Один случай меняет всё

Чимин наслаждается приятной поездкой. Ветер треплет волосы и завывает в ушах. Парень налегает на дверь, свешивается наружу и получает истинное удовольствие от быстрой езды на шикарном кабриолете Расон. Девушка вплотную взялась за парня и школьный хулиган быстро перевоплощается в ручную собачку. К хорошему привыкаешь быстро. Ни балует обделенного Пака подарками, вниманием и удовольствиями. Не прочувствовав на себе в полной мере прелести роскошной жизни, среди обычных школьников он несомненно был богат, но всегда хотелось большего. Отец не раз пел в уши, что богатых родственников пора раскулачивать и видимо настал тот час. Парня вызывает отец. Если бы Расон не предложила покататься после уроков, Чимин бы ни за что не попросил отвезти его на встречу с родителем. Знакомить с отцом свою избранницу Пак не планировал, но раз так сошлись звезды, то почему бы и не воспользоваться её услугами подвоза. — Тебе нравится. — По-хозяйски укладывая ладонь на ляжку парня девушка косится на довольного мальчика. Она не старше Чимина, но чувствует эту усладу превосходства над ним. — Да. — Перестаёт глупо улыбаться. Чимин давно понимает, что попадает под каблук и ещё пытается выбраться, огрызается, но противостоять хищной особе с красными накрашенными губами и повелительным быстрым взглядом он не может. Рыпается, но стоит руке переползти на пах как закусывает губу и теряет способность к сопротивлению. Нашла упорная девушка слабое место строптивого парня. — У тебя хорошие отношения с родителями? — Поглаживает орган через одежду и Чимин растекается на сиденье. Такой власти над ним не имел даже Тэхён, хотя тот и не пробовал. — Нет. — Облизывая пересохшие губы грубеет голосом. Вспоминать о развалившейся семье и несчастном детстве парню не хочется. Ни слишком проницательна и умна, чтобы не заметить этого и перевернуть всё себе в выгоду. — Хочешь, мы не поедем. Я отвезу тебя к себе. — Голос становится ниже. Чимин поворачивается к девушке и в сотый раз убеждается, что она сильнее его. В ней столько самоуверенности и власти, что он со своими замашками перед ней как ребёнок. Это раздражает. Он же альфа-самец. Ни делает из Чимина игрушку. Ещё и улыбается так снисходительно, понимая обиду и злость парня. — Нет. Поедем. Надо поговорить. Ты можешь не ждать меня. — Небрежно бросает. Расон убирает руку. Несмотря на свой мужеподобный характер она тоже умеет обижаться. — Не больно-то и хотелось. — Огрызается и старается скрыть недовольство, но выпяченная красная губка заставляет парня довольно усмехнуться. Он достиг эффекта — осадил противницу, но уже через тридцать секунд радость сменяется разочарованием. На душе становится паршиво. Расон больше не бросает похотливые хитрые взгляды и не начинает разговор — это гнетёт, Чимин поступил по-свински. — Тебе незачем знакомиться с моим отцом. А ждать меня долго, ты заскучаешь. — Протягивает руку и касается тонких пальцев с длинным маникюром, что сильно сжимают руль. Голос сам по себе смягчается и льётся ручейком, лишь бы рука девушки расслабилась и перестала скидывать с себя чужую ладонь. — Ты подхалимничаешь. — Не в силах сдержать улыбку ещё злится Расон. — Я просто не переношу, когда ты дуешься. Меня бесит твоя кислая мина. — Единственное, что Пак для себя отстоял — это возможность подшутить над Ни, подковырнуть её. Девушка снисходительно терпит. Даже если это и задевает её, то она молча успокаивает себя, называя Пака в мыслях: «мой придурок». *** Блуждая в облаке собственного парфюма Тэхён довольный идёт к двери палаты. Ночь прошла относительно хорошо. Ким почти выспался. Только большую часть ночи пришлось убегать во сне. За ним гнался Пак, неожиданно влезший из подсознания, потом какой-то ненормальный с ножом. Под утро парень во сне занялся паркуром. Страху перед падением с крыши высотки было больше, чем от ножа неизвестного, что снился ранее. Качая головой и отгоняя воспоминания Тэхён приближается к цели. Громкие крики и смех до упаду повергают парня в немой шок. Рывком открывая дверь попадает в какой-то странный сюжет. Джихо бежит по палате и прячется под койку, ныряя словно в реку с берега, а Чон бежит за ним со стаканом воды издавая победный клич. — Не надо, Чонгук! Я тебя один раз! — Кричит из-под койки старший. — Я весь мокрый! Один он раз. — Не соглашается Чон и выплескивают воду под кровать. Вскрик и дикий хохот доносится из убежища. Гук тоже заливисто смеётся. Тэхён принимает нейтральное выражение лица и поставив сумку с вещами для младшего облокачивается спиной о стену. Складывает руки на груди. Его здесь никто не замечает. Через несколько секунд до носа младшего доносится аромат. Глазки, поблескивая, ищут источник. — Хён! — Взвизгивает Чон и бросается к старшему повисая на нём обезьянкой. — Ты