Во имя зла

      Нежная мелодия играла на телефоне. Иногда музыка была напряжённой, иногда тихой, а иногда громкой. Скрипки, барабаны, трубы - оркестр использовал всё, что мог. Переливы в этой мелодии, яркие вспышки, звуки. Музыка была то-ли Баха, то-ли Моцарта. Классика. Она нравилась многим, особенно представителям высоких должностей. Вот вы сидите со своими коллегами, пьёте чай и слушаете очередное произведение. Ах, как бы это было здорово! Поболтать, решить все деловые вопросы, но самое главное послушать такую прекрасную музыку.       Не все в этом мире любили классику. Особенно сейчас, когда развитие музыки достигло невероятных высот. Панк, рок, метал, электро и многое-многое другое. Невероятное количество певцом, певиц и их творений. Но ещё остались те, кто правда любит классику. Кто наслаждается ей.       США ненавидел классику. Ненавидел, вот прям до глубины души. Стоило таким произведения заиграть, как он сразу и спать хотел и блевать. Ненавидел, но слушал. Разные композиции, от самых известных, до почти никому не знакомых. Баха, Моцарта, Чайковского, Глинко, Бетховина и многих других любили слушать его родители. Они много работали и часто проводили деловые встречи. На каждой из них присутствовал чай и пластика какого-нибудь композитора. Они считали такую музыку шедевром, даже больше. Конечно, сыну они тоже старались привить любовь к разным симфониям, сюитам, контатам. США ещё в раннем детстве возненавидел это.       Но что же изменилось? Что заставило его влиться в этот круг слушателей классической музыки? Некоторые сплетни - вот что. США нравился Союз. И как ему было известно, отец у русского был строгим. Даже слишком. Но США знал ещё кое-что - отцу Союза нравилась классика. Музыка, книги, картины. И тогда в его голове созрел план, как понравится тому, кому ты не нравишься - понравься его родителю.       США закрыл окно. Затем резко закрыл шторы и отошёл в сторону. Ночь на дворе, а он не спит. Родители всегда говорили, что спать нужно. Ах, как же они не понимают.       Парень медленно подошёл к постели, достал из ящика стола коробку, где был спрятан альбом. Немного потрёпанная обложка, украшенная наклейками. США страхнул с него пыль, открыл. Там были фотографии. Много фотографий, очень. Любой фотограф позавидует. Он пролистывал страницу за страницей, любуясь. Высокий, стройный, рыжий юноша. Выглядел он идеально, особенно когда сфотографировал был так профессионально. Сразу подчёркивались все его достоинства. Да, отец Союза заботился о том, что бы фотограф у него был прекрасный. США помнит, с каким трепетом распечатывал каждое фото. Смотреть в телефон одно, а смотрел на фотографию - другое. Совершенно другое.       США злится. На их классной фотографии, той самой, которую они сделали в начале прошлого учебного года был он. Причина всех его проблем. Тот, кто мешает ему уже второй год. И даже больше. Тот, кто по мнения США не должен был попадать в этот класс. Третий Рейх. Почему Союз с ним общаться, почему он обращает внимание на него. Ведь Рейх совершенно не интересный. Совершенно. То-ли дело США. Умный, харизматичный, добрый, общительный. С ним же веселее, чем этим немцем. Рейх же совершенно... Отвратительный. Грубый, молчаливый, какой-то апатичный, не привлекательный. Немецкое отродье. Вот кто такой Рейх.       США складывает все фотографии на место, аккуратно убирает альбом и убирает коробку. С этой вещью он обращался максимально осторожно. Даже осторожнее, чем мог. Альбом был буквально его спасением вне школы. США выпрямился, разминая кости. Подошёл к другому углу комнаты, где была большая доска. Очень большая. И белая-белая, будто макер никогда не касался её ровного покрытия. США осторожно обращался и с ней. Здесь висели разные снимки, которые как-ли было связаны с этими двумя. США ухмыляется, ставит синий магнит рядом с фотографией Рейха. — Что ж, если он не поймёт по хорошему, — он крутит между пальцев другой магнит, длинный и красного цвета. — Прийдётся прибегнуть к силе.       