Первый октябрьский дождь

Я не горел желанием сразу после ресторана отправляться на поиски Навии в Пуассон, пусть и был уверен, что нынешняя глава Спина-ди-Росула сейчас находится именно там. Мне захотелось прогуляться, раз выпала такая возможность, так что я неспеша огибал всевозможные дома и заведения, петляя по округлым улицам родного Фонтейна. Привычный шум меков и зазывания лавочников расслабляли меня, наделяя верой, что встреча с Навией пройдёт хорошо. Совсем скоро мне предстоит спуститься в «другой Фонтейн», в мрачные катакомбы города, где в поржавевших и покосившихся от сырости домах проживали некоторые члены Спина-ди-Росула. Металлическая лестница с перекладинами вела глубоко вниз, и другого пути в Флёв Сандр не было. Арлекино часто давала нам с сестрой поручения, связанные с подобными местами, да и штаб Спина-ди-Росула казался мне таким родным, так что я не побрезговал запачкать белоснежную рубашку. Спустя несколько минут я уже стоял в луже и осматривался по сторонам, решая, куда идти дальше. В воздухе пахло сыростью, и я невольно подметил, что остальной труппе явно пригодиться пожить в «другом Фонтейне», чтобы привыкнуть к его условиям. Убрав за ухо выбившуюся из косы непослушную прядь, я двинулся вперёд вдоль резервуара с водой. Стоящая неподалёку старушка с ящиком в руках молча проводила меня взглядом, и мне стало неловко, поэтому я замер и обернулся: –Вам помочь? –Иди своей дорогой, молодой человек. Голос старушки прозвучал хрипло и раздался эхом от стен катакомб. Я невольно вздрогнул, но сочувствующе улыбнулся и кивнул, поспешно разворачиваясь и уходя в сторону, где горел свет. До моих ушей донеслось лишь тихое «и что здесь только забыл маэстро Лини?» Мне льстило, что старшее поколение, к тому же проживающее в таком месте, знает меня и даже уважительно обращается, поэтому я хмыкнул, гордясь собой. Я продолжал идти по мокрому полу, мои шаги эхом раздавались по катакомбам. –Великий Лини! Воодушевлённый звонкий голос послышался за моей спиной, и я, не веря своей удаче, обернулся и пересëкся взглядом с голубыми глазами. –Госпожа Навия! Я сделал шаг навстречу девушке, приветливо машущей мне рукой. Неужели мне не придётся тащиться в Пуассон… –Что привело вас к нам? Неужели что-то случилось? Голос главы Спина-ди-Росула звучал обеспокоенно, и она подошла ко мне ближе, осматривая с ног до головы, как будто по моему внешнему виду можно было определить цель моего визита. От неловкости я кашлянул и закусил нижнюю губу. –Просто решил навестить вас, госпожа Навия. Здесь очень мило, да и вы очаровательно выглядите. Моя актёрская речь позабавила меня, и я решил для пущей зрелищности щёлкнуть пальцами и словно из ниоткуда достать радужную розу, окружённую снопом золотых искр. Отвесив поклон, я протянул цветок девушке. –Льстец, знаю же, что не поэтому. С фальшивым укором произнесла Навия, но розу приняла. –Где твоя сестрёнка? С радостью угощу вас обоих макаронами. На секунду я замялся. –Вообще, Линетт… –Да ладно, я вижу, что её здесь нет! Пойдём, я накормлю тебя. Глава Спина-ди-Росула схватила меня за руку и потащила к подсвеченному зданию с логотипом её организации, и мне ничего не оставалось, как подчиниться. Есть мне практически не хотелось — я всё ещё был сыт после встречи со съëмочной труппой в Дебор Отеле, да и привычка мало есть сохранилась с тяжёлых дней. Что бы то ни было, я не мог отказать Навии. Девушка усадила меня за ржавый стол и, не успел я моргнуть, достала трёхэтажный позолоченный поднос. Я бездумно следил за её руками, порхающими между столом и духовкой, в лёгкую управляясь с не пойми откуда взявшимися приборами для готовки. Навия взбивала яичные белки с сахаром, и меня невольно начало мутить. Я бы не смог сейчас съесть что-то ещё, пусть даже и очень привлекательные печенья, приготовленные самой главой Спина-ди-Росула… Я решил взять ситуацию в свои руки: –Госпожа Навия… На самом деле я бы хотел попросить вас оказать мне одну услугу… Я почему-то занервничал, пусть и был уверен, что всë пройдëт хорошо. Не отрываясь от готовки и не поднимая глаз, девушка ответила: –Наконец-то признался. Я не понял, говорила она это с укором или с доброй усмешкой, но решил продолжать: –Шарлотта загорелась идеей снять фильм, в котором фигурирует, эм… Спина-ди-Росула. Я замялся, стыдясь назвать катакомбы «другим», «отсталым» Фонтейном в лицо главе организации. Наконец, Навия одной рукой поместила противень с уже готовыми печеньями в духовку, отряхнула руки и заинтересованно посмотрела на меня. –Ты хочешь позвать меня сниматься с вами? Я только «за»! Воодушевление главы Спина-ди-Росула вызвало во мне волну стыда. –Нет, я… Не я занимаюсь актёрским составом, мне просто поручили договориться с вами о временнном проживании труппы здесь или в Пуассоне… Я подпëр голову двумя руками и пересëкся с девушкой взглядом — зрительный контакт обычно формирует у собеседника доверие. Даже не моргнув, Навия кивнула: –Хорошо, у нас как раз сейчас полупустая гостинница. Наши детишки очень тебя любят, так что никто не будет против. Я расплылся в глупой улыбке, прежде чем девушка продолжила: –Но один вопрос: Арлекино тоже будет с вами? О матери я и не подумал… Мы с Линетт уже давно взрослые и самостоятельные, но что если вдруг ей резко понадобится отправить меня на задание? Святые Архонты… –Нет, вроде как не должна. Я пожал плечами, стараясь выглядеть непринуждëнно. –Хорошо. Как бы то ни было, мы окажем вам всем радушный приём, к тому же совсем бесплатно. Возможно, лишь изредка жители Флëв Сандра будут просить вас помочь с чем-то… С рыбалкой, например. –Вы слишком щедры, госпожа Навия. Просите, что угодно — мы ни в чем вам не откажем. Я махнул рукой, перебивая девушку, и она, услышав свою выгоду в моих словах, хмыкнула: –Что угодно? Тогда с тебя небольшое представление для наших детей. –С этого и надо было начинать! Мои лиловые глаза загорелись — я так давно не выступал на улице или на небольшую публику, что едва ли не забыл, какое это прекрасное чувство — продумывать план шоу без назойливого надзора матери и чётких рамок. –Вот и договорились! Буду ждать вас к концу недели. Я благодарно улыбнулся и прикрыл глаза, а когда открыл их, то увидел уже не один поднос, а целый стол, заставленный печеньями. Я нервно сглотнул, когда услышал хруст. Кажется, меня не отпустят, пока я всё не съем…