пришёл за мной?! Мы поедем домой? — Целует щеки и нос. Тэхён ставит парня на пол. — А надо? — Недовольно осматривает мокрые сосульки волос. Чонгук замирает. Улыбка медленно сползает с лица и он уже не слышит как кряхтя и тихо матерясь Джихо вылезает из укрытия. — Тэхён? — Удивляется Ли словно приход Кима большая неожиданность. Парень вскидывает брови и с подозрением осматривает двух мокрых парней. — Что здесь происходит? — Осматривает залитую пижаму Чона. Джихо изрядно мокрый, но это уже сейчас его облил Гук. Стены в палате блестят мокрыми пятнами и стекающими по поверхности каплями. — Он меня облил. — Жалуется Ли указывая на младшего. — Ты первый начал! — Чон сверкая глазами оглядывается на приятеля и снова возвращает внимание Киму. — Хён, он зашёл ко мне в ванную. — Жалуется не думая о последствиях. Тэхён сужает глаза и сводя брови у переносицы пришпиливает Джихо к полу. Парень нервно сглатывает. — Он умывался, Тэ. — Торопливо уточняет Ли. Видимо во взгляде друга можно было увидеть нечто страшное, что Джихо отшагнул назад. Чонгук фыркает не замечая возникшего напряжения. — Я чистил зубы, хён, а он пришёл и обрызгал меня. Представляешь, вот так подставил ладонь — складывает ладошку — и брызнул на меня. У меня голова вся мокрая. — По-детски жалуется, оглядываясь на обидчика. Джихо немного отмирает. — Ты умываешься слишком долго. — Оправдывается парень. — А вчера он два часа торчал в ванной. — Недовольно тычет пальцем в младшего. — Замолчи! — Взвизгивает Чон и бежит к сиделке намереваясь заткнуть силой, раз негодяй не понимаетпонимает слов. — Что было вчера в ванной? — Тэхён теряет напряжение и с интересом ждёт продолжения от друга. — Не рассказывай! — Чон набрасывается на Ли. — Не говори! Замолчи! — Пытается заткнуть рот рукой. Джихо смеётся вызывая смех Кима. Парень примерно предполагает, что делал Гук под душем. Одному младшему не до смеха. Он возмущён. — Он так стонал, что мне пришлось выйти в коридор. Я как не зайду, он всё кричит твоё имя! — Вырываясь из рук Гука Джихо срывается с места. Покрасневший насупившийся Чон в порыве гнева снимает тапок и кидает в предателя. — Это неправда, хён! — Оправдывается. — Я был в ванной всего пятнадцать минут! И не кричал! — Дрожит голосом. Клевета больно ущемляет несозревшее сознание. — Ага! — Победно вскрикивает Ли. — Я же говорил, что ты скорострел! Чонгук распахивает глаза. Его возмущённый взгляд стекленеет и вспыхивает. Ещё одна-две насмешки и прорвёт. Гук поджимает губы от досады, что его выдали и срывая тапок со второй ноги бросает в сиделку. Тэхён ловит его одной рукой не сводя глаз с раскрасневшегося цитруса. — Иди сюда. — Подзывает рукой. Ким чувствует, что положение крайне шаткое. — Ты ещё заплачь! — Не унимается Ли. — Джихо. — Хватает одного серьёзного взгляда и парень тушуется. — Пойду умываться. — Бубнит Ли и быстро скрывается в затопленной ванной. Чонгук нерешительно приближается. Он теребит рукава, пытаясь натянуть их на кисти. Глаза блуждают по ногам не решаясь подняться к лицу. — Ну, какой он доминант? — Киму вспоминаются слова отца. — Дать ему меня вести? Так мы не сдвинемся с места. — Усмехается про себя. — Ещё и пятнадцать минут. — Мысленно закатывает глаза. На деле прижимает к себе раскисшего младшего. Как гребнем расчесывает его мокрые полголовы и целует в лоб. — Не злись на Джихо. Он просто не знает какой ты. — Тихо уговаривает и успокаивает. — Я попросил его не говорить. А он… — Обиженно дуется. Тэхён не может сдержать умиления. Хочется затискать эти нежные щёчки. А собственно, кто ему не даёт? Без размышлений Тэхён берёт лицо Чона в ладони и нежно целуя сдавленную мордашку, шепчет: — Собирайся. Поехали домой. Чонгук цепляется за плечи старшего, смотрит так жалобно, что Тэхён усмехнувшись толкается языком в чужой рот. Младший тихо стонет от удовольствия. Прижимает к себе плотнее. Сам старается быть активнее. Киму порой кажется, что Чонгук его съест. Столько запала в парне, что невозможно противостоять. — О, господи! — Вскрикивает Джихо выходя из ванной и сразу возвращается обратно за дверь. — То дрочат, то целуются. Я сойду с ума. — Достаточно громко причитает парень, но его никто не слушает. — Собираюсь. — Чон довольно улыбается. Хлопает старшего по заднице вызывая удивление и вышагивает к койке попутно расстёгивая пижамную рубашку. Тэхён не ждёт стриптиза. — Цитрус! — Резко окликает и бросает сумку когда Чон оборачивается, а сам заходит в ванную к Джихо. Ли сидит в углу на полу. Он сжался в комок и почти плачет. В глазах стоят слезы. — Ты чего? — Опускается на пол рядом. — Сегодня третий день. — Ли сначала присел в угол, чтобы переждать время, а потом его накрыли воспоминания. Примерно так же он сидел в ванной в той квартире и пытался объяснить Киму как его