Сожги мысли, словно школьную форму.

Правда сегодня в действительности не происходит даже тогда, когда огромная компания людей с напитками садится в большой круг на полу, умудряясь лаконично устроиться на столе и находящемся рядом диване, помещаясь на том впятером, когда ранее умоститься там могло только трое. Юнхо остаётся в им же созданном углу, чувствуя себя там в неком подобии безопасности. Ужасно пьяный Уён щурится и прислоняет тонкие пальцы к уголкам глаз, сужая те, растягивая в разные стороны, лишь бы разглядеть в Чоне старшем что-то знакомое, но сдаётся, стоит какой-то девушке из команды поддержки лаконично провести по его ноге рукой. Действие не влечёт за собой ничего и совсем не обещает продолжения, однако низкорослый парнишка циклится на чужой фигуре и свистит, когда ребята достают бутылочку, принимаясь играть. По велению фортуны горлышко падает как-раз на Миён, что с лёгкостью выполняет стойку на руках, загаданную пьяненьким Саном. Он весел, когда его щёки и уши напоминают всем, что он рак, варёный в кипячёной воде, на деле являющейся холодным спиртом. Кажется, что ещё немного и он вылетит. К слову старший Чхве из команды баскетболистов никогда не говорил Юнхо ничего плохого, но и из положительных действий парень только скидывал в его сторону пластыри, да отбирал сигареты, когда Минги входил в раш и только и делал, что оставлял новые и новые алые пятна на белоснежной коже. Чон терял сознание, смотря за новыми бутонами увечий, да упиваясь запахом палёной кожи и Сан всегда звонко бил его по щеке, закатывая рубашку ниже, оставляя его разбитым и беспомощным, но визуально целым. Он не курил, не бил его и никогда не унижал, был чем-то здравым в компании, однако никогда не вставал на защиту Юнхо. Может быть думал об этом, не имея возможности что-то исправить. Вечер медленно плывёт и Хо даже не чувствует себя в окружении людей некомфортно, он прячется за незнакомым ему высоким парнем, пока Миён неожиданно для всех подсаживается к нему поближе и перенимает все попадания бутылочки на свой ряд, она выполняет разнообразные задания, от банального покукарекать, до поцеловать человека напротив и только спрашивает у Юнхо может ли она сесть к нему на колени на три хода, когда Чон кивает, опуская свои ноги на пол так, что бы на них смогла сесть столь миниатюрная особа. Только тогда ОН привлекает ЕГО внимание и Минги почти рычит, захлёбываясь собственными слюнями. Он заикается, но сказать ничего не может, даже тогда, когда Миён крутит бутылочку и та указывает именно на Сона. Его глаза полны шока и вызова, однако девушка осторожно гладит Юнхо по шее, проводя большим пальцем по вздувшейся от шока венке. Ботаник напуган и сейчас чувствует себя неуверенно, изредка выглядывая из своего убежища что бы посмотреть на предмет своих воздыханий и тут же тушуется, когда встречается с ним взглядом. Ну конечно. Его рано или поздно бы нашли. - Минги, не мог бы ты сделать десять кругов вокруг дома? Не будет ли это для тебя слишком простой затеей, ребят? Думаю, что я должна отомстить тебе за тот дуратцкий ход! Толпа кричит и присвистывает. Ну конечно же для баскетболиста пара кругов не будет являться чем-то зверски сложным. Таким, что можно будет вывести его из себя и заставить напрячься. Они скандируют просьбу добавить для Сона что-то посложнее и больше всех верещит именно неугомонный Уен, что получает от старшего болезненный подзатыльник. Крик стихает, когда девушка на коленях ёрзает и дьявольски улыбается, умудряясь положить свой подбородок на голову Юнхо. Минги скалится. Конечно же он, сука, дьявольски зол. - Посади Чонхо на шею и сделай эти чёртовы десять кругов вокруг дома. Замедлишься - прибавляешь себе штрафной круг. Хорошая разминка для твоей страдальной спины, не правда ли? Миён чёртов дьявол и Минги готов начать с ней