Heart-Shaped Glasses

      Неделя тянется до жути медленно и общество самых различных людей нисколько не ускоряет процесс. Даже наоборот — время с ними тянется будто бы гораздо дольше. Все они чересчур надоедают, поэтому Авантюрин отпивает больше из своего бокала; сейчас там пина колада, хоть и начинался его вечер изначально с мартини. Это был единственный способ хоть как-то скрасить часы, проведённые за скучными разговорами: кто-то рассказывал о новых акциях в своих отраслях и старательно что-то рекламировал, кто-то жаловался на подчиненных или начальство — а то и оба варианта сразу, а третьи так и вовсе гнули за то, что каждый новый день как предыдущий. — Ну и проблемы у людей нынче. — прыскает он в полупустой бокал, отчего алкоголь слегка булькает ему в ответ.       На него сразу обращается несколько косых взглядов, но никто так и не осмеливается заговорить. Впрочем, его за язык тянуть не нужно — коктейль сам справлялся с этим. — Вы жалуетесь, что у вас всех скучная житуха, но при этом и пальцем не шевелите, чтобы её как-то раскрасить. — в ладонях мужчины высокий бокал покачивается, так и намереваясь пролиться. — Или жаба душит потратиться на мнимое удовольствие? Жизнь может оборваться в любой момент, даже на этом судне... и вы все равно сдерживаетесь!       Он смеётся над людьми в своём окружении, пока их физиономии вытягиваются не то в удивлении, не то в отвращении. Один из таких бизнесменов старается что-то высказать, но Авантюрин быстро затыкает и того, продолжая: — О, я знаю что Вы хотите сказать, не нужно озвучивать... — карикатурно пригрозив пальцем, он поправляет свои очки. — Я лишь пытаюсь объяснить, что в мире множество неизведанных вами удовольствий и нет ничего постыдного в их изучении. Более того — я даже готов показать парочку таких!       Чуть оттягивая вульгарный вырез на груди, мужчина демонстрирует больше своей голой кожи; чистая и нежная, практически молочного оттенка. Край языка проходится по нижней губе, обнажая ряд белоснежных зубок, которыми он любил оставлять следы на первых встречных, с которыми угораздило оказаться в одной постели.       Несмотря на то, что для Авантюрина это было не более, чем простой забавой — судя по несколько вспыхнувшим лицам, многие восприняли её за действительный намёк. Какие же бестолочи.       Но он не собирается останавливаться на этом. Допивая свой коктейль, он подмигивает своей небольшой аудитории. — Ну что, никто не хочет оформить мне еще коктейльчик? — полупьяно бормочет он, хихикая с самого себя и своего голоса.       Однако веселье быстро прекращается, когда он ощущает резкую хватку на своём воротнике. Его рука практически машинально тянется к револьверу, пока он оборачивается только для того, чтобы столкнуться лицом к лицу с... Топаз. — Говорила же тебе, это деловая поездка! А ты уже позволил себе напиться и полез позориться! — Счетовод ей поддакивает, что-то недовольно и громко хрюкая на её плече. — Идем отсюда, пока ты ещё не влип во что-нибудь... — Так-так, погоди... С каких это пор ты моя нянька!? — он упирается туфлями в ковролин, пока девушка старается его поднять, продолжая тянуть за шиворот. — Я взрослый человек и сам распоряжаюсь, что мне делать!       Топаз, однако, такая же упертая, как и он. И к сожалению, намного трезвее. — Ты так уверен? Я тебя вытягивать потом из твоих очередных афер не собираюсь!       В конце концов неожиданный треск ставит точку в их разгорающемся споре — воротник расходится по шву. Они оба молчат, лишь удивленно хлопая глазами. Однако, Топаз первая приходит в себя и, отпуская повреждённую рубашку, ретируется в том же направлении, откуда и пришла. — А ну стой! — Авантюрин быстро поднимается с нагретого кресла и накидывает на плечи пиджак, дабы хоть как-то прикрыть порванную одежду. — Топаз! Да ты хоть знаешь, сколько она стоила!?       Мужчина распихивает всех, кто мешается под ногами и, пусть спотыкается, старается догнать убегающую коллегу. А та и не скрывает своего веселья, заливисто смеясь вместе со Счетоводом на руках — она праздновала не бешенство Авантюрина, а весьма успешное отвлечение. Всё равно когда он протрезвеет, то уже и забудет, что случилось с одной из любимых рубашек.       