найти. — Сегодня?.. Ты должен сходить. — Понимающе. — Нет. — Парень мотает головой, шмыгает носом и по щеке начинает сползать слеза. — Мне там нечего делать. Родители отказались от меня. Они пожелали смерти мне вместо Дохва. Ким таращит глаза. Уж насколько его не любил отчим, но смерти никогда не желал. — Давай сходим потом. — Предлагает в качестве утешения. — Я подожду в стороне, а ты простишься. Джихо пускает вторую слезу и кидается обнять друга. Ким всегда был таким: добрым и отзывчивым. Он всегда был лучшим. Это он, Джихо, поверил в бред злых низких людей, что считал своей семьёй. Семья — это не мама, папа и брат. Семья — это люди, которые тебя любят несмотря ни на что. — Что вы делаете? — Дверь распахивается и переодевшийся Чон проверяет обстановку пытливым взглядом. — Целуемся. — Кривится Ли спешно растирая слезы поднимается с пола. Тэхён усмехается на этих двоих. Мандаринка то ли наивный такой что верит, то ли дикий, что предупреждает: «Только попробуй». Джихо выходит. Он не намерен ругаться, даже в шутку, не то настроение. Тэхён поднимается следом и закидывая руку на плечи младшего молча выводит его из ванной, из палаты. Забрав выписные документы парни спускаются в холл, а там и на улицу, где ждёт Хуан. — Рад вас видеть. — С улыбкой приветствует водитель, когда все трое садятся в салон на заднее сиденье. Джихо сначала думает, что это относится если не к нему, то двум приятелям точно. Каково же было его удивление, когда он услышал, что водитель называет мелкого засранца «мистер Чон». — Что это ещё за «мистер»? — Шепчет Ли Киму на ухо. — Он же мелкий совсем. Младше нас. — Сиди молча и этот мелкий оплатит твоё обучение. — Так же шепчет Тэхён, но забавляется кривизной чужого лица. Получается, Джихо у Чона в рабстве? Чонгук больно щиплет Кима за бок. — Ау! — Вскрикивает и смотрит на младшего с непониманием. — А не будешь с ним шептаться. — Фыркает Гук на немой вопрос. Вот и как после этого поддерживать дружеские отношения, если нельзя даже разговаривать? Тэхён качает головой на сердитый взгляд младшего и закатывает глаза. *** В комнате прохладно. Чимин заходит аккуратно, стараясь шагать как можно не слышнее. Отец сидит неподвижной восковой куклой спиной к проходу. Пак нервно сглатывает. — Что ты крадёшься? — Шевелится одна рука, что держит стакан с крепким напитком. Парень поджимает губы. Он втайне мечтал, чтобы отец спал в таком странном положении, лишь бы избежать разговора. Не надо сильно долго думать, чтобы понять, что надо этому затворнику. — Ты хотел меня видеть? — Делая уверенные шаги после разоблачения парень садится рядом на диван. — Хотел. — Прищуривает один глаз. — Ты начинаешь меня разочаровывать, Чимин. — Делает неспешный глоток. — По-моему, я разочаровал тебя ещё тогда, когда родился. — Хмыкает. — Говори, что ты хотел? Тем временем в квартире Хвана. Тэхён заходит в дверь первым, Ли и Чон толкаются следом. Они, вроде, и подружились за три дня, но рядом с Кимом превращаются в лютых врагов. Каждый тянет одеяло на себя, желая отхватить побольше внимания. — Не толкайся. — Шипит Чонгук. Жилище дяди и его территория. Джихо же чувствует себя неуютно. Он торопится за другом, чтобы стало комфортнее. Младший воспринимает его порыв с ревностью, хоть и знает уже, что как парень он ему не конкурент. — Что вы там мнетесь? — Аджихун выглядывает из кухни проверить гостей. Тэхён даже не смотрит на отстающих, проходит мимо отца и занимает место за столом. Он устал закатывать глаза и ждать, когда чудаки перестанут грызться. Не имея возможности конкурировать Ли уступает. Гук с победной улыбкой проходит к столу. — Как ты гостеприимен. — Тихо шепчет Тэхён. — Я не хочу, чтобы он сидел рядом с тобой. Здесь моё место. — Кладёт под столом ладонь на чужое колено. Ким опускает взгляд на руку, хмыкает своим мыслям и быстро целует Чона в ухо — пусть он успокоится. Хван крутится у плиты. Довольный. Он отложил все встречи и уже привыкает заниматься бытовыми делами. Может, стоит выйти на заслуженный отдых? Рано ещё. Ему нет и пятидесяти. — Какие планы на вечер? Может, сходим куда-нибудь или посидим дома за телевизором? — Осматривает странно растерянные лица. Джихо жалобно смотрит на Кима. Тэхён понимающе кивает — это отслеживает Чон. Это словно игра такая вычислить виновного среди своих. — Вы что притихли? — Хмурится старший и выкладывает жареное мясо в миску. — Я чего-то не знаю? — Осматривает юные лица, что тоже настороженно переглядываются. Тэхён берёт ответственность за предстоящий взрыв на себя. — Нам с Джихо нужно кое-куда съездить. Это займёт много времени, потому вечер вам придётся провести одним. — Смотрит на удивленного отца и поражённого в самое сердце младшего. — Куда? — В один голос. Рука на ноге сжимает кожу. Тэхён чувствует как агрессивно настроен