two souls - one heart

Прекрасное утро. Ни прыщ, что вдруг выскочил на лбу, ни слепой таксист, ни пролитое на белый пиджак кофе не смогут испортить этот день. О да, это все равно будет идеальное утро. Ведь это утро мисс Виктории Уокер. — Виктория! — щелкает пальцами перед её голубыми глазками. — Виктория! Я вам зачем это дело доверил?! Возможно, кроме одного раздражительного начальника. Только он мог испортить настроение всем в радиусе километра. — Вы вообще понимаете…? Вы хоть представляете, что вы натворили?! Слова начальника лились нескончаемым потоком, но ей было не до него. Через стеклянную стену ее взгляду предстал главный объект её обожания. Этот темноволосый холостяк, как из любого фильма об успешных идеальных мужчинах. Гений. Миллиардер. Плейбой. Филантроп. Кажется это его описали. — Ах, какой же он… — прошептала она, слегка прикусывая губу. — Что вы там бормочете? Вы бездарность, Уокер! Как таких земля носит?! — начальник бросил на неё презрительный взгляд. — Ну вас же как-то носит, — вырвалось у Виктории. Вошедшая секретарша Мими едва сдержала смешок, но тут же попалась под недовольный взгляд начальника. — Вон обе! — рявкнул он, указывая на дверь. Подружки, еле сдерживая смех, вышли в общий зал. — Ты что, бессмертная? — тихо хихикнула Мими. — Да, — с тяжёлым вздохом ответила Виктория. — Но надо отработать ещё год по контракту. А потом… Она замерла, вновь заметив у окна высокого мужчину. Он выглядел так, словно сошёл с обложки фитнес-журнала. Белая рубашка идеально подчёркивала каждую мышцу, он явно был одним из тех, о которых можно сказать что спорт зал — его второй дом. — Уокер? Спустись с небе-е-ес. Ты меня слышишь? Виктория не отрывала глаз от него, наблюдая, как он медленно подносит чашку кофе к губам. Аромат свежесваренного разносился по офису, как волна искушения. А он и сам змей-искуситель. — К-к-офе… Принесешь стаканчик? Не нравится ей только одно — на месте кофе, к его губам хотела бы прикасаться она. Потянуться к нему, почувствовать его аромат. — Кофе? — с иронией переспросила Мими. — Ну, конечно… Он не часто появлялся в офисе, но сегодня был особенный день — он пришёл подписывать важный документ. Конечно, составление его не доверили Уокер. Начальник не был в восторге от её «талантов». — И как тебе? — подмигнула подруга. — Сладкий… — мечтательно произнесла Виктория. — Скорее горький, — усмехнулась Мими. — Латте… — Никак иначе. Эспрессо или капучино, но уж точно не латте. — Такой… — Самовлюблённый, — добавила Мими. — Но да, определённо лучше нашего босса. — Мими! Иди свари кофе! — выпалила Виктория, стараясь не засмеяться. — Не-не, погоди. Если я оставлю тебя здесь, то ты подойдёшь к нему со словами по типу: «Зачем нам ненужные бумажки и договора, отложи кофе, возьми меня!» Так что пошли! Не распускай слюни, сейчас весь офис затопишь! — Ах. Мими! — Да что ты заладила: «Мими, Мими»?! Пошли, чертовка. — Но он! Же. Тут. Ещё так близко. — Ближе, чем в твоих снах, вместе и не будете, не мечтай. — Я продвину свою кандидатуру на время работы здесь! Он же сегодня подпишет сотрудничество с нашей компанией и мы начнем проект новой башни. — Люцифер? Он тебя не отдаст в его команду. Не мечтай. Ты сегодня «показала свои возможности» и поставила крест.

