Издалека

Они сели в карету, которая должна была доставить их до дома почти сразу после того, как четверо путешественников, хранивших секрет бесследного исчезновения 76 человек из этого города, избавились от следов нашествия мертвецов. Товарищи покойного Цеппели уплыли на небольшой украденой у какого-то рыбака лодке, и, попрощавшись напоследок, двое друзей и сами отправились в обратный путь. Карета была маленькой, но вполне уютной. Через пару дней они уже должны были быть в Лондоне. Джонатан старался выглядеть счастливым, но получалось у него плохо. Спидвагон мог только развлекать его разговорами ни о чём, да бестолковыми шутками, над которыми не посмеялся бы даже самый пьяный человек на свете. День был пасмурным и серым, что не было редким явлением для Великобритании, так что на это уже никто не обращал внимания, продолжая заниматься своими скучными серыми делами. Никто не задавался вопросом, кто в нем рыщет и что за цели преследует. Казалось, что в такой день вообще никто не может сделать чего-то стоящего. В окне экипажа лениво проплывали поля и перелески. Сырой ветер шелестел листьями деревьев. Пахло травой и дымом. Спидвагон опять поёрзал на сидении. Он не привык ездить в таких упряжках, оттого постоянно ёжился и косился по сторонам. Иногда Джо Джо смеялся над ним. Но смех его был неискренним и грустным. От этого становилось тоскливо и вязко. Голова у бандита болела. Он так и не промыл свою ссадну. Да и вообще, они так и не сходили помыться, в комнате был душ, но он не работал. И хорошо бы было выстирать одежду. Ну ладно, там, где они будут ночевать, точно есть прачечная. Темнело. Изредка шёл тёплый дождь, прибивая пыль к дороге, а тоску- к душе. Радовало только то, что к полудню настроение Джонатана наконец-то поднялось, и теперь бандит болтал с ним без умолку, будто за несколько дней их путешествия они не наговорились. Джо Джо говорил про то, как соскучился по Эрине, про то, как волнуется делать ей предложение, про то, как пройдёт их свадьба, про то, куда они поедут в медовый месяц, как назовут детей. Говорил про то, как он станет археологом и будет и дальше изучать ту проклятую каменную маску, про то, как они со Спидвагоном будут путешестовать по миру в поисках ответа, и какие приключения их ждут. Говорил, как он будет рад, когда и у Роберта появится дама сердца, и как их дети будут вместе расти и играть, и про то, что их дружба никогда, никогда не разрушится. А Спидвагон думал про то, какая же он всё-таки сволочь. Сейчас сидит и обливается потом, чтобы не выдать своих отчаяных стадальческих глаз, упорно улыбается, дрожа всеми мускулами лица, пока в душе неугомонной птицей бьётся крик о том, что не будет приключений, не будет дамы серца, не будет детей, не будет дружбы на веки. Потому что такой человек, как он, не достоин и не способен получить ничего из этого. Потому что очень скоро Джо Джо это тоже поймёт. И просто уйдёт. Уйдёт и правильно сделает. Спидвагон не достоин быть его другом. Не достоин находиться рядом. Он знает это и не будет против. Он уже давно подписал себе приговор. Вдруг карета остановилась. Друзья выглянули из экипажа. Они стояли перед воротами небольшого городка. - Что такое?- спросил Джонатан. - Стемнело,- ответил кучер,- дороги не видно, и лошади устали. Я отведу их в конюшню, а вы можете переночевать вон в том здании рядом. - Хорошо, сер,- отозвался Джо Джо и сел обратно на мягкое сиденье, обращаясь уже к блондину,- нам нужно будет здесь переночевать. Надеюсь, хоть тут есть ванна. Спидвагон задумался. Кучер договорился о чём-то со стражником, тот дал команду, и ворота открылись. Экипаж поехал по довольно оживлённой улице. Бандит смотрел на проплывающие мимо здания и вдруг неожиданно для себя сказал: - Скучно просто ложиться спать. Может, погуляемся по городу? Я думаю, тут можно найти интересные места,- и как он ляпнул? Хотя вообще-то идея неплохая. И судя по оживающему лицу Джонатана, он тоже счёл эту идею хорошей: - Хм, а ведь, ты прав, пошли гулять! Я так давно не выходил на прогулку с тобой!- и он ласково улыбнулся, что заставило бандита спрятать взгляд в своей натянутой поверх лица шляпе. Комната, которую они забронировали перед тем, как направиться на прогулку, чтобы положить вещи, была небольшой, но аккуратной, с двумя стоящими рядом кроватями и маленьким подсвечником. Впрочем, надолго друзья в ней не задержались. И очень скоро Джонатан и Роберт шли по оживлённой главной улице, болтая о том, куда бы им отправиться. Так как города друзья не знали, то пошли, куда глаза глядят. Сначала глядящие глаза привели их к небольшой площади, на которой выступали красивые девушки в пышных юбках. Бесконечные слои фетра и хлопка взлетали вверх, будто лебеди и искусно рассекали воздух, изящно опускаясь вниз. Друзья пару минут завороженно посмотрели на девушек, вернее, на выступление смотрел Джо Джо, а Спидвагон больше смотрел на его восхищённые глаза и улыбку. А после они отправились в следующее место. Следующим местом оказался красивый расписной фонтан со статуей. - Это же статуя богини Любви, прямо как та, что стояла при входе в наш семейный особняк!