Один случай меняет всё

Тэхён глупо улыбается спускаясь с крыши к началу большой перемены. Сначала парень хотел поискать Чона и всё-таки поговорить, но потом думается, что это слишком большой стресс для младшего. С его-то одичалой натурой подойти первым и так было подвигом. Меняя траекторию парень заворачивает в коридор ведущий в столовую. Он появляется из неоткуда и пугает друзей, что примостились за столиком. — Вкусно? — Закидывает руки на плечи одноклассников. Хосок громко взвизгивает привлекая лишнее внимание жующих. — Ты где был? — Мин подскакивает и намеренно сжимает Кима в объятиях до хруста костей. Хосок внимательно на это смотрит, а Тэхён громко хохочет не давая возможности несчастным школьникам спокойно поесть. Все любопытно пялятся на шумную компашку и с толикой зависти смотрят на тех кто легко и непринуждённо может касаться загадочного красивого мальчика из выпускного класса. — Спал. — Смеётся Тэхён. Ему легко общаться со сверстниками. Они понимают его юмор. — На крыше. Как кот. — Да, сметанки тебе купить? — Хохочет Чон и подставляет стул со своей стороны. Мин поджимает губы. Он тоже подставляет приятелю стул, но Ким не раздумывая присаживается со стороны Хосока. Тэхён соглашается, только не на кисломолочный продукт. Он проголодался на свежем воздухе и с удовольствием съест лапшу с морепродуктами. Пока весёлая компания собирает завистливые и любопытные взгляды, Чонгук отсиживается в кабинете Джин-хёна. — Я не смог. Он так посмотрел на меня. У него такие глаза. — Причитает младший почти плача. Чонгук утяжелил свой душевный груз побегом. Теперь он корит себя не только за сказанные слова, но и за несказанные. Джин расхаживает по кабинету и натирает подбородок, размышляя как убедить Гука, что ничего страшного не произошло и вообще, извиняться не за что. Чон всё правильно высказал Киму. — Малыш. — Обнимает сзади за шею и пытается устроить голову у младшего на макушке. — Разве это так важно? Не всё ли равно обижается на тебя этот Ким или нет? Почему-то тебя все остальные обиды не беспокоят? — Намекает на себя. Джин не раз был грубо отвергнут младшим, когда попадал тому под горячую руку. — Это другое. Я намеренно хотел его задеть. Что я там ему сказал, я даже толком не помню. — Раскисает Гук. Он скидывает с себя руки старшего и чуть пересаживается в сторону. — Ты сказал, что он ничтожество и руки у него растут не из того места. — Злится смотритель не получая от младшего отклика на свои попытки приласкаться. — Что? Нет! — Вскакивает с места распахивая глаза. — Я не мог такое сказать. Это слишком грубо. — Начинает паниковать. Теперь желание извиниться давит сильнее. Парень не выдерживает и желает найти Кима. Он будет просить прощения хоть перед всем его классом, лишь бы очистить совесть и задышать с бывалой лёгкостью. Выпрыгивая в дверь кабинета жмурится от звонящего по перепонкам звонка. Уже поздно искать Тэхёна. Придётся терпеть и ждать очередной перемены. *** Борьба за внимание Кима продолжается и на уроке. Мин с Чоном мешают другу сконцентрироваться. Постоянно что-то нашептывают, Тэхён даже не всегда понимает смысла, но не заметить странного поведения не может. — В чем дело? — Гневно шипит парень и зорко посматривает то на одного, то на другого. Парни притихают. Пристыженно мотают головой и утыкаются каждый в свою тетрадь. Урок продолжается в спокойной обстановке, но Ким уже не может сосредоточиться. Образ спящего Чона как назло лезет из закромов памяти и становится не до цифр и примеров. Чонгук тоже не может заниматься делом. Монотонное звучание голоса учителя усыпляет учеников, потому тот время от времени громко