Чон. — Ягодка. Мы по делу. Побудь здесь, пожалуйста. Я вернусь к тебе. — Пойдём, отойдем. — Сверкая глазами Чон шипит на старшего. Тэхён выдыхает. Ему стоит начинать привыкать, что этот малыш слишком импульсивен. Возможно, что сейчас прозвенит очередная пощёчина. Утягивая Кима в гостиную Гук с трудом сдерживает себя. Вроде и понимает всё, может смотреть на вещи объективно, но не справляется. Так сложно себя контролировать, когда ты открылся перед человеком как книга, а он молча перелистывает твои страницы. — Мандаринка, что ты так взвился? — Тэхён решает побороть младшего неожиданностью и дергая за руку, что так крепко сжимает его ладонь, прижимает Гука к стене. В полумраке, рассеянном жёлтым светом, гостиной Чонгук превращается в нежный цветок. С ним нельзя быть грубым. Его космос поглощает всё стремление доминировать оставляя лишь способность подчиняться и желание услужить. Завороженный бездонными глазами, в которых сокрыты невиданные галактики, Тэхён честно признается: — Мы поедем в колумбарий. — На одном дыхании. — Сегодня третий день. — Но почему ты? — Не сдаётся Гук цепляясь за плечи. Ким становится более серьёзным. — Кто, если не я? — Смотрит в тревожные глаза, что бегают по его лицу. Чонгук поджимает губы. Хён прав. Он, действительно, старше и рассудительнее. Гук чувствует укол совести за свои капризы. Все они здесь сироты, пригретые под тёплым крылом доброго дядюшки Хвана. — Прости меня. — Печально выдыхает младший и обвивает шею Тэхёна руками. — Мне стоит думать перед тем, что говорить. Я не сдержан. Прости. — Целует в щеку и обнимает. Ким с облегчением выдыхает. Понимает. Чонгук понимает и принимает, он умничка, старается быть взрослее. — Я буду очень скучать. Ты долго не вернёшься? — Шепчет на ухо боясь расцепить руки. — Долго. Закажи себе телефон, а потом как привезут, позвони мне. Я напишу номер. — Ким придумывает полезное занятие младшему. — Не нужно. Я его помню. — Чонгук смотрит открыто, заглядывает в глаза, пытаясь показать как ему тоскливо. Тэхён чувствует эту удрученность, но сделать ничего не может. — Пойдём за стол. — Тянет руку младшего. Чонгук молча соглашается и обхватив замок из их сцепленных рук второй рукой, шагает безмолвно следом. Ужин проходит молчаливо. Все попытки Хвана расшевилить парней не увенчаются успехом и он в итоге сдаётся. Джихо виновато смотрит. Он словно лишний, словно забирает у всех горячо любимого Кима, с которым так хочется провести время. Тэхён понимает взгляд друга и после непродолжительного перекуса сам зовёт Ли на выход. — Мы вернёмся не раньше десяти. Гуки, ложись спать, не жди меня. Нам пора возвращаться в школу. Я такими темпами не сдам экзамен. — Сокрушается Ким и все согласно кивают. Дверь тихо прикрывается и тяжело вздыхая Чон не может скрыть своего плохого настроения от старшего. — Мне нужен телефон. Дай ноутбук. *** В руках подрагивают листы. Чимин непонимающе смотрит на довольную ухмылку отца. — Откуда это у тебя? — Севшим голосом от внезапно нахлынувшего волнения. — А ты думаешь, я сижу сложа руки? Думаешь, на тебя одного надеюсь, балбеса. Сколько времени прошло, а ты ни на гран не сдвинулся с места. Одни проблемы от таких помощников. — Злится мужчина. Он смотрит на сына пронизывающе. Просматривает его насквозь, словно просвечивает рентгеном. Чимин сжимается. Он ненавидит этот повелительный взгляд, всю жизнь с ним борется как может, но всё без толку. — Где ты это взял? При чем здесь Ким? Зачем ты втягиваешь постороннего человека в эти игры? Он же нищий, что с него взять? — Злится младший. Светлое чувство, что не так давно согревало сердце, не пропало бесследно. Чимин по-прежнему дорожит первой яркой вспышкой своего незрелого сознания. — Не впутывай Тэхёна в это дерьмо. Мне всё равно чей он ребёнок и кто его растил. — Цедит сквозь зубы. Старший делает два больших глотка и ставит почти пустой станка на стеклянную поверхность стола. Несмотря на скромные доходы от подачки Минсока Пак-старший не перестаёт желать жить в роскоши. Потому и стол у него изысканный от известного итальянского бренда. — Что ты так глотку рвешь за него? Если он и впрямь пустое место, то что я сейчас вижу? — Сканирует сына. Чимин сглатывает. Чертов папаша. Вспоминает об отправке только когда что-то хочет от него. Младший устал быть на привязи. Он лучше падёт в рабство Ни Расон, она хотя бы дарит удовольствие и заботу. — Я не буду этого делать. — Складывает листы пополам и собирается забрать их с собой. — Я больше не буду лезть в жизнь к Чону. Многого ты добился постоянно пытаясь выскулить очередную подачку? С меня хватит. — Взбрыкивает Чимин. Он впервые не только молча ненавидит этого человека, но и смеет откровенно ему противостоять. Если бы не девушка, что отказалась уезжать и сидит, ожидая, в машине, парень