Три лжи

      После своего пробуждения Эзреаль не произнес ни слова. На вопросы лекаря отвечал только «да» или «нет», кивая головой, и молча соглашался со всем, что говорил Каин. Ассасин ведет его в свой Орден? Ладно. Просит держаться подальше от неприятностей? Попробует. Нужно съесть что-нибудь перед дорогой? Постарается не подавиться. − Как ты? – спрашивает Каин раньше, чем успевает подумать, и прикусывает щеку. Чем дальше, тем больше самоконтроля он теряет. Скрывая неловкость от своей излишней болтливости, юный воин немного дергано набивает рот едой.       Эзреаль перестает жевать и поднимает взгляд на убийцу. Почему-то он не удивился этому вопросу. Только посмотрел на Шиду посеревшими глазами так, будто хотел сказать «посмотри на меня повнимательнее и ответь на свой вопрос сам».       Каин фыркнул и отвернулся. Зачем спрашивал, если и так знал ответ? Хотел услышать? Это ничего не изменило бы. Эзу плохо и лучше не становится. Дело не только в здоровье, которое будет тяжело поправить, если приключения не оставят парня в покое. Он был полностью разбит потерей всего, кроме собственной жизни. Вся информация, которой Каин располагал о вольном исследователе, была лишь о его жизни и проходила через десятки рук. Убийца ничего не знал о душе человека рядом с собой и не мог помочь справиться с потерями. − Подожду на улице, − бросает Каин, расправившись с завтраком, и выходит, прихватив с собой снова упакованного в ножны Рааста. Долго даркин не возмущался, в этот раз ассасин не стал заматывать его в кусок ткани, оставляя возможность видеть этот ненавистный мир.       Путь им предстоял хоть и простой, но неблизкий. Каин поначалу хотел выкинуть самодельную переноску для даркина, но Эзреаль слаб и не сможет долго идти. Ассасин решил оставить руки свободными. Лучше он понесет блондина, чем заночует в лесу. − Присмотри за Эзом, − приказывает даркину Каин, поправляя перевязь, − и сообщи, как только начнет отставать или ему станет плохо. Ты меня понял, Рааст? «Понял, не тупой», − ворчит в ответ запертый в оружии монстр.       Эзреаль не заставил себя долго ждать. Ботинки никто не снял со вчерашнего дня, не было необходимости, а с майкой, на которой остались плохо отмытые кровавые разводы, и плащом он справился сам. Парень не стал надевать капюшон. В Ионии его не знают в лицо, а если кто-то и знает, то ни за что не узнает легендарного путешественника в этой искалеченной тени от едва живого человека. Да и солнце сегодня спряталось за серой ватой хмурых туч.       Без особой надежды Каин протянул руку к подопечному, но Эз отшатнулся и покачал головой. Уж лучше он будет держаться подальше от всего, чем его поведут под ручку. И вроде нет ничего такого в этом жесте, но что-то все равно заставляло парня отказываться от этого. − Постарайся не отставать, − бросает Каин, отвернувшись, и слегка подбрасывает даркина, чтоб тот не думал дремать. Эзреаль уже не видел, как ассасин на мгновение сжал когтистую руку в кулак.       Снова проходя по улицам надводного порта, Эз уже не испытывал желания смотреть по сторонам. Он был сосредоточен только на длинных черных волосах и сияющем глазе на оружии даркинов. Вчера любопытство его едва не сгубило. Хотя любопытство его регулярно едва не доводило до встречи с Киндред, но в этот раз он не мог убежать сам. Стоило все же поблагодарить Каина, но как-нибудь потом. Может быть…       Грунтовые дороги в Ионии были удивительно ровные. Никаких мелких острых камушков, вымытых дождями ямок или неровностей от крупных корней, что так и норовили показаться в середине дороги в любом другом уголке мира и пустить росток. Люди уважали волшебную землю, а земля по-своему заботилась о своих жителях.       Эзреаль был рад пусть немного извилистой, но ровной дороге без резких спусков и подъемов. Силы покидали его непривычно быстро. Раньше бывший исследователь мог целый день почти без отдыха идти по самым чертногосломным путям. Сейчас же парень был уверен, что не сможет забраться даже на пологий холм, если такой попадется. А ведь еще даже не полдень.       Усталость медленно и верно брала свое. Эз все чаще шаркал ногами и с трудом боролся с отдышкой, но упрямо старался не отставать от ассасина, что и так шел не слишком быстро. Борьба с собой была долгой и глупой. Наконец решив, что он вот-вот упадет, Эзреаль остановился у края дороги и сел на поднятый дугой над землей массивный корень невысокого, но очень широкого дерева. Он хотел позвать все идущего вперед Каина, только голос подвел, осипнув в самый неподходящий момент. Но через пару шагов убийца остановился сам и вернулся к отставшему подопечному. Либо у него настолько хороший слух, либо есть третий глаз. «Разбудишь, когда привал закончится», − Рааст показательно звучно зевнул и закрыл глаз. Свою задачу он считал пока что выполненной.       