Не-Дракон: Неудовлетворённость

Что страшного, да? Страшного, может, и ничего, но неожиданное точно. И наверняка странное для человека. Хакуба готовился, просвещался, а потом сидел, размышлял, делал выводы… и теперь был уверен, что прав. По крайней мере, исходя из собранных фактов получалось именно так. Может, позже, когда удастся узнать о дракониде больше, появятся и новые вводные, и новые мысли на их основе, но сейчас всё так как есть. Только бы одноклассник воспринял нормально. – Ты всегда можешь меня остановить. – уточнение делается именно для этого. Затем приходит время самого рассказа, ведь Кид кивает и смотрит с лёгким любопытством, будто не верит, что о нём смогли узнать что-то такое, чего не знает он сам. – Ты заметил, насколько безучастен? Что в прошлый раз, что сегодня. Я тебя касался, потому точно знаю, что это не сдерживание. Твои мышцы даже не пытались напрячься, чтобы двигаться так, как тебе было нужно. Эта пассивность, то, что ты просто принимаешь что бы с тобой не делали… Думаю у вас руководят самки. И в этом тоже. – Или ты не воспринимаешься моим организмом как самка. – спокойнее, чем, казалось, должен, отреагировал Кид. Никак не отреагировал. – А если нет шанса продолжить род, то зачем напрягаться, спрашивается? – Может и так. – невозможно не согласиться. Однако: – Но какие-то сигналы твоё тело всё же подавало! – Да, что-то определённо было. – поморщился и, нагнувшись, потёр икру правой ноги. – Синяк будет, наверное… – Что такое? – обеспокоился Сагуру. – Откуда синяк? – Мой хвост. – недовольно посмотрел на оную конечность Кид. – В прошлый раз, помнишь, он ударил по полу? – А сейчас я заставил тебя стоять… Прости. – понял свою вину. Наверное, хлопок чешуи об чешую был достаточно тихим, а может просто не услышал. Не было уверенности, что услышал бы даже выстрелы в тот миг. – Ничего. Зато мы узнаем переносятся ли повреждения этого тела на человеческое. – нашёл хорошее Кайто. Раз он так спокойно к этому относится, значит, точно можно продолжать! – Думаю, драконид должен таким образом захлёстывать хвостом самку. Так он даёт знать о своей готовности, а та должна сжать его член своими внутренними мышцами и позволить кончить. – продолжил развивать оставленную тему детектив. Они не знают точно, а значит предположения можно строить любые. – Думаю, твоя теория заслуживает право на существование. – кивнул Кайто. Они присели, чтобы не стоять. – Тогда, получается, у самки эти самые мышцы должны быть очень сильными. Чтобы пригибать чешуйки при каждом вхождении и держать их в таком положении до самого выхода. – Сильными настолько, чтобы преодолевать их сопротивление, а оно весьма ощутимо, скажу тебе. – дополнил Хакуба, точно зная, о чём говорит. – Или то, что они будут царапать стенки на выходе, для чего-то нужно. Как у котов, знаешь? Ну или это им приятно, самкам. У людей ведь тоже есть всякое… с шипами. – Нет, скорее первый вариант. – не согласился Кид. – Мне было особенно приятно, когда ты пригибал чешую к самой коже, даже чуть вдавливал. – мечтательно вздохнул, вспоминая. – Да, так угол рос быстрее. – подтвердил детектив, пребывая в мыслях об устройстве самок драконидов. – Угол? – переспросил одноклассник с долей недоумения. – Ну да, с раскрытия и тридцати градусов до девяноста, когда ты кончаешь. – отстранённо пояснил, мыслями будучи весь в вопросе зачем же делать семя похожим на желе. – Ты это на глаз определил? – продолжал допытываться Кайто. – Угол? – очнулся Хакуба. – Конечно. Что я не вижу, что ли, как твои вздыбленные чешуйки всё сильнее топорщатся, чем дольше ласкаешь? Кстати, очень интересное ощущение, когда они вырываются из-под пальцев с другой стороны. – Ну, ты хотя бы с линейкой к моему члену не примерялся. – что-то непонятное звучало в его голосе. – А зачем она мне? У меня хороший глазомер… Или ты не о том? – Не знаю. Так странно обсуждать это с кем-то. С