Во имя зла

      Рейх проснулся минут на десять раньше будильника, от крика внизу. Родители ругались. Опять       Стараясь игнорировать громкие голоса взрослых и желание заткнуть обоих, не забыв при этом послать куда подальше, парень начал собираться в школу. Он не вслушивался в слова, ни в то, кто именно сейчас ругается. Эти голоса - фоновый шум, который уже на протяжении нескольких лет приследует Рейха.       «Просто игнорируй» - повторял он у себя в голове. Когда ссора начиналась с утра пораньше, то весь оставшийся день можно было наблюдать, как Австро-Венгрия игнорирует супруга. Они могли не разговаривать друг с другом целыми днями. А отец, когда нервы сдавали, но продолжать ссориться не хотелось, уходил покурить. Из-за чего они снова ругались. Австро-Венгрии не нравилась привычка мужа, даже если он курил очень редко. Не нравилась и всё! Сама женщина, кроме игнорирования, могла применить и другие методы. Последнии пол года, когда она сильно ругались с Германской Империей, могла уйти из дома. Никто не знал куда, насколько и когда она вернётся. Родители так сильно ругались, что начинало казаться, будто Австро-венгрия уходила навсегда, а Германская Империя будто только и делал, что курил. Рейх же из-за этого часто нервничал. Если бы мама ушла навсегда, а папа постоянно курил...       Рейх потряс головой, собирая рюкзак. Опять он забыл собрать его с вечера. И почему это? А точно - мама опять поссорилась с папой, поэтому Рейх до поздна помогал ей с уборкой. Вчера она не принимала помощь от отца.       Звук снизу заставил вздрогнуть. Что-то разбилось. По догадкам - посуда. Вновь треск - вторая тарелка. Родителям опять прийдётся покупать очередной набор. Рейх надел наушники, включил музыку. Не думай, не слушай.       Игнорируй.       Подросток спустился вниз, на кухню, прошёл мимо родителей. Мама кричала ещё громче, что-то он том, что в этом доме её никто не слышит и даже собственный сын.       «Что отец, что сын, одинаковые!» - переодически говорила она. Рейха это бесило, но он молчал. Мама поругается и успокоится, а если не успокоится, то уйдёт из дома и вернётся уже спокойной. Папа покурит раз, покурит два, чательно вымоет руки с мылом и вернётся к готовке. Если не сегодня, то завтра. И всё снова будет хорошо. И мама и с папой не будут ругаться.                                     ***       Урок музыки казался невероятно скучным. Рейх предпочитал смотреть в окно, чем слушать учителя. Уж явно лучше монотонных лекций. Слабый луч солнца проник в класс, а на руке Рейха заблестел браслет. Немец тут же поправил рукав кофты, выдохнул. С начала урока прошло всего лишь десять минут, а он уже устал. Было бы здорово, если бы сейчас были выходные. Он мог попросить родителей не будить его рано, для работы в магазине и отоспаться. Они бы не ругались. Мама пошла бы по делам, папа бы начал работу в пекарне. Тишина, покой, сладкий сон... — Третий Рейх, не качайся на стуле! — Воскликнула учительница.       Парень, чуть не упав назад, сел как положено. Под злой взгляд женщины и тихий смех одноклассников, пробурчал еле слышимое «извините». Учительница отвернулась от него, продолжила урок. Рейх упёрся взглядом в тетрадь. До конца урока двадцать пять минут.       От скуки и что бы прямо сейчас не заснуть, Рейх тихонько начал рисовать на полях. Часы тикали, одноклассники переговаривались между собой, учительница продолжала свой рассказ. А на парту Рейха прилетела маленькая записка. Немец не сразу обратил на неё внимание. Взял в руки и огляделся, заметил, что никто на него не смотрит. А значит, вычислить кто её кинул сложнее. К тому же... Вдруг она не для него. Но раз никто не старался забрать у него маленький кусок бумаги, несколько раз свёрнутый, значит посмотреть, что там, можно. Рейх почти безшумно развернул записку, принялся читать маленький шрифт.       «Я последний раз предупреждаю. Отстань от Союза. Не послушаешь - получишь. Уж поверь мне, проблемы я тебе устрою. Поэтому будь паинькой - отъебись от него»       Рейх закатил глаза, убрал бумажку в пенал. Два вопроса - кто кинул ему эту хрень и кому нужен этот ваш Союз? Ему точно нет. Но кажется этот «горе-любовничек» русского настроен серьёзно. Идиот. Лучше бы с предметом своей любви разобрался, а не с теми, к кому Союз лезет. Эти угрозы... Пф. Детский сад, ей богу.       Звонок с урока заставил выйти из раздумий. Рейх мысленно прикинул, кто это может быть, но точного ухажёра выбрать не смог. Слишком много у Советов поклонников. Очень много...       Оно и не удивительно. Союз сын, пусть и не самого, но популярного дизайнера города. Он снимается в рекламе, его фотографии часто можно увидеть в журналах. У Союза красивая внешность. Кудрявые рыжие волосы, яркие зелёные глаза, веснушки на носу и щеках, розовые губы, подтянутое тело - мечта не только девочек, но и мальчиков. А ещё Союз добрый, умный, смелый. Он всегда приходит на помощь, особенно тогда, когда вместе с Рейхом им приходится убегать от героев. Союз и вправду замечательный парень.       Немец снова тряхнул головой, сел на место. Он только что своего врага нахваливал? Ну всё, дожили...       Они борятся за то, что бы стать лучшими в классе. И эти «вылазки», когда им приходится строить напарников ничего не значат. И то, что Союз был добрым, по-настоящему добрым, тоже ничего не значит. — Рейх, — Вспомнишь солнце, вот, и лучик. — Приветик! — О. Наша звезда объявилась.       Союз сел рядом, улыбаясь во все тридцать два. Рейх отвернулся, возвращаясь к повторению параграфа. Игнорируй этого идиота, просто игнорируй. Но взгляд зелёных глаз отвлекал. Будто Союз смотрел не просто в душу Рейха, а в самую её глубь. —... Ты что-то хотел? — Да. Мне скучно.       Рейх про себя ругнулся и послал русского куда подальше. Ему будто очень весело. — Пошли сегодня на вылазку? — Тихо, что немало удивило Рейха, спросил Советы. — Мм... — призадумался подросток. — Не знаю. Не уверен. Не хочется. — Ой, ну да ладно тебе! — Возразил русский. — Проветримся, развлечёмся. А то, только и делаем, что учимся. Мозги скоро соображать перестанут от напряжения. Да и тем более.... Тебе полезно будет выйти на свежий воздух.       Рейх сжал учебник в руках, вдохнул и выдохнул через зубы, кивнул в знак согласия. Не отстанет, пока своё не получит. Такой вот Союз. Доставучий, вредный, бесячий...       Рейх перелистнул страницу, не обращая внимание на голос Союза где-то над ухом. Делал вид, что не замечал его. На деле, это очень мешало.       Когда начался урок и русский вернулся на своё место, Рейх выдохнул. Скорее от облегчения. Правда скоро это облегчение прошло. Он сидел один, потому что никто не хотел сидеть с ним. И только Союз подсаживался к парню на перемене, что бы поболтать. А сейчас это место пустовато.       Странно это однако. Вот эти несколько дней его одолевает необычное, чужое, неприятное чувство. Одиночество? Нет, к нему Рейх привык. Но что же сейчас? Что это за чувство? От чего вдруг такие мысли? От чего желание сидеть с кем-то за партой?       «Глупости» — думал немец. И правда. Невероятные глупости настигали его голову.       Это было неправильно. Рейх был уверен в этом. Разве правильно то, что рядом с врагом он чувствует себя не так одиноко? Разве правильно то, что рядом с врагом ему.... Весело? Разве правильно то, что когда они вместе, то совсем не выглядят, как враги? Нет. Совсем не правильно. Они не друзья. Но ведут себя так, будто всё совсем по-другому. Проводят время вместе, веселятся, помогают друг другу. Так ведь не должно быть. Не с ними, не тогда, когда на кону репутация, а собственная гордость давит на плечи. Поэтому они не могут быть друзьями.       