— ты пьян?

На следующий день первым проснулся Никита, перед собой он увидел очаровательную картину. Роменский обнимал его, уткнувшись лицом ему в плечо, но не все было так гладко..В добавок ко всему это милейшее существо храпело. Это было умилительно, но громко. Берг чуть-чуть похныкал, но встать не решился, в голове у него было: "Если я встану, то я, разбужу его. Так не хочется будить эту милашку. Во время этих проносящихся в голове мыслей он даже не заметил, как начал рассматривать чужой оголённый торс. Он блуждал по нему взглядом, рассматривая каждую деталь, столь прекрасного зрелища. Когда он заходил к шатену в ванную, он не успел насладиться прекрасным телом, а сейчас..Сейчас оголенное тело его приятеля было прямо перед ним. Никита начал придумывать разные эротические зарисовки у себя в голове, к примеру.. "Давид сидит на Берег сверху, опираясь ручками о грудь блондина. Кареглазый привстает с Никиты, тем самым позволяя снять с него ну нужный элемент одежды, что и делает «нижний»." Он не успел закончить мысль, как Роменский крепко прижался к нему. Никита чмокнул в лобик соню и слегка приобнял его. Но шатен не хотел останавливаться, он начал сползать под одеяло, а затем когда Давид был у цели он потянулся к резинке от бóксеров, на это Никита убрал шаловливые ручки кареглазого, и тот начал возвращаться с исходное положение, вот только теперь он повернулся к нему спиной, потому что очень засмущался. Давид был полностью красный, слово помидор, даже уши его стали красные, то-ли из-за стыда, то-ли из-за того, что Берг его материл, но этого мы уже не узнаем. — куда же ты полез, шалунишка? - голубоглазый склонился над ухом "помидорки" и спросил с насмешкой. — прости..я просто.. - пытаяст подобрать слова говорил Давид. — ладно, не оправдывайся, вдруг что-то приснилось, и во сне ты вспомнил с каким прекрасным парнем ты спал.) Хотя мне кажется если это всё же сон, то он какой-то странный. — чего блять, я спал с тобой?! - Давид подскочил с кровати и понял, что он без одежды, тогда он стянул одеяло с голубоглазого. Перед ним появилось почти полностью обнажённое тело, если бы нижнее бельё все не испортило. Роменский стоял в ступоре и глазел на тело лежащего парня. Он рассматривал пресс приятеля, ещё не зная что Никита пару минут назад делал тоже самое. Ближе к поясу у Никиты была родинка, это позабавило Давида. Шатен бросил одеяло на Берга, а сам опять забрался на кровать и начал обнимать Никиту. — Давид, что за приступы нежности? - блондин обнял его в ответ.