Мелодия на телефоне сменилась. Вместо привычной спокойно музыки, были слышны гитара, барабаны и громкие звуки. США узнал песню - «Sonne. Rammstein»       Да, США любил и такую музыку. И пусть родители не одобряли его выбор, ведь «это никак не связано с классикой, это просто крики в микрофон». Знали бы они, что для всех классика разная.       США усмехнулся. Он прекрепил длинный магнит, затем прекрепил второй такой же. Он добьётся своего. Он добьётся внимания. Он добьётся доброты. Он добьётся любви. Он добьётся Союза.       ¹Eins.       Hier kommt die Sonne.       Он вложил слишком много сил за весь прошлый год. Если и в этом его надежды не оправдаться - жизнь будет прожить зря. Он слишком много раз делал то, что делать не любил. Он выкладывался на максимум. США готов поставить всё, но ответ, взаимный ответ, он получит.       ²Zwei.       Hier kommt die Sonne.       А пока... Пока всё будет, как есть. Пока они общаются, ничего не подозревают, пока у них всё хорошо, он будет медленно и незаметно действовать.              Пусть шторы и были закрыты, луч восходящего солнца проник в комнату. США развернул доску другой стороной, уже испачканной каракулями фиолетового фломастер. Что ж. У него есть ещё час точно, что бы поспать и затем проснуться, как ни в чём не бывало. И начать новый школьный день. Снова рассказывать другим сплетни, грёбанный сплетни. Это было его единственным способом поддерживать общения с остальными. И чем он им не нравится?       ³Drei.       Sie ist der hellste Stern von allen.       США открывает шторы. Рассвет. Это так красиво. Напоминает его. Такой же тёплый, такой же яркий и такой же спокойный. США ложится в постель, накрывается одеялом и закрывает глаза. Время отдохнуть.       ⁴Vier.       Hier kommt die Sonne.                                           ***       Союз много чего любит.       Он любит истории, разные. Любит рано вставать или спать до обеда. Любит тёплый плед и холодное постельное бельё. Любит мелкие вещи. Любит делать всякие красивые штучки в комнату, что бы украсить стол или стену. Любит рисовать на стенах. Разные вещи - от чего-то мягкого, плюшевого, доброго, до нецензурное брани и неприемлемым обществом художеств. Любит использовать разные цвета, такие яркие, что глаза взорвуться, стоит только глянуть на его творения.       Союз любит цветастые рубашки, особенно в клетку. Любит и в полоску и в горошек, и просто однотонные. Но самые любимые - в клетку. Оранжево-синяя, жёлто-салатовая, чёрно-белая, фиотево-розовая, и многие другие, но фаворитом была красно-чёрная. Самая-самая любимая. Союз любит яркие вещи. Любит носить украшения, но что бы они смотрелись с одеждой. Любит короткие шорты и длинные свитера, брюки с ремнём и футболки, кроссовки и элегантные мужские туфли. Но женские тоже любит.       Любит читать, особенно про пиратов, которые грабят королевство и уплывают на своих больших короблях, у которых чёрные флаг с изображением черепа и костей. Любит читать фентези. Любит смотреть фильмы, сериалы, подростковые мелодрамы или серьёзные детективы, шоу или новости.       Союз любит играть на музыкальных инструментах. И на пианино тоже. Любит слушать музыку на улице, когда играют уличные музыканты. Любит рассматривать за стенами дома всё, что можно и нельзя. Любит чательно изучать высески магазинов. Любит долго ходить по торговым центрам, любит делать это без охраны. Любит сбегать от охраны. Любит заходить в магазин изделий из дерева, где есть дереванные жуки, бабочки, медведи, много разных фигур и огромное количество часов ручной работы. Любит часы. Любит насекомых.       Союз любит ходить в школу. Любит сидеть на уроках. Любит общаться с учителями и одноклассниками. Любит дружить. Любит смотреть на одноклассников с помощью зеркала. Любит подкладывать записку разным ученикам, что бы те стали общаться. А может и встречаться.... Любит наблюдать за их отношениями и сдерживать визг счастья. В такие моменты он чувствует себя купидоном. Любит наблюдать за Японской Империей и Королевство Италией. Рано или поздно девушка сведёт его с ума. Любит смотреть, как Великобритания провожает Францию и вздыхать, потому что у самого нет второй половинки. Любит наблюдать за игрой школьных команд. Любит школьные кружки и хочет начать ходить в один из них. Любит школьную раздевалку. Любит приходить рано утром зимой, когда в школе пусть и темно.       