тобой. – всё так же непонятно смотрел Кид. – То есть, делать это со мной, вернее, то, что я делаю с тобой – это хорошо и правильно, а обсуждать – странно? – пытался его поддеть, чтобы расшевелить Сагуру. Но одноклассник стал выглядеть только мрачнее. Срочно отвлечь чем-то! И даже есть чем: – А ты что, не знал, что чешуя на твоём члене вроде индикатора возбуждения? – Не знал. – уже не так задумчиво отозвался Кайто. – А откуда мне было узнать такое? Сам я больше раскрытия не видел, а ты… когда это делаешь ты… – ну вот, смущение точно лучше мрачных мыслей, которые тот думал. – Когда тебя ласкаю я, ты просто блаженствуешь с закрытыми глазами и полностью расслабившись. – провозгласил довольно, и себе вспоминая те замечательные ощущения. Возможность доставлять дракониду удовольствие… это нечто. Нечто неописуемо прекрасное. – Не!.. – попытался отрицать он, но тут же сдулся. – Да. Ты делаешь это очень приятно. Как бы не делал. – А ты всё же напрягаешься, когда становится совсем невтерпёж. – улыбнулись друг другу. – Мне только одно непонятно, почему твоё семя желеобразное и зачем выстреливать его с такой силой. – Это два вопроса, а не один. – парирует Кайто. Повеселел, шутит. Вот и хорошо. – Вообще меня интересует намного больше, чем эти «два-один», но только тут нет никаких идей. – Здесь я тебе ничем не помогу. Говорил уже. С некоторых пор ты знаешь обо мне больше меня самого. И, знаешь, это и правда похоже на выстрел. – задумался Кид. – Выстрел из помпового ружья. Сначала накачивают воздух, а когда давление достигает нужного уровня, происходит выстрел. Мгновенная вспышка удовольствия. – Прямо-таки вспышка? – теперь задумывается уже Сагуру. – Да, и… – Кид начинает говорить, но вдруг охает. Хакуба проглатывает своё высказывание, что на его месте изучил бы себя вдоль и поперёк, и вообще не понимает, как можно не интересоваться, не пощупать, не облизать и не добиться всех возможных откликов, если есть такая возможность. – Тебе плохо? Больно? Что? – заглядывает дракониду в лицо. Попытка сориентироваться без понимания происходящего. – Не знаю. Странное ощущение. – он тянется к собственному члену, но тут же отдёргивает руку. – Что, снова возбудился от наших разговоров? – лукаво усмехается детектив. С этой-то бедой уже известно, как справляться. Но, судя по виду одноклассника, это не то ощущение. Должен же он распознавать и помнить. – Нет, не то. Другое. – подтверждает мысль Кид и напрягается всем телом, очевидно сопротивляясь. – Так, расслабься. Это тело знает, что делать, не мешай ему. Ничего плохого с тобой не случится. – увещевал, поглаживая по спине. Бело-чешуйчатое тело понемногу расслаблялось. – Ты же сейчас можешь обратиться? – Могу! – просиял драконид. Очевидно, посчитал лучшим выходом из нынешнего своего положения. – Не делай этого. Позволь телу осуществить то, что ему нужно. – словами опережает действие одноклассника Хакуба. – Тебе же не больно? – Нет. Только странно. Такое тянущее ощущение… – резко вздохнул и замолчал. Напрягся снова. – Вот и хорошо. Закрой глаза и расслабься. Позволь телу сделать то, что ему нужно. А если будет совсем уж страшно или больно… – Кайто зажмуривается и лишь немного расслабляется под осторожными поглаживаниями по спине. Пара минут – и чешуйчатое тело содрогается, изгибается подобием знака вопроса и обмякает. Произошедшие изменения Сагуру замечает не сразу. Продолжая гладить покрытую чешуёй спину, мельком осматривает драконида. Взгляд цепляется за нестыковку и возвращается. Рука, всё так же поглаживающая чешую спины, замирает. Член исчез. Вероятно, убрался внутрь, как говорил одноклассник. Но сам факт! Было – и пропало без следа! В ошеломлении рука гладит уже живот и промежность драконида. Поперечнополосатая, как на брюхе змеи, чешуя ощущается цельной. Ни стыков, ни загибов или складок. Прикасаться приятно. – Так, а где?!. – в первый миг пугается Кид, открыв глаза