Немец вернулся к записям в тетради. Он слишком часто отвлекается. Может и правда мозги уже не варят? Может Союз прав и стоит пойти проветрится? Навалять нескольким героям, устроить небольшой бунт и уйти, словно их и не было. Как они делают обычно.                                     ***       На трудах — уроке, когда сидеть можно было с кем хочешь, ведь мальчики и девочки занимались раздельно, а учителю было всё равно, кто с кем сидит, лишь бы работали, Союз подсел к Рейху. Он мог сидеть с другими парнями, мог сидеть с США, но он всегда садится к Рейху. Каждый урок технологии, место справа от немца не пустовало. И пусть Рейх ругался, говорил, что не хочет сидеть с Союзом, даже пытался его выгнать... Совет никогда не уходил на другое место. И Рейх тоже. Он продолжал сидеть, оправдываясь тем, что он «отсидит своё законное место». На этом всё. Вновь всё было, как прежде - монотонный голос учителя, нередкие шутки Союза, над которыми немец не смеялся. Старался не смеяться.       А если так посмотреть - то обоих вполне всё устраивало. И то, что Союз подсаживается к Рейху и то, что Рейх не отсаживается от Союза. Не устраивало это только одного человека - США. Каждый урок он пялился на этих двоих, за что получал нагоняй от учителя. Америка невероятное злился. Он видел, что угрозы не действуют и решил, что прийдётся использовать план «Б». Он заставит Рейха отвалить от Союза. Америка часто слышал, что со стороны он выглядит, как «извращенец-маньяк», но сам в это не верил. Да, может он ревновал, но это же не делает из него монстра? Не делает. Наверное.       Союз бубнел под нос, чем изрядно подбешивал Рея. Ещё немного и подросток научится ликвидировать врагов карандашом. — Ну а ему и говорю, что... – Ты можешь помолчать? — Раздражённо раздалось слева.       Союз отрицательно покачал головой, глупо улыбнулся. О нет. Вновь это глупое выражение лица. Рейх не раз и не два хотел стереть эту улыбку — так сильно она его бесила. Так сильно его бесил Союз. Может они переодически сидели вместе и общались, это не значило, что Совет его не бесит. Он очень сильно его бесит.        — Я тебя ударю. — Здесь учитель, — самодовольно ответил русский.       Тогда он убьёт Союза прямо за школой. Прямо на глазах всех его поклонников.       Рейх выдохнул, собирая вещи - прозвенел звонок. Он завёлся. Опять. Неожиданно захотелось прибить Союза прямо там, в классе. А вместе с этим, вспомнилась утренняя ссора родителей и злобы стало ещё больше. Рейх старался не злится. Старался и поэтому ушёл из кабинета как можно быстрее. Так же быстро разбил все мечты о том, что бы избить Союза после школы. Сегодня у них вылазка, вот там и отыграется.                                      ***       Он отыгрывался. Чернота ломал, портил, использовал всё, что бы выместить злость. Даже бежал сегодня быстрее обычного. Коготь уже не поспевал за ним, когда они в очередной раз убегали от полиции. Герои на подходе, нужно либо делать ноги, либо найти другое место для злодейства. Черноту устраивал второй вариант.       Они скрылись от ненужный глаз. Осталось решить, что теперь делать. До этого Чернота знатно так потрепал реку города - она вся была раздроблена чёрными, огромными камнями. А ещё до этого они планировали наведаться к одному врачу из главной больницы. Старая женщина отказалась лечить пациентов, якобы «они симулируют». Даже если всё было правда плохо. Видите ли «У них такая хорошая жизнь, как им может быть плохо!». Это было невероятно мерзко. Поэтому они наведались. Старуха получила своё и Коготь уже хотел предложить пойти по домам, но Черноте было мало. Хотелось продолжать. Он думал, что прямо там, в чужой квартире, он переломает врачу все кости, но он этого не сделал. Коготь вовремя вытащил их оттуда. И теперь они должны были придумать, чем занять себя на ближайшее время.       