***

Как легко смыкаются глаза, и твердая, безжизненная поверхность стола вдруг превращается в мягкую, уютную подушку. Секунды между бодрствованием и сном исчезают без следа. Её мысли ускользают в какое-то теплое, успокаивающее пространство. Кофе, что стоял остывающим на краю стола, не смог бы спасти её от сладостной дремоты. Ещё минуту назад Виктория пыталась держать глаза открытыми, но усталость взяла своё. Её веки дрожат, пока она медленно приходит в себя. — Уже стемнело? Что происходит? — произносит Вики, с усилием протирая глаза. Почти пустой офис встречает её тишиной. Стулья стоят небрежно отодвинутыми, на столах разбросаны папки и документы, а экраны компьютеров мерцают в дежурном режиме. Лишь слабый свет ночных фонарей проникает через окна, рисуя длинные тени на полу. Она зевает и пытается сфокусироваться, оглядывая пространство вокруг. И вдруг ощущает тонкий, но такой знакомый аромат. Аромат кофе. Не её остывшего напитка, а чего-то свежего, насыщенного, притягательного. Виктория медленно встаёт и, не спеша, направляется на запах, который ведёт её к конкретному кабинету. Сердце чуть ускоряет свой бег, а голова всё ещё слегка кружится от недавней дремоты. — Это он? — тихо шепчет она себе. Кто-то сказал бы, что это был всего лишь сон, но для Вики границы между реальностью и мечтами размываются. Всё вокруг кажется зыбким, но таким реальным. Она уверена — это он. Как только дверь кабинета распахивается перед ней, её шаги становятся увереннее. Вики больше не чувствует усталости — только желание. Войдя внутрь, она мгновенно сбрасывает неудобные чёрные каблуки, они с глухим стуком падают на пол. На её лице лёгкая улыбка — всё так, как она себе представляла. Руки тянутся к его рубашке — белая ткань кажется гладкой и прохладной на ощупь, но вскоре пальцы проникают под неё, касаясь горячей кожи. Она чувствует его мускулистое тело, каждую линию, каждый изгиб. Пальцы плавно скользят по рельефу его пресса, опускаясь ниже, как будто следуя какой-то заранее известной траектории. Это самый вкусный аромат в её жизни. — И всё же сладкий. Губы смыкаются в страстном поцелуе. В этот момент весь мир исчезает. В голове пульсирует одно: он здесь, он реальный. Её живот вспыхивает от жара. Это не просто желание — это огонь, который разгорается внутри, растекаясь по всему телу. Каждое прикосновение, каждый вздох — всё будто запрограммировано на усиление этой страсти. — Мой самый сладкий сон… — выдыхает она. Его язык нежно скользнул по её приоткрытым губам, прежде чем проникнуть в рот, где встретился с её языком. Он медленно потёрся о него, словно дразня, ожидая ответа. Когда она, не торопясь, ответила ему, он отдалился. Он осторожно прикусил её нижнюю губу, и вырвался тихий, едва слышный стон. Не отрываясь от её губ, он с нетерпением потянулся к замку её платья. Пальцы быстро, но аккуратно нащупали застёжку, и замок медленно пополз вниз, открывая гладкую кожу. Он не жаждал прикоснуться к ней, почувствовать её тепло под своими руками, даже в её сне. Ему нравилось наблюдать. Смотреть на тело как на объект искусства. — Не торопись. Она, вся в ожидании, присела на край стола, её дыхание стало неровным, а сердце билось с удвоенной силой. — Даже сейчас ставишь мне правила. Его руки опустились к её коленям, крепко обхватив их. Он раздвинул её ноги и замер над её головой. — Не могу поверить. Зубами он потянул чёрный полупрозрачный бюстгальтер, замерев на уровне её глаз. Маль обладал стальным терпением, поэтому не дал телу взять контроль над разумом. — Прелестно. — ухмыляясь откинул её на стол. Чёрный хвост ударил кнутом об стол. Мужская ладонь надавила на живот и поднялась выше. Ухватив за бюстгальтер меж грудью, потянул к себе. Как легко он поддался. — Я бы наблюдал со стороны часами. — Что тебе мешает сделать большее? — Проснись, Уокер. — Что? — Проснись, чертовка! — голос Мими стал настойчивее, и