- показал на неё удивлённо Джонатан, а потом грустно улыбнулся, вспомнив про сгоревший отчий дом. Но очень скоро его грусть пропала, ведь на следующей улице друзья увидели совсем маленьких детей, что продавали аккуратные букеты, состоящие из дубовых веточек и засушенной сирени. Дети были одеты бедно, и их чумазые лица так же выдавали их не самое удачное происхождение. Что-то в груди Роберта кольнуло при виде этих детей. Уж слишком сильно они напоминали блондину его самого и его банду в детстве. Только в этом возрасте они уже промышляли мелким воровством, а не продавали букеты, будто ангелы. Джонатан купил у детей один букет, отдав гораздо больше денег, чем цена на их товар, но видимо продавцы ещё слишком плохо умели считать, так как деньги взяли. Джонатан после положил этот букет рядом с фонтаном и приложил руку к серцу, мысленно отдав благодарность отцу и отчему дому за всё, что они дали ему. А потом у него заурчал живот. Парень рассеянно посмотрел на то место, где у него был желудок, потом на друга, и оба засмеялись. Кажется, им неплохо было бы перекусить. Спидвагон искал какой-нибудь дешёвый захудалый бар, так как денег у него почти не осталось, Джо Джо хотел пойти в какое-нибудь симпатичное кафе. Всё-таки под натиском лазурных бесконечно убедительных глаз, бандит поплёлся за Джонатаном. Непривычно было сидеть за маленьким столиком на свежем воздухе рядом с небольшим симпатичным ресторанчиком. Парень разглядывал меню. Спидвагон нервно теребил манжеты пальто и прятался за шляпой. Пару раз из таких мест его уже вышвыривали. Поэтому он не очень хотел, чтобы кто-то заметил его. Вокруг снували прохожие, шелестели юбками дамы, гремели кошельками мужчины, стукали чашками о блюдца неугомонные дети. Было так спокойно. Никто из них не подумать не мог о том, что всего день назад над ними нависала такая страшная угроза, что и помыслить страшно. Но рядом с Робертом сидел тот, кто спас от этой угрозы весь мир. Такой же яркий и красивый, как вся эта ночная улица. Спидвагон мечтательно улыбнулся, позволяя себе задержать взгляд на его больших ладонях с грубыми пальцами, на грязной синей майке, на спокойном умиротворённом лице. Вдруг Джонатан поднял на него любопытные глаза. Это заставило Роберта тут же смущенно отвести взгляд, сделав вид, что он смотрит на румяную пышногрудую официантку с красивым лицом и длиными косами. - Спидвагон, почему ты ничего не выбираешь? - А? А я...- неловко было ему признаваться, что оставшихся денег бандиту не хватит даже на чашку кофе,- я не голоден! Но в этот момент желудок издал предательски громкую китовую песню, выдавая не евшего с утра хозяина с потрохами. Роберт втянул голову в плечи и зажмурился от стыда. А Джо Джо усмехнулся: - Ха-ха, оно и видно,- он по-доброму улыбнулся и протянул меню бандиту, хотя перед Робертом лежала точно такая же книжка,- выбирай, что хочется, у меня ещё достаточно денег! Это заставило Спидвагона втянуть голову в плечи ещё больше и замахать руками: - Н-не надо оплачивать, я правда не голоден... - Ты когда-нибудь пробовал творожный пирог?- продолжал, будто не слыша его, Джо Джо. - Я же сказал, что... - Отлично, я закажу тебе кофе и кусочек творожного пирога. - Джо Джо!- возмущённо восклицает Роберт, запоздало понижая громкость своего голоса. Парень заливисто смеётся над ним, и так ярко блестят его глаза, так заливает румянец его прекрасное лицо, что Роберт не может злиться на него ни секунды более, становясь пленником этих задорных, снова детских осколков неба. Тогда Джонатан вежливо, он же всё-таки джентельмен, подзывает ту самую официантку с длинными косами и делает заказ. Девушка ласково улыбается и записывает названия блюд на помятую бумажку, шелестя юбкой скромного платья с белым фартуком. Закончив писать, она вежливо склоняет голову и говорит, что скоро принесёт заказ. Но перед тем как уйти, она вдруг дарит особенно тёплый и игривый взгляд Роберту, отчего бандит тут же округляет глаза, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Эта девушка... этот мимолётный нежный взгляд, эта улыбка... неужели он ей понравился? Да не может того быть. Он? Кому-то понравился? С его-то рожей? Но не могла же она... Судорожно бандит обернулся, чтобы увидеть того, на кого на самом деле посмотрела эта девушка. Но позади он обнаружил лишь стену соседнего дома. Так значит, она действительно одарила этим обворожительным взглядом именно Спидвагона! Это было так необычно. Он никогда не чувствовал на себе такого взгляда. Какой необычный запах. Как китайская роза, случайно упавшая в стакан тёплого молока. Такой ветренный и нежный. От Эрины в присутствии Джо Джо исходил совершенно другой аромат, но он несмоненно был и в этом запахе, как будто только зародившийся бутон цветка. Роберт смутился ещё больше, натягивая шляпу на глаза. Он не мог не признать, что ему это льстило. Но не более. Но, кажется, что Джо Джо заметил смущение друга даже несмотря на то, что его щёки сохранили привычную бледность. - Какая красивая леди,- игриво говорит он, наклоняясь ближе к Спидвагону, и тот сглатывает, когда видит, как аккуратно дёргается кадык парня,- а ты, кажется, ей понравился!- он улыбется, будто хитрый лисёнок, переводя глаза на едва не дрожащего от смущения Роберта. - Д-да с чего ты взял?- нервно улыбается Спидвагон, сглатывая дрожь в голосе. Джо Джо смеётся и легонько толкает Роберта в плечо: - Да ладно тебе, неужели ты не видел, как она посмотрела на тебя? Роберту хочется провалиться сквозь землю, умереть прямо здесь. Чёрт возьми, Джо Джо, ты слишком милый даже для того, чтобы оттолкнуть тебя сейчас и с напускным возмущением обозвать дураком! - Я видел, ты тоже смотрел на эту прекрасную леди,- продолжает эту пытку игривым голосом парень, будто бы специально не замечая, как медленно убивает Спидвагона каждым словом,- может быть, это твоя судьба? Как моя Эрина! Это точка невозврата. С шумным вдохом Роберт выскакивает из-за стола и бежит в кафе, крикнув на ходу ошеломлённому другу, что ему нужно в туалет. На удивление, в таком маленьком кафе всё-таки была и уборная, и даже небольшая раковина с зеркалом над ней. Роберт быстро прижался к холодной стене, силясь остудить горячую голову. Но она, кажется, раскалялась только больше. Даже маленькое солнце бесновалось внутри, будто одержимое демоном. В голове безумным вихрем метались мысли, размазывая мозг по стенкам черепа. «Джо Джо, чёрт возьми, Джо Джо!