Сказание Луны

      Прошло довольно продолжительное время с момента стычки Тэхёна и Вожака стаи. Вся обитель была в предвкушении сладкой развязки — узреть битву Ёкая и Оборотня. Небо покрыли пуховые облака, а солнце так и грело своими тёплыми лучами, припекая любознательные головы зрителя. На поляне, где собралась вся деревня, не было только самого Тэхёна. Вожак стаи сидел недалеко от старта, попивая из кувшина прохладную воду. Даже в такую жару она не могла спасти. Хмуро глядя на линию старта, он представлял увидеть страх и бессилие перед самим альфой. Ведь все омеги-оборотни, не смогли и пальцем шевельнуть, когда яро заявляли с порогу, что они лучше тех или других. Намджун стоял, оперевшись о плечо брата, которое было напряженно. Было сразу ясно, что никто не в курсе где Ёкай. Спроси у кого хочешь, ответа не дождёшься.       — Где его черти носит, — раздражённо проговорил Чонгук, — Я что, плясать пред ним должен, чтобы его Лисье Божество, снизошло до нас?       Намджун, опустив глаза на макушку брата, усмехнулся, мягко потрепав того по волосам.       — Чонгук, ты всё слишком остро воспринимаешь, остынь, — похлопывая по плечу, с усмешкой произнёс Намджун. Ему ещё не доводилось видеть за всю жизнь, чтобы его брат так нервничал и был настолько взвинчен. Даже перед крупномасштабной охотой так не переживал. А тут поглядите, сам Вожак, бесится, что его указу не повиновались. В детстве, Чонгука было слишком много. Он хотел везде всё разузнать, подглядеть, но после смерти родителей он стал другим.       Из глубины леса выбежал в припрыжку альфа, обворожительно улыбаясь. Со всех сторон можно было услышать шёпот любовных фантазий и пошлые омежьи мысли, которые можно было невооружённым глазом разглядеть. Пройдя вальяжной походкой и очаровывая всех присутствующих омег, Хосок задорно крикнул:       — А где наши лисята? Потерялись что-ли?       — Дома, на печке тушатся, — съязвил улыбаясь Чонгук, вставая со своего места и ровняясь с Намджуном. Старший и средний братья, были выше Хосока на половину головы. В детстве они часто докучали и находили шутки по поводу роста младшенького. На что Хосок хоть и не обижался, но придумывал разные многообещающие розыгрыши.       — Хватит прикалываться надо мной! — беззаботно подойдя и вынув из кармана штанов какую-то траву, буркнул Хосок, протянув руку Чонгуку.       — Это что?       — Трава.       — Я что похож на слепого? Я спрашиваю, что это? — прочеканил Вожак, смотря сначала на траву, желтовато-зелёного оттенка, а после на ухмыльнувшегося Хосока. От предмета, вложенного в руку Чонгука, пахло настолько резким запахом, что альфа сморщился, убираясь подальше от нюхательных рецепторов. Где только мелкий такое берёт?       — Всё тебе растолковывать надо, мой старший братец, — усевшись на стул рядом с Вожаком, Хосок принялся разминать плечи, параллельно объясняя, — Эта трава, называется Полынь. Она поможет мне понять, насколько наш дорогой малыш, Ёкай, развит в обонянии. Не исключено, что если он не сможет прийти к место, куда я закопаю эту травушку, то он ни во что не годится. При помощи моей смекалки, мы сделаем вывод.       Постукивая по виску, Хосок ухмыльнулся и принялся дальше массировать свои закоченевшие конечности. Он на славу постарался найти полынь, что учуять было невозможно. Не зная где именно искать, альфа принялся обходить все места в лесу, исследуя скалы и луга.       Чонгук держа в руках траву, что источала аромат на всю Матушку Землю. Вожак недоверчиво зыркнул на брата, он никогда не занимался ребячеством в выборах чего-либо. Только самый младший практиковал это и ему даже удавалось достичь успеха. 10 лет назад       В глубинах леса, можно спрятать что угодно. Будь то золото или специальные травы на крайний случай. Тёмно-каштановый силуэт пронёсся сквозь дубовые деревья радостно лая и подпрыгивая по нижним веткам деревьев. В лунном просвете, где яркие лучи падали на тропинки леса, юный альфа бежал от погони за ним.       — Хосок! — раздались крики, — Хосок! Хватит шутки шутить, давая домой!       Не слушая никого вокруг Хосок бежал напролом, сбивая всё на своём пути. Неожиданно, из чащи леса послышались громкие, неприятные звуки. Противные, мерзкие голоса раздавались эхом по родному дому.       «Что там такое?» — спросил у Леса альфа.       Замерев и вслушиваясь в звуки, альфа направился бесшумным бегом к той части леса, где внезапно загорелся огонь.       — Давай быстрее! Мне ваши жирные задницы на себе таскать?       Громоздкий мужчина с размашистым шрамом на лице, разгуливал отдавая приказы, агрессивно брызжу слюной, словно цепной пёс. Альфа затаившись около близстоящего дерева, разглядывал странную на вид картину. Множество построек из металла, огромные канавы, а на деревьях висели мешки и сетки. Ощутив ужас в груди, Хосок рассердившись и поняв кто здесь обитает, принялся обходить найденное прибежище по периметру. Он многое знал от воинов отца, что к чему и как пользуются оружиями охотники. Он был умным парнем не по годам, но в смекалке он приуспел больше. Шелест спереди прервал альфу от наблюдения, пока он шагал в сторону охотников.       — Ты спятил? — шепотом произнёс юноша, с чёрными как смоль волосами. Его лицо под отблесками костра, выглядело настолько жутким и сердитым, что Хосок как увидел его, поджал хвост, не в силах даже смотреть.       — Ч-ч-чонгук… — альфа, растерявшись и крутя на палец лоскут от его рубахи, вздохнул перед тем как продолжить, — Брат, я… Я услышал жуткие голоса и пришёл сюда…       Шестнадцатилетний Чонгук, который должен со дня на день принять титул Вожака, грозно посмотрел на своего младшего брата. Переведя дух и вдохнув побольше воздуха, чтобы понизить давление, которое подскочило при потери из виду самого младшего, альфа устремил взгляд на поляну. Подсев немного ближе и опустившись на одно колено, Чон пытался оценить обстановку. «Неужели эти мрази, собираются напасть на невинных животных?» — недоумённо спросил Чонгук.       — Брат, нам нужно их остановить, — решительнее произнёс шёпотом Хосок. Он больше не хотел оставаться в тени своих братьев. Ни в коем разе. Хосок сам всё сможет.       — Ещё чего, героем себя возомнил? Ты ещё обряд назначения не прошёл, чтобы высовываться раньше времени, — шикнув на брата, Чон принялся карабкаться ближе к охотникам.       Альфа рассердившись на слова брата, лишь ринулся в обратную сторону от охотников, перевоплощаясь в волка. У него есть план, он сможет доказать, что Чон Хосок, хоть и молодой, но самый смекалистый. Пробегая мимо деревьев, Хосок увидел что-то наподобие шара, который взрывается в любой момент, когда ловко кинешь его. Из рассказов старейшины Сэрая, это самое жестокое оружие, что придумало человечество. Подцепив зубами аккуратно, ужасную на вид вещь, Хосок принялся обратно бежать, пытаясь не цепляться находкой об ветки, которые не к месту появлялись из ниоткуда.       Чонгук, увидев своего брата с чем-то в зубах, ринулся в сторону. Он знал что брат тащит в зубах. И под дикий рык и вопли охотников, логово врага стремительно разрушалось, уничтожая всё. Оглушительный визг и пелена пыли перед глазами, не напугали альфу, но отсутствие рядом брата, что яро ринулся в толпу охотников с грантой на перевес, изумило Чонгука. Поднимаясь на четвереньки и повертев мордой, дабы скинуть остаток пыли с глаз, он услышал радостные визги и топот.       — «Ты видел братец?» — весело заверещал в голосовом потоке Хосок.       — «Да мелкий, видел» — усмехнувшись ответил Чонгук. Пробегая возле кладбища охотников, он обхватил брата лапами и завалив на чистую землю, не окрашенную кровью, принялся кусать и резвиться. Они вместе смеялись над друг другом и предполагали, как их папа и Намджун, будут доставать с расспросами о их пропаже.       Но не рассказать Чонгук, просто не может. У него была неимоверная гордость, ведь брат спас их и семью от погибели. Наши дни       После недолгих размышлений, альфа устало покачал головой в знак согласия, положив в раскрытую руку Хосока траву.       — Ладно, делай что хочешь, — он было уже хотел развернуться, как Намджун резко остановил его за предплечье, — Что такое?       — Хосок, — подняв прищуренный взгляд обратился Намджун, — Ты знаешь, что, если вдохнуть слишком много запаха полыни, можно отравиться, а то и в беспамятство упасть?       Альфа, вскинув недовольный взгляд на Намджуна, поднялся с места, отмеряя шаги к брату. Верно, он не знал, но услышал из разговора омег, что именно полынь и действует как резкий запах, но если зарыть её под землю, то запах попросту будет неуловим. Именно то, что и нужно было Хосоку, для проверки самоуверенного Тэхёна.       — Что ты имеешь ввиду?       — Полынь ядовита как в свежем, так и в сухом виде. Она обусловлена эфирно-полынным маслом. Состав его зависит от разновидности полыни и потому, отличается своим непостоянством. Ядовитым являются все его виды и даже высушивание растения не изменяет его токсичности. Ты хочешь его отравить? Совсем мозги отсохли? — взглянув холодно на Хосока, прорычал Намджун. Спасибо его омеге, что каждый день заставлял выучивать и запоминать растения на вид, запах, размер. Если бы не его умная голова, они бы отравили Ёкая.       — Ты знал об этом? — вопросительно вскинув бровь и подойдя ближе прочеканил Чонгук, — Знал, я спрашиваю?       Чонгук, схватив за нагрудник Хосока, озверевшими глазами смотрел на брата. Ему и в голову не могло прийти, чтобы отравить этого омегу, что неделю назад почти не рыдал на горе, снова на операционный стол к Сокджину. Он помнит их первый день, когда Тэхён ревя от боли, разрывая глотку, кричал, пока ему вправлял кости Сокджин. Он больше никогда такого не допустит. Он трупом ляжет, но не допустит. Чонгука разрывал гнев, который вспыхнул ни с того ни с сего. В последнее время мысли, чувства, эмоции обострились. Альфа сам не мог понять, почему он так себя ведёт, но знал одно — он должен защитить Ёкая. Теперь именно это и было, его новым законом и долгом.       Несколько раз Чонгук пересекался за то время с Тэхёном, но говорить на какие-либо разносторонние темы, они не могли. Даже не смотря на то, что попросту не было возможности. Альфа надеялся снова застать на той горе Тэхёна и также усесться рядом, слушая порывы ветра и голос, что был так гармоничен с местом пребывания в ночи. Послушал бы его рассказы о родителях. Открыл бы новые стороны омеги. Но он больше не приходил. Ни сегодня, ни днём ранее.       — Всё, всё. Я понял, — прохрипел Хосок, хлопая по рукам альфы, — Я правда не знал, что оно настолько опасно твоему ненаглядному.       Отпустив от хватки младшего, Чонгук рыкнул на слова Хосока и направился в сторону старейшины, что недалеко сидел с кувшином в руках. Вся округа, развернулась увидеть очередную картину ссор двух братьев, что уже вошло в привычку. Намджун также сверля взглядом в сторону, чуть ли не виновника трагедии, прошёл спокойно к своему месту. Усевшись рядом с стоящим Чоном, он поднял взгляд на громкий скрежет зубов.       — Джун, ты как всегда. Всё веселье портишь своей умной головёхой, — вздохнув глубоко и поглаживая по груди успокаивающим жестом, буркнул Хосок и уселся рядом со старшим. Он не любил ссориться с братьями. Хоть и допускал ошибки, но не любил всей своей волчьей душой. Внутри волк разрывался в агонии несправедливости. Почему из-за какой-то омеги, они должны ссориться чуть ли не каждый день?       — Если бы не Сокджин, Тэхён был бы отравлен, — указав пальцем на Хосока, альфа прошипел, — Ты бы отвечал своей шкурой. Можно было бы подумать, что ты с умничал, но увы. В этот раз, ты проебался.       Вздохнув глубоко, дабы успокоить свои наколённые нервы, Намджун проведя по волосам пятернёй, раскрыл рубаху на половину груди. Солнце пекло до ужаса.       — Какие угрозы ты в меня стреляешь! Ужас какой! — возмутился Хосок, округляя глаза, — Я тут значит, ищу нам выход из затруднительной ситуации на Севере, а ты в меня пальцем тычешь! Ну охренеть просто.       