вскрикивает, чтобы школьники совсем не заклевали носами. Парень сидит без реакции на звуковые встряски. Переживания не позволяют расслабиться и Чон задумчиво вертит ручку в пальцах не собираясь ничего писать. Голова удобно уложена на ладошку щекой, а слух улавливает сзади девчачий шёпот. — Ты реально его сфотографировала? Дай посмотреть. — Воодушевлённо шепчет одна. — Вот. Смотри, какой он красивый. — Самодовольно шепчет другая. Чонгук не разговаривает с одноклассниками. Он, вообще, редко подаёт голос, а тут его внезапно прорывает. Парень резко оборачивается. — Покажи. — Требует, таращит большие тёмные глаза в которые страшно смотреть без подготовки. Девочки тихо дергаются. Чон и сам напуган. — Покажи мне. — Старается попросить. Одноклассница оглядывается по сторонам и улавливая, что с соседних парт на них смотрят, протягивает Чону телефон. Парень удивляется видя на дисплее Тэхёна. Он внимательно смотрит на картинку, где он улыбается Хосоку, смахивает пальцами — улыбается Мину, задушенный в его объятиях. Листает один за другим снимки и убеждается, что их там штук сто. Уже не рассматривает лицо, только перелистывает со скоростью накапливая внутри непонятную злость. – Аа! — Внезапный крик оглушает полусонных учеников. Учитель сам вздрагивает, дремлющий под своё бормотание. Девчонки с задней парты отчаянно вскрикивают, когда видят как телефон отправляется прямиком в интерактивную доску. Чонгук вскакивает. Парень напуган не меньше остальных. Боязливо осматривая класс, ловит на себе пристальные взгляды абсолютно всех одноклассников, сам одаривает их немым пустым взглядом. Быстро скидывая учебники в рюкзак не оглядываясь бросает девочке сзади: — Выстави счёт. — И уходит. Оглушительный хлопок двери был не так силён, но у всех зазвенело в ушах. — Что это с ним? — Да он чокнулся. — Мой телефон. — Со слезами. Роптание шумными волнами колышет воздух и учитель уже не может собрать класс. Урок безнадёжно сорван. *** Взбешённый Чон впервые чувствует такой наплыв эмоций. Его распирает. Сбежав из класса он врывается в кабинет Джина и разбивает там две фарфоровые чашки. Это был любимый сервиз смотрителя. Джин сидит за рабочим столом и молча смотрит на происходящее. Гук часто дышит, стискивает зубы, скалится, демонстрируя их белизну. В глазах сверкают искры злобы. Нечто подобное смотритель уже видел, когда встретил парня спускающегося с крыши. Тогда было больше страха, сейчас неприкрытая злость. Эмоции. Негативные, жгучие, но живые. На память Кима в Гуке ещё никогда не было столько энергии. — Это из-за Кима? — Скептически подаёт голос. Чон останавливается. Он держит в руке третью чашку и намеревается швырнуть её об пол. — Нет. — Слишком эмоционально. — Он здесь не причём. Это всё они. — Уверен? — Скептически поднимает бровь. Вместо ответа звон разбитого фарфора и осколки по всему полу. — Я не могу даже извиниться. Не могу смотреть ему в глаза. Не могу говорить с ним. Почему все вокруг это могут. Почему фотографировать его сотню раз могут, когда я не могу даже смотреть. — Хватаясь за четвёртую чашку парень оказывается в объятиях старшего. — Прекрати бить мой сервиз. — Гладит голову и спину. — Я позову его сюда на перемене и вы поговорите. Ты просто слишком скован. Вспомни как долго мне приходилось биться в твою дверь, чтобы ты впустил меня в свой круг общения. — Уговаривает. Отбирая чашку подводит к дивану и усаживает на мягкую поверхность. — Не переживай. Ещё десять минут и я сам приведу его сюда. Чонгук часто дышит, пытается унять волнение. — Я не смогу. — Начинает дрожать по-новому. — Мне не хватает смелости. Он словно ветер, а я травинка. Он сломает