Союз любит шутить. Любит бегать по крыше, во время «ночных походов». Любит иногда доставать Рейха. Любит общаться с ним. Любит веселиться. Любит гулять допоздна. Любит чувствовать адреналин в своей крови. Любит себя. Любит свои рыжие кудрявые волосы. Любит свои веснушки. Любит, как на запястье смотрится браслет. Любит запах мыльных средств и антисептика. Любит деревья. Любит ночь и утро, любит день. Любит солнце, любит луну. Любит звёзды. Любит облака, любит угадывать, на что они похожи. Любит любую погоду.       Союз любит праздники. Любит смотреть на парочки, на праздниках. Любит смотреть на салюты, из окна или на улице. Любит мост в их городе - он красивый, особенно сейчас, когда его починили. Любит реку в их городе. Любит сам город. Любит людей и животных. Любит любить.       Союз очень много всего любит. Так много, что перечислить можно бесконечность.       А вот не любит Союз сидеть дома. Сидеть, не имея право выйти... Отвратительно. Союз ненавидит, когда свободу ограничивают. Ненавидит.                                           ***       Союз поправляет ворот рубашки в школьной раздевалке. Зеркало - одно из лучших созданий человечества. Блестящее, ровное, отражающее тебя. Было бы жаль портить такую красоту.       Союз берёт рюкзак, идёт в кабинет. Сейчас у них физика, потом ещё пару уроков и домой. Союз хотел домой. Но так же хотел провести ещё немного времени в школе. На физике одноклассники сегодня почти не шумели. Союз слушал новую тему, записывая всё в тетрадь. Белые страницы были стремительно заполнены текстом. Но не так, что прочитать невозможно - у Союза аккуратный почерк. Часы в кабинете тикали, а учительница рассказала про «удельную теплоёмкость». — Союз.       Голос США отвлёк русского от записей. Советы обратил внимание на соседа только тогда, когда прозвенел звонок. — Чего тебе? — Знаешь, — начал он, складывая вещи в рюкзак. — Я совсем не понимаю эту тему. Может ты мог бы мне её объяснить? — Оу, — Союз сжал лямку, оглядываясь. — Прости, но у сейчас дел выше крыши. Совсем нет времени.       Нет, может немного времени было, но Союз хотел потратить его на нечто более интересное. Он не против помогать другим с уроками, но зная США, их подготовка будет всегда сводится к одному. Американец слишком часто лез к Союзу.       Рыжий запреметил своего напарника. И пока США отвернулся, он быстро прошмыгнул из класса, вслед за Рейхом. Они направлялист на первый этаж, где была раздевалка и спортивный зал.       Рейх спокойно переодеваться в спортивную форму, так же как и другие мальчики. Нет, некоторые конечно давали друг другу хороших людей. Но зачем, почему и что уже успело случиться - без понятия. Вроде взрослые, а дерутся как маленькие дети. Рейх включил телефон, читая переписку. Сообщение, которое пришло прошлой ночью заставлял смеяться. Это же надо быть таким... Рейх даже не знал, как назвать этого человека. — Над чем смеёшься? — Над твоим горе-любовником.       Что? Что простите? Союз с недопониманием уставился на немца. У русского даже пары нет, что уж говорить о любовниках. И погодите... Любовник? Не любовница? Именно любовник?       Союз чуть пригнулся, когда кто-то из парней кинул в другой конец раздевалки вещи. Вот придурки. Рыжий посмотрел на экран телефона Рейха. Тот спокойно показал ему переписку, чего обычно не делал. «Не лезь ко мне», «тебя это не касается», «это личное» и прочее. Но Союз его понимал. Сам не любил, когда в его телефоне лазили без разрешения. — Что... Какого, хаха! — Засмеялся Советы.       Сообщение было с довольно смешным содержанием. Если кратко, начиналось там всё примерно с «Дорогой мой, слушай сюда...» и заканчивалось «Если ты не сделаешь, как я скажу, то я обращусь куда надо и ты себя никогда по кусочкам не соберёшь». Русскому трудно было сдержать смех. Ясно. Так себе «горе-любовничек».       