Намджун на слова брата, лишь вздохнул недовольно и прикрыл глаза, углубляясь в мысли, что таили в себе незамысловатые фантазии.       Прошло довольно немало времени, но лис всё не было видно. Многие решили, что они сбежали, поджав хвосты, как дети. Омеги же, улыбаюсь пели, что самодовольный, Ёкай, просто не устоял перед силой их Вожака. Ведь он не достоин и волоска их любимого главы. Но в один момент, послышался гул со стороны тёмного леса. Вся обитель повернула головы на скрежет, доносившийся со стороны не проходимых лучей света. Насторожившись, они вытянули головы, дабы увидеть, что там за шум средь бела дня. Под переполошенные возгласы на поляну, раскинутую пока зеленью, вышли вальяжно две огромные и очаровательные лисы. Только и слышны были вздохи и ахи у, а ошарашенные лица оборотней, представляли картину безумия. Один был бело-серого оттенка, словно белоснежный снег. Второго все узнали сразу. Не нужно было и гадать. Янтарно-красный оттенок переливался по густой шерсти Ёкая, а хвосты были, как огромные ветви, что обвивали рядом стоящего лиса.       Сэрая пробрала дрожь от увиденного. Он так и не мог смириться с тем, что это не тот Ёкай, который смог предасть их и сжечь дорогую ему землю. «Он, как и тогда прекрасен, Ли Рим» — пронеслось в голове альфы. Вышедшие братья вперёд, округлили глаза, увидев изысканную картину, что предстала перед ними.       — Эй, — подал голос Вожак, потревожив тишину, — Вы опоздали.       Ёкай обратив внимание на Чонгука, повернул голову к Риму, кивая, давая знак держаться подле него. Тэхён минуя пару метров от столпившейся группы оборотней, подошёл к Чонгуку. Подняв голову на альфу, Тэхён вальяжно уселся и принялся вылизывать свои хвосты, придавая им более опрятный вид. Пускай что хотят, то и думают. У них были неотложенные дела.       — «Ну у них и лица, братец» — издался смешок в голосовом сознании.       — «Да уж, меня позабавила их реакция» — кивнув брату головой, Тэхён принялся приводить в порядок другой бок.       — «А ты чего делаешь? Так и будешь нализывать свою шкуру?» — весело фыркнув, Рим уселся рядом с братом.       — «А ну прикрыл пасть!» — резко повернув голову, зарычал Тэхён.       Вся стая стояла с лицами полными недоумения.Намджун не скрывая своего удивления, аккуратно подошел к огромному лису, что был хоть и ниже стоящего альфы, но всё-таки давал ясно понять, что он не промах. Присев медленно подле Тэхёна, он провёл рукой по гладкой и приятной на ощупь шелковистой шерсти. Ким не понимая, что делает старший, фыркнул отводя свою голову в сторону. Ему только и оставалось, поддаться искушению и отдаться в лапы, не зная кому.       — Да вы только посмотрите на него, — оскалился Хосок, — недотрога какая скажи же…       Хосок поворачивая голову в сторону Чонгука, прервал свою возмущённую речь, лишь только увидев настолько угрюмо и обозлено лицо брата. Скривившись на непонятную реакцию Вожака, Хосок прошмыгнул быстро через толпу зевак и прошёл к Риму, что тоже принялся прихорашиваться, дабы скоротать время. Услышав надвигающиеся шаги, омега повернул голову на объект.       — Ты что же, не показывал мне своё обличие, лисёнок? — блаженно улыбнувшись проворковал Хосок, раскинув руки в знак приветствия. Смотря в глаза, Хосок готов был упасть на колени. Он не мог себе представить дальнейшую жизнь без этого лисёнка.       Рим, посмотрев своими голубыми глазами на руки мужчины, отвернул голову в сторону Тэхёна. Он как только не пытался убегать от встреч с альфой. Ему нельзя влюбляться. Нельзя. Все погибали, чьи сердца он любил. Мотнув головой из стороны в сторону, от попыток альфы потрогать его шерсть, Рим двинулся в сторону брата. Пройдя вальяжно и минуя толпу всё также стоявшую на поляне, что уже открыто разглядывали лиса вдоль и поперёк, он присел к Тэхёну ближе.       