меня. — Причитает Чон пряча лицо в рубашке старшего друга. За минуту до звонка Сокджин выходит из кабинета и запирает дверь, чтобы младший не сбежал от испуга. Чон забивается в угол дивана с ногами и тихо нервно шепчет сам себе, что всё хорошо. Время неимоверно медленно движется. Парень успевает передумать уйму всего и главное, что Тэхён не хочет сюда идти. — Что, если он разозлится? — Рассуждает сам про себя. Дверь открывается слишком быстро. Тэхён заходит один и стремительно. Он как ураган влетает в кабинет и Чону кажется, что он слышит как от сквозняка зашумели жалюзи и взлетели в воздух листы бумаги со стола. Посмотреть на старшего не хватает сил. Младший прячет лицо в поджатых к груди коленях, обхватив их руками. Тэхён останавливается. Он ожидал несколько иного приёма, потому и вошёл так пафосно. Видя, что парень на диване почти трясется не может скрыть удивления. — Привет. — Тихо подходит и садится рядом. — Угу. — Мычит Чон не поднимая лица. Ким делает паузу ожидая, что младший освоится и поднимет голову. Проходит минута, две, а ничего не меняется. — Джин-хён сказал, что ты хочешь поговорить. — Пробует растормошить Гука, что так и не смотрит на рядом сидящего. — Нет. — Бурчит Чон и сильно ругает себя. Стоит только сказать «Прости» и всё может резко поменяться. — Уверен? Вчера ты был более общителен. — Тэхён решает пойти навстречу и хочет немного подтолкнуть к разговору. Джин предупредил, что Чонгук не может заговорить и очень мучается. — Да ничего я не хочу, отстань. — Срывается с места и хочет сбежать, но Ким ловит за руку. Большие глаза смотрят с испугом. Тэхён тонет в их безграничной глубине. Они пугающие. Слишком темно и пусто, словно и в душе парня ничего нет, только кромешный мрак. — Давай поговорим. — Настаивает Ким. Ему самому становится холодно от мысли, что пугливый зверёк внутри Чона трясется от ужаса. Его нужно успокоить, показать доброту и тепло. — Если ты беспокоишься о вчерашнем, то я не скажу, что мне всё равно. Мне было неприятно. — Всё! Хватит! — Не выдерживает Чон. Вырывает руку и толкая с силою дверь убегает из кабинета. Тэхён растерянный смотрит в стену. Секунду назад в этом месте стоял младший, а теперь здесь только пустота. Кажется, что сам Гук сконцентрирован из пустоты и растает в воздухе словно его и не было никогда. — Как всё… — смолкает, видя потерянного школьника. Джин не стоял за дверью, но был недалеко. Ему показалось, что он увидел Чона в коридоре и поспешил узнать как прошла встреча. Судя по всему, всё очень плохо. — Он сбежал. — Ким поворачивается к смотрителю. — Я пытался поговорить, честно. Но он бездонный, сколько не говори — всё в никуда. — Жалуется и оправдывается одновременно. Джин понимающе кивает. Он знает эту черту младшего — не слышать то, чего он не желает услышать. *** День проходит так же скверно как начался. Ничего не изменилось, если не сказать, что стало ещё хуже. Настроение после встречи с Чоном улетучилось в космос и весь последний урок Тэхён листал скетчбук младшего в котором было и его спящее лицо. Всё-таки Гук чертовски талантлив. Мистер Хван не приврал, когда рассказывал о незаурядности парня. Интересно, что он ещё умеет. Так же ли он хорош во всех увлечениях как хорошо рисует. Все интересы своего мнимого друга Ким, конечно же, изучил заранее. Там есть и игра на инструментах, и спорт, и компьютерные игры, даже графика. Чон любит баскетбол. Тэхён хмыкает вспоминая об этом. Он зарекся не выходить на площадки для игры с мячом, но может быть стоит? В голове возникает внезапный план. Нужно как-то вытащить младшего покидать мяч. Тэхён не отличается меткостью, но ведь это и не