Рутина, заполненная тобой

Переступив порог квартиры, Клик слегка замешкался, всё-таки не часто идёшь домой к человеку, которого узнал только что. Во время поездки у них не было какого-то диалога, но каждый пытался как можно лучше и менее заметно разглядеть нового знакомого. Джошуа показался ему симпатичным и даже забавным, хотя и был заинтересован не в самой весёлой истории. Очень редко кто-либо пытался спросить о его увлечении или вообще многих отталкивала атмосфера, исходящая от него, но тем не менее, парень который уже ожидал в приглушённом свете коридора, когда тот разуется, слишком просто позволил быть рядом. В повседневной рутине Клику никогда ни то чтобы не удавалось, а даже не хотелось быть расторопнее, его ноги казались ватными, не способными держать его ровно. Облокотившись на стену рядом, он снял ботинки с которых слегка падала грязь, обычно ему было бы неважно, но на этот раз он невольно смутился и стыдливо поднял голову, пытаясь приготовиться к ругани. Однако хозяин квартиры приподнял бровь в недоумении, подойдя ближе, лишь аккуратно взял Клика за запястье и повёл на кухню. С порозовевшими щеками и гулким сердцебиением он пытался хоть немного услышать информацию о комнатах и чём-то вроде «чувствуй себя как дома», но смог только усесться на высокий стул, до которого его провели. Хоррорпедия удостоверился в том, что его странноватый знакомый предпочёл бы чай и начал искать печенье, пока вода кипятилась. -И.так. У меня есть немного шоколадного печенья, которое я испёк на днях, я могу его разогреть, если ты будешь. Хм, будешь ведь? — неловко спрашивая он посмотрел на фигуру сзади. -Д-да? Не ожидал что ты занимаешься выпечкой…- в мыслях он задался вопросом, а есть ли у его молодого знакомого, кто-то, кто мог бы готовить ему или заботиться впринципе. Наверняка у такого хорошего и красивого парня есть милейшая девушка, что приходит по выходным и печёт разные сладости вместе с ним, при этом хихикая и бросая томные взгляды. -Правда? Хах… я думал это не что-то особенное. К слову, у меня есть подруга, именно ей я благодарен за возможность радовать собственный желудок и конечно же гостей.-ответил Джошуа, невольно улыбаясь. Чайник закипел и он отвлёкся на то, чтобы не просыпать листовой чай мимо заварника. Клик заинтересованно наблюдал за этим бытом, вслушиваясь в стук капель по стеклу окна, которое демонстрировало тёмное небо Лондона, заполненное масивными тучами. Для многих такая погода плохая, но всё же факт нахождения на кухне приятного собеседника, обязан именно ей. Когда печенье со сладким, шоколадным ароматом появилось на столе, он решился на вопрос. -Неужели, вы живёте здесь совсем один? Не оборачиваясь Хоррорпедия тихо произнёс: -Да, совсем один. -И вас даже некому навещать? Прошу прощения за такой личный вопрос… -Всё в порядке, не извиняйся. Хм…периодически меня навещают подруги, но чаще всего я занят, стараясь заработать на жизнь, будучи дома. Конечно я могу звать кого-то чаще, но они довольно-таки громкие или слишком разговорчивые, так что, сам понимаешь…я стараюсь искать уединение. Клик шумно сглатывает слюну, копашась в голове, подыскивая нужные слова, уверенность. -И что же…выходит вы не состоите в романтических отношениях? -почти прошептав, опускает взгляд в пол. Джошуа внезапно оказывается совсем близко, слегка задевая рукой, костяшки пальцев руки, которую гость, по забывчивости оставил лежать на столе. Никому из них и не требовалось задавать вопросов или ругать за нетактичность, ведь каждый понимал причины простого касания. Клик смотрел как рот на лице человека, разливавшего напитки в чашки, звенящие крепкой оболочкой друг-друга, открывался, обнажая белоснежный ряд зубов с немного необычными, красивыми клыками. Ему казалось будто улыбка была придумана для этого особенного человека. Будто бы никому больше в мире не удалось бы быть ярче. Хотя…чего обычного можно найти в зубах если ты не врач? Что такого заманивающего в мимике? Даже опытный фотограф, не мог объяснить чувства, впервые расцветавшие где-то глубоко внутри. Где-то где он не знал. Не знал прежде. Жаль он не мог выпотрошить себя, обнажая не грубые внутренности, а воспоминания, давно забытые, напоминающие о себе, колкостью в шумном сердцебиении, спёртом дыхании. Едва уловив смысл остатков звука, чарующего голоса, что-то поразительное проявилось в его нутре. Хоррорпедия, как ни в чём не бывало присел напротив, аккуратно отпивая свой кофе. Казалось что он до безумия расслаблен, сам не замечает ореола грации в каждом