my little scar

— Да сколько можно! — Чимин негодующе вскакивает и бьёт ладошкой по столу, Тэхён на реакцию друга только тихо вздыхает. — Тэ, это уже третий синяк за неделю! Он вообще понимает, что творит? Чимин очень любит Тэхёна, пытается помочь другу хоть как-то. Вот только его крики и возмущения мало помогают. Только голова начинает болеть сильнее. Чим переводит сожалеющий взгляд на Тэхёна и садится обратно, хватая со стола пластырь и мазь. — Испытывать такую боль, ай, — он шипит, потому что Чимин начал обрабатывать порез, а это, вообще-то, больно, — испытывать такую боль морально ещё тяжелее. Если я хоть как-то могу помочь своими страданиями, я рад. Брови Чимина ползут вверх, выражая удивление. Нет, он не удивлен такому благородию — буквально каждый день слышит одно и то же. Это больше разочарование от того с какой искренностью Тэхён говорит это из раза в раз. Нельзя так относиться к тому, кто причиняет тебе столько боли. Тэхён, конечно, не видит этой драмы на лице друга, лишь чувствует несильный удар в предплечье. — Какой же ты придурок, Тэ, — вздыхает и клеит пластырь поверх раны. — Но его нужно найти, иначе ты будешь не хуже боксёрской груши. — Ему или ей, этому человеку, — он поднимает такой щенячий, полный горести и сожаления взгляд. — Чимин, ему так плохо. Что же с ним происходит? — Ему будет ещё хуже, если ты сейчас расстроишься. Тэ пытается гнать из головы все плохое, но выходит не очень-то хорошо. — Нам пора, скоро пара по философии, надеюсь, этот парень не пойдет на неё. Он переводит взгляд на парня в черной толстовке, сидящего в конце столовой. — Что? Раньше я не замечал за тобой неприязни к кому бы то ни было. — Он просто странный, — жмёт плечами. — Вечно сидит с книгой и никогда ни с кем не разговаривает. Забей, Тэ. Ничего не имею против, просто у него такой взгляд, — он почему-то озирается по сторонам и только потом продолжает. — Убийственный. Тэхён лишь смеряет друга скептическим взглядом, а потом хватается за бровь, потому что недавно там появился порез, и только что он заболел сильнее. Тэ терпит. Потому что верит, что когда-то это прекратится. Он надеется, что сможет прекратить чьи-то страдания однажды.