важно. Главное общее дело. Звонок остаётся без внимания. Тэхён не замечает как все вокруг начинают шевелиться и покидать класс. Он сейчас витает в розовых пушистых облачках, где Чонгук счастливо смеётся над ним обыграв в сухую. Ким согласен проиграть, лишь бы жуткие стеклянные глаза ожили. Рука сжимающая плечо выводит из прострации. Хосок наклоняется и заглядывает в лицо, Ким отстраняется с непонимающим видом. — Это что, автопортрет? — Усмехается Чон. — А ты отлично рисуешь. — На парту приземляется задница Мина. Тэхён захлопывает альбом не желая его никому показывать. — Это не моё. Это рисунки Чонгука. — Прячет чужую вещь в рюкзак вперёд учебников. — Чонгука? Он отдал его тебе или ты отнял? — Усмехается Мин припоминая первый день знакомства. — Не угадал. — Кривится Ким. — Он забыл его, когда в очередной раз убегал от меня. — Тяжело вздыхает. — Мы никак не можем нормально поговорить. Кажется, что ещё чуть-чуть и разговор состоится, но нет. Он всё время сдаёт назад и убегает. Чон переглядывается с Мином. Странные они — эти мнимые товарищи. Один бегает как заяц, а второй не торопится догонять, скорее ждёт, когда мелкий устанет нарезать круги и сам придёт с повинной. — Поедешь к Паку? — Хосок решает разорвать воцарившееся молчание. — Что? — Тэхён снова вырван из мыслей. — К парню, что вчера отхватил мячом. Мы собираемся вечером его навестить. — Поясняет Мин. — Оу. Скиньте мне адрес больницы, я заеду прямо сейчас. Тэхён совсем забыл о Паке. Не до него совсем, но навестить этого говнюка надо. Стоит убедиться, что он не ляпнет лишнего и вообще, нужно выяснить какого чёрта он делал в этой школе и смотрел матч. *** Машина послушным зверем ждёт школьника на парковке. Намджун сделал несколько рейсов по делам мистера Хвана, попутно доложив, что доставил ребёнка в школу, и прибыл на место ожидания. Так проходит каждый его день. Муторно и монотонно, но Джун не жаловался раньше и уж тем более не пикнет теперь. Мужчина смотрит в лобовое тонированное стекло как его солнышко приближается. Тэхён сегодня хмурый и в салоне не желает отвечать на вопросы. Старший задал несколько поверхностных, но ответы через силу не принесли радости. — Домой? — С надеждой спрашивает Джун. — Нет. Поехали в больницу. Нужно навестить пострадавшего. — Хмурится ещё больше. — Это обязательно? Может пусть он там подыхает без твоего внимания? — Предлагает заманчивый вариант старший. — Я был бы не против, но надо нанести визит. Один раз, больше ни за что не поеду. — Слабо, но улыбается младший. Водитель недовольно гримасничает. Он предполагал, что полежит на кровати рядом с письменным столом, за которым Тэхён кропотливо делает уроки. Потом они усядутся возле телевизора, будут уплетать рамен с крабами и смотреть очередной юморной фильм. Младший, как всегда, будет хохотать, а его хён восхищаться и наглаживать больную ногу, постепенно пробираясь ладонью всё выше по бедру. Планы нарушены, а Тэхён более чем не в духе. Такими темпами не видать Джуну ни телевизора, ни улыбки младшего, ни его очаровательного бедра. *** Чонгук молча сидит на стуле в палате кузена. Он не смотрит на парня с перебинтованной головой. Он, вообще, кажется не здесь сейчас. Чимин попытался завести разговор, спросил как дела и хорошо ли младший сегодня кушал, но Гук не ответил ни на один вопрос. Покусывая губу парень испытывает чувство досады. Он периодически ерзает на стуле и не может принять удобную позу. Явно что-то тревожит. — Может, ты хотя бы скажешь, зачем ты ко мне пришёл? Разговаривать не хочешь. Витаешь в облаках. — Последний раз пытается Пак. Чон переводит на него безэмоциональный взгляд и заставляет