***

От лица Линетт* Если Шарлотта что-то вбила себе в голову, то её уже не остановить — этим она похожа на моего старшего брата. Мне не хотелось выбирать себе одежду в окружении толпы вычурных и изящных дам, но я не могла подвести ни подругу, ни Лини. Моё лицо не выражало никаких эмоций, но мои мысли были заняты одним — поскорее бы домой, уткнуться в плечо брата и неспешно пить чай. Теперь мы остались друг у друга единственной поддержкой, и я прекрасно понимала, как его беспокоит моё благополучие, поэтому делала всё, чтобы он волновался из-за меня по минимуму. После смерти Фремине и расставания Лини с Фокалорс мы почти год ни с кем не сближались и тесно не контактировали — брату было необходимо восстановить подорванное доверие к людям. Теперь же в нашей жизни появился пусть и не совсем новый, но человек, взаимодействия с которым становятся всё более и более частыми. Шарлотта — надёжная подруга, и я верю, что она нас не бросит. Погружëнная в свои мысли, я стояла, как кукла, сложив руки и глядя на ряд простеньких платьев перед собой. Меня не особо интересовал дизайн, так что я была готова надеть на съёмки то, что выберет большинство. –Хей, Линетт! Тебе нравится? Шарлотта положила руку мне на плечо и высунулась сбоку, заставив меня посмотреть прямо в её сияющее от восторга лицо. –Смотри, я думаю, тебе пойдёт! Девушка протянула мне бежевое платье с фартуком и кармашками в виде кошачьих ушей, и я по-прежнему безэмоционально ответила: –Выглядит неплохо. На самом деле, меня радовало, что журналистка «Паровой птицы» попыталась найти одежду, близкую мне по стилю, но даже так я не чувствовала себя комфортно — услышав воодушевлённые восклицания Шарлотты, женщины из съëмочной труппы обступили меня со всех сторон и защебетали, словно птицы: –Госпожа Линетт, вы будете так красиво смотреться в этом! –Берите, даже не задумывайтесь! –Это то, что надо! Сил оставалось всё меньше, моя социальная батарейка садилась, и я еле сдержалась, чтобы не выпалить своё привычное-публичное «перехожу в режим ожидания». –Мне очень нравится, спасибо. Если этот костюм соответствует тематике фильма, то давайте возьмём. Шарлотта радостно зааплодировала и кинула платье на столик рядом с молча стоявшей и скрестившей руки на груди хозяйкой «дома Тиори» — видимо, она не любит, когда к ней заваливаются большие шумные компании. Либо не любит Шарлотту, хотя… Не понимаю, что журналистка «Паровой птицы» могла ей сделать. Последующий час женщины во главе с Шарлоттой перебирали ворох костюмов и то и дело спрашивали моё мнение. Не сдержавшись, я села на стул в углу и объявила о режиме «ожидания», и всё оставшееся время меня никто не трогал.