Виктория, сонно потирая глаза, очнулась. Перед глазами промелькнули начальники, выходящие из кабинета, довольные подписанными документами в руках. Пожав друг другу руки, они начали расходиться. Мими, недолго думая, схватила подругу за плечо и подтянула к себе. Сонная девушка пропустила половину её слов. — …Прошу, дайте ей шанс! Она справится. Пусть побудет на моём месте секретаршей на неделю, — Мими говорила решительно. — Моя мать приболела, мне нужно её навестить. Пусть Уокер заменит меня. Люцифер бросил на неё ледяной взгляд. — Не начинай, Мими. Или хочешь опуститься в моих глазах? Мими не знала что ещё придумать, чтобы помочь подруге. — Люци, мне всё равно, — отрезал Маль. — Мне не особенно-то и нужна секретарша. Виктория, наконец, полностью отойдя от сна, выпрямилась и быстро поправила топ. — Может… Мм. Я попробую? Вы не разочаруетесь. В этот момент она уловила, как взгляд Мальбонте на секунду задержался на её груди. Но прежде чем она успела что-то сказать, он озвучил свою мысль: — У вас в офисе свободная форма одежды? — с усмешкой спросил он, окинув взглядом. — Кондиционер плохо работает, — сухо ответила Мими, беря Люцифера под руку и увлекая его в сторону, оставив Вики с ним одних. Они остались вдвоем, и хотя это длилось недолго, ощущение напряжения повисло в воздухе. Как назло он тоже не собирался оставаться. — До встречи, — сказал Мальбонте, собираясь уйти. Не найдя ничего лучше, она всё же крикнула ему вслед: — Прошу, рассмотрите мою кандидатуру! — внезапно вырвалось, едва она сообразила, что вот её шанс вырваться из лап раздражающего начальника. — Я устала от своего босса! Мальбонте остановился и, улыбнувшись, окинул её внимательным взглядом, будто оценивая её прямолинейность. — Я не сказал «нет». Посмотрим. Её взбесил ответ: — Посмотрим? И всё? — Я мог бы часами наблюдать за такими прекрасными девушками, как вы, но увы не время. Виктория ошеломлённо смотрела ему вслед. Его слова эхом отдавались в её голове, а рука, машинально коснувшаяся губ, вспомнила те самые слова из сна. — «Я бы наблюдал со стороны часами.» «Он так флиртует со всеми, или это был не сон?» — промелькнуло в голове. Её щеки начали слегка розоветь, и прежде чем кто-то успел заметить её смущение, она схватила первую попавшуюся голубую папку и спрятала за ней лицо. Этой же папкой несколько раз осторожно постучала, пытаясь собраться с мыслями. Ситуация была странной и сбивала с толку. Если это был не сон, то что же тогда? И всё же бред. Она просто составила его образ в своей голове, вот и совпало.

***

Голубое небо постепенно сменяется розовым закатом. И так день за днём. Время тянулось медленно, словно всё вокруг застряло в одном и том же цикле. Виктория продолжала ходить на работу, но всё чаще чувствовала себя словно на автопилоте. Мими, несмотря на «отпуск», каждый день бралась за часть её работы, отправляя на её почту отчёты и напоминания. Виктория не могла решить, стоит ли ей благодарить подругу или сердиться за это. В конце концов, Мими говорила, что едет к больной матери… но каждый новый имейл с прикреплённой фотографией её «страданий» на багамском пляже говорил сам за себя. Ярко-синие воды, белый песок и Мими в шляпе с коктейлем в руках. Да, конечно, она навестила свою мать, но не отказалась и от райского уголка. — «Эти прекрасные выходные,» — фыркнула Вики, закрывая очередное письмо. День за днём Вики незаметно подглядывала за новым временным начальником через монитор компьютера. Её утро начиналось не с обычной рутинной работы, а с приготовления кофе — для него, конечно. Она опробовала все возможные сорта, каждый день подавая что-то новое. По совету Мими, она приносила горькое эспрессо, крепкий чёрный кофе, капучино — всё, что могло угодить его взыскательным вкусам. Но ни одна чашка не была допита. Иногда он даже не притрагивался. А самое раздражающее — он так и не сказал, какой кофе предпочитает, оставляя