бы не чувствовал себя героем. Её незримая неоценимая поддержка позволяет расправить крылья. — Я ухожу. Поступай как хочешь, но меня больше не проси тебе помогать. Расон обещала золотые горы, если Чимин перестанет упираться и полностью примет её. Для этого нужно отпустить Кима и перебраться на её территорию после школы. Учиться осталось считанные недели. Взбешённый отцом Пак готов согласиться. Пусть Ни распоряжается им как хочет, только чтобы больше не зависеть от этого человека. — Неужели ты думаешь, что семья Ни примет тебя? — Смеётся надломлено в спину сыну. Чимин испугано оборачивается. — Откуда ты знаешь? — Хрипло выдавливает слова. — А ты думаешь, я ничего не могу? У меня тоже есть связи. Я всё знаю и о тебе, и о парне этом — Тэхёне. Знаю, что он чуть не сел. — Что?! — Как бы не хотел Чимин быть беспристрастным эта информация повергает его в шок. — Что за бред? Ты совсем допился? — А сам садится обратно на диван. Глаза встречаются с довольным взглядом отца. — Вот тебе и сюрприз. — Скалится старший. — Хван из кожи вон лезет ради этого парня, а ты отказываешься от плевого дельца. Строишь тут из себя бог знает кого. Антиквары выставят тебя за дверь как плешивого котёнка. Что ты можешь дать их дочери? Секс? Так она найдёт другого, у кого помимо члена есть большой багаж из нулей. Вот сейчас отец прав. Это, действительно, гложет Чимина. Он потому и не позволяет Расон переехать к нему, потому что думает точно так же. Кроме кошачьих ласк парню предложить больше нечего. — Чего ты там говорил надо сделать? — Заинтересованно смотрит на старшего. Отец победно усмехается. Как не извивайся, а родная кровь требует своего. *** Джихо мелко дрожит подходя к месту последнего пристанища брата. На улице вечереет и становится прохладно, но парень ничего не чувствует. В голове витают воспоминания. Наперекор желанию лезут в голову сопоставления: каким Дохва был и что с ним стало. Шагая следом Тэхён не может поднять голову. Он чувствует на себе груз ответственности и понимает, что так и не понёс наказания. Если по соотношению вины и причины он не так уж и провинился, то самому себе свободы он дать не может. Всё-таки совесть шепчет из отдалённых участников сознания, что кара постигнет его. — Я подожду тебя здесь? — Уточняет Ким. Он не посмеет зайти без просьбы Джихо. Другу стоит побыть наедине со своими мыслями. — Может, всё же и ты? — Нерешительно смотрит парень. — Я понимаю, Дохва заслужил, но быть может, не как к мерзавцу, а как к бывшему… знакомому? — Просить Тэхёна страшно. Ли не знает, о чём думает друг, но отваживается. Пусть совсем мало, но Тэхён и Дохва были знакомы. Они же хоть сколько-то общались и при других обстоятельствах. Не всегда старший брат был подонком. Таким его сделала зависимость. — Конечно. — Согласно кивает Ким, а ладошки разом потеют. Сердце замирает от мысли, что придётся воочию убедиться, что он натворил. Заходят в крытую часть колумбария. Достаточно яркий свет и стены перегородками из ячеек. Джихо подходит к информационному стенду и ищет нужные координаты. — Он в восточном зале справа четвёртый ряд. — Сообщает спокойным голосом. Ким вздрагивает. Ли замечает и кладёт руку на плечо. — Пойдём. В помещении комфортная температура, но Тэхёну холодно. Он растирает плечи и крутит головой по сторонам. Джихо спокоен, умиротворен. Дажестранно видеть его таким. Его ровное дыхание совсем не слышно. Парень уверенно держит путь. — Ты знаешь куда идти? — Удивляется Ким и начинает нервничать не видя на бледном лице друга абсолютно никаких эмоций. — Дохва где-то здесь. В этом зале покоится прах бабушки. Я был тут десятки раз. — Голос ровный, холодный. Глаза Ли такие же. Они сухие и колючие. Тэхёну одному здесь некомфортно? — Вот он. — Указывает пальцем на нишу с урной за стеклом. Четвёртый ряд от пола, почти на уровне глаз, если присесть. Парни так и делают. Ким смотрит во все глаза на фотографию, что приставлена к урне и букетик засушенных цветов. Дохва был другим. Красивая открытая улыбка, глаза наполненные жизнью и ему двадцать один. В то время он мечтал о многом, парил в облаках, не зная с чего начать. В то время он познакомился с другом младшего брата и мечты стали меняться. С каждым годом Дохва взращивал в себе надежду, что вот Тэхён подрастёт. Тэхён вырос и перестал дружить с братом. Тогда гневу взрослого парня не было ни конца ни края. Он бушевал, понимая, что теряет объект обожания. Сила ненависти и любви смешалась в одну гремучую смесь. Приправляя ее белым порошком Дохва совсем одурел. В глазах горел всепоглощающий пожар, что его и забрал. Внезапная смерть не была наказанием — она спасение от самого с себя. Ли задыхался. Ему не место было среди людей, что не любили как он, не страдали как он и не мстили. Первые слезы катятся по