- кричал в мыслях блондин, хватаясь рукой за волосы и больно оттягивая их, чтобы хоть немного отрезветь,- Что же ты творишь, что делаешь со мной?!». Ему нужно сейчас успокоиться, нужно просто вернуться к другу и спокойно объяснить, что он ошибается, и эта девушка никак не может быть судьбой бандита. Ведь его судьба сидела здесь, перед ним, заказала ему только что творожный пирог, так болезненно близко, слишком наивно хватая бандита за плечо, полагая, что это не расплавит его жалкую душу. Эрина, Эрина, моя Эрина... крутились в голове его последние слова, будто впиваясь колами в так и не зажившие раны. Чувства переполняли, били через край, путались, сбивали друг друга, не могли встать в ряд. Чёрт, он опять всё испортил, опять струсил, опять сбежал! Как же ужасно, невыносимо находиться в этом изуродованном теле, как хотелось бы просто выпрыгнуть из него, дать волю ветру понести призрачную душу куда-нибудь далеко. Господи, пощади, пощади хоть раз, сжалься над жалкой душой, дай ей хоть немного покоя, хоть одну ночь! Подари ей одну единственную ночь! Постепенно бандит успокаивался. Он прислонился руками к раковине и всполоснул лицо застоявшейся водой. Пора. Дверь, паркет, ещё одна дверь, плитка, стул и ноги Джо Джо. Бандит поднял уставшие глаза и вымученно улыбнулся. Джонатан выглядел обеспокоенным. - Вот и я,- блондин сел обратно за столик, всем своим видом стараясь показать, что он спокоен, как никогда,- извини, что убежал. Просто перенервничал, ну ты знаешь, иногда мои эмоции бывают... слишком сильны,- он пропустил пару нервных смешков, чтобы показать другу, что всё хорошо. Джонатан нахмурился и посмотрел на бандита. В его глазах скользила вина. - Спидвагон,- начал медленно он, запнувшись на первом же слове,- ты... ты прости меня, пожалуйста. Я, я правда не знал, что это так заденет тебя! Я совсем не подумал, что это может быть болезненной темой для тебя, но я ни в коем случае не хотел тебя обидеть! Это было совсем бестактно с моей стороны, я совершил поступок, абсолютно недостойный джентельмена, мне очень жаль!- он опустил голову, как провинившийся в чём-то ребёнок. Роберту захотелось посильнее стукнуться лбом об острый край стола. Но он ограничился мысленной формой этого действия, ощущая фантомную боль от удара. Опять он всё испортил, а ведь так хорошо сидели. Ну неужели нельзя было потерпеть, держать себя в руках! Неужели нельзя было хоть раз повести себя как нормальный человек? Наверняка можно было, только вот Роберт не смог. Грустный взгляд Джо Джо впивался в самое сердце, и изнывавший под его напором бандит чувствовал себя так, будто в него разом впились десять вилок. Но не время было сейчас думать об этом. Через силу блондин улыбнулся и дрожащей рукой коснулся плеча Джонатана: -Ха-ха, конечно же я не злюсь на тебя!- он ухмыльнулся как обычно дерзко и задорно,- правда, не стоит переживать об этом! Смотри, а вот и наш заказ!- он благодарно принял две чашки кофе, кусок пирога и небольшое пирожное из обворожительно полноватых белых рук официанки. И та вновь одарила его тем самым странным запахом. Но теперь Роберт лишь благодарно кивнул ей, и та просто с умилительно грустным смятением удалилась на зов другого клиента. Джо Джо, смотрящий на эту короткую сцеу с некой- бандиту, должно быть, опять причудилось- почти что детской ревностью, которая пряталась под любопытсвом, облегчённо вздохнул и тоже улыбнулся – так же радостно, как и всегда. И Роберт окончательно успокоился. Творожный пирог был очень вкусным. Не то, чтобы в своей жизни бандиту ни разу не удавалось попробовать сладкого. Но все те зачерствевшие булки, скупо посыпанные жжёным сахаром и в сравнение не могли идти с воздушной мякотью, дополненной добротным слоем сыпучего творога с небольшим количеством каких-то ягод. Когда первая ложка попала ему в рот, блондин распахнул глаза, и почувстовал непреодолимое желание проглотить язык вместе с лакомством. Он начал медленно жевать, не понимая, как вообще людям удалось произвести на свет нечто настолько прекрасного вкуса. Джо Джо смотрел на него с радостью и любопытством, разглядывая, как друг с поразительным усердием раскатывает во рту каждый комочек творога, смешиват языком с хлебной мякотью, и благоговенно глотает, будто бы силясь запомнить этот божественный вкус навсегда. Из голубых глаз, что так неумело прятались на чашкой кофе, лилось нескончаемое тепло, словно пытаясь согреть бандита в себе, подарить ему всё то, чего он был лишён с рождения. Они так хотели найти в сейчас полностью ставших в ночном сумраке сиреневыми глазах ответ на какой-то очень важный вопрос, но будто пугаясь самих себя и того, что им всё-таки ответят. И как же было хорошо, что Роберт этого не видел, что прохожие вокруг этого не видели, что Эрина этого не видела. Глаза смотрели ещё совсем немного, но после как будто прояснились, стали более трезвыми и стыдливо откатились в сторону от жующего бандита. Мускулистые руки дёрнулись в бессознательном желании достать дневник и перо, но тут же улеглись обратно, вспомнив, что потрёпанная книжка осталась лежать в оставленном в комнате портфеле. Остальной перекус прошёл совершенно спокойно. Отложив ложку в пустое блюдце, где только недавно был творожный пирог, Роберт откинулся на спинку стула и засмеялся: - Ах, это был мой самый вкусный ужин, не могу передать, как я благодарен тебе, Джо Джо! Парень счастливо улыбнулся и тоже откинулся назад: - Я очень рад, что тебе понравилось,- он привычным жестом неловко почесал затылок. - Я отдам тебе деньги за это, как только они у меня появятся,- виновато опустил голову бандит. - Что ты!