Эзреаль вытащил из сумки флягу и сделал несколько глотков. Стало немного лучше.       Порт давно скрылся из виду, и пусть в лесу не было тихо, но молчание давило на Каина. Праздный разговор казался глупым издевательством над несчастным блондином, потому убийца немного удивился, когда Эз решил заговорить первым. − Я думал, что даркины — это кровожадные монстры, − задумчиво выдал Эзреаль, поочередно косясь то на оружие, то на искаженную руку Шиды.       Каин посмотрел на блондина и рассмеялся. Этот парень, увидев чудовищное оружие, решил, что он – даркин! Убийце даже немного польстило, что храбрый малый принял его хоть и за падшего, но все же бога-воителя. Хотя, он намного лучше. − Я не даркин, − поправил его Шида, сняв косу с перевязи и демонстрируя ее бывшему исследователю. Что-что, а покрасоваться он любил, − я тот, кому служит даркин. «Размечтался!» − тут же возмутился Рааст, открыв глаз и недовольно уставившись на хоста. Он не спал, но не думал, что начнется такой странный разговор. − Обознался, виноват, − улыбается Эз, убирая флягу в сумку. Взгляд его с исследовательским интересом был прикован к боевой косе. Но это тот самый случай, когда руками лучше не трогать.       Эзреаль был не просто наслышан о даркинах: он знал о них больше, чем следовало бы. И не только потому, что это часть древней истории Шуримы.       Никто не знает об этой истории. Однажды он набрел на разоренную стоянку кочевников в пустыне. Занесенные песком палатки, иссохшие трупы людей и ни одной металлической вещи. Работали грубые безграмотные варвары, пропали все металлические предметы, даже посуда, но книги и свитки были на месте. Из них парень и узнал о падших богах, возможно, все. Он принял решение уничтожить тексты, чтоб они не попали в дурные руки, и никогда не искать этих проблемных ребят.       Но вскоре наткнулся на Атрокса. Пришлось обходить губителя мира по о-очень большой дуге. Действительно, об этой истории лучше никому не знать. − Пойдем дальше, если отдохнул. Не хочу ночевать в лесу, − Каин убирает косу обратно в ножны и неторопливо идет дальше по дороге.       Эзреаль поднимается и идет следом. Но проходит всего несколько минут и силы снова заканчиваются. − Кажется, нам все же придется ночевать в лесу, − хрипло смеется Эз, едва передвигая ноги, − не могу больше идти.       По обочинам не было больше высоких корней и камней, на которые можно было бы присесть, а если он опустится на землю, то, наверно, уже не встанет. Эзреаль уже был готов аккуратно упасть, но оказался подхвачен сильными руками. − П-поставь меня! – возмутился Эз, упираясь острым локтем в порченное плечо Каина. Но сразу вцепился в ассасина, как почувствовал, что сползает с его рук. − Не клади руку мне на плечи. Будет нехорошо, если ты случайно коснешься Рааста, − парень на руках убийцы вздрогнул, отпустил Шиду и положил руку к себе на живот. «Сдался мне твой калека», − бухтит даркин, прикрывая глаз. Любой другой монстр на его месте был бы раздосадован потерей возможности выбраться из волшебной тюрьмы, но этот даркин не жаловался. У него были какие-никакие принципы, да и не сказать, что со скуки умирал.       Каин был рад вернуться в привычный темп, прогулочный шаг ему порядком надоел. Он шел быстро даже с ношей на руках. Слишком легкой ношей. Помимо потери руки Эзреаль за последнее время сильно похудел и стал для Шиды почти невесомым. К сожалению, убийце было с чем сравнивать. − Ладно, отдохну немного так, но потом пойду сам, − заявил Эзреаль, придерживая свою сумку.       Ему вдруг стало совестно за то, сколько проблем доставил Каину, начиная с косвенного знакомства и заканчивая тем, что только что полз не быстрее черепахи. Убийца шел значительно быстрее, чем мог бы сейчас сам Эз. Может действительно не стоит сейчас сопротивляться? Быстрее доберутся до храма, в котором расположился Орден. Остается только надеяться, что в пути их не настигнут приключения. Они находят Эзреаля даже тогда, когда сам парень ничего не делает.       Вскоре голова с пушистыми светлыми волосами опустилась на плечо Каина, и он слегка притормозил, слушая мерное сопение. Разомлевший в тепле чужого тела Эзреаль уснул и совершенно расслабился. Тонкой ткани двух накидок было достаточно, чтобы смягчить жесткие пластины порчи даркина и дать парню с относительным комфортом восстановить силы во сне.       По краю лазурных отметок пробежала едва заметная искра. Легкий ветер трепал золотистые локоны, невесомо щекотал ими безмятежное лицо юноши. У него все еще слишком мало сил, чтобы видеть хоть какие-то сны. Какое-то время кошмары его не настигнут.       