40°С

— Что тебе нравится? — вопрос застаёт Ястреба в расплох, ровно настолько на сколько это возможно. Он медленно и заторможено моргает. Руки чешутся и когти заметно отрасли. Подпилить бы. В прошлый раз он вырвал пару скоб на бёдрах Даби. Тот складывает руки домиком, и с терпением, на которое обычно не способен в принципе, выжидает конструктивного ответа. Мокрая бирюза его взгляда и серьёзно сведённые брови говорят, нет, не так… скорее флюгер и позиция его тела кричат, что что-то тут не так, но герой правда не понимает «что». — Пиво, жаренные крылышки и… — Я про постель, Куриные мозги, — отмахивается злодей и перекидывает ногу на ногу. Вены на его руках опасно выпирают. — Мне приятно, что ты получаешь удовольствие хотя бы механически, но ощущать себя ментальным насильником мне не в кайф. Перья дергаются в инстинктивном желании спрятаться и защитить. Он краснеет до состояния пьяной вишни только потому что его этому учили. Свести бы всё в шутку… — Пиво с крыльями тоже неплохо в постели. — Ещё одна попытка. Если ты сейчас откроешь рот и чирикнешь, что «всё окей», я тебя ударю. — Это угроза или начало сексуальных игр? — смешок глупым воробьем срывается с его губ. — Да ладно тебе, мне хорошо. — Хорошо, Птица, это когда пальцы поджимаются, когда ты не контролируешь весь процесс и не сжимается подо мной в тревожном расстройстве, — длинные рахитные пальцы щелкают его по носу. Господи блять Боже. — Грязные разговоры? Похвала? Стимуляция руками? Оральная фиксация? Что? Что тебе нравится? Почему это так похоже на допрос с пристрастиями? Комиссия учила принимать всё что дают, лишь бы объект шёл на контакт, и плевать как там самому Ястребу в процессе. Больно, плохо, хорошо, кончил ли он хоть раз? Он правда… Правда не понимает, как так вышло, но он не знает. Он не знает, что ему нравится и чего хочется. Даби неплохо читает карту его тела. Зона за ушком, основание крыльев, местечко под коленями. Но сам-то Ястреб эту карту видит впервые в глаза. И изучать не стремится. — Меня всё устраи… — Подрочи себе как-нибудь при мне, — перебивает его пирокинет, щелкая пальцами. Сноп синих искр прожигает ворс белого ковра под его ногами. — Я посмотрю, а ты постараешься потрогать и сделать с собой всё, что нравится именно тебе. И если устроишь из этого показательное шоу, то… — Перегнешь меня через колено и отшлепаешь, как плохого мальчишку? — весело и пьяно растягивает Ястреб, пряча смущение за язвительностью. Маска шута всегда спасала ситуацию. Глагол прошедшего времени тут ключевое звено. — Больше не притронусь к тебе, пернатый гений. Справляться будешь в кулачок. И это звучит почти как приговор. * Не сказать, что койка самый яркий аспект их взаимодействий, но это же и своего рода несущая конструкция. Даби нравятся поцелуи. У него правда плохо с чувствительностью и ему тяжело завестись. Поэтому он фанат медленных прелюдий. Ястреб знает. Долгий петтинг от которого подгибаются колени, ладони, что шарят по телу, неспешная растяжка. Сам не оголяется, но любит раздевать партнёра, а Ястреб… Ястреб лёжа на спине, распятый на кровати, будто на ладони. Скрывать нечего и барьера одежды нет. Он то сам себе дрочит быстро, особо не погружаюсь в процесс, механика, как сказал Даби. Перед сном, чтобы быстрее отключится, под одеялом или в душе, чтобы было проще потом закрыть глаза и упасть в темень бессознательного на ближайшие часов пять или шесть. В ладонь ложится бутылочка лубриканта. Что ему нравится? Он вертит, вертит, вертит, эти слова в голове пока они не начинают терять смысл. Почти пустые крылья трепещут и безвольное тело вздрагивает, стоит выдавить на ладонь чуть прохладный гель. — «Половое воспитание» снимали для таких одаренных как ты. Побудь наедине с собой. А потом покажешь и расскажешь мне, что можно, а что нет. В мире злодея все просто. У него барьеров в голове, и уж точно нет подступающей к груди паники, каждый раз, когда его голого укладывают на койку и съедают этим непростительно горячим взглядом. Что ему нравится? Прикосновения к крыльям. Поцелуй за ушком. То, как Даби подхватывает его под колени и разводит их. Горячая ладонь, что обхватывает его член и шёпот, разжигающий все внутри ярким пламенем. — Ты так идеально помещаешься в моей руке… пока не возбужден. Герой упирается пятками в матрас и закусывает край домашней футболки, опуская руку между ног. Он откидывается спиной на гору подушек и неспешно распределяет прозрачный гель по всей длине. И как написать об этом в отчётах? Рассказывать о том, что второй самый разыскивается преступник всей Японии поставил ему задачу побыть подростком в пубертате и обдрочиться до смерти? Электронные часы мерцают зелёным неоном ускользающих минут в ночи. Ястреб вздрагивает, прислушивается к ощущениям. Особое внимание головке и уздечке. Он неловко накрывает щелочку уретры ладонью и с лишним звуком играется, ласкает себя, как видел в порно… Острая молния прокатывает по позвоночнику яркой судорогой. Край футболки выпадает изо рта вместе со стоном. Иллюзорный злодей в его голове смеётся. — Так вот, как нравится Птичке? Разведи ноги, покажи, что прячешь под хвостиком. Игры с хвостом, аспект давки на стыд и птичью причуду, что пинали кирзовыми сапогами Комиссия годами, то, что прячется под штанами и курткой, то, что не дано увидеть большинству. Даби в первый раз, как добрался, вылизал нежную кожу под хвостиком и прикусывал торчащие мягкие перышки… стыдно, странно и много. Пальцы кружат рядом со входом, давят, давят, давят на тугие розовые мышцы. Такая позиция не слишком удобная, и герой со стоном встаёт в коленно-локтевую. Футболка окончательно задирается и болтается горячей тряпкой на коже, что не сползает окончательно только благодаря топорщащимся крыльям. — Не зажимайся, — шепотом на распев, чужой голос в голове ощущается подступающим безумием. — Сосредоточься на себе. И первый палец неловко проскальзывает во внутрь. Недостаточно, чтобы почувствовать заполненность, но достаточно, чтобы глубоко покраснеть и приподнять хвост, будто бы зрелище для кого устраивая. Нижние перья все равно пропитываются смазкой. * Пот стекает по виску, пока пальцы с громким чавкающим звуком погружаются в разгоряченное тело. Стенки кишки тонкие, чувственные, набухшая простата и прошивающее искрами по позвоночнику удовольствие. С члена подтекает. Показать себя такого… хоть кому-то, просто преступление. Он умрет от разрыва сердца, если устроит подобное для Даби, если раскроет рот и расскажет, как ласкал себя и учился понимать, что ему по вкусу. Слезы и ниточка слюны расползаются пятнами по тонкой простыне. Грань оргазма маячит будущей вспышкой и взрывом сверхновой на краю поплывшего сознания. Ещё пара уверенных движений ладонью… — Что тебе нравится? Похвала? Сказать, что ты лучший и старательный мальчик, только для меня, номер Два? Густые белые капли орошают вязкой влагой ладонь, а Ястреб наконец с шумом валится всем телом на матрас, переводя дыханье и смаргивая слезы удовольствия. Внизу живота, всё по новой скручивает судорогой возбуждения…