брата зажмуриться. Вот надо же иметь настолько жуткий проникновенный взгляд. Он словно ангел смерти смотрит в самую душу. Молча поднимаясь со стула парень выходит из палаты так ни слова и не произнеся. — До чего же он странный. — Снова жмурится Пак. С его уходом больному лучше. — Даже дышать легче. Хоть бы больше не приходил. — Чимин наврет что-нибудь отцу о невозможности наладить контакт или, вообще, подговорить врачей и сдать мелкого в дурку? Ему там самое место. Дверь в палату снова открывается. Пак дёргается от неожиданности, но тут же радостно взвизгивает. — Тэхёни, радость моя! — Пытается принять более удобное положение и повыше присесть. — Я так рад тебя видеть. — После мрачного Чона появление Кима как свежий весенний ветерок или цветение сакуры в декабре. — Я ненадолго и без цветов. — Пытается пошутить. — Хотел узнать, что ты делал на трибуне? Как попал в школу? — Хмурится, но присаживается на освободившийся стул. На Киме форма. Он не тянул время после школы. Парень хочет быстро поговорить и свалить. Чимин же напротив — хочет говорить долго. После молчаливого братца желание разговаривать равняется физической надобности. — А мог бы. В следующий раз обязательно принеси. — Отвечает на шутку, но вкладывает в неё долю правды. — Я учился в этой школе не один год. Твои одноклассники раньше были моими. Матч этот, ставки — это всё моя заслуга. Я списался с нужным человеком и он всё организовал. — Мягко улыбается и тянет раскрытую ладонь желая, чтобы Тэхён вложил руку. Ким брезгливо кривится и отодвигается дальше, всем видом показывая, что контакта через прикосновение не будет. — Ты так враждебно настроен ко мне. — Голос грустнеет. Чимин не замечает своей оплошности в прошлом и искренне считает, что её можно забыть. Дверь открывается вновь и безмолвный Чонгук заходит в палату. Он остолбенело смотрит на Кима, что сидит в его кресле. — Ты что здесь делаешь? — Первым начинает разговор. Сейчас и Ким, и Пак в полном шоке. Ещё днём Тэхён не смог разговорить парня, а Чимин не может выжать из него даже приветствие. Младший проходит к койке и начинает с силой тянуть брата в сторону, меняет ему подушку под спиной и укладывает поудобнее. Он проявляет заботу, а часом ранее не излучал даже малейшего интереса. — Чонгук, мне было удобно. — Пытается отстоять своё Пак. — Не спорь. Я был у врача. Он сказал, что главное это правильная удобная поза. — Косится на Кима. — Вы познакомились? Ты пришёл извиниться перед моим кузеном? — Выжидающе смотрит на старшего присаживаясь на край кровати. Тэхён онемел. Он хлопает ресницами и не может понять, как такое возможно. Чимин понимает, что что-то не так. Тэхён не знал, что Чон родственник Пака или он так же поражён как разговорчив и тактилен вдруг стал младший. — Я знаком с Тэхёни уже несколько лет. — Первым приходит в норму Чимин. — Мы близкие друзья. Ким таращит глаза. Он не хотел этой правды. Чон, наоборот, свои большие сужает. — Близкие друзья? Тэхёни? — Недоверчиво. — Да. У Тэ вчера болела нога, потому он был так агрессивен. Но сегодня как видишь, примчался ко мне сразу после школы. Даже форму не заехал домой снять. — Нагло фантазирует Пак. Тэхён не может сказать ни слова. Он только молча кивает, когда Чимин просит подтвердить правдивость сказанных слов. — Вот значит как?! — Большие тёмные глаза младшего искрятся обидой и раздражением. — Мы можем поговорить? — Складывая руки на груди, Чон не сводит глаз с бледного растерянного Тэхёна. — Да. — Первое, что получается ответить. Парень старается быстрее понять ситуацию. Почему Чон резко заговорил? Это присутствие родственника так повлияло? Почему в анкете