В сообщении было написано следующее: «Не доброй ночи. Дорогой мой, слушай сюда. Всё чаще я замечаю, что ты вертишься рядом с Союзом. Так вот. Заруби себе на носу - он мой! И только мой. Так что отстань от него иначе тебе не поздороваться. Понял? И не дай боже, я где-то увижу или услышу, что ты опять к нему лезешь, то тебе конец. Твоя жизнь превратится в кошмар. У меня есть связи. Я попрошу кого надо и ты себя собирать будешь очень-очень долго. Так что не вертись рядом с Союзом, он принадлежит только мне!»       Но! Во-первых - Союз первый лезет к немцу. Не ну, а что? Во-вторых - выглядело это настолько по-детски, что никто из парней всерьёз это не принял. Рейх даже не стал объяснять этому горе-любовник, что у них за отношения с Союзом. Взял и заблокировал. Жестоко, но справедливо. — Но надеюсь, ты поговоришь с ним. Он явно ревнует тебя, — с сарказмом начал Рейх. — Да ну тебя, — Союз убрал телефон в карман шорт.       Ребята вышли из раздевалки. Так как близился ноябрь, они занимались в зале. И конечно же Степан Васильевичь долго и мучительно читал им лекции о том, насколько важен урок физкультуры. Важен конечно, но не когда на вас кричат, а звук от свистка отглушает напрочь. После бега, ребятам дали возможность поиграть в волейбол. Союз всегда, с огромной радостью, соглашался. И тянул за собой Рейха. Потому что «нужно уметь работать в коллективе». Всё, о чём думал тогда немец, это о возможных способах прикончить Союза этим же мячом. Единственное, что радовало тогда немца, это то, что они были в разных командах.       В дальнейшем день прошёл спокойно. Даже слишком. Союз уже думал над тем, что что-то точно пойдёт не так. Обычно, если всё идёт хорошо, то точно что-то пойдёт не так. Так повелось ещё с того самого дня.       Прозвенел звонок с последнего урока. Коридор запомнился шумом. Ребята старались быстрее одеться, что бы наконец-то пойти домой. Прошёл только месяц учёбы, а всем она уже так надоела. Рано вставать, сидеть несколько часов в душных кабинетах, слушать о том, какие они плохие дети, потому что ничего не учат. А ведь это только начало учебного года.       Союз вышел из здания школы, спустился вниз по лестнице. Машина ещё не подъехала, поэтому можно расслабиться. Союз был настроен решительно. Может в этом году удастся уговорить отца. Может в этом году он сможет пойти на волейбол или футбол, или хотя бы баскетбол. В прошлом году отец не разрешил, потому что «это опасно, ты ещё слишком мал». Глупости какие. Отец всегда его слишком оберегал. Но теперь Союзу целых 15 лет! Он вырос, стал сильнее и явно не боится, если мяч прилетит ему в нос. Тоже мне проблема. А занятия спортом на самом деле очень интересные!                                     ***       В столовой было тихо. Союз отложил телефон, копался вилкой в тарелке. Отец должен спуститься с минуты на минуту. Он почти всегда был занят, выходил из кабинета только по мере необходимости. Даже ел иногда у себя. Союз точно помнит, когда последний раз видел отца не таким кислым. Это было 11 лет назад. Он тогда был совсем маленьким, но запомнил этот в день в особых деталях. И вспоминать его не хотел. — Российская Империя, — Мери поприветствовала хозяина дома, протянула тому бумаги. — Вот, это список всех фирм, которые хотят сотрудничать с нами на данный момент.       Мужчина сел за стол, напротив сына, одним глазом просмотрел текст. Кивнул и отложил документы. Мери покинула столовую. — Отец.       Союз посмотрел на Российскую Империю, вздохнул. Он вечно в работе. Даже сейчас, когда они хотели вместе поужинать, он опять интересуется своей работой. — Да, Союз.       Младший русский сжал вилку в руке. Нужно собраться. Его же не вешать собрались. Он просто попросит разрешение на посещение школьного кружка. Ну и поменять его расписание, ведь иначе он совсем ничего не будет успевать. — Я долго думал. Помнишь я просил отпустить меня в школьный кружок? — Да, ты хотел пойти в спортивную секцию. Но я думал, что мы закончили этот вопрос ещё в прошлом году. — Да, но- — Никаких «но», Союз. Я всё сказал.       