на какие-то необычные ощущения. – Внутри. Я тоже не видел мгновения исчезновения, великий ты фокусник. – разряжает обстановку детектив. – Теперь знаешь, как это делается. И всё ещё чувствуешь его, верно? Как ощущения? – спрашивает, а сам думает, что до прошлого раза тот и вовсе не кончал, а в тот раз не провёл столько времени в этом облике, чтобы узнать, что это такое и как оно происходит. – Ощущения… обычные. – отвечает, прислушиваясь к себе, одноклассник. – Всё в порядке. Но всё равно странно. – беря пример, и сам оглаживает собственный живот и ниже, где прежде был член. Добирается до основания хвоста и убирает руку. Её место снова занимает ладонь детектива, которому слишком понравились ощущения. С мягким нажимом, чувствуя, как гладкая чешуя слегка проминается под давлением, круговыми движениями наглаживает всю поперечнополосатую часть. Ласкает и поглядывает на лицо прищурившегося Кида. – Это приятно. Но не возбуждает, если ты об этом. – отвечает он. – Я весь чувствительный, не только там. Осязательная информация доходит до кожи, через чешую. Можешь гладить где угодно. – звучит совсем как разрешение. – А рога? – за время исследований перечитавший кучу всего, Хакуба уже и не помнит, откуда взял это вот, об их особой чувствительности, но не проверить просто нельзя! Дотрагивается до лба драконида и ведёт плавную линию по рогу, очерчивая контур, до самого острия. После обхватывает ладонью и сжимает. Отклика нет. – Рога как рога. – пожимает плечами Кид, не испытывая никакого пиетета перед этой частью своего тела. – Кость. Но прикосновения к ним я тоже чувствую. Как-то. И нет, это тоже не возбуждает. – добавляет, когда неугомонный детектив обнимает рог кольцом пальцев и делает несколько движений, имитируя понятно что. – Ну и ладно. – делано обижается Сагуру. – Зато мы теперь точно знаем, что ты можешь только раз за оборот. – Возможно. – не спорит Кид. – Погладь и здесь. – плавным волнообразным движением на колени укладывается хвост. И понятно почему, весь верх уже ощупал и обласкал, а этой части тела ни капли ласки не досталось. Хакуба доволен проявленной инициативой и с удовольствием проглаживает каждый сантиметр предложенной конечности. Полосатая чешуя заканчивается ещё где-то в области паха, та часть, которая предоставлена ему для заглаживания, выглядит как грудь, спина или рука драконида. Только гибче. Приподнимается, чтобы и снизу огладили. – У тебя замечательный хвост. – говорит с улыбкой. Оный хвост ластится к рукам, будто по собственной воле. – Так что ж ты на него даже ни разу не глянул до сегодняшнего дня? – иронично косится его хозяин. – Уважаемый хвост, я прощу прощения за ваше игнорирование. И обещаю исправиться. – трогает кончик. – Хвост прощает тебя. – высокомерно заявляет Кайто, будто бы прислушавшись к чему-то. Смеются они вместе. – Вот таким ты нравишься мне больше. – отмечает Сагуру. – А то чуть не подумал, что ты ненавидишь его. – Кого? – сбивается с мысли одноклассник, смотрит с недоумением. – Его. – палец упирается в облитую чешуёй грудь. – Себя? – ещё больше недоумения. – Да нет же, его. – теперь ладонь детектива гладит от горла до живота. – Драконида. – С чего ты взял? – моргает он и добавляет: – Он это я. Как можно ненавидеть себя? Часть себя. – Хорошо, если я ошибся. Плохо, если ты даже не осознаёшь этого. – философски замечает Хакуба. После чего переводит в более определённое русло: – Дай угадаю, сейчас ты впервые видишь себя без члена? – Ну… не совсем. – задумчиво тянет одноклассник. – А если и так, что с того? – по-прежнему недоумевает и поэтому добавляет вызова. – Это значит, что ты никогда не обращался без настоятельной потребности тела. Никогда – просто так. Ты считаешь его помехой, причиняющей неудобства. Ты даже не пытался его понять, молчу уж про принятие. – Давай ты перестанешь говорить о дракониде так, будто он отдельное существо. – как-то жёстко