спорить, ведь подобный вес для него череват тяжкими последствиями и лечением, но давится слюной, когда Юнхо тянет девушку за футболку и тихо-тихо шепчет ей что-то на ухо. Он выглядит просяще, умоляюще, ведь его огромные оленьи глаза такие искренние и чистые, такие блестящие, что он ранее не видел за толстыми линзами очков и чёрной толстой оправой. Юнхо умоляет ее сжалиться, но девчушка только нежно улыбается, помахивая перед его носом тонким пальчиком с нежным нюдовым маникюром. Она отказывается, даже когда Сон читает по губам знакомое до боли слово "прошу" и "умоляю тебя". Миён щёлкает его по носу и тягает за пухлые щеки. Блядь, да он пронесёт на плечах Чонхо, надо будет захватит с собой ещё и орущего Уёна, он пробежит с ними и утрёт этой суке нос. Ебанная выскочка. она взяла с собой Юнхо что бы показать, что ебётся с ним? Что за блядский цирк они тут устроили и почему это видит только он сам? Минги не осознаёт, что данный цирк устроен исключительно для него. Не осознаёт и того, что тут подкуплен каждый, исключая баскетбольную команду и бедного Сана с Есаном, что так же всё знают, но искусно молчат, игнорируя все выпады и споры. Они хотели поговорить с Сонхва, но передумали, стоило им заметить как старший болезненно отдавливает Юнхо ступню, сдавливая ту и шипя, выпрямляясь по струнке, лишь бы казаться с ним на ровне. Он шипел, что ничего не передаст Минги и что "такому дерьму" стоит держаться от них подальше. Ведь что? От Чона воняет жжёной плотью, а оно и не удивительно. Сон с утра пораньше успел потушить о его шею новый окурок. - Залезай, блядь. Прокачу с ветерком. Капитан баскетбольной команды принимает вызов и мостит на плечах явно не довольного данной затеей Чонхо, что еле поднимает свои мускулистые ноги после тренировки. Ну а кто просил приходить на тусовку сразу после нее? Чхве Чонхо никогда не пропускает подобных занятий, поэтому находится в идеальной форме. - Если ты вновь повредишь свою ебучую спину, то я не буду искать тебе замену в твоём весе. Хонджун говорит строго, скрещивая руки на груди, а после Сонхва добавляет вполне простую истину, как бы дополняя чужие слова. - Я бы сдался на твоём месте, если тебе важны соревнования на следующей неделе. Миён ведь знает о них и просто хочет вывести тебя из игры. Минги уже стоит и только сейчас вновь переводит взгляд на саму девушку, что осторожно проникает своими пальцами в волосы Юнхо и осторожно массирует, предательски чётко улыбаясь, когда сам парень не закрывает глаз, не чувствует ничего приятного и всё так же боится. Он никогда не закрывает своих огромных глаз и с самим Минги. Всегда ищет чёртов подвох и какой-то путь к отступлению. Всё это кажется ему неудачной женской шуткой, пусть по сей момент ему не сделали ничего плохого. Сону важно не вылететь, да и не хочется вновь лечить себя, терпя постоянные пластыри, мази, уколы, что он терпеть не может ставить себе самостоятельно. Он не хочет постоянно ходить на курсы массажа то бы разогнуться и очевидно совсем не хочет терпеть весь пиздец, выслушивая, что они в очередной раз взяли на одну игру какого-то придурка, которого пришлось обучать и он обязательно сливает итоговую и главную игру. Такое уже было. Проходили и Сон пообещал себе не повторяться. Однако что значит сейчас сдаться? Отказаться от этой тупой игры? Признать собственное поражение и бессилие? Это значит потакать девушке, что сейчас трогает его игрушку и не издевается, а ласкает его, пусть Юнхо и боится. Минги этого не терпит. Признать поражение - значит отдать ей Чона на какое-то время и даже если это условие не было озвучено, то Сон его определённо понял, прочёл в чужих горящих глазах, поэтому он буквально рычит и выходит с Чонхо за пределы частного дома. Миён не встаёт с чужих колен, ведь три хода ещё не прошло, но верит кричащей толпе, что