Советы вдохнул через зубы. Нужно попробовать ещё раз. Может получится, может ему удастся уговорить отца! — Но ведь я стал старше. Как ты и говорил. И я подумал, ну может... Может всё-таки можно пойти на кружок? М? — Что бы тебе в нос или в голову прилетел мяч? Союз, ты хоть думай о своей безопасности. — Да думаю я! Каждый день и только об этом! — Юноша положи вилку на стол - опять он злится. — Отец, я уже не маленький. Я не умру, если в меня попадёт мяч. И я к тому же очень аккуратным. Так почему нет? — Союз, — строгий взгляд озарил сына. — Я. Всё. Сказал. Никаких школьных кружком, тем более спортивных. Ты может и дома этим заниматься. — Но отец- — Всё. Разговор окончен.       Блять.       Союз кивнул. Остальное время ужина они сидели в тишине. Отец всегда был таким. Его видимо совсем не волнуют увлечения сына. Ещё немного и даже физкультурой в школе ему запретит заниматься. Придурок.                                           ***       Сосредоточиться на домашнем задании не получалось. Мысли шли совсем не в то русло, цифры и буквы размывались перед глазами, казались чем-то непонятным. Формулы, правила, задачи, большие тексты. Всё сбивалось в одну кучу бреда. Он точно не сходит с ума?       Союз понимал, что он не должен, понимал, что Российская Империя делает всё на благо сына, но он так сильно... Злился. Союз редко злится, почти никогда. Почему он не хочет его слушать? Почему он думает, что поступает правильно? Его заботит только работа и он смеет лезть в жизнь своего сына! Да если бы не это чёртово разрешение, если бы не упрямство отца, Союз бы уже давно занимался баскетболом! Или футболом. Или волейболом. Это так бесит, так злит. — Я скоро так крышей поеду, — решив, что лучшим вариантом сейчас будет отвлечься, Союз упал на кровать, принялся листать новости в телефоне.       Новость одна, вторая, пятая, десятая. Союз успел написать Рейху и пройти несколько уровней в игре. Солнце на улице медленно опускалась, уступая место луне и звёздам. На телефон пришло сообщение. Но не от Рейха - тот его даже не прочитал. Сообщение от «США» « — Привет, Союз! Слушай, не мог бы ты мне кое-что скинуть?»       Парень вздохнул. Опять США какую-то ересь требует. Господи, ему не надоело? « — Что?»                                « — Адрес своего сердца»       Союз подавился. Воздухом. Чего простите? Америке там совсем плохо? Может надышался чего? Парень решил не отвечать, иначе от его нервов останется лишь... Ничего от них не останется. Телефон снова завибрировал. Только сообщение было уже не от США. От Рейха. « — Это плохая идея.»       Ну и вредина. Союзу казалось, что его идея была потрясающей. Нет, правда! Её нужно осуществить в ближайшее время, иначе всем капут. « — Да лааааадно тебе. Это будет весело! Плюс - разве ты никогда не хотел так сделать?»       Пару минут молчания. О да, он уже представляет это лицо своего напарника. Лицо разочарования, злости и смирения. На экране высветилось уведомление. Сообщение от «Рейх >:)» « — Если что, это была твоя идея.»       Русский победоностно ухмыльнулся. Да-да-да! Наконец-то! Это будет лучшее, что он делал в своей жизни. И... И он будет делать это с Рейхом! Как настоящая команда!       Хах. Интересно. Нормально ли радоваться тому, что ты будешь работать в команде со своим врагом? Союз, ты точно с катушек слетел. Но знаете? Ему нравилось. Нравилось радоваться тому, что он будет работать в Рейхом.                                           ***       Мастер Шень ходил по комнате, выглядел неспокойно. Несколько раз перепроверял шкатулку с талисманами. Помощник вертелся рядом. На душе будто кошки скреблись. — Мастер Шень, что с вами? — Тревожно мне, Ан. Совсем скоро случится что-то очень плохое. Очень. — Что, Мастер Шень? — Встреводился тот.       Мужчина посмотрел в окно. Густая, тёмная ночь. Луну и звёзды стремительно закрывали облака. Старик снова перепроверил шкатулку. Все талисманы на месте. Кроме одной пару. Двух старых браслетов, потрёпанных жизнью, не хватало. Мастер Шень догадывался, где они были. Понимаю, что это было неизбежно. Понимал, что это правда. Но надеялся на одно - что это просто догадки. Что всё будет хорошо, что браслеты в других руках. — Эти двоя ещё слишком молоды. Я не хочу, что бы они совершали эти ошибки. Мы должны быть готовыми, Ан. Рано или поздно, но нам прийдётся встретиться с этими ребятами вновь.