Prince of Bones

      — Драгоценный затонул.       Мать Сонхва тихо вздохнула. Она сидела напротив них вместе с Тикки, которая то и дело высовывала язык и корчила рожицы. Сонхва отвечал ей тем же, когда это было уместно, и его мама нежно улыбалась, смотря на них. Хонджун же мирно хлебал суп.       Хонджун чувствовал, как Сонхва поправлял одеяло на его плечах всякий раз, когда оно начинало соскальзывать, и перебирал пальцами мягкие волосы на его затылке. Хонджун лишь благодарно мычал. Он постепенно снова привыкал к его вниманию.       — И что ты собираешься делать теперь? Откуда возьмёшь новый корабль?       — Найду своего друга в соседнем городе, он плотник. Пока он будет работать, я отправлюсь на поиски своей команды на материк и ближайшие острова. Нас разделил шторм.       Если он правильно рассчитал, шторм случился примерно неделю назад. Члены его экипажа могли оказаться где угодно, могли быть сильно ранены, и он должен как можно скорее найти их, хотя ему очень хотелось остаться в тёплом доме Сонхва навсегда и наслаждаться его заботой. Встреча с Тикки тоже в разы подняла его настроение.       Сонхва взглянул на свою маму. Тикки тихо играла со своей плюшевой игрушкой.       — Могу я пойти с тобой? Мне хочется увидеться с остальными и провести время вместе... — еле слышно пробормотал Сонхва, и Хонджун поднял голову, наблюдая за тем, как зажжённые рядом свечи отбрасывают мягкие блики на тёмные волосы Сонхва. Тикки заставила Джуна танцевать с тенями, которые создавало пламя.       Хонджун посмотрел на мать Сонхва, надеясь на её одобрение. Сейчас она была главной, и как бы его сердце не было счастливо из-за вопроса Сонхва, задал он его слишком не вовремя.       Удивительно, но она только пожала плечами, наливая ещё порцию супа в тарелку Хонджуна.       — Кто я такая, чтобы отказывать тебе? Сонхва сияет от счастья весь вечер, и я помню, что уже два раза он возвращался вновь. Начните новое приключение. Вы ещё так молоды.       Сонхва едва не вскочил со стула после её слов и быстро кивнул. Хонджун лишь загадочно улыбнулся в тарелку, продолжая есть.       — Я тоже пойду с вами! — громко объявила Тикки, сразу же вставая, чтобы начать собирать свои вещи, но мама Сонхва мягко поймала её за талию и притянула обратно.       — Нет, юная леди. Мы останемся здесь и позаботимся о них, когда они вернутся к нам все в ранках и синяках!       Тикки внимательно осмотрела Сонхва, будто решая, стоит ли он её хлопот, хотя Хонджун заработал её одобрение достаточно быстро.       — Тогда в следующий раз пойдём мы, а эти двое останутся здесь нас ждать! — она отбросила волосы назад, и Хонджун чуть не выплюнул суп, отчаянно стараясь не засмеяться вслух. Она была по-настоящему бойкой девчонкой. А сейчас, может быть, и ещё больше после её воспитания матерью Сонхва.       Хонджун выпрямил спину, когда почувствовал, что Сонхва обхватывает своими ногами его ногу, согревая прохладную кожу. Он хотел протянуть руку и обхватить изящные пальцы Сонхва, но был не уверен, как далеко может он зайти после такого большого промежутка времени, когда они не были вместе. Прошло гораздо больше, чем они провели рядом друг с другом, и Хонджун сомневался в его чувствах (хотя все те поцелуи между ними говорили об обратном).       Так что вместо этого он лишь скопировал движение Сонхва. Он услышал, как тот счастливо выдохнул, и радость затеплилась в его груди.       — Хорошо, милая. Может, мне привести свою подругу, которая живёт неподалёку? Она очень хороший врач, — с тревожным выражением лица обратилась к Хонджуну мама Сонхва, кивком указав на его изувеченные уши. И как только она напомнила об этом, резкая боль пронзила несколько мест на ушной раковине, заставив его тут же прикрыть оба уха руками.       