Уокер в догадках. В один пятничный вечер, когда работа уже подходила к концу, её терпение лопнуло. Устала угождать. Она решила, что хватит стараться ради него, и сделала кофе для себя — латте, её любимый. Наслаждаясь его ароматом, она оставила чашку на своём столе и вернулась к работе. Когда Мальбонте проходил мимо, его взгляд остановился на кружке. Он явно решил, что Виктория не успела принести кофе в его кабинет, и не раздумывая взял её чашку. Прежде чем она смогла что-либо сказать, он сделал глоток, а потом ещё один, наслаждаясь вкусом. Виктория застала его в момент, когда он почти залпом допивал её любимое латте. В её любимом стакане. — Латте? Вы любите латте?! — не сдержавшись, спросила она. Она помнила запах кофе, который он пил в первые дни, когда только появился в офисе. Это был определённо другой аромат — крепкий и резкий. И вот теперь он с удовольствием пил латте. Неужели это действительно его любимый кофе, который он до сих пор скрывал? — Вам тоже доброе утро, — спокойно произнёс он, не поднимая глаз от документов. — Ах да, доброе, — растерянно ответила, вдруг осознав, как непринуждённо он забрал её кофе. Заметила, что он собирается вернуться в кабинет, и решительно взяла ситуацию в свои руки. — Я ваш кофе ещё не приготовила. Собиралась вам занести. — Не нужно, — прозвучал спокойный голос. — Нет, что вы, — не слушая его, она резко повернулась на каблуках. — Я принесу. Не дожидаясь его реакции, Уокер скользнула к кофемашине, твёрдо намереваясь донести эту чашку кофе в его кабинет, как бы он ни сопротивлялся. Он последовал за ней и, зайдя в кабинет, мягко прикрыл дверь. — Какая настойчивая, — сказал он с лёгкой ухмылкой, отбрасывая папку на свой стол. Он сел за стол, но не взял чашку из её рук. Девушка начала терять уверенность. Она уже собиралась поставить кофе и тихо уйти, не зная, что ещё предпринять, чтобы задержаться в кабинете. И тут её осенило. Когда его взгляд отвлёкся на бумаги, она, словно случайно, толкнула чашку рукой. Кофе моментально вылился на стол, заливая несколько важных документов. — Чёрт, простите! Я сейчас всё уберу, — залепетала она, наклоняясь к столу, сгорая от стыда, но втайне радуясь, что нашла повод задержаться. Мальбонте молча смотрел на разливающийся кофе, сжав губы, а затем медленно произнёс ровным, спокойным тоном: — Уберёте и не только. Принесёте новые бумаги и распечатаете все заляпанные документы. Виктория кивнула, чувствуя, как лицо пылает. Но теперь у неё была работа, которая оставляла её здесь, рядом с ним, пусть даже и с чувством неловкости. Вот близится пятничный конец рабочего дня. К большому счастью для Виктории, ей удалось заставить босса задержаться. Вместе с Мальбонте, сидя в его кабинете, она спешила закончить работу. Однако, несмотря на все старания, добиться большего не получалось. Она время от времени бросала взгляды на часы, отсчитывая оставшиеся минуты до конца рабочего дня. Подойдя к окну, она всматривалась в огни, которые постепенно загорались на улицах города. И в этот момент её посетила другая гениальная мысль. Выйдя из офиса под предлогом, что ей нужно заскочить в магазин, она вернулась через десять минут с несколькими свечами в руках. — Света нет, думаю, остальные бумаги заберу домой или доделаем завтра, — обмолвился он. — Нет, подождите! — остановила его. — Когда я собиралась выходить, его выключили и я решила взять из маркета свечи. — Не стоило, мы ничего не увидим, — возразил он. — Нет! Я должна доделать то, из-за чего задержала вас здесь. Уже почти десятый час. Дайте мне шанс закончить и уйти. Скрестив руки на груди, Маль встал у окна, погружаясь в раздумья, вглядываясь в ночные огни. Сам того не замечая, он отвлёкся и слишком долго задержал взгляд на белой коже своей временной секретарши, которая тем временем зажигала свечи и раскладывала их по столу. — Смотрите, в этот раз не подожгите все документы, — с