- тут же запротестовал Джонатан,- я же угостил тебя, мне не нужно отдавать за это деньги! К тому же, твоя помощь и компания итак бесценны,- он ласково улыбнулся, наблюдая за тем, как бандит смущённо прячет глаза за цилиндр. Парень не мог этого признать, но всё-таки ему так нравилось видеть это выражение лица друга, даже больше, чем его восхищённый взгляд или дерзкую и всегда уверенную ухмылку. Впрочем, он быстро остановил себя на этом доводе, легко свернув на рассуждения о том, что в последнее время он постоянно хочет коснуться спутанных золотистых кудрей, должно быть, потому что очень соскучился по тому чувству, когда он утыкался носом в мягкую макушку Эрины. И вообще, Эрина. Да, лучше подумать о ней. Он так соскучился по ней. Как она там вообще? Тем временем бандит вдруг наклонился ближе к Джо Джо, заговорщически улыбаясь. Парень недоуменно наклонился в ответ, навострив уши. Спидвагон улыбнулся так, будто задумывал что-то украсть: - Но вообще-то, дружище, у меня тоже есть для тебя подарок,- он смело взглянул прямо в глаза парню, но почти сразу смущённо отвёл взгляд в сторону, стоило только Джонатану посмотреть на него тоже. Тогда бандит потянулся во внутренний карман своего пальто, довольно большой, так как там он носил свою шляпу с лезвиями. Но на этот раз из тёмной ткани вынырнула совсем не шляпа. Брови Джо Джо поползли вверх. Бандит с гордостью поставил на стол довольно большую бутылку виски. Вид у него был такой, будто эта бутылка была самой лучшей вещью, которую он когда-либо крал. Она была из красивого тёмного стекла, с искусной этикеткой, от неё буквально веяло качеством и высокой ценой. Джонатан изумленно взглянул на друга, не зная, чему он удивляется больше, тому, что к 20-ти годам он впервые так близко чувствует запах виски, или тому, откуда у Спидвагона вообще взялась эта бутылка. - Я подумал, что несколько недель у нас были такими напряжёнными,- виновато потупил взгляд блондин,- и не было бы ничего страшного в том, чтобы пропустить по бокалу. - Но откуда у тебя вообще такая дорогая бутылка?- удивлённо Джо Джо рассматривал то презент, то бандита,- я не особо хорошо разбираюсь в этом, но помню ещё с детства, что такие бутылки доставали из погреба только на самые значимые и важные мероприятия! Блондин смутился ещё больше. Он улыбнулся ещё с большей виною, и отчего-то засмеялся: - Хе-хе... на самом деле я не покупал её,- он украдкой глянул на совсем ничего не понимающего Джонатана и внезапно ухмыльнулся своим самым смелым и самым дерзким оскалом,- я спёр её у Дио! А-ха-ха!- вдруг он прыснул со смеху, уткнувшись лицом в сгиб локтя. Он всё никак не мог перестать смеяться, пока до Джо Джо медленно доходил смысл сказанных другом слов. Он хлопал глазами и медленно переводил взгляд то на бутылку, то на Спидвагона. - То есть как это... спёр?- отстранённо и с полным непониманием спросил он как будто сам у себя. Бандит всё продолжал смеяться. Но это было действительно смешно. Ради этого выражения лица стоило заморочиться с этим чёртовым бухлом. - После того, как ты победил этого ублюдка и свалился без сознания, мы с теми тибетскими ребятами ещё ненадолго задержались в том замке, чтобы зачистить его от оставшейся нечисти,- наконец немного успокоившись, начал рассказывать блондин,- И так вышло, что один из этих упырей прятался в погребе с вином. Ну там я его и прикончил, и тут смотрю, а пойло-то неплохое! Ну и свистнул я у этого клыкастого одну бутылочку, тем более, что ему уже точно было всё равно! Ха-ха, видел бы ты сейчас своё лицо, Джо Джо!- и он снова уткнулся лицом в ладони, мелко трясясь от смеха. Лицо парня в этот момент выражало слишком много эмоций, чтобы можно было понять, что именно у него сейчас на уме. Но он наконец нашёл в себе силы и стукнуть себя ладонью по лбу: - Ну вот что ты за человек, Роберт!- возмутился он, даже не пытаясь скрыть весёлой улыбки на губах и смешинки в глазах,- а если там внутри какой-нибудь яд или хуже того, кровь? Что там вообще эти вампиры пьют? Вот мы сейчас выпьем и...- он задумался над тем, что может с ними стать,- в лягушек превратимся! Тогда... - Тогда какие-нибудь усатые дядьки будут ломать через наши тела камни!- засмеялся Спидвагон, наконец поняв, что теперь при воспоминании о Цеппели сердце щемит уже чуть меньше и рыдать от боли больше не хочется. Джо Джо тоже засмеялся, хотя и в его смехе была грусть. Но это была благородная грусть, такая, с которой вспоминают о чём-то былом и тёплом. Роберт счастливо улыбнулся. Сейчас Джонатан наконец-то был тем самым Джо Джо, его Джо Джо, другом, идеалом и незыблемой недосягаемой мечтой, той самой, которой он уже давно продал свою душу. Но смотря на эту счастливую совсем детскую улыбку, бандит понимал, что с радостью бы продал свою душу этому божественному образу ещё раз. Спидвагон прислонился щекой к кулаку и как обычно мечтательно и немного грустно посмотрел на смеющегося Джонатана, который сейчас больше всего напоминал сошедшего с фрески ангела. Бандит попытался расчесать пятернёй часть волос, но застряв окончательно где-то на середине золотых прядей, раздражённо вынул пальцы из нечёсанных кудрей, и взял бутылку подмышку. - Пойдём прогуляемся до реки, что возле города,- позвал он