Пока Коготь ходил туда-сюда в раздумьях, второй злодей начал выращивать камни в переулке. Это знатно рушило асфальт, даже дома пару раз задело — слава богу не сильно, иначе их бы спалили. — Всё нормально?       Тишина. До плеча неожиданно дотронулась и Коготь чуть не стал жертвой камня. Тот остановился у самого горла, близко-близко. Ещё бы чуть-чуть и проткнул. Злодей убрал руку с плеча напарника, возвращая Черноте его личное пространство. — А тебе-то что? — Ну просто.... Интересно. Ты какой-то напряжённый. — Не твоего ума дело, — ответ звучал довольно грубо.       Чернота достал крюк, забрался на крышу. За ним последовал и Коготь. Они бежали, вновь только вдвоём и никто, например одноклассники, им не мешали. Коготь любит проводить время вот так. Бегать, сражаться, давать отпор и делать это всё вместе с Чернотой. Это было так привычно, так обыденно, но каждый раз, как первый. Словно ты вновь задышал. — И всё же. Что-то случилось? — Я же сказал, не твоего ума дело!       Они замерли. Да, Чернота часто кричал на него, но сегодня это было ещё более громко и ещё более агрессивно. Когтя аж передёрнуло. Он привык к тому, что его напарник такой, но сегодня он был чересчур таким. Это напрягало. Коготь не раз беспокоился о злодее, но старался молчать об этом. Знал — Чернота не любит этого. Не любит этих разговоров, особенно тех, которые касаются его проблем. Не любит он разговаривать с ним. В принципе не любит Когтя. И это... Обижало. — Просто пошли уже, — после нескольких минут молчания, сквозь зубы, сказал Чернота.       Коготь кивнул, сжал ладони. Иногда он удивлялся тому, что Чернота всё ещё с ним работает. Ведь Чернота был таким... Нелюдимым? Коготь знал его характер, знал привычки, но это было не то. Он не знал, что творится в голове этого парня. Что творится у него в душе.       А он хотел бы это знать? Вот ему это надо? От чего-то Когтю казалось, что да. Будто это запретное знание, которое он должен получить через упорные тренеровки и бои с монстрами. Запретный плод сладок, так ведь? Вот и для Когтя было так же. Он хотел знать этого парня. Всё, что ему было о нём известно... Этого так мало. Коготь уже привык к напарнику и считал, что если они познакомятся чуть ближе, то ничего не случится. Даже в реальной жизни, когда они не были злодеями, он всё ещё знал о нём мало. Но Чернота был настроен на другой расклад событий - он ничего не рассказывал о себе и ни капельки не интересовался напарником. И это тоже обижало. Интересно, почему? — Стой! — Когтя резко схватили за рукав.       Ох. Он настолько сильно погрузиться в свои мысли, что даже не заметил, как чуть не упал. Чернота вовремя поймал его. Ещё бы шаг и от злодея осталась бы одна лепёшка. — Ого! Высоковато мы забрались! Что теперь будем делать? Как я понимаю, ты у нас сегодня ведущий! — Из-за маски не было видно, но Чернота догадывался, что Коготь опять улыбается своей глупой улыбкой. — Не знаю. Дай мне выдохнуть.       Понял-принял! Коготь и сам устал. Хотело лечь и лежать. Просто отдохнуть от суеты, от проблем, от общества. — Вот они! — Но Судьба-злодейка была не на их стороне и герои появились за чужими спинами.       Один из них — Лучник — выстрелил в Черноту. Стрела задела руку, заставляя вскликнуть. Чёрт!       Коготь тут же щёлкнул пальцами, создав световой щит, который должен был задержать врагов, а сам схватил напарника и бросился вперёд. Ненадолго герои были задержаны. А ещё, как назло, в их рядах сегодня был Джованни - искустный герой, каких ещё поискать. Вот он то и давал парням каждый раз по одному месту.       