В конце концов он догоняет её, ловя за руку. Топаз же падает на край дивана, отчего Авантюрин летит вслед за ней и приземляется аккурат на пол. — Топаз... — он шипит сквозь сжатые зубы, не то от боли, не то от злости. — Ты у меня сейчас поплатишься, да еще и с процентами! Ты... Ты хоть имеешь представление, во сколько она мне обошлась?!       Она смеётся только громче, никак не унимаясь; вскоре слышится и хихиканье Асты, которая всё это время наблюдала за ними вместе с другим гостем. — Ох, какой позор выставлять меня в таком свете перед другими людьми! — он бормочет себе под нос и безуспешно пытается встать, то и дело падая назад. — Протяни хотя бы руку помощи, коллега несчастная. — Не будь ты занозой в заднице, мне бы и не пришлось заниматься твоим воспитанием! — Топаз отодвигается в сторону и помогает мужчине перебраться на кожаные сиденья. — Я же уже смотрю, разошёлся, ещё бы немного и на стол тоже полез бы! — ... Не настолько я ещё пьян, не неси ерунды.       Их очередной спор быстро прерывается вежливым покашливанием Асты. Девушка нервно улыбается, всё ещё хихикая с растрепанных видов сотрудников КММ: — Что ж... Раз уж Вы здесь тоже, мистер Авантюрин, может выпьете с нами? Мы как раз обсуждали департамент стратегических инвестиций с Топаз и доктором Рацио. — без промедления, она подзывает официанта. — Мохито. — лаконично произносит он, мгновенно переключая своё внимание на четвёртого человека за столом. — И доктор Рацио здесь? Кажется в прошлый раз Вас не интересовал наш департамент, неужто что-то поменялось?..       Услышав обращение к себе, Рацио не сдержался от того, чтобы скривить лицо; благо за маской его неприязни не было видно. Видимо ни один его вечер не может пройтись в компании действительно приятных людей и обязательно найдется кто-то, кто предпочтет подействовать ему на нервы. Впрочем, до этого хотя бы были профессора из его же гильдии, которых заткнуть не требовало особых усилий... Сейчас же перед ним сидел собеседник гораздо хуже. — И сейчас не интересует. — поправляет он, стараясь держать свой тон как можно нейтральнее. — Я всего-то поддерживаю беседу. — О, правда? А для чего Вы тогда здесь? — резким движением он снимает очки и упирается локтями в гладкую поверхность стола; сверлит лиловыми глазенками гипсовую маску, пусть и знает, что зрительный контакт с этим человеком невозможен. — Авантюрин! — Топаз резко толкает его, отчего его руки соскальзывают и он едва не впечатывается лицом в стол. — Будь вежливее. То, что ты практически в дрова, не оправдание. — Да я трезв как стеклышко! — пусть это и было ложью, женщина тоже чересчур преувеличивала его степень опьянения.       Прибывшие коктейли потушили разгорающиеся споры: Топаз, Аста и Рацио продолжили вести диалог в непринуждённой манере, пока Авантюрин молчаливо отпивал мохито и обводил взглядом зал — продумывал куда бы сбежать подальше от столь заботливой коллеги. Время близилось к полуночи и оттого гостей было всё меньше и меньше, что не помогало его сравнительно плачевному положению.       Допив алкоголь в бокале, мужчина скучающе вертел листик мяты на кончике языка, выжимая терпкий вкус прохлады. У него даже не было с собой пачки карт, чтобы хоть как-то себя занять, потому что вникать в деловые разговоры троицы совершенно не было желания. Его взгляд неожиданно зацепился за чужую рюмку с коньяком, которая определенно предназначалась Рацио. И зачем ему только? Всё равно ведь в маске сидит. Ухмыльнувшись, Авантюрин ненавязчиво прошагал пальцами к рюмке и ухватился за неё... Однако, его запястье быстро перехватили. — Кажется ты перепутал. Это моё. — чужие пальцы вцепились сильнее, стоило ему дернуться. — И как ты пить собрался? — фыркает он, по-прежнему стараясь безуспешно выбраться. Топаз на это лишь тяжело вздохнула, что-то говоря про невыносимость. — И как по мне, для новых друзей ничего не должно быть жалко! — Не припоминаю чтобы мы были друзьями, может подумаешь ещё раз над своим оправданием? — Рацио резко бьёт его запястьем об стол, отчего Авантюрин