Уже когда он был ослаблен кораблекрушением и побегом от солдат флота, от которых трудно было отвязаться, его нашли разбойники. Они пытались вытащить его побрякушки обычным способом, но теперь можно было видеть, в какой момент их терпение иссякло. На левом завитке уха не доставало кусочка плоти, который они вырвали вместе с двумя украшениями, и от обеих мочек тянулись вниз глубокие разрезы – так они сорвали с него серьги. Всё заживёт, но от осознания этого факта раны болели не меньше.       Вдобавок у него теперь не было мизинца на левой руке, и культя выглядела совершенно отвратительно: покрытая струпьями кожа окрасилась в жёлтый и чёрный, и даже Сонхва не смог отмыть это, как бы не пытался. Когда он подносил обрубок слишком близко к носу, от него ужасно воняло, поэтому Хонджун был только рад нанести мазь и перевязать его.       С этого момента он будет осторожнее с кольцами.       — Всё будет в порядке, спасибо вам. Прямо сейчас мне бы хотелось просто поспать. Спасибо за прекрасный ужин.       — Это же обычный картофельный суп с хлебом.       — Он всё ещё замечательный, — Хонджун лучезарно улыбнулся, увидев, что она вздохнула в знак поражения, когда заметила, насколько его улыбка была похожа на улыбку Тикки.       — Хорошо. Мальчики, вы можете занять кровать, а мы с Тикки вместе поместимся на скамье, — женщина встала, чтобы убрать со стола, и Сонхва сразу поднялся вместе с ней. Тикки принялась канючить.       — Нееет, почему, мы же всегда спим вместе, просто заставь папу спать на Ддонхва!       Хонджун с удивлением смотрел на неё, откинувшуюся на спинку стула самым драматичным образом.       Она зло зыркнула на него, когда он посмел усмехнуться.       — Когда я сплю с Сонхва, я всё время целую его. Сможешь ли ты пережить это? — шутливо дразнил он её, наблюдая, как она скривила лицо. Сразу после мама Сонхва ткнула локтем прямо под рёбра своего сына, заставив его ярко покраснеть. Хонджун был вне себя от радости, что он не утратил эту очаровательную особенность.       — Но, честно говоря, вам не стоит так беспокоится. Я сам лягу на скамье, все равно это будет лучше для моих ран, — сказал Хонджун чуть громче, чтобы мама Сонхва его услышала. В следующую секунду она просто пожала плечами, соглашаясь.       Так что они устроились по его предложению. Он накрылся запасным одеялом, в то в время как остальные улеглись на матрасе. Тлеющие под кухонной плитой брёвна поддерживали приятное тепло.       Наконец Хонджун позволил себе немного отдохнуть, избавляясь от постоянного волнения о своей команде и будущем.

----------- ✶ -----------

      Хонджун проснулся из-за птиц, щебечущих песенки на крыше дома. Он открыл глаза и прислушался, чувствуя себя отдохнувшим как никогда раньше. Теперь он точно был готов отправиться на поиски своей команды и не мог дождаться, чтобы провести много времени с Сонхва. Может, он уже женился? Если его жена не жила с ним, то неудивительно, что он сорвался, снова встретившись с Хонджуном.       Он действительно хотел знать, что случилось с пекарем за эти два года, и эта мысль была неожиданной для него. По обыкновению его никогда не заботили истории из жизни людей, с которыми он спал.       Но, конечно, Сонхва был не таким, как все. Он с самого начала был чем-то большим.       Хонджун повернул голову, заглядывая через стол в спальный уголок, где место Сонхва было свободно и лишь Тикки глубоко спала с Джуном в руке и близко прижималась к своей бабушке.       Хонджун встал и тихо вышел.       Он нашёл Сонхва в нескольких метрах от их дома, тот стоял рядом с конём и что-то бурно с ним обсуждал. Его губы изогнулись в знакомой полуболезненной-полусчастливой улыбке, и она была ещё более эмоциональной из-за того, как он сдвинул брови. Его как будто что-то мучило.       Не привлекая к себе внимания, Хонджун подошёл ближе, медленно прогуливаясь по лугу, глядя на океан, видневшийся далеко на горизонте. Часто ли Сонхва ждал здесь и надеялся увидеть его? Долго ли он ждал? Хонджун может поклясться, что провёл уйму времени, рассматривая звёзды, думая о нём.       — ... и я понятия не имею, как это сделать! Я не могу просто подойти к нему и сказать "эй, кстати, не мог бы ты быть так любезен  нагнуть меня над ближайшей плоской поверхностью", потому что его раны ещё не зажили и я не хочу быть слишком настойчивым! Я даже не знаю, чувствует ли он до сих пор то же самое, и что если у него появилось ещё трое детей или он женился на Ёсане или что-нибудь такое?! Боже, я вообще узнаю Ёсана, когда снова увижу его? Скорее да, чем нет?       Сонхва явно был взволнован, с усилием чистя красивую шерсть коня, доводя её до совершенства, и Хонджун непроизвольно улыбался, глядя, как он жестикулирует и слишком эмоционально болтает сам с собой. Очевидно, он смутил его своим внезапным появлением поблизости от их поселения.       Так что когда он беззаботно подошёл ближе, поднимаясь на носочки, чтобы уложить подбородок на плечо Сонхва, тот шокированно дёрнулся в сторону, что было слишком ожидаемо. Смеясь, Хонджун сделал шаг назад, глядя на широко открытые глаза мужчины.       — Что ты успел услышать? — сразу спросил Сонхва, чуть не спотыкаясь о копыто коня, когда попытался обернуться. Хонджун только хитро ухмыльнулся, наблюдая, как он отчаянно застонал и поспешно повёл животное обратно в стойло. Только он закрыл дверь, то повернулся к Хонджуну, который беспечно следовал за ним, а теперь стоял сзади, уверенно скрестив руки на груди.       Сонхва слегка ссутулился.       — О, господи, что ты слышал?       — Только ту часть, где ты говорил, как хочешь, чтобы я взял тебя у этой вот стены и о женитьбе с Ёсаном? Почему именно с ним?       Лицо Сонхва окрасилось в милый розовый оттенок, его ладони не могли полностью это скрыть.       Хонджун довольно смотрел на него, чертовски близкий к тому, чтобы исполнить всё, что желал его Сонхва.       — Ну, всё-таки он красивый принц, — удручённо пробормотал Сонхва, избегая внимательного взгляда Хонджуна.       — Он такой же принц, как и ты. Ты же не думаешь, что я был с кем-то другим, пока не был здесь? — Хонджун видел, как Сонхва содрогнулся от его протяжного тона, и спокойной подошёл ближе, тесня его к стене и просовывая одну ногу между его бёдер. Дыхание Сонхва сбилось, его грудь близко прижималась к Хонджуну. Хонджун представлял, как ускоряется его пульс, представлял, как слабеют его колени, и он до невозможности хотел выпустить свою развратную сторону и слиться с ним телами в одно.       Он так остро почувствовал отсутствие своих сапог, когда ему снова пришлось встать на носки, опираясь на стену по обе стороны от бёдер Сонхва, чтобы прошептать ему на ухо.       — Как насчёт такого... Раз ты уже решил идти со мной, давай подождем, пока мы не пройдём подальше в лес, и там я исполню любое твоё желание. Только не сейчас, когда твоя мама может увидеть и оторвать мне за это голову, — Хонджун игриво хихикнул, когда Сонхва ухватился за его плечи: его пальцы слегка подрагивали.       — Тебе нравится эта идея? — Он повернул голову, проводя носом по шее Сонхва, толкая его чуть ближе к твёрдому дереву. Сонхва тихо простонал, прижимаясь крепче и вытягивая шею, которую Хонджун стал помечать, легко отыскивая правильные точки, заставляющие Сонхва обмякать в его руках.       — Айе, капитан. Когда ты планируешь отправляться в путь? — Мышцы его горла горячо двигались под губами Хонджуна, пока он с хрипом говорил, вдруг резко сглатывая, когда зубы пирата впились в его кожу.       — Сегодня. Как только ты будешь готов. Я просто возьму тебя за руку и снова украду, — Хонджун продолжил целовать его подбородок, чувствуя как он дрожит и с готовностью обнимая его выгибающееся тело. Он целовал его губы, чтобы не дать сладким звукам выбраться наружу, и нежно утихомиривал его, чтобы он не разбудил свою мать.       Сонхва подходил ему, как недостающая частица, растворялся в нём, будто они никогда не были порознь, и Хонджуна без конца поражало, что он всё ещё испытывает к нему такие же сильные чувства.       Прекрасный Сонхва.       Он не мог дождаться момента, чтобы всё ему рассказать, послушать его истории и просто проводить дни вместе. И, похоже, Сонхва разделял эти чувства.