движении. Говорят что красота в глазах смотрящего и возможно это так, однако истинна ли красота когда смотрящих двое? Пребывая в мыслях, тёмные глаза, с точно такими же пятнами под ними на бледной коже, вновь уставились в окно. Дождь то стихал, до продолжал барабанить хаотичными капалями по стеклу. Если бы он только знал, что притягивало его в эту пучину…то… -Клик… Он повернулся на слабый зов, с немного спёртым дыханием, вопросительно, метнув взглядом в собеседника. Шатен прикивнул сам себе и продолжил всё в том же ненавязчивом темпе: -Я понимаю что мы с тобой здесь не ради того, чтобы узнавать друг о друге много личного, но тем не менее… Ты завлёк меня с самого начала нашей встречи. Я не хочу показаться грубым, но… Ты…ты странный, -Выдерживая паузу, но не для того чтобы задуматься, он возобновляет речь-я имею ввиду, в хорошем смысле странный. Ты как интересная статья или книга, тираж которой, до боли мал. Мне хочется узнать больше о твоём прошлом.-Немного задумавшись он вновь говорит- Ну и о снимках конечно же. В первую очередь я уважаю тебя как хорошего фотографа. Я бы сказал даже слишком…-Джошуа ухмыляется, затем улыбаясь своим мыслям, задерживаясь за изучением лица напротив. Слишком контрастирующие выражения одного и того же лица, застают врасплох, он думает с чего начать и какова глубина вырытой ямы, в которую падает его тело. -Мм…я фотограф сколько себя помню. Не могу представить, чтобы меня увлекало что либо ещё. Иногда я говорю что это моя работа, а иногда простое увлечение, но говоря более точно, -это данность. Ноша на мне, к которой привыкаешь и даже не задумываешься больше ни о чём. Ты не переносишь ту тяжесть, которую чувствуют остальные, ты не чувствуешь и той лёгкости, которой благовеют обыватели. В моём мире нет особенных вещей… Шатен смотрит как голова около него, склоняется, всматриваясь в отражение на поверхности янтарного напитка. -Я…всегда думал о разных профессиях, однако выбирать долго не пришлось. Просто некому было бы остановить меня, очень может быть что это плохо, но есть много положительного. Клик размыкает поджатые губы, и поднимая тревожный взор спрашивает: -И что же? Пережёвывая, как-то ребячливо он отвечает: -Избегаешь множества ошибок или неудач, получаешь награду за старания гораздо раньше и несколько других приятностей.-посмеиваясь в конце, но обдумав слова он вновь раскрывает тему.- Не стоит воспринимать это как долг или обязанность от которой нельзя отказаться. Это твоя жизнь, лишь тебе за неё поручаться и получать по заслугам, вовсе не должное. Брюнет отпивает ещё глоток чая и даже слегка кивает, соглашаясь с мыслью в душе, если таковая имеется, он не понимает пустоты. Часы на запястье Хоррорпедии показывают почти половину десятого. Сышен звук трения ножек стульев о пол и размеренные шаги. Взгляд из полуоткрытых глаз цепляется за сервиз. Аккуратно пальцы смыкаются на фарфоре, в неловком поглаживании, стеснённом чужим имуществом. Хвоя с сапфировыми плодами врывается в листья папоротника. Можжевельник прижимается, отогретый солнечным лучом в материнском саду. Резные листья в объятиях не впитают его сок. Возможно ли, что судьба их предначертана? -Я думаю, что ты можешь остаться. На улице же дождь и всё такое…-шатен топчется перед проёмом в кухню, своего жилища. Клик хотел бы возразить, но у него нет сил. Они проходят в единственную спальню. Крохотная и уютная. Кровать и тумбочка из светлого дерева. Стены, выкрашенные ультрамарином, забиты картинками, теряющимися среди друг-друга. Небольшие светлые часы на тумбе. Огромный в этом пространстве шкаф. Цветок. Зеркало во весь рост. Наконец средняя по размеру двуспальная кровать. Бледное покрывало сворачивают худые руки. Выступающие вены соблазнительно играют под кожей, напрягаясь от любого действия. Лицо спрятали волосы, скручивающиеся в небрежные завитки. Клик искренне вожделеет. Он жаждет поскорее дотронуться. Научиться ощущать. -Джошуа…-скромность позволяет мало. -Да? -не повернувшись он продолжает заправлять пододеяльник. -Вы можете спать здесь, если вас не затруднит. Брюнет немного смеётся, потом молчит с минуту и с серьёзным лицом, смотрит в глаза напротив. -Клик…можно было давно на ты. И нет, я не хочу чтобы тебе было неудобно в гостях, так что.-его прерывает возбуждённый голос. -ДЖОШУА! Я…я не хотел…-он опускает голову, поникнув закрывает глаза и прочистив горло продолжает-мне снятся кошмары, если их можно так назвать. Особенно в непривычной обстановке… Вместо ответа он чувствует тепло на своей коже.