тихо скулит, наконец убирая руку. Эрудит с ним определенно решил не церемониться. — Не осталось больше на этом судне добродушных людей, на которых можно было бы положиться. — Авантюрин потирает свою ушибленную руку. — Я запишу это на свой счёт тоже. — беззлобно подкалывает его Топаз, залпом осушая бокал с космополитеном. — В любом случае, я думаю пора расходиться... Уже поздно. Доктор Рацио, не могли бы Вы по доброте душевной выпроводить моего коллегу? — Он вполне в состоянии дойти самостоятельно. — эрудит поднимается вслед за девушками и наконец снимает гипсовую маску. — О, так это всё же не протез лица? — подшучивает блондин, вместе с тем оглядывая Рацио и едва не дёргается от неожиданного пронзительного взгляда. Чужие глаза оказались до невероятного яркими, как если бы на него смотрел сам дикий филин; они вызывали дискомфорт. — Прискорбно говорить это, но ваш любимый доктор Рацио прав, я и сам доберусь до своего номера. — Хоть в чем-то мы сошлись во мнении. — хмыкает он и отпивает коньяк из рюмки. Его слегка взмокшие фиолетовые локоны липнут к лицу, обрамляют его как будто бы рамка.       Авантюрин явно был пьян в стельку, раз резко задумался о том, что от такого сопроводителя всё же он бы не отказался. Разве что с заклеенным ртом. — Прошу, это чудо же на лестнице первой убьется. — громко шепчет его коллега, желая от него избавиться всеми силами. — У вас всё равно каюты в одной стороне... — С леди Асты повторная аудиенция с госпожой Гертой тогда, вот моё требование. — вышеупомянутая девушка бледнеет, но несколько раз кивает под молящий взгляд Топаз. — В таком случае согласен.       Они рассыпаются в тихих благодарностях, шустро убегая как можно дальше — даже толком не попрощались, что не могло слегка не уколоть его гордость. Впрочем, Авантюрин только растекается на спинке кресла, с кислой миной осматривая Рацио. Нет, всё же как бы горячо этот эрудит не выглядел, терпеть его — отдельное испытание, и даже под толщей алкоголя это будет тяжело. — Ты ведь знаешь, что тебе необязательно меня сопровождать, м-м? — пока Рацио общался с Топаз и Астой, он уже пил из чужой рюмки. — О точно, это же был твой коньяк... Какая жалость, правда? — Бывали огорчения и хуже. — устало бормочет мужчина в ответ, после чего поправляет примявшийся пиджак. — До свидания.       От услышанного рюмка в его руке едва не упала обратно на стол, Авантюрин попросту поверить не мог в то, как легко его оставили на месте. А как же хоть капля беспокойства за не самого трезвого человека?! — Постой, друг мой, я же пошутил! — сотрудник КММ вскочил с диванчика. Ноги уже не гнулись, но он практически бежал, пытаясь догнать стремительно удаляющегося доктора Рацио. — Что насчет твоей сделки с леди Астой насчет аудиенции? Я ведь всё передам и сообщу, как доктор Рацио оставил меня в болезненном одиночестве... совершенно бессердечный!       На лице эрудита проскользнула довольная ухмылка, вид растрëпанного пьяницы перед ним был чересчур забавен — может быть даже стоило его провести до лестницы, да посмотреть как он кубарем вниз покатится. — Аста прекрасно поймёт моё решение оставить тебя на произвол судьбы, она с Топаз и сама от тебя убежала. — ему в ответ обиженно надувают губы. — Ну тебя, глыба каменная!       Авантюрин вспыльчиво ударяет ногой по полу, после чего разворачивается спиной и оставляет эрудита позади, а тот и не думает догонять. Даже смешок обронил с такой инфантильной реакции. Сотрудник КММ определённо был энигмой для него, особенно в таком состоянии: изрядно выпившего мужчину заносило в сторону с каждым шагом только больше, отчего дойдя до лестницы он практически с отчаянием вцепился в перила. — Нужна помощь? — Рацио подходит к лестнице, вставая поотдаль и продолжая наблюдение. — О, ну неужто ты догадался! Я с удовольствием приму твою помощь и даже постараюсь забыть всё, что ты наговорил. — он протягивает свою свободную ладонь в воздух. — К чему мне твоя рука? Я лишь хотел сказать, что лучше опираться на локоть, а не на ладонь, когда держишься за что-то. — непринуждённо спускаясь вниз по ступенькам, он поворачивается назад. — Советую также начать двигаться, а не стоять на месте. Ты задерживаешь людей.       