***

— Ой, прости, — Тэхён, поворачивает голову, чтоб посмотреть кому в этот раз досталось, и замечает того самого парня, Чонгука, от которого пару дней назад его так оберегал друг. Чонгук лишь хмуро смотрит на несколько упавших книг и разлетевшихся листочков. Тэхён быстро ориентируется и садится на корточки, чтоб поднять их, но вдруг его прерывают: — Не трогай, — холодно произносит Чонгук. — Да я ничего не сделаю, даже смотреть названия не буду, — он что-то щебечет про плохое зрение и абсолютную незаинтересованность в персоне Чонгука, пока собирает листочки со своей стороны, резко разворачивается и видит перед собой два высоких массивных ботинка. — Ой. В ответ лишь тянется рука, и Тэхён без раздумий хватается. — Мне нужны были мои листы. — А, да… — Тэ на секунду подвисает, смотря в чужие глаза, которые, кажется, начинают наливаться кровью от злости. Придурок. Конечно, Чон протянул руку, чтоб забрать листы, а не чтоб помочь встать. — Конечно, вот. Порез над бровью уже заживает, но периодически, как сейчас, болит, поэтому Тэхён хватается за лоб одной рукой, в глупой надежде что это хоть как-то ослабит боль. Объёмный рукав кардигана сползает до локтя, оголяя несколько больших синяков. Они появляются и исчезают друг за другом, Тэ давно перестал обращать на это внимание, но Чонгука это, вроде как, удивило. Он прямо подвис, смотря на руку Тэхёна, что немного смущает, ведь Чон мог подумать что-то нехорошее. Тэхён прикусывает губу и переводит взгляд на свою руку. — Ничего страшного, — почему-то он чувствует, что нужно как-то это объяснить. — Просто тонкая кожа и неуклюжесть. Да, он соврал. Никому никогда не говорит об этом. Только Чимину. — У тебя проблемы? — вроде бы интересуется, а звучит так, будто смертный приговор читает. Абсолютно безразлично. — Нет, конечно. Тэхён уже пятится назад, но Чонгук его берёт за руку. Это немного. Много. Не входило в его планы. Чонгук, не спрашивая, закатывает рукав кардигана до локтя, от чего по телу пробегают мурашки — в здании немного прохладно. Тэхён лишь стоит с открытым ртом и не понимает, что должен сделать. Он же просто смотрит... Но ведь без разрешения! И на что? На его синяки! Какой позор… Чонгук лишь завороженно обводит каждый. — Что ты?.. Чонгук будто из ступора после этой фразы выходит. — Прости. Пожалуйста, прости. Я не должен был этого делать. — Это было слегка… — Тэхён пытается найти правильное слово. — …отвратительно? — …необычно? — вторит ему Тэ. Чонгук вскидывает непонимающий взгляд на Тэхёна, а тот лишь пожимает плечами. — Обычно все морщат носы и говорят, что им очень жаль за то, что мне приходится проходить через подобное, — он усмехается. — Но ведь никто не знает правды. Они все думают, что я жертва. Это глупо, но я думаю, что я забираю чужую боль. В голове Чонгука что-то стреляет. Он распахивает глаза, смотря прямо в чужие. Но Тэхён не обращает на это внимания, он смотрит в окно и машет кому-то рукой. — Тэ, ты… — запыхавшийся Чимин вбегает с улицы в здание и косится на Чонгука, но ничего не говорит. — Скоро пара нам нужно идти. Не зажило? Покажи. Парень бесцеремонно обхватывает чужое лицо ладонями и тянет на себя, не обращая внимания на явный протест со стороны Тэхёна, это выглядит, конечно, очень забавно, поэтому Чонгук улыбается, но только совсем чуть-чуть. — Она зажила! Вот это регенерация! Скоро как на собаке будет заживать. А это не так уж и плохо, что ты… Тэхен затыкает ему рот рукой. Это тоже довольно забавно, но Чонгук уже давно идёт по длинному коридору, погрузившись в свои мысли. Ему не до смеха. Снова.

***

— Чонгук! Чон никак не реагирует, потому что банально не слышит. — Фух, ну ты чего? — парень удивлённо смотрит на Тэхёна. Ему-то что надо? — Можешь помочь с философией, я кое-что не могу понять. Вот здесь сказано… — Нет. Чонгук снова отводит взгляд и начинает читать, но его тормошат за плечо, что начинает неимоверно раздражать. — Почему ты так смотришь? — о-о, он действительно не понимает, но никто ничего и не собирался объяснять. — Что не так? Я ведь просто попросил… Чонгук отодвигает Тэхёна с прохода, потому что тот начал говорить, что никуда его не пустит, а если и пустит, то только через его, Тэхёна, труп. Не особо думая, заносит руку и двигает его за бок, на что получает очень пронзительный вскрик, который Тэ сразу же пытается подавить. — Что это было? — Ничего, — Тэхён улыбается, будто не он секунду назад скулил от боли. — Проходи. И ведь он действительно уходит с прохода ещё и руками указывает на выход, прямо как стюардесса в самолете. Взгляд Чона заставляет немного виновато избегать зрительного контакта и делать вид, что разглядывание собственных потёртых кедов неимоверно увлекательное занятие. А что он, собственно, сделал? Просто не хочет говорить незнакомому человеку о себе. — Ничего страшного, просто небольшая царапина. Тэхён уже разворачивается, чтоб уйти первым, но его останавливает голос. — Я могу помочь? Вряд ли. Никто не сможет. Тэ лишь тихо усмехается, хотел незаметно, но, кажется, его услышали. — Они не заживут от чужой помощи. Я просто немного потерплю, и они заживут от времени. Пока.