парень числился как сирота? Зреют вопросы не столько к младшему, сколько к мистеру Хвану. Тэхён уже мысленно трясёт старшего за грудки, а в реалии Чон хватает рукав пиджака и тянет подняться на ноги. — Тэхёни, ты же ещё придёшь? — Кричит вдогонку Чимин. Парню сейчас наплевать зайдёт ли Ким после разговора с братом. Вихрь необузданных мыслей разрывает голову до ломоты и их срочно надо все передумать. Эта фраза добавляет новых деталей. Вздернутое плечо младшего не остаётся незамеченным от пристального взгляда. — Что происходит, Чонгук? — Тэхён быстро шагает за семенящим младшим, что тащит его вперёд по коридору. Парень снова не разговаривает. Его словно подменили. Словно шарик был и очень быстро сдулся. Вытолкнув старшего на площадку запасной лестницы, где сильно пахнет табачным дымом, Чон смотрит в пол и молчит. Тэхён с минуту ждёт объяснений и не выдерживая молчания кладёт руку на чужое плечо. — Чонгук? — Уточняет. Может в младшего вселились бесы? Растерянный взгляд стеклянных глаз не кажется таким уж и страшным сейчас. Он скорее похож на затравленный взгляд дикого зверя, что не видит выхода из состояния абсолютного риска. — Я могу тебя обнять? — Тихо шепчет расставляя руки. Тэхён не знает как поступать при встрече с такими странными людьми. Ему всего восемнадцать и в жизни нет опыта, но на подсознательном уровне парень понимает, что нужно проявить дружелюбие. Чон два раза моргает и сам прижимается. Сильно обхватывая старшего в кольцо рук, молча прикладывается ухом к бешено бьющемуся сердцу. Ким нервничает сейчас как никогда. Неуверенно смыкая руки и укладывая их на лопатки парня, крутит головой, стараясь присмотреть, чем будет отбиваться. Чон, всё-таки, невиданный зверь и его стоит пока опасаться. — Прости меня. — Звучит дрожащий голос на выдохе. Тэхён жмурится от резкого укола в груди. Чонгук не зверь, не страшный и опасный хищник, а маленький напуганный кроха, что ищет в этом мире стабильной постоянной опоры. — Простил. — И руки прижимают сильнее. Через мгновение частое горячее дыхание прожигает ткань рубашки на груди. Несколько коротких минут дано на момент истинного единения. Смеющиеся медсестры толкаясь, выходят на площадку курить. Они окидывают удивленными взглядами школьников, что сияют формой, и те торопятся скорее уйти. В палату к Паку не возвращается никто. Тэхён доводит младшего до его машины и открывает ему дверь. Чон грустно осматривает лицо Кима и почти беззвучно шепчет: «Спасибо». Глухое рычание мотора и авто уезжает. Тэхён потерянный стоит на одном месте и качаясь на ветру, не может отвести глаз. Машина давно скрылась из виду, а за душу тянет так, словно дверью придавили конец нитки, и Тэхён распускается. — Я смотрю, вы поладили? — Недовольный голос хёна выводит из задумчивости. — Я не уверен. — Честно признается Тэхён. Ему сейчас ещё хуже, чем после первой встречи. Он так опустошён, что хочется кричать на всю парковку и трясти Джуна за одежду с дикими мольбами: «Наполни!». Состояние близкое к сильному голоду, когда от нехватки сил кружится голова, а глаза рыщут в округе что-то съестное. Киму нужна энергия, положительная — отрицательная, всё равно. — Поехали в клуб, прошу. — Смотрит на старшего опустошённо. Джун морщит лоб, затем нос. Старший строил совсем другие планы. Он не любитель таких злачных мест, а младший ещё и слишком красивый. — Хочешь выпить? Я куплю, что захочешь, включу тебе музыку и танцуй. Только поехали домой. — Не боясь отторжения по-хозяйски приобнимает. Спорить нет желания. Ким замучено опускает голову и послушно идёт в машину. Он сегодня точно напьётся, только придаст ли ему это душевных сил?