Резиденция Блаженства

Духи вокруг ликовали, хотя скорее кричали, словно их резало тысяча и ещё тысяча клинков. Если не разрезало на пытке линчи конечно. Хотя взывали они так, будто это было куда хуже. И всё было так неожиданно. Сначала тишина, тихие шаги наследного принца по красным шелкам, которые вели прямо к главе города. А тот ожидал. Томительно молчал и улыбался уголками губ, лишь немного приподнимая их. И уже потом все резко вспыхали ярым восхищением и восхвалением градоначальника. Особенно восхваляли то, как белоснежная рука, лежащая на ладони Се Ляня, чуть сжала её, а потом начала помогать гостю игрального дома научиться встряхивать стакан с костями. — Нервничаешь? — раздался тихо голос практически в лицо небожителя, что не ожидал такого. Он чуть раскрыл глаза, сжимая стакан сильнее. — Совсем нет, — он улыбнулся в своей манере, немного по-дурацки поворачивая голову на бок. Волосы скатились по его плечам, полностью расправляясь на белых одеждах, — да и чего мне нервничать? На это со стороны демона послышался ехидный смешок, что был наполнен нежностью и некой игривостью. Словно кот, тот наблюдал за действиями наследного принца, что уже начинал как-то таять под пристальным взглядом. Только вот многих в зале даже не смутило ничего. Наоборот, те взрыдали и восклицали громче, начиная чуть ли не аплодировать. — Ты зачем мои руки взяла, карга старая?! — Моих мало. Ты только глянь, сам глава учит его! Этому надо аплодировать всеми руками что могут быть! А своими ты только в носу ковыряешься. Посодействуй делу благородному хотя бы раз после смерти, алкоголик хренов, а?! Се Лянь хотел было даже повернуться на слова девицы и духа, но Хуа Чен взял его за подбородок, до сих пор придерживая второй рукой чужую ладонь. — Смотри только на меня. — Саньлан.. Казалось бы он ревновал, желал взгляда своего принца больше всего на этом свете. И он почувствовал это. Послушно смотрел. Улыбка на прекрасном лике расплылась мгновенно. Именно этого он желал. Внимания от Се Ляня, который был прекрасней богини красоты Ян Аши или же красавицы Си Ши из легенд. А может это просто голова была настолько занята вознесением Се Ляня в мыслях, что все минусы в мгновение испарялись. — Открывай. Сказал Искатель Цветов под Кровавым Дождем, специально поддаваясь чуть вперёд. Лица их были слишком близки, что принц, смутившись, сделал шаг назад, спотыкаясь, опадая назад и уже ожидая приземления после большого количества ушибов и кувырков по лестнице. Только вот крепкая рука схватила его за талию. Духи замерли. Тонкий красный занавес распахнулся, пока колокольчики на сапогах громко зазвенели, раздаваясь эхом по огромному помещению. Одежды словно вспыхнули кленовым цветом, даже ярым огнём скорее, привлекая внимание всех присутствующих. А совмещение невинных белых тканей и кровавых оттенков просто вызывало невероятное чувство в глубине душе, которая начинала дрожать при одном взгляде на двоих зачинщиков всего бывалого шума. Настала тишина. Хотя множество начинали потихоньку перешептываться между собой, но не смели говорить громче. Волнение и ожидание затаилось в их сердцах. Руки Се Ляня накрепко схватились за шею главы, одна даже зарылась в распушившихся волосах на затылке. Игральные кости со стаканом упали в самый низ по ступеням, ударяясь снова и снова о каждую. Они негромко трещали, а потом с глухим звуком наконец приземлились. — Ой.. — Раздался неловкий вздох от Се Ляня. Ши Цинсюань закрыл лицо рукой, начиная нервно махать на себя веером. Он ещё промолчал о том, когда Се Ляня назвали Гэгэ. Да и не кто-то, а сам Хуа Чен. Так ещё и это недопадение.. — Саньлан, уже можно отпустить.. — высказался принц, пока чужая ладонь сжала его талию сильнее. Взгляд их был непрерывный. Оба глядели друг другу в глаза и отказывались отводить свой взор куда-то ещё. — Да? — спросил он, дальше ожидающе молча. И в зале все тоже молчали. Даже затихли сильнее, чем было. Словно вымерли. — Саньлан, на нас смотрят.. Уже шептал смущенно небожитель, всё же отводя взгляд. Его ладони медленно скатились с бледной шеи по плечам парня, как бы приотпуская его из своей хватки. Но в ответ отпускать его не собирались. Лишь ближе прижав к себе измотанное тело бинтами, которое было по структуре более изящное и нежное, Хуа Чен улыбался. Его взгляд спустился на губы Се Ляня, что заметив взор парня, живо прикрыл рот обеими ладонями. Раздался смех со стороны демона. И уже тогда рука спала с талии, а сам обладатель Эмина отошёл к своему месту. Он без слов уселся, подкладывая под щеку ладонь. Глаз недобро заблестел в свете красно-золотых фонарей. — Ну что же. Ты разбил мои кости. С наигранной обидой в голове произнес он. Голос пробирал до мурашек, что даже Се Лянь немного поёжился. А так как это было ещё адресовано и ему, то сердце забилось сильнее. Необычное чувство для него. Захотелось побыстрее сбежать отсюда. — А раз ты разбил их, то тебе придётся сделать ставку намного свыше, чем половинка маньтоу. Тишина продолжалась всё время. Только Лань Цяньцю под потолком бесился. Заткнутый чьим-то платком, он бешено мычал, дергаясь и яростно глядя за занавес. — Что же я могу дать заместо маньтоу? — и правда, у него ничего не было совсем. Задумчиво стоя на том же месте, чуть покачивался Се Лянь со стороны в сторону. — Ничего тебе и не надо ставить заместо маньтоу. Ты отплатишь мне за игральные кости собой. Я уже решил, — звучал он ласково, но всё равно отдавал дьявольскими нотками в голосе. Тембр Хуа Чена придавал ему большей изысканности, харизмы и.. Властности. И тут в зале раздались выкрики и бешеные вскрики. Уже и не разберешь от счастья, радости или боли. — Гэгэ, буду ждать тебя в резиденции блаженства. Смешок от Саньлана и шум в зале поднялся пуще прежнего.