Записки мальчика о счастливом детстве.

"Арсений!       Боже, я сдал! Ты представляешь! Я сумел!       Это было так страшно, это было так волнительно. Я не мог спокойно спать эту заканчивающуюся неделю. Мне поставили сначала математику, а потом русский язык. Математика на 89, а русский на 99!!! Господи, да скажи мне кто-то раньше, что я сумею так хорошо сдать, а бы ему не смог поверить ни на секунду.       За день до каждого экзамена я думал, что в моих мозгах гуляет ветер, свободно рассекая извилины и укладываясь на пустые полки разума. Но нет же! Когда вся информация в голове - она путается, переплетается, завязывается в косы и узлы. Когда же ты видишь перед собой билет с чётко сформулированными вопросами, то через время твои знания успокаиваются, перестаю метаться и становятся в очередь, распутываясь и разъединяясь.       Не могу сказать, что мне попались самые простые вопросы. Руки дрожали изрядно, в горле очень быстро пересыхало, а из лёгких быстро улетучивался свободный кислород. Такие перепады температуры я не испытывал никогда: то ты дрожишь от волны жуткого мороза, то вспышка жары вгоняет в какую-то агонию. Минут пять я потратил на то, чтобы начать нормально дышать и заставить насильно сердце биться равномерно. В ином случае я бы так и просидел дурачком перед маленьким листком, ничего не написав в ответ. Страшно.       До сих пор трудно осознавать, что этот этап я сумел пройти. Спасибо, что ты поддерживал меня. Твои письма я храню как оберег. Аккуратно перевязал лентой по десять штук и разместил в коробке.       Жду от тебя результатов! Знаю, что окончишь институт на отлично! Жду весточки и встречи.

Антон."

Пока твоя жизнь не зациклена на работе, и голова не наполнена жизненной рутиной, твоими большими страхами становятся ступени проверки знаний, полученных за ограниченный период с помощью ограниченных источников. При этом всегда найдётся какой-то лоскуток, который ты не сумел вычленить и уделить ему должного внимания, а преподаватель, будто чувствуя это, вылавливает его и тыкает им. Хорошо, если человек натолкнёт на нужный ход мыслей или начнёт задавать наводящие вопросы. Спасибо таким людям, они спасают от неуверенности и растерянности. Антон никогда так много не курил, как за период подготовки к экзаменам. Табачный дым въелся во все поверхности и даже пропитал тончайшую тюль. По этой причине парню пришлось несколько суток гонять по всему дому сквозняки, мыть полы с дегтярным мылом и давиться его ужасным запахом. Пачки он разломал и превратил их в тонкие картонки, которые сгрудил в пакет и избавился тёмной ночью на поле, отправив их бренные тела в огонь. Чтобы и самому вычленить из себя вредные остатки никотина, Антон начал каждый вечер гулять, ездить на велосипеде, спрятав подальше одного выжившего бойца. Но это так, на чёрный день. Дима с Катей за период долгого совместного пребывания начали встречаться. Сумели вместе пережить все истерики, все сложности не в одиночку. Перед каждым экзаменом они сидели в обнимку по часу или даже по два, слушая размеренное дыхание друг друга и просто напитываясь силой. Также вместе приходили к Антону и сидели с ним. Разговаривали, пили чай, помогали с экзаменами и просто были рядом. Зачем человеку нужен человек? Зачем человеку люди? Одиночество способно сделать нас сильнее. Но не стоит забывать о его могуществе в такой степени, что оно одновременно с этим разрушает тебя по крупицам. Собирает их не спеша, а по итогу откусывает половину твоих жизненных сил. Чтобы быть сильным и цельным нужен баланс, нужны люди - близкие.       Итак, теперь у меня на руках есть аттестат. Могу обрамить и поставить где-то на полке, пока он не смешается с пылью и другими вещами. Это было трудно и ужасно энергозатратно.       Мои планы на будущее, ближайшее(!): дождаться приезда родителей, поехать в Москву, поступить. Самонадеянно однако, мне так кажется. Но и тянуться с поступлением я не хочу, ибо кто знает, что там будет в ближайший месяц? Может там уже все рванули поступать и все места позанимали. Не хочу думать о плохом, это не в моих перспективах.       Очень надеюсь, что Арсений приедет под конец лета и мы проведём время вместе. И отпразднуем то, что оба сумели преодолеть преграды. Кстати, да, он сдал! Я и не сомневался. Я скучаю нереально сильно по нему. Хочу обнять, прижаться, зарыться руками в волосы и просто ощущать рядом. Расстояние так сильно ранит... Вечер июня заканчивается в семье Поповых, которые пригласили парня скоротать время за беседой и просто поделиться своей радостью, мыслями, идеями. Антон смеётся и хватается за живот от рассказа дяди Сергея о том, как он сдавал экзамен в институте по философии. Вредный предмет, но от него не отвертишься. -Да я Вам не вру! Преподаватель сам сказал, что знает меня, как сундук с анекдотами. И если я сумею его рассмешить, то добавит мне баллы до четвёрки. -Ох, Сергей, лучше бы ты философию учил, а не смешинки зазубривал, - Татьяна утирает маленькую слезинку в уголке глаза и выдыхает, чтобы успокоиться. -А анекдот то был какой! С него весь мой университет валялся и за животы держался. Жил дед и бабка. Да так долго, что... -А ну цыц! Не порти мне ребёнка раньше времени! Ему ещё только предстоит ознакомиться с нравами и устоями высших заведений, где такого беспредела будет больше, чем нужно. Выше крыши. Нет, в моём университете тоже были и вечеринки, и посиделки студенческие, но не буду тебе, Тоша, все карты раскрывать. Антон улыбается и отправляет в рот ложку с домашним наполеоном. Тётя Таня была и вправду кудесницей, так как масляный крем получился воздушным, а коржи были меньше миллиметра. Ваниль идеально чувствовалась на языке, а сахара было в меру. Поэтому не будь за столом чая, то можно было бы спокойно съесть этот торт и без него, ведь он бы попросту растаял. -Так ты тоже решил по стопам Арсения пойти? Тоже в театр? -Ну... Он просто умело привил любовь к литературе, а там уже как-то всё быстро завертелось. И я уже разговариваю с родителями о том, что хочу на этот факультет в Москве. На следующей неделе поедем покорять просторы и прощупывать почву. А Арсений то приедет? Хочется отметить окончание неких этапов нашей жизни. -Ой! Антоша, так он же ж всё. Теперь сюда, наверное, только по каким-то особым датам и не более, - Татьяна поднимается, забирая со стола свою и мужа чашки. -А почему? - Антон падает; в ушах неприятно накапливается вакуум из-за переживаний и волны необоснованного страха. -Татьяна, а ты не говорила что ли. Ну это ты даёшь, матушка любимая. -Антош, так он же ж женится этой осенью. Думали ли Вы, что человек смотрит на этот мир всеобъемлюще? Он не выцепляет отдельные кусочки до того момента, пока это не приобретает черты неимоверной важности. Все мы смотрим поверхностно, пока не обожжёмся или нас не опалят.       И я смотрю в глаза Татьяны. Я смотрю долго, так тщательно. Я пытаюсь изо всех сил найти в них карий цвет. Из кожи вон лезу, чтобы найти хотя бы намёк на коричневые оттенки.       Я так стараюсь...       Я не нахожу... Они не карие. Я блять не вижу карих глаз!