***

— Бедненький… — девушка вздыхает. — Наверное, нелегко тебе. — Ынха, прекрати. — Как ты можешь быть таким чёрствым? — Тэхён-а, как я могу быть таким чёрствым? Почему ты со мной таким до сих пор общаешься? Тэхён вздыхает. Эти двое поднадоели за последние пару недель, если честно. Одна как курочка-наседка бегает и следит, чтоб Тэ не ушибся (как будто его раны хоть как-то с этим связаны), а второй гоняет её от Тэхёна, но в итоге они просто ругаются и ничего полезного не делают. Именно когда они в очередной раз начинают спорить, Тэ удаётся сбежать. Ближайшим местом оказывается спортзал, и он ни секунды не раздумывая заворачивает туда. Пары уже кончились, никого здесь быть не должно. Он только покидает мячик в кольцо и потом сразу уйдет. Тишину разрезают звуки ударяющегося о пол мяча. Идеально. — Не думал, что ты так умеешь, — раздается ровно в тот момент, когда мяч попадает прямо в кольцо. Тэхён разворачивается, он уже узнал голос. — Что ты тут делаешь? — он хватает мяч в руки и идёт к Чонгуку, чтоб слышать лучше. — Просто… — он делает паузу, на что Тэхён вопросительно выгибает бровь. — Не знаю. Просто шёл. И пришёл сюда. — Удивительное совпадение, — Тэ фыркает себе под нос и возвращается обратно к кольцу. Не ясно, почему Чонгук его вот так вдруг разозлил. Просто что с этим парнем не так? Почему его взгляды противоречат его поведению? Это сбивает с толку. Он хотел побыть один, но его снова обломали. Тэхён берет в руки мяч и встаёт сбоку от кольца. Сначала несколько штрафных, потом несколько угловых, затем комбинации. В детстве он занимался баскетболом, но со временем понял, что спорт не совсем для него. Просто не мог позволить себе получать раны ещё и самостоятельно, да и кому нужен вечно избитый баскетболист? Уже появилась тяжёлая одышка, на лбу выступили капельки пота, запястья болели с непривычки, все тело ломило. Он разворачивается в сторону выхода и застывает на месте. Чонгук до сих пор сидит в углу зала на скамейке и преспокойно читает книгу, хотя прошло добрых полчаса. — Чонгук. Его не слышат. — Чёрт бы тебя побрал, — произносит он себе под нос, — Чонгук! — орёт он через весь спортзал и идёт неспешным шагом к нему. Чон лишь подымает голову и закрывает книгу, укладывает её в сумку. Встаёт и уходит. Он что вообще творит? Тэхён несмотря на отвратительную усталость во всем теле бежит за ним и даже догоняет. — Что ты… Тот лишь пожимает плечами, смотря на задыхающегося Тэхёна. — Ты мог уйти куда угодно, но остался именно там, где было шумно, — он поднимает голову. — Почему? — Меня не раздражает шум. «Меня не раздражает твой шум. Чёрт его знает, почему, Тэхён». Тэхён истерически вздыхает. Столько всего. Теперь ещё и эта усталость. — Ты, Чонгук, очень странный. Я уверен, что ты хороший парень, но, пожалуйста, объясни, что происходит. Мне немного надоело… — он смотрит, как Гук ждёт продолжения, кажется, затаив дыхание. — Да почему ты вообще меня слушаешь? — Откуда берутся твои синяки? — Понятия не имею. Ничего себе. Он и так умеет. Так даже лучше. — Кто-то страдает, а ты за это должен платиться. Это глупо. — Нисколько. — Поэтому мне и интересно. Ты другой, Тэхён. Любой бы сказал, как ему плохо, но никто не стал бы защищать того, кто причиняет ему боль. — Это глупо. — Это я причиняю тебе боль. — По-моему, ты последний, кто может это сделать, — Тэхён хлопает его по плечу и уходит из зала. Шаг на улицу и свежий морозный воздух мгновенно окутывает, но все его прелести, к счастью, не даёт почувствовать тёплая куртка. Прогулку сопровождает похрустывание недавно выпавшего снега. …хрум-хрум-хрум — «Это я причиняю тебе боль» — хрум-хрум… Подождите, он действительно так сказал? Тэхён останавливается посреди улицы. — Как он узнал, что… — невольно вырывается и растворяется паром в воздухе.