ухмылкой заметил он, приближаясь к ней. Смерив комнату шагами, мужчина уселся за слабоосвещённый стол. Напротив него, хлопая глазами, сидела она. — Я думаю… м. Голубые глаза встретились с чёрными. Взгляд Мальбонте был таким проницательным, что, глядя на атмосферу в комнате, она мечтала повторить оборванный сон на самом интересном месте. — Мы играем в молчанку? — наконец нарушила тишину она. —… Он продолжал смотреть на неё, не произнося ни слова. — Вы не умеете наслаждаться тишиной? — всё же нарушил покой. — А вам нравится оставлять всё без ответа? — ответила она, не сводя с него взгляда. — Слишком много болтаете для провинившейся. — В моей ошибке виновны вы. — покрутила локон. — Вы так и пожирали меня взглядом в кабинете, а теперь скидываете всё на чашку, задетую мной. — Вы умоляли взять вас к себе, — заметил он, слегка прищурившив глаза. — Однако не просила, чтобы вы заглядывались на мою грудь. — Всего секунду задержался, не преувеличивайте, — парировал он, улыбка становилась всё более игривой. Она наклонилась ближе к свече, разделявшей их, оперевшись локтями на стол. Подразнивая его. Было интересно выйдет ли из этого что-то большее или он так и не опустит глаза ниже, поддерживая далее зрительный контакт. — Вы заигрываете? — ухмыльнулся он, наклоняясь в ответ. — Вы же на секунду задержались. Ну-ну, — подначила она, сверкая голубыми глазами. — Не с тем играете, Уокер, — ответил он, наклоняясь ближе. Девушка коснулась пламени горящей свечи, наклонив её в сторону бумаг, создавая невольное напряжение. Затем, переведя внимание на мужчину, поставила перед выбором. — Не играйте с парафином. Или вы хотите положить заявление об увольнении на мой стол? Вытянувшись, она оказалась достаточно близко к его лицу, что дыхание чувствовалось на шее и груди. — А если я позволю себе небольшую шалость? Уволите сейчас же? — шепнула. — Какая наглость, — произнёс он, не отводя взгляда. Не дождавшись его реакции, она забралась на стол, проползла на животе к нему, не снимая каблуков. Женский силуэт в темноте вытянулся, и белая блузка с чёрной короткой юбкой предстали перед ним. Он поправил воротник рубашки, молча наблюдая за её движениями. На высокой платформе обуви она встала на стол, глядя на него снизу вверх. Он не проявлял никаких эмоций, позволяя ей делать с ним что угодно. Красный каблук осторожно отодвинул несколько бумаг в сторону и направился прямо на его грудь. Мужская ладонь легла на её ногу, мягко погладив её, прежде чем он осторожно снял туфлю с её ноги. Она осторожно спустилась на край стола, не отрывая глаз от него, сердце колотилось в ожидании. Мужчина, не произнося ни слова, продолжал смотреть на неё, его рука скользнула по её коленке, чуть пробираясь под юбку. — Вы продолжите, даже осознавая, что это грозит вам увольнением? — произнёс он с лёгкой усмешкой, обдавая её своим горячим дыханием. Девушка не хотела думать ни о чём, просто отдалась моменту, не сопротивляясь. Трепетно потянув за замок юбки, он снова переспросил: — Уверена? Капроновая колготка тихо стягивалась с голени, обнажая её ногу полностью, создавая соблазнительный контраст с белоснежной блузкой. — Да, — решительно ответила, несмотря на легкое дрожание, пробегающее по телу. Она откинулась на спину, мягко опускаясь на прохладную поверхность стола. Взгляд был устремлён в потолок, но каждое прикосновение, каждый его жест, казались сильнее и ближе. Его руки становились всё более уверенными — одна уже скользила глубже под её юбку, и это уже невозможно было остановить. Закрыла глаза, отдаваясь ощущениям: приглушённому свету свечей, мерцанию огней за окном и жару, который разгорался внутри неё, захватывая всё вокруг, делая её полностью зависимой от момента. — Не боишься…? — спросил он, бросив взгляд на свечи. Она, не раздумывая, взяла одну из них и медленно наклонила над собой. Горячий парафин скользнул вниз, касаясь её кожи, и она