вместо земли лежали, ступали по ним ноги живых, да поверх свежие тела падали. Вороны черные, словно сама смерть, летали над тем полем. А как полк очередной направлялся к месту погибели, так мудрые птицы за ними следовали. Так и отправился на место поганое и мужик тот, кузнец деревенский. Знал, что сын его там старший похоронен под небом серым. И поднимая глаза на небо, отчётливо он птиц видел, что стаей, будто насмехаясь, каркали, стоило им на ветки деревьев без листвы опуститься, да крылья сложить. Долгой та битва была. Весьма изматывающей, до самой ночи длилась. Немногие вороги, немногие свои выжили до того, как луна взошла. Всего дюжина их, защитивших границы свои, осталась на поле том. Отдышаться пытаясь и кровь с лица стерев, смотрел вверх кузнец тот. А в кармане его платок был, сшитый матушкой и доченькой, не вытаскивая, руку к карману приложил, всё небо оглядывая. А в небе луна из-за тучи выходит... Крики в полуночи послышались, страшнее, чем днём. Мертвецы вылазили. Встречал рассвет один лишь кузнец этот. В одежде, что подрана была сильно, уже не оставалось жизненных сил у того, кто среди ночи сына своего, больше луны назад павшего, клинком зарубил. Да сам пал. А всё в небо смотрел. —Черный ворон... Что ж ты вьёшься над моей головой? Ты добычи не дождёшься... Чёрный ворон, я не твой. И видел он, как в тот момент спустился к нему вестник смерти, крыльями махал тот, перья выпуская. Смотрит, а в несколько мгновений ворон в сына превращается, руку к отцу тянет, да улыбается. В глазах мутнеет. Моргает мужик, а наваждение не проходит, лишь вместо первого сына там дочь стоит. Вновь руку тянет, улыбаясь. Моргнул снова мужчина, а всё равно как в тумане очутился. Глядит, а уже и другая дева перед ним, глаз из-за шлема не видно, но красивая, словно рассвет утренний. Закрыл глаза, а открыв в последний раз не увидел никого и ничего. А никто так и не узнал, попал ли он в чертоги, али канул в небытие. Смерть наступила в одиночестве. Уж много лет прошло со дня той сказки, с не лучшим концом, с не лучшим содержанием. Да, возможно рассказ княжны был скучен и мелочен. Но ведь гораздо важнее, что она сказала до и как поведала сию мораль. Сыну сказка не понравилась, он молод, да горяч, вообще не хочет верить что умрёт когда-то. Просто закутался в одеяло, да уснул, о прошлом родителей размышляя и мысли о погибели отгоняя. Дочери непонятно было, ей грустно от сказки стало, а потому тоже не понравилось, хоть и напрямую так матери не скажет, посчитав, что обидеть может. Свернулась она калачиком, да тоже уснула, хоть и не сразу. Княжне хоть и самой не очень была сказка, но поцеловав детей, она вышла из комнаты. Размышляя, что это рассказать было нужно, уж много она смертей повидала, а рассказать должна. И умирая, хоть и в одиночку, даже не важно как, каждый из этой семьи будет помнить одну простую фразу, говоря её самому себе. —Спокойной ночи.