Una die youll 'reperio sicco/Однажды ты узнаешь

Что будет, когда я узнаю, кто мой учитель? Что мне делать, чтобы узнать его? Хочу ли я узнать его? Зачем этому волшебнику обучать меня? В конце-концов, почему именно меня, а не Гарри, который явно является центром интереса Волан-де-Морта? Если я узнаю, что-то изменится? Пострадает ли кто-нибудь? Что будет, если я так и не узнаю? Как и когда меня успевают обучать? Вернемся к этим вопросам, которые на протяжении нескольких лет мучали Гермиону. Конечно, никаких ответов получить девушка до сих пор не смогла.

***

В очередной вечер Грейнджер собиралась лечь спать, когда услышала, как кто-то появился за стенкой, явно трансгрессировав туда. Шатенка тут же приготовила палочку, вставая с кровати и направляясь на звуки. В соседней комнате сидел не кто иной, как Беллатрикс Лестрейндж. Гермиона собиралась применить заклинание, но из ее рук вылетела палочка после краткого щелчка пальцами вороноволосой ведьмы. — Что вы здесь делаете?! Как вы сюда попали! Вокруг такое множество Дементоров! — Ты каждый раз будешь встречать меня этим вопросом? — усмехнулась Пожирательница. — Что? В смысле каждый раз? — Гермиона непонимающе смотрела на Беллатрикс. — О, Мерлин! Какая же ты… — женщина не стала продолжать. — Лестрейндж, я вынуждена буду позвать Минерву! — Ммм, малышка показала зубки. Минерва в курсе. И, кстати, ты оскорбляешь меня. Называй меня моей нормальной фамилией. Я вновь Блэк. — Блэк. Ладно. Стоп, что?! Минерва в курсе?! Что здесь происходит?! — Гермиону передернуло от нервов. — Я пришла сообщить важные новости и дать тебе последний урок. Но, видимо, мне стоит стереть тебе память и уйти. — Так это все время были вы?! Вы буквально уничтожили мое достоинство, выгравировав на руке красивую надпись! Вот, полюбуйтесь! — Грейнджер задрала рукав, чтобы показать «художество» Пожирательницы, но ничего не обнаружила. Вероятно, в девушке накопилось достаточное количество стресса от учебы, надвигающейся тьмы, крестражей, взаимоотношений с Роном, поиска «тайного учителя» и других проблем. Издав уставший вздох/стон, Гермиона упала на пол, потеряв сознание. Очнулась она через некоторое время. Рядом до сих пор находилась Блэк. — Какого черта вы все еще здесь?! — хрипло воскликнула шатенка. — Я тебя спасла, не груби — сухо произнесла Беллатрикс. Грейнджер промолчала, но, чуть погодя, продолжила говорить. — Зачем все это? — Ну об этом мы поговорим как-нибудь позже. Сегодня я должна обучить тебя самому важному умению. И перед тем, как я уйду, я расскажу тебе то, что ты должна будешь передать своим друзьям. — Чему вы собираетесь меня учить? — Легилименции. Грейнджер, достала болтать, вставай — дождавшись, когда Гермиона встанет с кровати, Блэк продолжила говорить — Окклюменции тебя обучать пришлось долго, но, благодаря этому умению, я надеюсь, для легилименции будет достаточно одного урока. Сосредоточься. Посмотри мне в глаза. Ты помнишь, что нужно делать, чтобы выстраивать щиты в голове? Сделай то же самое, только думай о том, чтобы их разрушить. Шатенка кивнула и постаралась проникнуть в сознание Беллатрикс, но была достаточно легко вытолкнута. Причиной тому была плохая концентрация. Почему плохая? Все дело было в алых губах вороноволосой. Они чертовски отвлекали Гермиону, девушку, концентрацию которой нельзя было сорвать ничем. Блэк посмотрела на младшую ведьму, приподняв бровь и недовольно закатив глаза. — Вы, Боже, извините, я, кажется, бесполезна — Грейнджер еле собрала слова в предложение и устало вздохнула. — Я просто удивлена, почему каждый раз, когда я к тебе прихожу, твои мысли сводятся к одному. А я, на минуточку, прекрасный легилимент. — Извините — щеки шатенки залились краской. — Я прокомментирую это еще раз в конце занятия. После этого неловкого разговора ведьмы продолжили занятие. — Это было хорошо. Мои стены рухнули. Правда, пришлось помочь, потому что мое сознание без моей помощи никогда никого не пустит. — Все плохо же, да…? Почему я увидела только какое-то странное воспоминание о том, как вы стоите на берегу моря и смотрите вдаль. И рядом с вами стоит человек, которого узнать я не могу. Он — просто тень… — Ты узнаешь, почему так, но позже. Наш урок окончен. — А как же важная информация? — Гермиона опять засмотрелась на губы старшей, но Блэк это проигнорировала. — Да, конечно. Скоро все кончится. Готовьтесь к страшной битве. И к тому, что многие погибнут. Все произойдет очень-очень скоро. — Но что… Как… Вы для этого обучали меня? — Кто знает, кто знает… — Почему вы ничего не говорите? Куда делся мой шрам? — Почему ты ни разу не сделала то, о чем думаешь каждый раз, когда я здесь появляюсь? — Отвечать вопросом на…! Что…? — Грейнджер, идиотка, как с тобой тяжело — Беллатрикс приблизилась к девушке и поцеловала ее, прикусив губу младшей до крови.