принимается считать чужой бег и преодолённые круги, пока Юнхо под ее весом желает подорваться и остановить происходящую канитель. - Успокойся, сиди. Я не сделаю тебе ничего плохого. Я только хочу что бы он вымотался и кое-что понял. Пожалуйста доверяй мне. Я готова дать руку на отсечение, что конец сегодняшнего дня тебе определённо понравится. Сегодня ты будешь красным цветом, на который Минги поведётся, словно бык на родео. Юнхо не придаёт этому значения, ведь Минги возвращается, почти скидывая с себя макнэ баскетбольной команды и садится на пол, потягиваясь за бутылочкой. Он тяжко дышит и его чёлка прилипла ко лбу. дайте ему шанс и он заставит Миён сейчас спрыгнуть с чёртового окна второго этажа, надеясь, что она сломает себе обе ноги и сдохнет мучительной смертью. По крайней мере в его глазах читается исключительно это чёртово желание, пусть девушка и улыбается, показывая Юнхо два пальца, Она является для него щитом ещё в двух раундах, а после он остаётся один. Горлышко указывает на Уёна и Сон срывается на нём, отдавая указание поцеловать как раз ту милую девчушку, что проводила по его руке и ведь Чон младший делает это, ловя рыпающуюся девицу прямо у входа. Влажно, грязно и просто омерзительно, но Уён крутит бутылочку дальше, пока Миён показывает один палец, что тоже загибается, стоит какому-то парнишке с дополнительной скамьи запасных сделать сальто назад, да от выпитого алкоголя навернуться на чьих-то кроссовках. Не смертельно и хуй с ним. Миён оставляет на его пухлой и бледной щеке розовый след от помады и Юнхо готов поспорить с каждой клеточкой своего тела, пока не ощутит пальцами то место, где Сон пальцами исполосовал пол ногтями. Девушка перешла границы дозволенного, ангельски расплываясь в улыбке. Она перешла грань терпения Сон Минги и ведь его чёртов Чон даже не пытается потереть рукой ебанный и грязный след от помады. Он хихикает и по-дуратски прикрывает рот ладошкой. Чёртов милый ублюдок. Капитан готов отвесить ему новые тумаки что бы он помнил, кого стоит слушать. Что бы помнил, на кого ему стоит смотреть. Что бы знал, куда он вообще имеет право ходить. Он должен был спросить у Минги разрешение на присутствие на этой тусовке и ему абсолютно чхать, что вечеринка не в его доме и далеко не в его честь и позвать Юнхо сюда мог кто угодно. Чон должен был спросить у Минги разрешения, что не произошло и в моменты гнева, когда с пухлых губ фактически падают капли яда вместе со слюной, а он сам пытается отдышаться, проходит как минимум пять бедных рангов и стоит бутылочке попасть на Юнхо он почти задыхается, пропуская вдохи. Кто крутил? Кто выкинет ему действие? Что за пиздец ему аукнется? Блядь! Задание выдаёт Чхве Сан, что сейчас пьяно улыбается, корпусом наклоняясь к Чону и шепча ему на ушко очень уж провокационно, тонкими пальцами поправляя замявшийся воротник глаженной рубашки. Что ему сказано? Что он сейчас вытворит? Почему его ботаник так раскраснелся и машет головой так сильно, что залаченные волосы вертятся и выпадают из причёски? - Ну что такое? Неужели ты не можешь этого сделать? Так сложно? Разве сложно трахнуться с Минги? Сан говорит это слишком долго, предательски громко выделяя слова, когда Чон перед ним готов расплакаться, пока толпа буквально начинает кричать. - Ты что, девственник? Если да, то я дам тебе задание полегче. Хочешь сказать мне на ушко? Чёртов лис и ведь Юнхо шумно сглатывает, осторожно прикрывая свой рот крупной ладошкой, прислоняясь к чужому уху. Очевидно же, что этот ебучий ботаник не имеет никакого полового опыта и не удивительно, что после сказанных секретов Сан задумывается, а после только по лисьи и хитро улыбается, громко оглашая свой вердикт. - Даже не смотря на это думаю, что сегодня ты должен ее потерять. Минги опытен в этом и я уверен, что ты справишься, малыш.