Герой обладал невероятным даром - создавать то, что он нарисует. Вот сейчас например он нарисовал стену, из-за которой злодеям пришлось остановится. Она появилась прямо перед носом. Так, это уже проблема. — Немедлено остановитесь! — Вот ещё! Катись-ка ты нахер отсюда! — Прокричал Чернота, держась рукой за больное место.       Парень сжал больную руку, мысленно приметил места и создал несколько камней. Бах - и на героев падает обломок разрушенного здания, а он и Коготь перепрыгивать через камни, что разрушили стену Джованни. — Они просто так от нас не отстанут. Что будем делать? — Сражаться.       Коготь достал шест. Он не так часто пользовался оружием, но оно так же было необходимо, как и способность. А силы у него теперь было предостаточно. Первым отаковал Герой-молния, имени которого никто и никогда не запоминает. Он бегал невероятно быстро и ловко атаковал противников молниями из пальцев. Коготь защищался и защищал Черноту, пока тот не включился в бой. Злодей уклонялся от героев, дрался. Удар в бок, в подбородок и несколько ударов камняли. Теперь на одного супер-героям стало меньше — какой-то неизвестный герой, возможно новичок, сейчас был без сознания. Хотя не только герои страдали. Чернота и Коготь тоже хорошо получили. По-мимо того, что одного из них ранили в руку, следующий удар пришёл в лодыжку. Пару раз попало по голове, ещё один — в рёбра. Даже способность не всегда спасала, но Чернота старался из-за всех сил. Эти герои.... Как же они раздражают! Как же хочется размазать их всех по асфальту, что бы они больше никогда не смели им мешать — Хей, Камушек! — О Господи, неужели Коготь вспомнил про это глупое прозвище. — Отлично сражаешься, но тебе не нужна помощь? — Не мешай мне!       Чернота достал крюк, с помощью которого увернулся от Лучника. Тот будто выбрал его из двоих, используя стрелы только на одного злодея. Лучник мог создать столько стрел и луков, для стрельбы, сколько свет не видел. Казалось - совсем бесполезная способность. А ведь всё наоборот.       Чернота резко поднялся вверх, с помощью камней и прыгнул с них вниз — прямо на Лучника. Через силу вырвал стрелу и лук, отбросив куда-то в сторону. И пока Коготь разбирался с Джованни и Героем-молнией, Чернота атаковал Лучника. Крепко сжал горло и нанёс удар по лицу. Лучник тоже наносил ответ, но в такой позиции, преимущество было у злодея. На перчатке остался след от крови, что стекала по лицу героя. Чернота разбил ему нос. У самого же всё ещё кровоточила рука, но это его не останавливало. Он душил так, будто это не его задели стрелой и будто не у его руки была глубокая рана. — А ну с-стой! — Новичок резко схватил Черноту за капюшон, потянул на себя.       Хватка была невероятной. «Супер-сила?» — подумал Чернота, ругаясь про себя. Новенький так сильно сжал его в своих руках, будто кости собирается сломать. И вот тут уже Чернота начал немного паниковать. Во-первых - они всегда выигрывали в сражениях! Во-вторых - не только он, но и Коготь был загнан в угол. Нужен был новый план. — Чернота, ты не переживай! — Эта фраза уже напрягла злодея. — Я спасу тебя!       Блять. Это не нравилось злодею. Коготь снова щёлкнул пальцем - в руках появился световой шар, который светил так сильно, что на время ослепил героев. Это ему было на руку. Выбраться из лап друх героев, когда они ничего не видят, было легко. Но дальше сложнее. Спасти Черноту, вот что надо было делать. — Коготь, я не знаю, что ты задумал, но не смей делать глупостей! Хотя-бы анализируй противника! — Выкрикнул напарник.       Коготь кивнул. О нет, глупости он делать не собирался. Он собирается только вложиться на максимум. Они не проиграют, они не могут проиграть.       