Ощутив неловкость, он и вправду обернулся, дабы посмотреть на тех, кто был за его спиной; однако там никого не оказалось, что вызвало ещё больше негодований со стороны опьяненного блондина. — Ах, в тебе проснулась нотка юмора, просто очаровательно. — Авантюрин процедил сквозь зубы, крайне медленно шагая следом.       Ко всему этому, он даже не помнит на каком этаже его номер, отчего ситуация выглядела ещё более безутешной. Тем не менее, спать где-то в коридоре он не собирался даже под дулом пистолета, как и признавать своё поражение перед практически незнакомым человеком. Ему оставалось надеяться только на то, что он узнаёт нужный ему этаж.       Авантюрин продолжал свой неспешный спуск по лестнице под чужой внимательный взор. Поначалу даже хотелось что-то высказать, по типу "Нравится смотреть за мной?", но он понимал, что нарцисс всё равно обернет перепалку в свою пользу и оставит его в ещё большем бешенстве. Так за попытками придумать хоть что-то, он и не заметил, как его неожиданно схватили за запястье и куда-то потянули. — Нежнее будь! Этот костюм дороже всех книг в вашей проклятой библиотеке Исмаил. — он ругнулся под нос, поняв, что едва эрудит ослабил свою хватку. — Если бы ты не плелся как улитка с разбитым панцирем, мне бы не пришлось тащить тебя за собой как потерянного ребёнка.       Рацио даже не обернулся, спешно шагая куда-то вперёд меж чужих кают, отчего Авантюрину только и приходилось спотыкаться. — И не смей говорить о том, чего не знаешь. Если ты думаешь, что твои тряпки дороже хотя бы одной страницы тех летописей, то тебе стоит обратиться к департаменту технологий и попросить устроить тебе экскурсию. Быть может на вашем крысином языке тебе понятнее объяснят значимость хранящихся там знаний. — Ты... — он практически шипел, будучи в ярости. Да как этот самоназванный докторишка смеет с ним так разговаривать? — Я ещё посмотрю, что будет делать твоя горячо любимая гильдия когда вам крайне неожиданно перестанет хватать финансов. Быть может ты наконец заложишь свой острый язык? Я бы его выкупил и с удовольствием нашёл бы ему применение намного лучше. — Какая мерзость... Впрочем, чего ещё можно было ожидать от маленького павлина, у которого помимо харизмы больше ничего за душой и нет. — эрудит толкнул его к какому-то номеру, отчего он практически не поцеловался лицом с дверью. — Не благодари. — О нет, мы не закончили. — Авантюрин перехватил его руку, не позволяя мужчине хоть куда-то сдвинуться даже на метр. — Узнай меня получше и затем уже будешь говорить обо мне... в каком угодно свете. Я даже готов тебе заплатить, чтобы ты понял, насколько ты ошибаешься.       Рацио нахмурился, совершенно обескураженный поведением сотрудника КММ. — Я начинаю понимать, что ты никак не можешь уложить в свою голову мысль о том, что на тебя всем всё равно. — он силком расцепил чужие пальцы и едва увернулся от очередного захвата. — Проспись и приди в себя.       Оказавшись наедине с самим собой, Авантюрин продолжил сверлить удаляющуюся спину. Он был крайне обескуражен тем, что эрудит даже не пытался скрыть своего отвращения и относился к нему настолько агрессивно, совершенно не заботясь о том, как это может повлиять на гильдию; ему ведь и вправду ничего не мешало банально поговорить с Алмазом и распространить пару слухов, дабы слегка подпортить их итак шаткую репутацию. Кому вообще было дело до этих бесполезных докторов, которые не могли принести пользу обществу за исключением своих надуманных знаний? Эти пустословные конференции не приносят кредитов, ровно как и хранение всех книг в библиотеке Исмаил; пусть сам Авантюрин и видел её единожды, его мнение о ней навряд ли изменится. Это была пустая трата пространства.       По-прежнему продолжая бубнить себе под нос, он ввалился в свой номер и устало съехал вниз на пол. Сказать, что сегодняшний его вечер прошёл отвратительно, значит ничего не сказать. Благо с завтрашнего дня наконец на круизном лайнере откроются другие развлекательные центры; уж в казино его никто не побеспокоит, даже Топаз.