щекам, но увы не брата. Джихо молча смотрит на фотографию. — Этот снимок сделал я. — Тяжёлый выдох. — Здесь Дохва смотрит на тебя. — Усмехается с изумлённо-глупого лица друга. — Он болел тобой. Я знал, но не придавал значения. Мне никогда было не понять как можно целовать щетинистое лицо по утрам. Я и сейчас этого не понимаю, а он хотел. Тэхёна передёргивает. Он не знал об этом. — Но почем тогда он увёз Чонгука, а не меня? — Вопрос не в нужное время, но Джихо хмыкает: — Кто ж теперь узнаёт об этом? Я слышал его телефонные звонки. Два раза он разговаривал с каким-то парнем и просил о помощи. Я только слышал слово «месть», больше не прислушивался. — Встаёт на ноги. Ким повторяет. Ли начинает медленно разворачиваться и шагать к выходу, Тэхён с облегчением вздыхает. — За что он мстил Чонгуку? — Уже на улице догоняет на редкость быстро идущего друга. — Он мстил тебе. — Останавливается и смотрит в лицо растерянного Кима. — Ты не оправдал его надежд. — Усмехается. Тэхёну жутко от этой мысли. Он не готов к таким новостям. — Давай, посидим. — Кивает головой на скамейку. — Живописно здесь, правда? — Тэхён лишь растеряно кивает. — Я, когда умру, если ты будешь рядом, меня здесь не оставляй. Отвези меня подальше в горы. Буду смотреть на мир свысока. — Что ты такое говоришь, Джихо? — Не очень расторопно отзывается Ким. Он собирает мысли в кучу, а друг уже погружается в свои соображения. Наступает молчание и только отдалённый шум города напоминает о том, что они живы. Хочется уйти. Тэхён не переносит подобных мест. Как бы ни был красив затерянный в зелени уголок он внушает страх, а не умиротворение. Становится совсем сумрачно. Редкие фонари разбрасывают круги света по мощеным дорожкам. Рядом с крытым комплексом, теряясь в поросли декоративных кустиков стоят обелиски ячеек. Уличная часть колумбария для последнего затяжного сна. — Хочешь уйти? — Закидывая голову Ли смотрит в небо. Он печален до отрешённости и полон сил сидеть в этом месте хоть всю ночь. Парня не напрягает соседство с умершими. Он наслаждается воздухом. В этом месте один дышит глубже, а второй задыхается. Они всю жизнь так живут. Один олицетворяет мир, второй разрушение. — Мы можем посидеть ещё. — Совсем неуверенно предлагает Ким. Ли усмехается. Поднимает голову с затекшей шеей и смотрит на друга. Его лицо отдаёт болезненностью в свете уличного фонаря или просто Тэхёну так сложно принять тот факт, что он виновник своего положения. — Пойдём. — Хлопает по колену. — Твой ненаглядный, наверное, уже заждался. — Улыбается. Тэхён криво тянет улыбку. Он и согласен с высказыванием и смущается из-за этого. Отнекиваться и говорить, что Джихо не так понял нет ни смысла, ни желания. Ким не стесняется по поводу своего выбора, он смущается, что Ли его не одобряет. Парни росли вместе, вместе принимали для себя тот факт, что увлекаются девочками, а тут Чон. Для Джихо это болезненно. Да и Тэхёну не слаще. *** Тихо открывая дверь в квартиру Ким и Ли проникают в прихожую, полагая, что все уже легли спать. Тихие голоса в гостиной нарушают невинную надежду. — Ты слышишь? — Настораживается Джихо. У парня аж уши зашевелились от звука трёх голосов. Тэхён перестаёт кряхтеть стягивая кроссовки не развязывая шнурков. Прислушивается. — Чимин? — Ужасается узнав нелюбимый голос. Тэхён сыт по горло этим парнем и теперь порывается выставить его вон. — Подожди. — Тормозит Джихо схватив за плечо. — Что здесь делает Пак? — Парень тоже определяет голос недруга. Тэхён кривится. Ему больше всего на свете не хочется признавать родство Чонгука с бывшим мучителем. — Пак кузен Гука. — Шипит громко и недовольно. — Что?! — Вскрикивает Ли и голоса в гостиной замолкают. Ким больше не ждёт. Он делает большие отчаянные шаги и замирает в проёме комнаты. Чон, Хван и Пак мирно сидят на диване и креслах и пьют горячий кофе. Чашки источают аромат горечи и пряности выпуская в воздух клубящийся парок. На вечно заваленном журнальном столике разложены какие-то документы поверх газет и прочей макулатуры. Чимин чувствует как по его лицу блуждает раскалённый взгляд. Он тянет руки к листам и спешно собирает их в кучу. Все молчат, переводят взгляд друг на друга. — Зачем ты пришёл? — Грубо и холодно разрывает тишину Ким. Чимин отмирает, улыбается и не глядя складывая бумагу прячет её в карман бомбера. — Тэхёни, ты ли это? — Слащаво изрекает Пак и поднимается разводя руки, желая обнять. — Как ты изменился с нашей последней встречи. Стал настоящим гангстером. Кто бы мог подумать? Чонгук поднимается с места желая прервать отвратительный монолог. Тэхён сверлит Чимина горящими ненавистью глазами. — Ещё одно слово. — Шипит предупреждая. Пак не боится. Он смотрит на Кима всё ещё влюблённым взглядом и теряет рассудок от желания прикоснуться. — Убьёшь меня? — Ласково