друга,- там и опробуем, может быть, у вампиров есть вкус в алкоголе,- он усмехнулся и зашагал к концу улицы, а Джонатан поспешил за ним. Шли они не быстро, но и не медленно, довольствуясь красотами ночного города. Спидвагона даже пробрала греющая душу ностальгия, а в голову ударили восопоминания о тех давних временах, когда он ещё патрулировал свою территорию, гордо вышагивая во главе своей банды и крича дерзкие колкие фразы на каждый выпад своих подчинённых. В ряд ли он хотел бы вернуться в те времена. Ведь в те времена рядом с ним не было Джо Джо. Но тот почти что недосягаемый дух свбоды, что окутывал молодую горячую голову на спёртом морозном воздухе среди трущоб, что так сильно чувствовал он прямо сейчас, дарил сердцу какое-то невообразимо высокое и прозрачно-воздушное чувство. Когда друзья покинули ворота города и направились к небольшой речушке, скрытой маленьким пролеском, в лицо ударил прохладный ночной ветер. Впервые за долгое время бандит смог вздохнуть с такой невообразимой лёгкостью на душе, пропуская через себя свежесть близкой воды. Его маленькое солнце внутри забесновалось, завертелось вокруг себя, радостно повизгивая и щекоча органы, будто озорной щенок пытался поймать свой соственный хвост. Спидвагон на несколько секунд зажмурился от нагретых солнечными днями капель, летящих прямо в него, и с улыбкой посмотрел на Джо Джо. Тот прекрасный, полный радости, надежды на будущего и свободы взгляд он, должно быть, не сможет забыть никогда. Да и зачем? За все деньги мира Роберт бы не согласился выкинуть из головы ни один даже самый нелепый образ этого богоподобного существа. Джонатан довольно жмурился от капель воды, дышал всей своей необьятной грудью и, раскинув руки, вдруг упал прямо на мягкий мховый бережок речушки. На мгновение он замер, привыкая спиной к мокрому зелёному ковру, а потом снова вздохнул полной грудью. И засмеялся. Искренне и счастливо, как умеет смеяться только он. Бандит приземлился рядом с ним. Достал из-за пазухи бутлку и откупорил пробку с помощью ножа. По берегу распространился томный глубокий запах. Джонатан сел и с интересом втянул в себя воздух. - Пахнет роскошью,- наконец вдумчиво произнёс он, и Спидвагон кивнул ему в знак согласия. - Я забыл с собой кружки,- вдруг как-то растерянно вспомнил он, отстранённо смотря на горло бутылки. Повисло недолгое молчание. - Ну и ладно!- улыбнулся наконец Джо Джо,- не так уж это и важно! Сейчас отступать уже поздно. Роберт с нарастающем стыдом посмотрел на друга. Чёрт возьми. Им придётся пить из одного горла. Сколько раз бандит делал так, деля выпивку с приятелями, не испытывая никаких угрызений совести. Но теперь-то перед ним не кто-то, а Джо Джо! Роберт надломил брови и спрятал взгляд. В который раз за этот день ему вновь захотелось провалиться под землю. Парня же наоборот ничего не смущало. Он вообще-то, казалось, пребывал в состоянии некой эйфории, уже давно потеряв нить их действий и просто плывя по течению, будто уже был пьян. Только на лице у него осталась почти детская, ошарашенная счастливая гримаска. Спидвагон вздохнул и снова перевёл взгляд на бутылку. Сейчас их разорвёт на куски, подумал он. Стоит только потерять контроль, хотя бы на секунду ослабить узды... Но как сильно туманит разум шум бегущей рядом реки, этот чертовски вкусный воздух свободы, смешанный с дорогим запахом виски, слишком близкий сейчас Джо Джо... Ч-черт. Пожалуй, есть в этом что-то гипнотическое, и посильнее чар Дио. Но Джонатан был прав. Останавливаться было поздно. Но бандит должен справиться, он должен держать себя в узде, он обязан... - Кто первым будет пить?- спросил туманным голосом, будто бы издалека, он. Джо Джо всё ещё завороженно глядел на бутылку, будто бы на запретный плод. Тогда бандит придвинул её к другу: - Давай, ты,- он всунул виски в руки всё ещё будто бы находящемуся в прострации Джонатану,- твоя победа всё-таки. - Наша,- тихо, но твёрдо вдруг произнёс юноша, смело взглянув в глаза друга. И поднёс горлышко к губам. Его кадык коротко дёрнулся, и до бандита донёсся звук глотка. Потом ещё раз, и ещё. Прошли две томительные секунды. Но почти тут же Джонатан скрючился, едва не выпустив из рук бутылку, и закашлялся, хватаясь рукой за горло, как будто только что выпил жидкую лаву. Видно было, что он выпил совсем немного, всего каких-то три глотка, и из его рта потекла одинокая тонкая струйка не проглоченного алкоголя. Бандит обеспокоенно забрал у друга бутылку и уставился на парня. Джонатон медленно выпрямился и потряс головой. На его лице было такое недоумение, словно ему только сейчас пришло в голову, кто он такой и где находится. Он похлопал своими всё такими же светлыми, но затуманенными глотками виски глазами, растянул губы в подобие недоверчивой улыбки и выдавил из себя хриплое: - Жжётся,- он снова потёр горло ладонью, прогоняя оттуда остатки жгучей жидкости. Этот совершенно невинный вид юноши заставил бандита задохнуться от запретного восторга. Он накажет себя за то, что позволил себе увидеть это позже. Сейчас он просто продолжает смотреть. Подумать только, как юноша краснеет от всего нескольких несчастных глотков! Неужели никогда до этого он не пил чего-то крепкого? Неужели его губ касался лишь бокал со сладким, конечно же, разбавленными водой вином на донышке?! Да не может того быть! Но так непривычно пьяно взглянул он на друга, так бессознательно сладко улыбнулся ему, наконец справившись со жжением в горле, что сознание другого на мгновение уплыло так далеко в омут греха, что больше не хотело возвращаться оттуда. Только не когда он видит эти слипшиеся от сладости спиртного губы. Только не когда чужие щёки так мягко рдеют в звенящем от чистоты этого ангела воздухе. Только не когда Джо Джо смотрит на него так... И на миг он действительно дал себе слабину. Проигрывая инстинктам, бандит ответил на улыбку друга: - Хе-хе, ничего страшного,- как ему вообще хватает сил на слова,- это с непривычки. - Наверно...