Коготь поднялся на шесте в воздух, уже собирался дать отпор герою с супер-силой, как вдруг в плечо прилетела стрела. Злодей сбился с курса, падая на землю. Вот! Вот почему Чернота переживал! Коготь не послушал его! Не изучил противников, ни то, что план не создал! Опять действовал на абум, как он часто делал. Это всегда бесило Черноту. А сейчас бесит ещё больше! Они проигрывают и всё из-за того, что кое-кто не смог нормально придумать, что делать! — Коготь! — Ну же, хватит кричать, — спокойный голос Джованни резал уши. — Мы просили вас остановиться.       Герой подошёл к упавшему злодею наступая тому на руку ногой. Он твердил что-то о том, как ему жаль поступать так грубо, но это всё на благо общества. Черноту это раздражало. Из-за своевольности Когтя, они в огромной заднице!       Джованни наклонился над парнем, взял за кисть. И потянул браслет. О нет. Нет-нет-нет! Очнись Коготь, только взгляни, что они делают! — Всегда хотел узнать, что за монстр прячется под этой маской, — и именно она начала медленно исчезать с чужого лица. — Коготь!       Это было громко. Очень громко, настолько, что пришлось закрыть уши. И вот тогда Чернота начал действовать. Во-первых - с помощью камня, который он протиснул между собой и героем, он выбрался из чужих рук. Это было рискованно, но сейчас его не волновало то, что он может пострадать. Во-вторых - он смог вырубить остальных героев, которые посмели перекрыть ему дорогу. Был это адреналин или он правда настолько сильный, Чернота узнает позже. Герои ранены и он смог огродиться от них стеной из чёрных острых камней. К этому времени очухался Коготь, реакция которого не заставила себя ждать. Проблема в том, что Джованни был сильнее и остановит злодея-подростка, чья маскировка постепенно исчезала, для его было, как решить «два плюс два». Так он думал. — Убери. От. Него. Свои. Мерзкие. Руки. — Как удачно, что Коготь выронил шест — сейчас он пригодился его напарнику.       Чернота нанёс удар по затылку. В глазах героя потемнело и тот упал без сознания. На землю брызнуло несколько капель крови. Злодей схватил напарника за руку, резко поднял с земли. Браслет вернулся в исходное положение. Как и маскировка Когтя. — С... Спасибо. — Возьми. — Он протянул тому шест. — А теперь немедленно уводи нас отсюда.       Коготь покрепче взял Черноту за руку и оттолкнулся шестом о землю. Когда Джованни пришёл в себя, а герои смогли выбраться из чёрных камней, злодеев уже не было.                                     ***       Они вернулись в то место, откуда и пришли. Небольшой переулок, между домой у школы, где почему-то никто не ходит. Они часто встречаются здесь, когда злодействуют.       Коготь убрал шест, отпустил руку напарника. Чернота был зол, он это чувствовал. Очень зол и это не просто настраживало, это пугало. — И так, — не успел он повернуться, как в щёку прилетел кулак из-за чего Коготь отступил на пару шагов. — Эй! За что?! — За что?... За что?! ТЫ — ИДИОТ!!!       Вторая пощёчина, ещё и в тоже место. Была бы третья, если бы Коготь не перехватил чужую руку. Чернота в отместку наступил тому на ногу. — Ты хоть понимаешь, что ты наделал! Из-за тебя!... Из-за тебя и только из-за мы почти проиграли! И герои почти узнали твою личность! И всё только потому, что ты опять не изучил противников и кинулся сломя голову! — Вот теперь он ударил его по щеке третий раз. — Чего?! — В голове Когтя прозвучала злоба. — И это вместо слов благодарности! Да я спасти тебя хотел! — А в итоге мы нас почти раскрыли! Ты хоть понимаешь, что ты делаешь?! Объясни почему?! Почему именно мне достался такой тупой напарник!?       Удар. Коготь перевёл взгляд на свою ладонь и на щёку Черноты. Под маской было не видно, остался след или нет, но сил на эту пощёчину злодей не пожалел. Второй же коснулся сначала своего лица, затем перевёл взгляд на Когтя.              