попросил Кайто. Ему явно не нравилось, куда зашёл разговор. – У меня нет раздвоения личности, Хакуба. Я это я. В любом облике. – Тогда получается, что ты всё же ненавидишь часть себя! – перешёл на повышенные тона детектив. – Да, я считал его лишь помехой! Мне не нравилось, что это странное существо – часть меня! – ответил тем же Кид. И правдой. – Оно причиняло неудобство, хотя часть его способностей и полезна!.. У меня не было причины проникаться к нему тёплыми чувствами! Не было… – помедлил и договорил уже совсем другим голосом: – Пока оно не понравилось тебе. – и продолжил уже спокойнее: – Меня всегда напрягала эта чешуя и завышенная чувствительность. – разоткровенничался, не глядя на помощника, ободрённый непрекращающимися поглаживаниями хвоста. – А в зеркало хоть вообще не смотри. Да, я и раньше обращался, до становления Кидом. – ответил заранее. – Но ты показал, что он не так уж плох. Мой драконид… Он так нравится тебе, а вместе с тобой и я взглянул на него другими глазами. – заключил, всё же взглянув в лицо. Явно опасался увидеть там что-то плохое. – Я рад, что помогаю тебе принимать себя. – улыбнулся детектив, но одноклассник ещё не закончил. – С твоим появлением… скажем так, более деятельным появлением в моей жизни, он перестал быть неприятностью. Даже начал доставлять удовольствие. – смутившись, отвёл взгляд. – И я не только о том самом. – Понял тебя. Понимание того, что даже эту часть тебя кто-то может любить, сподвигло и тебя полюбить себя. Или хотя бы начать видеть в этой части себя и хорошее тоже. – Только не говори мне?.. – насторожился Кайто. – Нет-нет, не волнуйся. – покачал головой Хакуба, сходу догадавшись о чём речь. – Я с детства любил истории о потусторонних существах, в частности о драконах, это другая любовь. Сродни восхищению и благоговению. – Тем не менее, ты кончил без рук помогая мне и просто слушая мои описания. – в ответ прилетела подколка. – Это просто физиологическая реакция. – парировал Сагуру и только после того, как сказал, понял, какую глупость выдал. На физиологическую реакцию можно было списать возбуждение, но уж точно не то, что произошло. – Или не совсем. Ну, ты же знаешь, что я извращенец и всё такое? – в ответ кивок с тёплой улыбкой. – И в любом случае, я ни на чём не настаиваю. Только на одном! – опередил открывшего рот Кида. – Ты должен подружиться со своим драконидом. Сам говорил, что оборотень, а они выстраивали определённые взаимоотношения со своим внутренним зверем. Искали контакта, взаимопонимания. И не говори, что это сказки, сам-то! Тоже мифическое существо! – Может ты и прав. – очевидно, это он и хотел сказать, но теперь уже не было смысла. – И как?.. – Просто. Проводи время в этом облике. Постарайся понять его устремления. – Сагуру советовал так, как понимал сам. – Если тебе сложно одному, я могу быть с тобой в это время. Мой номер у тебя есть, звони. И я всегда готов тебя погладить. – подмигнул, заканчивая свою речь. – В любом из смыслов. – Я это учту. И спасибо тебе. – склонив рогатую голову и дождавшись поглаживания по этим самым рогам, Кайто обратился и пошёл одеваться. Но, наступив на правую ногу, охнул. Подняв штанину, открыл вид на обширный синяк во всю икру, да ещё такого фиолетового цвета! Видя жалость и вину на лице помощника, Кид отрицательно покачал головой и спокойно дошёл до своей одежды. Будто ему и не больно вовсе. Одеваясь обратно, уверял, что это мелочи и до утра не останется и следа. Расстаются они как-то буднично, желая друг другу спокойных снов. Из колеи выбивает снова протянутый свёрток. Кайто всё ещё не знает, что с этим делать и опасается оставлять без присмотра, а детективу вроде как надо. Ещё одну порцию желе в пакетике остаётся только принять. А следующим утром синяка на его ноге и правда нет – подсмотрел в раздевалке перед физкультурой – что радует. Значит, регенерация на порядок лучше человеческой, понятно…