- Джонатан закрыл глаза и откинул голову назад, подставляя лицо под холодный свет далёких звёзд. Это было так внезапно, так гармонично, да ещё после такого убийственно прекрасного вечера, настолько пленительно, неповторимо и изящно, что блондин, глядящий на качающегося от наступившей эйфории друга, едва удержался от того, чтобы прямо сейчас впиться в его сладкие от виски губы. Но не удержался от восхищённого и почти обвинительного вздоха, которым переполнилось его сердце и лёгкие. Он слишком, слишком реален! Он, краснеющий и глупо улыбающийся, так кристально чисто смотрящий уже опьяневшими глазами куда-то вглубь реки, прямо перед ним, только протяни к нему руку, и почувствуешь его гладкую кожу под пальцами! "Джо Джо!"- хотел крикнуть банит,- "Джо Джо, Джонатан, мистер Джостар! Пожалуйста, посмотри на меня! Пожалуйста, увидь! Ну неужели ты не видишь, Джо Джо, неужели в ты и вправду не видишь что каждый, каждый чёртов раз, когда я вижу тебя, твои сияющие глаза, твою прекрасную улыбку, твою чистейшую в мире душу, я влюбляюсь в тебя, влюбляюсь снова и снова без памяти, как будто впервые! Пожалуйста, помотри на меня, Джо Джо! Пожалуйста, увидь мой взгляд, пойми его хотя бы раз!" Бандит встрепенулся. Нет, он должен остановиться, должен держаться. Он обещал себе, он обещал! Запить, срочно запить это вожделение, запить губительную смертоносную трезвость, потопить самого себя в алкоголе! Бандит резко припал губами к горлышку, сломал себя окончательно, ощущая на нём остатки чужой слюны и едва не сходя с ума. Он жадно глотает пару раз, только чтобы хоть на минуту отвлечься от того косвенного поцелуя через горлышко. Виски был что надо. Не столько его вкус и запах были главным достоинством, сколько та поразительная лёгкость, с первого глотка дарящая желанную эйфорию, мягко берущая за дрожащую руку и уводящая далеко, так далеко от кипящих мыслей в бесконечную нежность и сладостную дрожь. Но и его вкус бандит заметил тоже. Вкус был просто прекрасен. Настолько же прекрасен, как и пугающе опасен. Ведь не должны, не должны были сквозь ванильные, изящно пряные нотки, просачиваться, вливаться в сознание такие до боли идеальные, слишком знакомые ему немного нелепые, медово-молочные с совсем небольшим добавлением какого-то красивого нежно-розового цветка, жилки, точно давая знать, кто уже пил из этой бутылки. Но как же хорошо, что спустя ещё несколько рваных глотков, нега уносит его слишком далеко от здравого смысла, от своей совести. Джо Джо снова берёт бутылку. Снова морщится после каждого глотка. Не смакует во рту. Старается проглотить всё сразу, чтобы алкоголь сразу же подарил ему долгожданную свободу. Его щеки и нос краснеют всё больше, а глаза становятся всё менее сознательными, оставляя в себе лишь щенячью игривость и тусклый огонёк на самом их дне. Роберт пока не пьян, лишь ощущает внутри приятное ощущение невесомости и пустоты. Всё-таки, к таким крепким напиткам ему не привыкать. Бутылка пуста больше, чем наполовину. По очереди к ней прикладываются двое друзей, всё ещё сидя на берегу реки. И кажется, что они просидят тут ещё целую вечность, и ничто не способно сдвинуть их с места. Но вдруг, опасно шатаясь из стороны в сторону, Джонатан встаёт на ватные ноги и идёт к реке. Бандит встрепенулся и поплёлся за другом. Надо следить за ним. Вдруг парень стянул с себя майку, обнажая накаченное, слишком большое для такого невинного взгляда тело. Это заставило Спидвагона на мгновение протрезветь и подбежать к Джонатану: - Эй, эй,- слегка заплетаясь в звуках, начинает он, виновато улыбаясь и отводя взгляд куда угодно от чужого тела,- Джо Джо, куда ты... куда ты собрался? Джонатан молчит. Видимо, пока он занят одним, другое параллельно он делать не может. Чёрт, Спидвагон уже тысячу раз пожалел о том, что вообще своровал эту бутылку! Парень отвечает не сразу, начиная стягивать сапоги и штаны, неаккуратно бросая грязные вещи под деревом, оставаясь только в нижнем белье. Как гром среди ясного неба. Роберт тут же зажмурил глаза и с шокированным и одновременно смущённым «Э-ах?!» резко отвернулся от парня, поспешно закрывая лицо руками. - Хо... хочу искупаться,- весело мямлит он и заходит в реку. Бандит пытается остановить его, зажмурив глаза, хватает за руку и тянет на берег, но Джо Джо уже по пояс в тёплой воде. Он пьяно и бессознательно смеётся, качается на неустойчивых ногах, не поддаётся рукам бандита и заходит ещё глубже. Спидвагон отчаянно тянет его к берегу, и он просто продолжает смеяться. Брызги тёплой воды бьют ему в лицо и даже сейчас он слишком невинен, так прекрасен его весёлый и бессознательный образ, так затуманено блестят его влажные от виски глаза... нет, нет, не смотри на него, не смей даже подумать о том, чтобы взглянуть на остальное его тело! Стараясь оставаться спокойным и рассудительным, Роберт крепче обхватывает его запястье и пытается утащить к спасительному берегу. Но вместо этого они ещё сильнее погружаются в воду... Даже в таком состоянии он такой же сильный! Роберт тянет его назад изо всей силы, но сам уже по колено в воде, и ощущает, как неприятно мокрая ткань облепляет ноги. Парень видимо, посчитал это очень смешным, а потому неловко брызгается в друга водой, и теперь бандит стоит ещё и в вымокшей рубашке. Нет, ну это невозможно! - Всё, Джо Джо, всё,- шипит он, пытаясь вытащить парня обратно на берег, и жмуря глаза,- ты перебрал, дружище! Нам нужно вернуться в город! - Но мне хорошо...