Ким уже не мог так просто сидеть, даже не смотря на то, что ему нравилась реакция омег, которые завистливо смотрели в их сторону. Толкнув легко головой Намджуна в плечо, он кивнул на стартовую полосу. На показательный толчок, Намджун улыбнулся Ёкаю и крикнул на всю поляну:       — Охота начинается! Все по своим местам! — поворачиваясь к Вожаку стаи, Намджун заметив недовольного Чонгука, что скрестив руки на груди испепелял альфу взглядом, — Чонгук, ты…       Альфа, не дав договорить Намджуну, развернулся в сторону старта, для подготовки к соревнованию — не к охоте. Для него охота была не в приоритете. Он хотел узреть силу, что восхваляли предки, нюх, что кричали соколы и скрытность, что благоволили сами дикие кошки. Ревность… Эта ревность заполняла ещё большим и тягучим гневом, который пожирал его. Когда же он чувствовал это?       Пройдя к старту, Тэхён повернул голову к надвигающемуся альфе, который был одет в привлекательную белую рубаху, что от пота, обвивала его рельефное тело и мускулистые руки. Тэхён мечтал быть прижатым к груди этими руками, брошенным в постель под весом этого тела. Он не знал, когда и почему, у него появилась такая тяга к альфе. Может в ту первую ночь? А может…? От развратных мыслей в своей голове, Ёкай не заметил, как Чонгук превратился в чёрного могучего волка. Он был почти одного размера с Тэхёном.       Заметив прямой взгляд омеги, альфа прошёл к Киму, сверкая своими жёлто-медовыми глазами, словно говоря: «Сегодня, я растопчу тебя как траву под ногами». Так, не отрывая взгляда от омеги, Чонгук приблизился слишком близко, обнюхивая усилившийся природный запах Тэхёна. Аромат этого омеги, сводил с ума самого стойкого альфу. От блаженства, Чонгук не заметил, как рефлекторно он лизнул ухо Ёкаю, что означало нечто большее чем друзья. Он отступил к своему месту, дожидаясь своего часа.       Застывший Тэхён, раскрыл глаза от удивления. «Что этот придурок сделал только что?» — фыркнул сам себе Ёкай. Но смутившись от приятного лёгкого поцелуя, Тэхён не заметил, как проурчал от приятной дрожи по всему телу, что подымала шерсть дыбом.       Собравшиеся около старта альфы и омеги, приняли позу готовности. Оставалось несколько секунд до сигнала начала охоты. Со стороны леса были слышны соколы, парящие недалеко от места обители. Тэхён знал, удача сегодня на его стороне.       Готовность.       — «Погнали», — двое голосов лисов разразились в рычании скорого выстрела со старта, подавая знак готовности.       Охота началась.                                     🌕🌕🌕       Бешенный топот лап пробегающих среди дубовых корней волков, заглушали умеренный бег двух лисов. Тэхён знал, что никто ему не соперник, будь это сам Божий Лис. Промчавшись сквозь голых веток и кустов, Ёкай чувствовал свободу. Он парил между деревьями и с лёгкостью перепрыгивал все препятствия на своём пути.       «Наконец-то» — радостно взвизгнул Тэхён. Он был на седьмом небе, чувствуя прилив сил, дарованным лесом. Ветер держался рядом, радуясь за выздоровление друга. Природа приветствует своего брата по крови.       На кронах деревьев опускались вороны одна за другой. Что-то было не так. Им нечего делать в такой солнечный день посреди леса. Отвернувшись от созерцания птиц, Тэхён принялся бежать ещё быстрее, давая знак добыче, что смерть к ней направляется на всех парах. Пусть все в лесу знают — Ёкая не сломить. Прошмыгнув вниз по склону, Тэхён заметил что-то грязно коричневое. Оно быстрым свистом скрылось за многочисленными деревьями, что закрывали вид на объект. Ёкай фыркнул в сторону сбежавшего труса и ринулся снова бежать, в поисках добычи. Ему не составит труда, прямо сейчас найти Рима и сбежать с территории оборотней, дабы найти своего папу. Их не было несколько недель, возможно он думает, что они его бросили или ещё хуже - они мертвы. Что с ним тогда было бы? Нет. Тэхён не посмеет больше себе таких отвратительных мыслей, что проскальзывают в голову, словно слизняки.       Напряжение давило на омегу. При беге, он настолько был сосредоточен своим уловом, что даже не видел пульсации, отдающей в местах груди и висках. Его снова обвил своими руками жар. Агония, что не оставляла своего пленника хотя бы на несколько дней. С тех пор, как Тэхён посетил свой разум — увидел своего предка и реинкарнацию — его постоянно бросало то в холод, то в дикий мучающий жар. Словно варился на котле, приготовленным ему судьбой. Рыком омега пришёл в себя.       