***

От лица Лини* Макароны, и вправду, вышли очень вкусными, но всё равно я не смог съесть много — во рту стало противно сладко, я почти давился печеньями. Не в силах больше мучить себя, я сказал Навии, что заберу остатки с собой и отдам сестре — кстати говоря, интересно, как она там? Не слишком ли ей надоедает Шарлотта? Линетт, наверняка, и так устаёт, когда я с чем-то к ней пристаю. Глава Спина-ди-Росула лишний раз напомнила мне про представление и про то, что ждёт труппу к концу недели, на что я предпочёл ничего не отвечать и медленно побрёл к выходу из Флëв Сандра. Кое-как я поднялся по неудобной холодной лестнице, про себя отметив, что есть не буду ещё ближайшие пару дней — так, чай попью, чтобы не пугать сестру, а есть не буду. Святые Архонты, это просто издевательство надо мной… Прогуливаться больше не хотелось, поэтому я устало брёл к остановке аквабусов, чтобы как можно скорее вернуться домой. Пребывая в своих мыслях, я не замечал ничего вокруг. –Лини! Я подскочил и вздрогнул, округляя уставшие глаза. Сестра со странным свëртком в руках быстрым шагом приближалась ко мне. –Ты ещё не дома? Я мигом подскочил к ней и забрал свёрток в свободную руку, так как в другой сжимал бумажный пакет с печеньем. При виде Линетт всю усталость как рукой сняло. –Надеюсь, Шарлотта не слишком замучила тебя, моя леди. Послышался гудок — прибыл аквабус. Мелюзина окликнула нас, и пришлось поспешно взойти на борт и сесть на кожаный диванчик. Транспорт тронулся, и я тихо вдохнул, молча наблюдая, как мимо меня проплывают пейзажи родного Фонтейна. Голова сестры опустилась мне на плечо, и я невольно вздрогнул от неожиданности. –Никуда больше не пойду без тебя. –Значит, всё-таки замучила. Я сжал в руках свёрток, пытаясь определить, что находится внутри. Словно прочитав мои мысли, сестра прошептала: –Это платье. Ты не подумай, Шарлотта — хороший человек, просто времяпровождение в шумной компании, где каждый норовит о чём-то со мной поговорить не для меня. Легкий ветерок скинул прядь волос Линетт ей на лицо, и девушка фыркнула. Я невольно хихикнул. –А меня Навия накормила макаронами, думал лопну. Я и тебе взял, надеюсь, поможет поднять настроение. Сестра подняла голову, её обычно тусклые лиловые глаза блеснули, и я понял, что сладости — это то, что надо после загруженного дня. Мимолëтная радость сестры передалась и мне — не хотелось уже думать ни о возможном желании матери контролировать наше участие в съёмках, ни о трудностях, которые ещё могут возникнуть у нас на пути. Я молча повернул голову в сторону и смотрел, как мы медленно приближаемся к зданию Эпиклеза. Под аквабусом тихо шумели искуственно созданные волны. Мы во многом обязаны воде, ведь если бы ни она, Фонтейна бы попросту не существовало. Но и она бывает жестока. Снова гудок и восклицание мелюзины. Точка назначения достигнута, пора домой. Я подал сестре свободную руку, и мы вместе неторопливо направились к театру. Дома её ждёт гора вкусняшек, а мне ещё придётся договариваться с матерью о съëмках. Святые Архонты, лишь бы всё прошло хорошо…