Двадцать пять перьев

***

РСФСР хмуро осматривал местность, в которую совсем не ясно как попал. Вокруг росли ели и сосны, что закрывали небо и солнце. Мужчина прошёл несколько метров, замечая чей-то силуэт, что быстро пробегал меж деревьев. Владимир остановился, оглядываясь вокруг себя, с надеждой что сможет рассмотреть незнакомца. Но как назло, золотой глаз больше не видели ничего, что могло двигаться. Вздохнув, Соколов двинулся дальше, всё также посматривая по сторонам. Лес был тихим, повышая тревожность страны до небес. Всё это было слишком странно, слишком подозрительно... Услышав треск веток, социалист остановился, поворачивая голову назад. Никого не заметив, русский прищурился, пытаясь что-то разглядеть в темноте леса. Ему казалось, что где-то там светятся фиолетовые огоньки, но они всегда затухали, путая разум. - Что за бред... Это какой-то дурной сон... - Закрыв глаза, мужчина положил ладони на щёки и ударил себя пару раз. - Сейчас я окажусь в своём кабинете и всё будет хорошо. Открыв глаз, социалист удивлённо выдохнул, видя перед собой два до боли знакомых сиреневых глаза. Искорки, что резвились во взгляде, разбавляли фиолетовые омуты. Они были настолько близко, будто и вовсе стали лишь пеленой. РСФСР отпрыгнул и потянулся за своим пистолетом, но не обнаружив его за пазухой, русский сильно заволновался. - Что такое? Неужто ты потерял свою игрушку? - Весёлый голос старшего Романова разразился как гром среди ясного неба. - Ты же мёртв! Что ты здесь делаешь? - Удивление и ненависть так и пылали в золоте, что медленно плавало в радужке глаза. - Да? Я совсем забыл про это. - Руслан резко обошёл племянника, хватаясь за его плечи и прислоняясь к щеке Соколова. - Отойди от меня! - Оттолкнув дядю, социалист отошёл на несколько шагов от него. - Да и где мы находимся? Я же несколько минут назад был в своём кабинете... - Последнее предложение он сказал чуть тише, задавая вопрос скорее себе, нежели императору. - Отсюда одиннадцать минут, не думаю, что ты уже успеешь... - О чём ты? Весело хмыкнув, Романов развернулся и зашагал в чащу леса. Понимая, что царь единственный кто сможет ему хотя бы что-то объяснить, Владимир последовал за ним. Всю дорогу между родственниками стояла тишина, которую иногда разбавляло недовольное фырканье младшего. Пейзаж ничуть не изменился: ели и сосны всё также закрывали небо, создавая темноту. - Может, уже хоть что-то объяснишь? - Прошу простить? Тебе я точно ничего не должен. Тем более, я здесь просто прогуливаюсь... - Почему с тобой так сложно говорить. - Попрошу обращаться ко мне на "Вы". - С лица империи не сходила беззаботная улыбка, а его ноги весело подпрыгивали, выдавая хорошее настроение. - Ах, да... Ещё одиннадцать минут отсюда. - Да что Вы заладили с этими несчастными минутами? Объясните мне. - РСФСР уже начал терять всякое терпение, с минуты на минуты готовясь повторить опыт 1918 года. - Не знаю... Как тебе лес? Чудесный не так ли? - Руслан уже давно никуда не спешил и хотел, чтобы и его племянник поступил также. - Да... Неплохо. - Тяжело выдохнув, страна попытался себя успокоить, мысленно надеясь, что император станет сговорчивее, если ему подыгрывать. - Куда мы идём? - Туда. - Понятно... Да дело не пойдёт. Чёрт его знает, сколько прошло времени и сколько ещё пройдёт, но что же происходит в стране в его отсутствие? Возможно, его младший брат уже поднял всех на уши, в поисках старшего. Но, пожалуй, этот тихий лес немного успокаивал нервы беспокойного русского, остужая его пылкий нрав. - Успокоился? - Тихий и будто бы ласковый голос полился из уст Романова. - Не зря говорят, что это лес спокойствия, осмысления... - Тихо хихикнув, царь продолжил. - Когда мы с братом попали сюда, тоже были обескуражены, напуганы и слегка рассержены, но, после появления папеньки стало легче. Он нам всё объяснил и провёл до реки душ. Думаю, место, куда ты попадёшь, тебе понравится. - Погодите, о чём Вы говорите, я не понимаю... - Мысленно Владимир порадовался, что дядя наконец-то стал говорить, но с другой, сказанное ему не понравилось и даже напугало. - Ещё одиннадцать минут отсюда... - Достав карманные часы, император покрутил их в руке и засунул обратно в карман. - Твой отец должен был тебя встретить, но, как видишь, я его заменил. При всей своей неприступности, он до жути мягок и раним, так что ты мог его сильно огорчить. Так что, когда увидишь его, не будь таким грубым, он сильно любит тебя и готов простить даже собственное убийство. - Чти за глупость... Он не может любить меня настолько. Я же убил его, Вас, династию. Уничтожил то, что строилось на протяжении трёх веков. - Пожав плечами, Соколов мысленно закатил глаз, осознавая ту глупость, что говорит полоумный царь. - Вот за это ты мне и нравишься! - Громко рассмеявшись, империя поднял руки вверх и чуть помедлил, чтобы сравняться с Владимиром. - Твоя радикальность, твёрдость... Мы с тобой этим очень похожи. Нам не нравится эта мягкость, что заложена в наших братьях и то, во что потом выливается это... - Что за чушь. Я люблю своего брата и даж... - Да, да, я понимаю это и не отрицаю и своей любви к брату. Но и ты не отрицаешь, что мягкость и нерешительность Алексея тебя раздражает. - Последнее слово было сказано небрежно и с какой-то издёвкой. - А быть мягкой страной - быть слабой страной. Хотя, иногда это и наоборот. - Ладно, я слишком долго слушал твой бред. Просто скажи как мне вернуться и я вернусь к государственным делам. - Владимир сделал вид, будто слова дяди были глупостью, хоть и в душе понимал, что все это чистая правда. - С чего ты взял, что сможешь вернуться? - Дойдя до реки, Руслан аккуратно залез в лодку, что стояла на берегу. - Тебе назад дорога закрыта. - Что? - Видя, как к нему тянется рука монарха, социалист хотел было отпрянуть, но что-то не позволило ему и тот сел в лодку, с непониманием осматривая добрую улыбку. - Глупыш, ты мёртв и мы с тобой сейчас находимся между миром живых и мёртвых. Теперь, ты идёшь по другому пути, возможно, в лучшую жизнь, а может и наоборот. - Ты врёшь, я не мог умереть. - Золотой глаз истерично забегал, всё больше пугаясь спокойной улыбки, что дарил ему дядя. - У тебя было одиннадцать минут на то, чтобы вернуться к живым... Уж прости, но я не мог позволить тебе вернуться, уж больно интересно, каким правителем станет твой брат! - Ты! Да как ты посмел! - Соскочив со своего места, Соколов попытался наброситься на царя, но что-то резко остановило его, не позволяя нанести хоть одного удара. - Вспыльчивое дитя... Можешь гневаться сколько хочешь, вот только, тебе это уже не поможет. Прими свою участь с честью, как подобает правителю. РСФСР сидел с разбитым взглядом, слыша, как вёсла тихо окунаются в кристально чистую воду. Вот и всё, его хватило лишь на четыре года... А что же его брат? Как Лёша справиться без него? Видимо, лишь время покажет это и одиннадцать минут, что даёт тебе смерть, прежде чем покинуть живых навечно.