Остановившись, он учуял еле уловимый запах. «Что за запах? Отвратительно просто». Повернув голову в сторону огромного дерева, что излучал непреодолимую силу, Тэхён ступил на маленький лужок, обвитый толстым стволом дерева. Принюхавшись и подойдя аккуратными шагами ближе, омега опустил голову. «Это что за чертовщина?» — пошатнулся лис, слегка пригнувшись к земле, двигаясь задом в обратном направлении. Пульсацией своей, она давала знак, что она жива. От запаха полыни, которую Ёкай знал ещё с детства, нос неприятно начал зудеть. Пройдя к месту, откуда пахло мерзким запахом, Ким принялся откапывать и выкинув подальше это растение, он увидел, как ствол могучего дерева пошатнулся и засверкал. Недалеко от дерева, были слышны тяжёлые шаги. Навострив уши и повернув голову, Ёкай увидел бегущее маленькое пятно. Прищурившись и разглядев надвигающуюся фигуру, Тэхён зарычал от недовольства. Встав в позу для нападения на Рима, Тэхён заметил ещё один силуэт. Да он был настолько огромен, что Рим смотрелся на его фоне, как блоха.       — «Твою мать, братец, я в полной жопе!» — крича завыл Рим. Омега бежал что есть силы, ловко преодолевая все корешки и ветки.       — «Ты бляха, как всегда. Тащи свою жопу вперед, я задержу его» — медленно набирая темп, Тэхён навострил свои хвосты, что служили своего рода мечами.       Пробегавший мимо Рим, поскуливая принялся мчаться куда глаза глядят, но внезапный толчок убрал его с дороги. Очнувшись, Кан стряхнул землю с глаз взмахом головы и лишь вскинул голову, видя как его брат снова спасает его шкуру. Сколько раз он собирается прятаться за спиной своего друга? Ему дурно только лишь от мысли, что именно из-за его опрометчивых поступков, всё идёт на перекосяк. Отбросив все негативные мысли и постепенно перебирая ногами, Рим ринулся в бега, чтобы не облажаться перед братом. «Побереги свой зад, братец». Ему нужна огромная добыча, чтобы Тэхён его похвалил и смог гордо смотреть в сторону своего ученика. Разумеется, именно Тэхён научил его всем премудростям выживания. Каждый день он отправлялся вместе с Римом исследовать новые земли, учить младшего охотиться. Подвести ни в кое случае нельзя.       Огромный, бурый медведь, будто сам Бог Леса спустился на землю, ища свою жертву в глубинах леса. Завывая и скалясь, животное было недовольно раскладом. Он ступал тяжёлыми шагами, продавливая лапами землю луга, что так красиво блестела под солнечными лучами. Нахмурившись, Ёкай отпрянул от резкого выпада в его сторону и вцепился одним хвостом за спину, обвивая громадину, другими сцепляя лапы в своеобразный капкан, не давая сделать хоть малейшего движения его жертве. Среди хаоса властвовало напряжение и адреналин. Тэхён метался около противника, жадно поедая каждый миг, несмотря на риски. Он чувствовал, что время замедлилось, когда каждое движение стало таким отточенным и резким, что он казался непобедимым. В этой суровой реальности, где каждый бросок мог стоить жизни, Тэхён нашел свое место. Он был не просто Ёкай, он был воином, способным справиться с любым вызовом Матери Природы.       «Ты не тронешь эту землю своими грязными лапами. Даже не думай!» — разорвав пастью глотку медведя, Тэхён удерживал обмякшее тело, обволакивая то своим разгорячённым дыханием. Красные, словно огонь глаза и зубы, что окрасили в кровавые штыки, Тэхён тяжело дышал, бегая глазами от одной части леса до другой. Огромное существо, повалилось на землю, не затрагивая белоснежные цветы, которые также спокойно и не непринужденно качались от дуновения ветра. Вороны продолжали следовать за Тэхёном, пока тот, неся добычу в племя, не издавал ни звука. Только туша медведя, простиралась за ним, словно защитный меховой плащ, закрывая чужаков от царя леса.       