шепчет, словно предлагая. Тэхён стискивает зубы и не отдавая себе отчёта хватает противника за горло. В глазах Чимина вспыхивает удивление, а потом возгорается восторг. Джихо, что всё это время стоял за углом, выскакивает и едва успевает затормозить, почти врезаясь в парней. — Джихо? — Действительно, поражается Пак. Он держится обеими руками за руку на шее, что пока ещё не сжимает. — Ты тоже в банде? — Усмехается. — А говорил, что не дружишь с Кимом. — Смотрит то на одного, то на другого. — Спелись по-новому? Это гибель Дохва вас сблизила? Ли, не жаль братца? — Насмехается. Тэхён меняется в лице. Его мышцы на щеках дрожат и рот кривится. Он заметно сильнее сжимает горло и скалит зубы. Пак задыхается выпучивая глаза. — Тэхён! — Вскакивает Хван, когда Чонгук вскрикивает. — Сынок, перестань. Не твори глупостей. — Стремительно приближается и пытается расцепить руки Кима. — Тэхён, оставь его. Он бредит. — Фыркает Ли, желая вывести друга на иронию и смену настроя. — Я придушу тебя. Так давно хотелось. — Сквозь зубы шипит Ким и видно как пальцы белеют. — Тэхён! Отпусти его! — Нервничает Аджихун. — Чонгук! Что ты стоишь?! — Рявкает на «племянника». Гук отмирает, бросается с места и обхватив тело старшего, гладит вытянутую, напряжённую руку. — Хён, отпусти. — Шепчет в затылок, целует в шею. — Отпусти и пойдём со мной. — Настойчиво, но тихо и мягко. Заклятие бешеной ярости спадает и Тэхён разжимает захват. Чимин давится, кашляет. Опускается на пол. Стоять нет сил. Его красное лицо покрывается испариной, а глаза источают потоки слез. — Он почти задушил меня, вы видели? — Хватая Хвана за штанину пытается говорить. Горло неимоверно болит. Голос осип и не выдаёт желаемой громкости. Першение и кашель мешают выдать своё возмущение. — Нет. — Холодно возражает адвокат. — Я не представляю, кто смог оставить эти следы на твоей шее. Наверное, тебе стоит быть более осмотрительным и не молоть попусту языком. Чимин снова таращит глаза от наглой лжи и бросается за поддержкой к Джихо. Ещё не произнеся ни слова получает отказ. — Я, вообще, тебя не знаю. У меня нервный срыв на фоне трагедии, я не соображаю, где нахожусь. — Нагло врёт Ли. Чимин повержено опускает голову. — Я понял. — Шепчет и поднимается. Хван помогает пройти до двери и обуться. — Ты справишься? Я вызову тебе такси. — Старший выпроваживает наглого парня за дверь. — Вы помните, что я вам рассказал? — Растирая больное горло Пак смотрит на уставшее постаревшее лицо. — Да. — Нехотя признаёт Аджихун. — У вас всего пара дней. Если вы не решите вопрос в мою пользу я растопчу Кима. Вот теперь я точно на это готов. — Угрожает. — Я всё решу. Спускайся. — Хмурится Хван. Старший провожает шантажиста, убеждаясь, что тот вошёл в лифт и идёт вызывать такси и разогревать ужин. *** Поздний ночной перекус Джихо поглощает в компании мистера Хвана. После случившегося Тэхён не выходит из комнаты. Аджихун молча пьёт остывший кофе поглядывая на друга сына. — Скажи мне, Джихо, что ты знаешь о Тэхёне? Его семье? Что у него с матерью? Какие отношения? — Задаёт наводящие вопросы блуждая вдалеке от сути проблемы. — А что с матерью? — Удивляется парень. — Всё было хорошо лет до девяти, а потом её как подменили. Она связалась с японцем. Как его?.. Кай? — Спрашивает сам у себя. Ли не понимает вопросов, но углубляться в них и не хочет. Сегодня поистине сложный день, столько негатива. Опустошая миску Джихо смотрит на старшего. — Где мне можно лечь спать? Хван охает от забывчивости. Гук рассказал, куда отправились мальчишки и явно Ли очень устал. — Пойдём. Я покажу тебе комнату. — Встаёт из-за стола и уводит за собой младшего. В комнате Чона и Кима тихо. Хван проходя мимо прислушивается незаметно, но ничего. Он боялся услышать чьи-то слезы. Они были, но такие безмолвные и отрешенные, что не создавали помех. Тэхён лежит на плече младшего и прячет лицо на его груди в одеяло. — Я — чудовище. — Всего лишь раз произносит Ким и больше Гук не слышит от него ни слова. Парни лежат на неразобранной постели и младший теребит волосы, пытаясь отвлечь внимание. В голове крутятся слова Чимина. Да быть не может, чтобы это всё происходило с ними, чтобы было судьбой Тэхён и он через это прошёл. Несколькими часами ранее. — Ты так тих сегодня. Нет желания разговаривать со стариком? — Хван сварил кофе и несёт его в гостиную к племяннику. Чонгук с ногами забрался на обширный диван и портит глаза, пялясь не моргая в монитор. — Что ты такое говоришь, дядя? — Усмехается младший. — Тэхёни-хëн сказал заказать телефон, чтобы я мог ему позвонить. — Задирает голову и следит взглядом как парящие на подносе чашки подрагивают от тяжести шага. — А я смотрю ты послушный. — Ставя поднос на столик, разгребая его край, смеётся старший. Чонгук приобретает лёгкий