- растерянно мямлит юноша, на секунду поддаваясь бандиту, но почти тут же вырываясь,- давай по-о-о... поныряем!- и тут он легко отталкивается от дна и уходит под воду с головой, резко рванув за собой и друга. - Ах ты ж, чёрт те...- Спидвагон не успел договорить, ведь в следущий момент в рот заливается вода, отбивая все мысли. Перед глазами всё расплывается, и он чувствет, как его макушка окончаетльно скрылась в водной толще. Они всё дальше от берега, парень гребёт руками и вдруг останавливается. В воде Роберт не видит его черты лица, и река такая тёмная внутри, но он почему-то он знает, что сейчас Джо Джо улыбается ему. Только ему одному... хотя нет, нет, он просто пьяно улыбается всему на всете. Секундное замешательство прошло, и на этот раз блондину удалось вытащить и себя и друга на поверхность воды. Роберт плюётся и обеспокоенно смотрит на улыбающегося Джонатана. - Фух... ты уже накупался,- измождённо говорит он, крепко держа парня за руку, чтобы тот не уплыл от него ненароком. - Я хочу ещё...- смеётся Джонатан, уже собираясь нырнуть снова. - Нет!- в последний момент Роберт успевает удержать его. Что же делать, как вытянуть его на берег?! Спидвагон зажмурился, судорожно соображая, как ему поступить. Чёрт, нельзя было давать ему столько, он же и пить совсем не умеет, естественно он перебрал! Так ладно, думай, думай, что может заставить его выйти на берег самостоятельно, пока они тут окончательно не утонули? Стойте... точно, ну конечно же! И как он сразу не подумал! Точно, это точно сработает, он слишком хорошо знает своего друга для сомнений! Секунда молчания. Но вот: - Джонатан Джостар!- громогласно и с напускной серьёзностью окликает он парня,- то, как вы сейчас себя ведёте, недостойно поведения настоящего джентельмена! Немедленно выйдете на берег и оденьтесь, такое поведение недопустимо для человека ваших кровей! Да самый настоящий он джентельмен, и даже сейчас, вот только Джо Джо знать об этом сейчас не нужно. Парень вдруг выпрямляется по струнке, взглядывает на друга испуганно и отчаянно, и к удивлению покорно плывёт к берегу. Он смотрит затуманено и виновато, отчего его нестерпимо хочется пожалеть, но сейчас нельзя. Спидвагон тоже выходит из воды, стараясь не согнуться от мокрой и неприятно липнущей к телу одежды. С вымокших спутанных волос капает речная вода, и они тоже нестерпимо тянут расслабленное от виски тело к земле. Но сейчас нельзя поддаваться. Нужно идти в город. Такой же мокрый Джо Джо растерянно одевается в свои вещи, путается в сапогах и штанинах, но смотрит всё ещё примирительно и виновато. Спидвагон подходит к нему и поддерживает за руку шатающегося пьяного друга, чтобы тот не упал ненароком, пока пытается попасть ногой в сапог. Хочется поскорее оказаться в тёплой комнате, вылезти из мокрых и грязных вещей, высушить волосы, наконец-таки побриться, растянуться на мягкой постели, услышать ровное дыхание Джо Джо на соседней кровати, и провалиться в сладкий полу-пьяный сон. Спидвагон и сам уже далеко не твёрдо стоял на ногах, и сознание было где-то далеко, но пока что могло дотянуться до пульта управления его телом. Хотелось петь. Бандит встряхнул головой и вздохнул. Ему надо продержаться в полу-трезвом виде хотя бы до того момента, как он доведёт уже засыпающего от виски Джо Джо до постели. А потом можно будет опьянеть окончательно. И сесть рядом с его кроватью снова. И просто смотреть на него. Потянуться нетвёрдой и гуляющей от алкоголя рукой к его лицу и убрать с глаз мокрую прядь тёмных волос. И больше никогда, никогда не вспоминать его пьяного будто яро ищущего ответ на какой-то очень важный вопрос туманного взгляда. Навсегда забыть про его мокрую остуженную рекой кожу, мускулы, прячущиеся в толще тёмной воды. Стереть из памяти его прикосновение губами к горлышку бутылки, и сразу после них касание горлышка собственными обкусанными губами Роберта. Забыть. Навсегда. Джонатан наконец выпрямился, справившись с майкой и посмотрел на друга, глупо улыбаясь и шатаясь из стороны в сторону. - А куда... куда мы?...- мямлил он, пока Спидвагон тащил его за руку обратно к городу. - Домой, Джо Джо,- со вздохом напомнил ему бандит, придерживая его за плечо, чтобы парень случайно не попал мимо входа в ворота города. Сейчас улица казалась нестерпимо яркой и пёстрой. Хотелось поскорее спрятаться от этого шума и красок, забиться в тихий тёмный уголок и просто уснуть. Впрочем, туда они и шли. Скоро всё кончится. Вот и их тёмный уголок. Джонатан, что весь путь пытался улизнуть от друга и сделать что-то нелепое и озорное, что могло бы прийти только в пьяную голову, к концу присмирел, всё чаще зевая и качаясь, будто в колыбели. Бандит пошарил по карманам и достал ключи от их комнаты, заодно достав и спички, чтобы зажечь свечи в канделябре. Вот и их комната. Уютная и маленькая. Вещи валяются всё там же. Бандит потянул за собой друга и шагнул в темноту. Снял с него кое-как сапоги, потащил к его кровати. Джо Джо шёл за ним, не проявляя абсолютно никакого сопротивления. Спидвагон старался не смотреть на него. И что это была за идиотская идея, свистнуть эту проклятую бутылку?! Хотел повыпендриваться перед парнем? Довыпендривался. Ну, может, и планировал сделать пару глотков вместе с Джо Джо. Но кто ж знал, что такого великана свалит половина бутылки?! И его пьяные взгляды, растерянная улыбка, хмельной румянец, всё