Моё непослушное солнышко

На следующий день в школу я пришла лишь к 4 уроку. Это был русский. Ещё только заканчивался 3 урок, а у Юлии Александровны было окно. Я зашла к ней в кабинет. Она сидела как обычно и посмотрела на меня будто ничего не произошло. — Здравствуй, Аида, проходи. — угу. Я села на последнюю парту у окна, достала учебник и принялась повторять домашнюю работу. Зачитавшись, я не заметила Юлию Александровну, которая тихо подошла ко мне. Она положила руку мне на плечо. Я равнодушно подняла глаза. — Чего? -сказала я. — Надо решать, что делать.- будто умоляя сказала она. — Зачем? — также равнодушно ответила я.-кто я для вас? Зачем вы это делаете? Вам же лучше, если меня отчислят. — Я для Светланы Владимировны стараюсь. Ты видела, как она переживает? Ты же для нее как родной ребенок. Заметь, она всегда тебе помогала, поддерживала, учила тебя, а ты? Ты только и умеешь, что хамить. Ладно, пожалуйста, груби другим учителям, груби мне, но не надо так поступать с человеком, который тебе действительно дорог. Я же знаю, зачем ты ударила Регину. Почему же ты ждёшь от окружающих людей, что они будут хорошо относится к Светлане Владимировне, если ты-человек, который ее якобы уважает, позволяет себе заставлять ее нервничать? — четко сказала мне эту речь Юлия Александровна. Я даже несколько рассердилась. Возможно, она сказала мне правду. Светлана Владимировна и правда дорога мне и я действительно уважаю ее. Но о ее чувствах я никогда не задумывалась. Мои глаза судорожно бегали, смотря на нее. — Что вы хотите, Юлия Александровна? Сейчас уже ничего не изменить. — Я знаю, что сказать на собрании, чтобы тебя оставили. Остальное за тобой. Ты должна оправдать мои слова. — Ну не знаю, не знаю — задумавшись сказала я. — получится ли у меня? — Помни, для чего ты всё это делаешь. — для чего? — а ты подумай. Прозвенел звонок. на литературе я, конечно, спала. Вчерашняя ночь не очень удалась. Мысли не давали уснуть. А спокойный, нежный голос Юлии Александровны даже как-то успокаивал. После урока я решила пойти к Светлане Владимировне. Кабинет как всегда был открыт и из него веяло лёгкой прохладой и тонким запахом духов. Светлана Владимировна работала за компьютером, а увидев меня, только отвернулась и продолжила что-то печатать. — Светлана Владимировна…-тихо сказала я. -я поговорить хотела. Сказать. у меня все получится. Вы ведь это всегда говорили? И я верю. Вот увидите, все наладится, вы ещё гордится будете мной. — пытаясь развеселить ее сказала я. Она никак не отреагировала. Я вышла и, взглянув на нее последний раз, ушла прочь. Она не хотела меня видеть. Настроения отсиживать остальные уроки У меня не было, поэтому я по-тихонечку пошла домой. Когда я пришла время уже было около полудня. Нужно было как-то разгрузиться от этой повседневной суеты. Я села за решение физики. Около двух часов я готовилась к олимпиаде. И тут послышался проворот ключей в замке. — ну охренеть. Хотелось бы немного времени уделить моей домашней жизни. Я живу с матерью в однокомнатной квартире в доме из далекого СССР и разумеется о каких-то супер-куртых условиях речи и не идёт. На кухне есть обгоревшая плита, старый чайник и советский холодильник. В зале кресло- раскладушка и кровать у окна. Уроки я пишу на маленьком кухонном столе. Сплю на кресле. Мать вижу редко, потому что ухожу рано и прихожу поздно. Но не только по этой причине. Она сама часто не приходит домой. Точно не знаю почему, но предполагаю, что выпивает у своих знакомых. Потому что трезвой я ее не видела давно. Но мне так даже лучше. Раньше, когда все было по — другому она очень пристально следила за мной. Не отпускала гулять, проверяла все мои переписки, тетради и т.д. Вообщем занималась гиперопекой. Но умер мой отец и она в корне изменилась, полностью забыв про меня. Вообщем сейчас она пришла абсолютно трезвой, как ни в чем не бывало. — Здравствуй, дочь. — сухо сказала она. — угу, привет. -также ответила я. — мне тут передали, что у тебя в школе проблемы. Ты чего вести себя нормально не умеешь? — а ты только что об этом узнала? — да, я встретила Светлану Васильевну эту твою. — Владимировну… Она Владимировна.-грозно сказала я. — какая разница? Мне стыдно за тебя! Почему все дети нормальные, а ты как дура себя ведёшь? — кричала она. Я редко, когда отвечаю ей, потому что все мои попытки возразить ей выходят мне боком, но тут я терпеть не стала. — А почему все родители нормальные? А ты как алкашка тупая себя ведёшь?! -ответила ей я. — хотя почему как, если ты и есть алкашка? Я увидела, как она сжала зубы, надула ноздри и сжала кулаки. Да я прекрасно знаю, что это значит и я предполагала, что все так закончится. Поэтому, получив «по заслугам», ибо я такая неблагодарная дочь, с разбитым носом и бровью я выбежала из квартиры. На улице не то, что было холодно, но в штанах и кофте в такой мороз я оказалась впервые. Я начала перебирать знакомых, которые живут рядом, но поняв, что у меня нет знакомых, я просто зашла в подъезд и села на ступеньки. Так я просидела около двух часов. Вдруг открылась дверь подъезда. Подумав, что это соседи, я отодвинулась и не смотря сказала унылое «здрастье» — Ну здрастье, раненый боец, где покалечили? Я подняла глаза. Это была… Юлия Александровна. — Вы.чего пришли? — Я еле как добралась до вас, давай веди домой. — Нет… Идите отсюда, пожалуйста. — я же не просто так шла. Мне нужно с твоими родителями поговорить. Я ужасно разозлилась. Да по-моему весь мир знает, что у меня нет папы! А она говорит «родители». Да разве эту жалкую пародию на мать можно назвать родителями? Я вскочила со ступенек и встала прямо над ней. — Да вы ничего не знаете! Как можно быть настолько тупой! Мне не нужна ваша помощь и от вашей беседы с этой дурой тоже ничего не изменится, она только отпиздит меня ещё больше. Юлия Александровна широко открыла глаза. — Но…- сказала она. я не дослушав, достаточно сильно толкнула ее и ничего не видя, вышла из подъезда. Быстрым шагом я пошла по улице, закурив сигарету, завалявшуюся у меня в кармане. Нет, я не курильщик. У меня нет зависимости, но мне нужно было согреться хотя бы так.