Начало вечереть, Чимин бегая из стороны в сторону, искал одну особу. Все вернулись с добычами, счастливые и радостные уловом. Кто-то принёс лань, кто-то тетерева. Омегу интересовал только один вопрос, где Тэхён? Рим вернулся с огромным кабаном на перевес, а про брата своего, лишь ухмыльнулся и вздернув подбородок выше головы, заявил вальяжно: «Ни одна омега не сможет преуспеть больше моего братца. Альфы также, могут уйти в сторонку, дабы не смущаться своего проигрыша и не разгрызть свои локти от завести».       Вернувшийся позже всех Вожак, принёс в стаю благородного оленя. Золотистая шерсть, сверкала под вечерней зарёй, а мясо, спрятанное под шкурой, хватило бы на пропитание всей стаи. Чонгук также глазами искал Тэхёна. Пока не увидел Чимина, растерянно бродящего меж оборотней.       — Ты не видел Тэхёна? — настороженно спросил Чонгук, аккуратно схватим Чимина за плечо. Видя глаза, что округлились в полном ужасе, альфа непроизвольно сглотнул ком в горле. Неужели с ним что-то случилось? Или полынь найдя, он отравился и лежит там без сознания?       — Ты тоже не можешь найти его? Как… А что, если…? — судорожно прошептал омега, хватаясь за рубаху Вожака. Омега не представлял ничего хуже, чем смерть его дорого друга. Он так привязался к нему, что кажется ни один день не сможет без нелепых разговоров, без прогулок по вечерним лугам. Страшно. Мерзкое чувство стянуло глотку.       Подбежавший Хосок, задыхаясь от нехватки воздуха, взялся за плечо Чонгука. Он так не бегал даже на охоте, но увидев то, что ни как не ожидал, он сразу же ринулся к Вожаку.       — Что случилось? — непонимающе уставился на брата Чон.       — Ох братишка, — отдышавшись немного, Хосок встал облокотив руки на свои бёдра, — Ёкай то, не промах оказался. Он нашёл полынь и выкинул настолько далеко, что матерь божья, я час где-то искал его. Смотря слегка удивлённым взглядом, Чонгук усмехнулся сам себе: «Надо же, какая интересная ситуация».       Резкий рык на всю поляну, пробудил всех, отвлекая от своих занятий. Ни кто не мог понять, что могло посодействовать такому шуму. Из чащи леса, показались красно-кровавые глаза, сверкающие в темноте. Выбежав поближе к лесу, оборотни задерживая дыхания ожидали что угодно, но… Увидели Ёкая. Всего окровавленного и с громадной тушей бурого медведя, что волокся по земле, создавая новую тропинку — тропинку крови. Тэхён с рыком кинул в ноги старейшине, Чонгуку и всем остальным свой завоёванный трофей. Стекавшая кровь с пасти и устремлённый взгляд на Чонгука, удивляли не только Вожака, но и других альф. Он показал на что способен. Теперь презрения он не примет ни в каком формате.       Опуская голову на животное, Чонгук стоял с каменным лицом, но внутри колыхаясь от возбуждения, принялся подходить к Ёкаю. Но Тэхён настолько замучился нести этот груз и запах, который от него исходил, был не то что противным, а просто недостойным такому элегантному лису, как он сам. Быстрым бегом он ринулся к озеру. Скрывшись за склоном и превратившись спустя долгие часы беготни, Тэхён уселся рядом со скалой, опуская плечи и поддаваясь приятному ветру. Быть нагим в такой атмосфере, для него не было дискомфортно. Наоборот, приятный ветер и вечерняя гладь давала наконец спокойствие и умиротворение.       — Вот дела… — протянул задумчиво Тэхён, — Но я навалял его зад!       Заулыбавшись и вставая, омега побрёл, напевая мелодию колыбели, в сторону кристального озера, что поможет ему ещё больше расслабиться.                                     🌕🌕🌕       Шагая по просторам водной глади, Рим постепенно находил частицу счастья. Он был в такой эйфории, какой не было с тех пор, как они покинули родной дом. Кан увидел, насколько его брат возрастил силы, после увечий в начале осени. Было облегчением и то, что в скором времени они смогут снова вернуться домой и застать волнующегося их пропажей Сумина. Посмеиваясь, они бы с Тэхёном побежали ему на встречу, прося прощения за их детскую глупость. А Сумин тем временем отлупил бы их, потягал легонько за уши своими мягкими маленькими ручками и обнял так сильно, что лёгкие бы лопнули. Немного пройдясь по уже темным лугам, Рим не мог не нарадоваться сегодняшним кушем. Ведь он хоть и был в полной жопе, когда на него ни с того ни с сего завалился огромный Царь Леса, но добычу, которую он поймал в скором времени, он никогда не забудет. Только вот, брату он не смог показать, он куда-то сбежал, оставив Рима с надоедливым альфой, что постоянно крутился возле него, словно приставучий глист.       