вздрогнула от неожиданного ощущения. Тёплые капли парафина стекали по её руке, обжигая, но это только усиливало напряжение, делая момент ещё более насыщенным. Он медленно наклонился к ней, его дыхание обжигало кожу не хуже свечи. — Позволь, я покажу, как это делается, — прошептал он. Рука мягко, но уверенно сомкнулась на её запястье, удерживая свечу. Пламя свечи колебалось, когда он начал аккуратно наклонять её, позволяя парафину тонкой струйкой стекать на её тело. Горячие капли касались её кожи. Она не сопротивлялась, не отводила взгляда, только чувствовала, как каждое его движение становится продолжением её собственного желания. Убрав свечу, он резко притянул её к себе, впиваясь в её розоватые губы с неожиданной жадностью. Две сильные мужские руки обхватили её с двух сторон, лишая возможности двигаться. Она почувствовала, как его пальцы скользят по её спине, в то время как их дыхание сливалось в одно. Каждое прикосновение становилось всё более властным, каким печальным ни был бы конец. Две фигуры, жадно изучающие друг друга, словно тени, растворялись в полумраке ночи за окном погасшего офиса. Свет от уличных фонарей пробивался сквозь стекло, отбрасывая на стены смутные силуэты их тел, переплетённых в страсти. Каждый поцелуй, каждое прикосновение казались более жадными, более ненасытными, словно они боялись упустить этот момент.

***

Собрав волосы в небрежный пучок, Вики в одной пижаме говорила по телефону с Мими, рассказывая о прошедшей ночи. — То есть ты специально вырубила свет в офисе, охмурила временного начальника и теперь едешь туда, чтобы подать заявление об увольнении? — Мими не могла сдержать смешка. — Да, Мими, — вздохнула. — Он это говорил серьёзно. Если я не уйду сама, он всё равно скажет мне уйти. — Эх, дурочка моя. Ну и как, стоило того? — Найти другую работу — не проблема. И наконец избавлюсь от Люцифера. Он сказал, что уладит это. Они друзья или типа того. — Да дурак какой-то, если честно. «Я не сплю со своими подчинёнными». Ну так ты и не была его подчинённой, Вики. Ты же временная. Разноцветные хлопья разбежались по полу. — Не нужно, Мими. Всё, я отключаюсь, — закончила разговор, на мгновение застыла, осознавая, что её ждёт впереди. Жёлтые двери офиса раскрылись перед ней автоматически, пропуская внутрь. Белые кроссовки ступили на знакомые ступени, а лёгкий ветерок из приоткрытого окна коснулся её тёмных волос, заставив их слегка колыхаться. Прекрасное утро. О да, это всё равно будет идеальное утро — независимо от того, что её ждёт впереди. Она протянула злополучную бумагу Люциферу, стараясь не задерживаться. Он принял её молча, скользнув по тексту глазами, но она уже отвернулась. В последний раз она окинула взглядом опустевший офис, наблюдая за серыми «мышками», торопливо мелькающими в коридорах. Однако его, того, ради кого эта сцена начиналась, она так и не увидела. Воспоминания мелькали перед глазами, как быстрые кадры из фильма. Украдкой брошенные взгляды, безумные идеи и та ночь в свете свечей, когда офис стал сценой для чего-то большего, чем просто рабочие будни. Как тепло его пальцев скользило по её коже. И вот теперь, стоя здесь, всё это казалось каким-то далёким и нереальным, будто и не с ней это случилось. Стало лень спускаться по лестнице, и Вики решила всё же вызвать лифт. Через минуту кабинка открылась, и она, почувствовав лёгкое волнение, зашла внутрь. В этот момент с противоположной стороны по лестнице поднялся он. Маль молча окинул её взглядом, когда она нервно нажимала на кнопку «единицы». Казалось, в нём скрывалась целая история. Вики попыталась не встречаться с чёрными глазами, чувствуя, как по её щекам расползается тепло. И скольких ты уволил? Доволен? Его глаза, полные самодовольства и некой иронии, как будто говорили: — Вы знали, на что идёте. В ответ она, чувствуя, как в груди нарастает уверенность, произнесла: — Я не жалею о случившемся.