это вина Роберта. Но проблема была не в этом, совсем не в этом. Проблема была в том, что Спидвагон не мог оторвать от пьяного лица Джонатана взгляд. Ему нужно было больше. Затуманенный небольшим количеством алкоголя разум требовал его больших расслабленных рук, молил прикоснуться к его мускулам вновь, ощутить горячее дыхание, сорвать его прямо с влажных сладких от виски губ, слизать с них оставшийся липкий пряный налёт. Если прикоснуться к ним сейчас, прикоснуться хотя бы одним пальцем, на утро Джонатан даже ничего не вспомнит... Бандит с остервенением замотал головой. Никогда больше с ним пить не будет, твёрдо решил бандит, поглядывая на шатающуюся огромную фигуру друга. Парня он оставил на кровати, а сам направился к своей постели. Шатаясь, по-быстрее стянул с себя мокрую одежду, разложив её на полу. Зато почище стала. Нижнее бельё решил не снимать. Джонатан, до этого катающийся по мягкой перине, вдруг обернулся на друга. В его лазурных туманных глазах поселился огонёк интереса. - Так... так...- кажется, сейчас слова начали даваться ему ещё хуже из-за усталости,- мно... мно-о-ого шрамов. Спидвагон испуганно взглянул на друга, инстинктивно пряча руки за спину. Хотя в оранжевом свете пары свечей Джо Джо в ряд ли увидел постыдные царапины на них, но всё равно стало страшно. Да и вообще, тело итак было изрезано рваными клочками изуродованной кожи, оставленной колющими, режущими, тупыми и острыми предметами. Цена его неосторожности, наивности, слабости. Стало стыдно. Бандит сконфузился под пристальным пьяным взглядом голубых глаз друга, съёжился, ссутулился, поспешил отвернуться. Угловатое тело согнулось за хозяином. Мускулы задрожали от ноющего напряжения. Пусть Джонатан быстрее отвернётся от него! Чёрт, наверно, надо было усерднее тренироваться. Хотя мускулы отчётливо проступали под кожей, добавляя телу неплохой рельеф, но на фоне Джо Джо он всё равно хлюпик. Имеет ли смысл вообще сравнивать тело бога и это изуродованное жизнью бандитское подобие внешней оболочки? Отвернись, отвернись, не насилуй свои эстетические потребности, не смотри, не запоминай ни рельефа, ни фигуры, ни шрамов, хотел закричать бандит. Тело пугало сейчас так сильно, хотелось избавиться от него под чужим взглядом. Джо Джо всё ещё смотрел. Смотрел на тело бандита. Будто бы ждал ответа на какой-то вопрос. Шрамы. Много шрамов, сказал он. - Много,- повторил за другом растерянно Роберт, расправляя свою кровать. - А... от-откуда?...- почти уже заснув спросил парень после нескольких неудачных попыток это сказать. Спидвагон усмехнулся и вздохнул. - Тебе надо поспать, Джо Джо,- он откинул одеяло. - Н-ну отку-у-у-да?- замычал, будто вымаливая ответ, юноша. Молчание липко наступило на край одеяла, стягивая то вниз и не давая обдумать ответ. Спидвагону пришлось ему подчиниться. Он не знал, что ответить. Как тут ответишь? Особенно пьяному. Джонатан никогда не интересовался у него его шрамами на теле, то ли не зная, что они вообще есть, то ли считая это плохим тоном. А возможно, он догадывался, что послужило причиной их появления. В любом случае, сейчас он, по всей видимости, об этом забыл. Бандит гулко вздохнул, прежде чем сел в кровать и слабо улыбнулся почти заснувшему юноше, что сейчас нежился в одеяле и сладко тянулся. Сейчас сложно было не смотреть на так сильно виднеющиеся изгибы его тела, каждый мускул, каждую косточку. Надо было бы отправить его в ванную. А то лежит тут полумокрый, полусухой. Ну ладно, помыться он сможет и с утра. А сейчас меньше всего хотелось, чтобы его грациозное мускулистое тело покидало соседнюю кровать, перестало вытягиваться и дрожать от длинных зевков. Спидвагон зажмурился. Ему нужно что-нибудь ответить. - Ну... это... много, откуда,- ага, прекрасный ответ, давайте ему поаплодируем,- ну, я же бандит всё-таки... Да какой он к чёрту бандит? Давно уже просто слабак и размазня. Джонатана этот ответ тоже видимо не устроил. Но, кажется, он был не в состоянии сейчас правильно сказать об этом, а потому он лишь накрылся одеялом и закрыл глаза, пробормотав: - И почему... почему я те-тебя раньше...- он ещё раз зевнул,- не встретил?... А потом вдруг затих. Заснул наконец-то. Спидвагон с облегчением выдохнул. Теперь и он может с чистой душой отправиться спать. Собственное опьянение тоже ясности уму нисколько не прибавляло. Сознание сковало неясное чувство не то вины, не то страха, не то счастья. Он посмотрел на карман пальто, где лежал нож. Не сегодня. Пора бы и ему на боковую. Потому он тоже накрылся одеялом. И только в этот момент он ощутил, насколько он устал. А завтра рано вставать. Завтра опять в дорогу, завтра опять новый день. Завтра они уже будут в Лондоне. Не хочется ему завтра. Ему хочется, чтобы сегодня подождало ещё совсем немного. Просто для того, чтобы в последний раз поймать этот образ Джо Джо, этот образ, что больше никогда не увидеть, но такой желанный, такой свободный, ветреный и жаркий, что хотелось схватить его раскрасневшееся лицо, посмотреть в пьяные глаза и целовать, целовать, целовать его везде. Целовать так же, как целовала бы Эрина. Хоть на один миг почувствовать его рядом, ощутить его тело, его душу. Но он этого не сделает. Не посмеет. Никогда. Не было сил ни на мысли, ни на рассуждения. Вечер неясными картинками проносился перед глазами. Статуя богини любви, продающие цветы дети, букет из дуба и сирени, кафе, официантка, творожный пирог, бутылка, речка, Джо Джо, кандилябр, шрамы... Он зевнул. Ещё немного помаялся, прежде чем окончательно отключиться от этого мира и провалиться в негу святого сна. Хороший попался виски.