румянец, но держит себя достаточно открыто. — Мне нравится, когда хён доволен. Он в такие моменты особенно красивый. — Признается Гук. Хван смотрит с прищуром. Сам для себя что-то прикидывает. Дверной звонок заставляет удивиться. Тэхён знает пароль и уже не просится войти. Кто это может быть? — Ты кого-то ждёшь? Мне уехать? — Вскидывает брови Чон. — Ещё чего? — Фыркает старший и идёт вприхожую. Он немного встревожен поздним гостем, но собирает волю в кулак и открывает дверь. — Чимин? — Я тоже рад вас видеть. — Парень задирает нос и входит в квартиру не дожидаясь приглашения. — Я по делу. — Бросает косой взгляд на Аджихуна. — Проходи. — Указывает рукой на коридор, что ведёт в гостиную. Чонгук округляет глаза завидев кузена. Их встречи никогда не бывают счастливыми. Значит ли это, что сейчас грядёт новый шторм. Пак не рассчитывал встретиться с Чоном, но не тушуется. Присев в кресло и закинув ногу на ногу просит себе кофе. Хван косясь на младшего уходит на кухню. Чимин рассматривает Чонгука. — Это правда, что Тэхён совершил преступление? — Заговорчески шепчет пока старший их не слышит. Маленькие глазки парня блестят от предвкушения ответа. Гуку не нравится начало беседы. Он предпочитает эту тему не заводить. Откуда вообще, Чимин знает об этом? — Если я скажу нет — ты отстанешь? — Сверкая напряжением и опасением в тёмных стеклышках младший кривится ожидая ехидства и мерзких слов. Пак кивает. — Я и так всё знаю. У меня свои источники, но… — в комнату входит адвокат — я по делу. У меня есть информация, что наш горячо любимый Ким Тэхён не совсем тот, за кого себя выдаёт. Хван напрягается, Гук удивляется, Пак сидит довольный эффектом. — Он больше Хван, чем Ким. Вы знаете об этом? — Игривый взгляд блуждает по серьёзному лицу старшего. Со всех сторон начинают подступать. Всё так и клонится к тому, что Тэхёну пора узнать, чей он сын и лучше об этом рассказать самому Аджихуну. — На что ты намекаешь? — Кривится адвокат. Чонгук сидит задержав дыхание. Все всё прекрасно осознают, но делают вид, что не понимают. — У меня есть основания полагать, что Ким Тэхён ваш сын, мистер Хван. — Победно заявляет Пак и подходит к старшему, чтобы забрать принесённый кофе. — Да что ты говоришь? — Театрально удивляется старший. — Может ты предъявишь мне список всех, с кем я спал за последние тридцать лет? Вдруг там не один ребёнок? — Ехидничает. Чимин теряется, чувствуя, что уступает в чём-то, но ещё не понимает в чём. — Вы в курсе? — Удивлённо предполагает парень. — А ты что думал? Что я впущу в квартиру не пойми кого? Что позволю чужому человеку быть рядом с Чонгуки? — Привирает, но не может же опытный, умудрённый годами адвокат признать, что всё так и было. — Понятно. — Лёгкая растерянность всё же накрывает. — И что, Ким знает? — Пристально осматривает старшего, что чуть мнётся. — Конечно, знает. — Вставляет Чон свои пять копеек. Парень внимательно следил и слушал и теперь не может позволить игре дяди обрушиться. — Он называет дядю отцом. — В подтверждение своих слов добавляет Гук, а Хван прилежно кивает. Чимин щурит глаза. — Что-то мне подсказывает, что вы хотите меня облапошить. Ни чёрта Ким не знает. — Ставит точку заставляя внутри сжаться органы. — Я должен его просветить. — Только вывали язык и я тебе самолично его подрежу. — Шипит холодно Хван. Повисает молчание. Два противника играют в гляделки, Чон взволнованно крутит головой. — Мне нужно защититься от отца. Нужен залог моей неприкосновенности и стабильности положения. — Чимин первым нарушает тишину и сменив агрессивный взгляд на страждущий, окидывает им и Хвана, и Чона. — Я имею информацию и о матери Тэхёна. Бедняга полжизни живёт во лжи. Последующие часы Пак рассказывает историю Кима, что раздобыл отец. Хван держится за сердце, а Чонгук плачет. Вместе пьют кофе, которое варит старший. — У меня всего пара дней, до самостоятельных действий отца. Если я не предоставлю результаты моей работы он лишит меня и тех крох, что я имею. Он разрушит мои отношения. — Предупреждает Пак. Он видит, что собеседники заинтересованы в оказании помощи. Чонгук как слышит, что у кузена есть девушка, сразу соглашается на условия. Он и на большее согласился бы, если только это оттолкнет Пака от его хёна навсегда. Настоящее время. Тэхён похоже уснул. Чонгук гладит его голову и поднимает к себе безвольное лицо. Покрасневшие щеки, иголочки длинных мокрых ресниц и опухшие губы. Ким нещадно искусал их коря себя за вспыльчивость. Аккуратно переложив чужую голову на подушку, Чонгук выключает ночник и ложится рядом. Ещё несколько минут пытается рассмотреть профиль в темноте, но бросает эту затею, когда старший разворачивается на бок и обнимает. Большего и не нужно. Гук целует истерзанные губы и засыпает кутаясь в любимый запах как в одеяло.