Слегка наклонив голову, Каин коснулся губами лба блондина. Прохладный. Прикосновение немного затянулось, но едва отстранившись, Каин снова приблизился к чужому лицу, оставляя легкий поцелуй. «Ты же не собираешься приступить к ритуалу обмена слюней без чужого ведома?» − Рааст, будь он неладен, не мог видеть происходящего, но прекрасно чувствовал желания и теплый трепет своего носителя.       Скрипя зубами от смущения − злостью его чувства нельзя назвать даже с натяжкой − Каин выпрямился и быстро пошел дальше, шипя ругательства в сторону смеющегося даркина. Кто просил его лезть? Да и не собирался Каин целовать Эза! Может и хотел, но точно не собирался.       Взвинченный ассасин отдавал все внимание переругиванию шепотом с даркином. Ноги сами несли его по хорошо знакомой дороге к Ордену. Он не заметил, как пролетело время и наступил вечер, путь почти закончился, а живая и шумная атмосфера леса сменилась темной и мрачной рощей. Сухие и истощенные, но все еще живые растения служили одним огромным знаком предупреждения о том, что сюда лучше не соваться без приглашения. Сквозь редкую листву уже была видна гора и расположенный у ее подножия храм. Логово Ордена Тени.       Каин оборвался на полуслове, пока покрывал веселящегося даркина ругательствами. Вокруг было тихо, очень тихо. Это была привычная и родная тишина мрачного леса вокруг Ордена, что со временем начала ассоциироваться с домом. Единственным лишним звуком было сопение все еще спящего Эзреаля, но что-то все равно было не так. Помимо их троих − или двоих с половиной − здесь был кто-то еще. Слишком рано для вечернего патруля.       Осторожно, стараясь не разбудить, Каин опустил Эза между корнями ближайшего дерева и взял в руки боевую косу. На них до сих пор не напали либо по глупости, либо потому что Каин первым почувствовал чужое присутствие.       Эзреаль завозился на студеной земле и открыл глаза, кутаясь в накидку. − Где мы? – сонно спрашивает он, но в ответ получает тихое «тс-с» и замирает, стараясь не издавать ни звука. Так и знал, что приключения его догонят.       Каин стоял в боевой изготовке и не знал, как ему поступить. Он не мог оставить Эзреаля, но и отпускать постороннего было нельзя. Шида ненавидел, когда ему приходится выбирать, особенно когда выбор стоит между священным долгом и желанием. Напряженно всматриваясь в тени между тонких стволов, убийца плюнул на правила, призывающие быть скрытным. Уж лучше он выманит или прогонит чужака, но Эза не оставит. − Можешь перестать прятаться. Я знаю, где ты, − громко говорит Каин и видит, как от сплетения нескольких стволов отделилась тень, только на свету становясь видимой фигурой. − Будь на моем месте Зед, он давно убил бы вас обоих.       К ним подходит женщина в темном одеянии Ордена с короткими золотисто-рыжими волосами. На вид немного старше Каина. Глаза ее закрыты плотной повязкой, из-под которой по щекам тянутся черные полосы, сходящиеся на подбородке. На поясе висит клинок длиннее кинжала, но короче меча. По высокой переносице Эзреаль отмечает, что она либо полукровка, либо вовсе не имеет Ионийской крови. − Инори, − выдыхает Каин, убирая оружие и помогая Эзу подняться. Но несмотря на повязку на глазах женщины, спину ему ощутимо прожигает ожидающий взгляд. – Наставница Инори, − со скрипом поправляет себя Шида. − Твоя дисциплина как обычно оставляет желать лучшего, − развернувшись в сторону Ордена, она молча пошла вперед. − И даже не будет ни одного вопроса? – спрашивает полный подозрения Каин. Он знаком с Инори половину прожитой жизни и редко видел, чтоб она отпускала кого-то просто так, будь то информатор или провинившийся послушник. − Один из собратьев следил за твоими выходками, ничего нового я не узнаю, если буду допрашивать.       От ее ответа Каин напрягся. За все время в бегах он ни разу не заметил слежки. Неужто был так сильно поглощен не своими проблемами? И сколько лишнего этот какой-то коллега мог увидеть?       Прямая дорога через лес сменилась серпантином у подножия горы. Путь все еще ровный, но длинный. В подъеме они останавливались несколько раз по приказу Инори. Неизвестно как, но она видела, когда парень уставал. Каин порывался снова взять Эза на руки, но он отнекивался куда более яростно в присутствии кого-то третьего. И так почти всю дорогу проспал, остаток пути в состоянии пройти сам. − Эзреаль, − обратилась женщина к бывшему исследователю, когда они подходили к величественному храмовому комплексу, больше похожему на маленький город. − Да, мэм? – хрипит он и слегка закашливается. − Добро пожаловать в Обитель Теней.