***

А после снова вспышка. Гермиона пришла в себя после нее не сразу. В памяти было только то, что кто-то вломился в ее комнату, дальше пробел, после исчезнувший шрам, потом информация о скорой битве от неизвестного источника, представшего тенью в сознании Грейнджер, и все. Снова неведомая сила где-то в сознании давала понять, что девушка снова обрела какую-то способность, но вновь не понимала, какую Из физических воспоминаний остались только исчезнувший шрам и до сих пор слегка кровоточащая ранка на губе. Больше ничего. — Зачем… Кто… Как… — шатенка присела на кровать, почувствовав сильную головную боль.

***

Следующим утром девушка, как и следовало, рассказала друзьям о части прошедшей ночи, разумеется, оповестив их об информации о приближающейся финальной битве. Про факт того, что кто-то пробрался в ее комнату и про новое умение, а так же про странную боль в губе, Гермиона, конечно, не сказала ни слова.

***

Вернувшись в комнату вечером, Грейнджер почувствовала какую-то эйфорию, смешанную с тревогой. Эйфория была от того, что сознание девушки наталкивало ее на мысль, что прошлой ночью она увидела того, кого так желала увидеть, того, кто каким-то образом заставлял ее кровь закипать. Тревога была от того, что близилось что-то ужасное. И этим ужасным была не только финальная битва. Но что тогда? Уснуть Гермиона так и не смогла. Шатенка направилась в Астрономическую башню, где обнаружила Рона. — Рон, ты почему не спишь? — Гарри тоже не спит. Пошел бродить по Хогвартсу. Жутко становится. — Согласна… Уизли подошел к Грейнджер. — Знаешь, я могу показаться странным, но я не могу не предложить. Мы почти не говорили об этом, но ты мне нравишься довольно давно. И я хотел предложить быть вместе, потому что грядет что-то страшное и я боюсь не успеть… Гермиона ничего не смогла сказать. Внезапно в сознание девушки ворвались воспоминания о поцелуе с «тенью», о желании, которое чувствовала она в тот момент. И из-за этих воспоминаний момент с Роном показался предательством. Но кого она предавала? Опять ничего не было понятно. Инстинктивно шатенка приложила пальцы к губам, которые слегка пульсировали от интимных воспоминаний. — Рон… Прости… Ты вряд ли меня поймешь… Но я просто не могу быть с тобой. Прошу, не спрашивай, почему… — говорить девушке оказалось крайне тяжело, но сердце и разум подталиквали ее именно к такому ответу. — Прости, конечно, нам лучше стоит быть друзьями — Уизли немного грустно улыбнулся — пойду спать, а то, чувствую, скоро нам будет не до сна. — Правильное решение. Рон ушел. А Гермиона вновь утонула в своих мыслях. Я схожу с ума… Сначала эти умения, потом непонятные чувства… Теперь этот поцелуй. Может быть, его вообще не было, что за чушь, какой поцелуй с тенью… Ладно, стоит идти спать. А то так точно с ума сойти можно. Такое черное небо…