Два злодея сцепились в драке. Оба были злы, невероятно злы. Один - потому что его опять считали во всём виноватым, хотя он хотел как лучше, но никто этого не замечает. Второй - потому что из-за первого они чуть не проиграли и... Потому что первый чуть не пострадал. Его личность чуть не раскрыли и это злило. Так сильно злило, что Чернота начал обвинять в этом Когтя. — Ненавижу тебя! — Он промахнулся и ударил рукой об землю. — О нет, это я! Я тоже ненавижу тебя! — И он промахнулся, но смог скинуть с себя напарника.       Хотя... Разве они всё ещё напарники. Дерутся друг с другом, как дети малые, но слова, которые они говорят, хуже всяких ран. Этими словами они дерутся друг с другом, так, как бы дрались кулаками, если бы не промахивались. И эти слова ранят в самое сердце. Это больно и обидно, они понимают, что нужно остановится, но они этого не делают. — Вечно у тебя я виноват, ублюдок! — Потому что ты вечно всё портишь! Сволочь, вот кто ты!       И драка бы продолжалась, если бы не треск с обеих сторон.       Что Коготь, что Чернота очень сильно ударились о землю левыми руками. Парни даже разошлись в разные стороны.       Браслеты треснули.       У Когтя треснул там, где был красный камень. У Чернота треснул там, где был синии камень. Трещина прошла ровно по середине. Ничего хорошего это не предвещало. — Вот видишь! Из-за тебя опять всё портится! — Из-за меня? Ты первый на меня набросился, придурок! Это из-за тебя они сломались!       Маскировка спала. Сама. Рейх взглянул на Союза. Союз взглянул на Рейха. Страх, боль, ненависть - всё это застыло у них в глазах. Но они не могли это понять. Было другое, было в их глазах то, что каждый смог прочитать с первого раза — «Мне обидно»       Союз отвернулся. Рейх тоже отвернулся. Сейчас, когда оба выпустили пар, стало невероятно больно. Обвинения, обзвательства в стороны друг друга. И это была не детская шалость, это было нечто большее. Не драка, а словно потеря руки или ноги. Словно потеря сердца. Никто из них не делал первых шаг, не повернулся к другому, не посмотрел тому в глаза. Из них изначально напарники были никакие. Но если они знали, что закончиться это плохо, то почему продолжали работать вместе? — Так больше не может продолжаться. — Я знаю.       И снова тишина. Вот только раньше она была успокаивающей, а сейчас... — Я пойду в это сторону. А ты иди в другую. И не смей идти за мной. Мы больше не напарники.       Один пошёл в одну сторону, второй пошёл в другую. Никто так и не оглянулся назад. Ни один, ни второй. Переулок вновь был пустой, словно в нём никто не ходит.                                     ***       Рейх тихонько шёл по улице, натянув капюшок толстовки на голову. На душе было паршиво. Он поссорился с Союзом, с единственным человеком, который с ним общается. Рейх и раньше чувствал себя одиноким и сейчас он чувствует себя так же, только во много раз хуже. Злость и чувство вины пожирали душу. Если так посмотреть, то виноват ли Союз в том, что произошло? Рейх уверял себя, что да, ведь из-за таких, как Союз и проигрывают. Но может... Может нет? Может он не виноват? Парень потряс головой. Виноват! Ещё как виноват. А Рейх виноват? Парень замер на месте. Он... Он ведь тоже натворил делов. Накинулся, как сумасшедший. Получается и Рейх виноват...?              Парня резко схватили и затащили в безлюденое место. В парке и так сегодня не было людей, но здесь их не бывает никогда. По-крайней мере так говорят. — Вот и он, босс, — Грубый мужской голос раздался сверху.       Рейх попытался осмотреться. Один парень держал его за руки, второй стоял рядом. Так и не скажешь, сколько лет, но точно не очень взрослые. Старшеклассники?       Из темноты деревьев вышла более мелкая фигура, но чуть выше Рейха. Она пару раз лопнула в ладоши, а из-за луча, что просочился сквозь листья, заблестели чёрные очки. — Спасибо большое, мальчики.       Рейх узнал этот голос. Он узнает его из тысячи голосов. Голос самого главного вруна и сплетника сложно забыть. — США...? — Ну привет, Рейх.