Омега шагая развилками, напевал тихо забавную песнь, что слышал у птенцов с утра. Кажется это было что-то весёлое и в тоже время грустное, но Рим не отчаявшись побрёл дальше, подпевая водным всплескам. Им нужно было ждать когда оборотни приготовят всё, для того чтобы отпраздновать сегодняшний улов. Остановившись, Рим почувствовал внезапно странный запах. Был он кисловатого привкуса, что неприятно оседал в глотке комом. «Что это за отврат?» — шмыгнув носом и закрыв ладонью, лис попытался почувствовать откуда идёт запах. Пройдя немного, из дальней части леса, пробежала огромная фигура, бело-серого оттенка. Это было странным. На территории оборотней пробегает кто-то настолько бесшумно и нагло. Смотря в след таинственной фигуре, Риму приходили в голову странный мысли. «А что если…?» Внезапно кто-то резко взял за плечи Рима, разворачивая по оси тело. Испугавшись от неожиданности, омега молниеносно въехал по лицу незнакомцу. Мужчина не ожидавший такого удара, отлетел на несколько метров и страдальчески завыл.       — Рим ну не также сильно бляха! — зарычал альфа. Он поднёс руки к лицу, нащупав кровь около губ и разминая челюсть.       — Хо… Хосок? — удивлённо вскинул брови Рим. Он уж не думал увидеть в такое время этого альфу. Что он вообще забыл здесь? Следил? А может, хотел напугать? — Ты какого хрена, здесь забыл? Напугал блин. Я тут лапы чуть не отбросил.       — Я виноват, что ты не слышишь моих шагов?       Альфа скрюченно встал, отряхивая одежду от кусков земли и, подойдя медленно к Риму, вскинул голову.       — Я вообще-то за тобой пришёл. Ушёл не понять куда и даже не предупредил никого. Я волновался вообще-то.       — А я что, отчитываться должен? Я свободная личность и у тебя нет права мне запрещать ходить куда я хочу, и где хочу. Тыкнув пальцем в грудь, лис развернулся и уверенной походкой побрёл дальше. Нет, ну вы посмотрите на этого наглого альфу. Туда нельзя, это нельзя. Рим не его собственность, с чего бы ему говорить что делать и как делать лису, который жил на свободе ни под чьим указом уже девятнадцать лет.       — Эй, куда снова убегаешь? — усмехнувшись полюбопытствовал Хосок, — Нам вообще-то нужно возвращаться, уже скоро всё будет готово.       — Вот когда будет готово, тогда и приду.       Альфа рассмеявшись колкости «его омеги», направился за ним. Они шли в полной тишине, наслаждаясь приятными последним теплым ветерком. Птицы уже пели ночные колыбельные, зазывая свою родню домой. Хосок смотрел на омегу всю их прогулку. Его орлиный взгляд проходил волнами по спине омеги. Хоть Рим и делал вид, что не замечает альфу, но запахи, которые смешивались и придавали уют в такой вечер, он не мог не заметить.       — Кстати, а почему ты стоял и держал нос закрытым? Что-то не так? — неожиданно произнес Хосок, разорвав тишину.       — Был противный запах. Наверное он и перебил мне нюх, — спокойно ответил Рим, — Я не уверен что увидел, но…       Омега резко остановившись, стал прислушиваться к звукам, так похожими на мелодию папы Сумина. Откуда она? Да что здесь твориться?       — Но? — сузив глаза спросил Хосок. Он ни как не мог понять действия омеги.       Рим очнувшись от дурмана, перевёл растерянный взгляд на Хосока. Что им движело? Почему в этих золото-карих глазах он находил спокойствие? Они стояли, смотря друг на друга, словно завороженные. Запах корицы с нотками смородины и апельсина, обволакивал их обоих. Хосок погружался в синеву глаз Рима. Он был будто под гипнозом, не в силах отвернуться. Наклоняюсь медленно к таким желанным, пухлым персикого цвета губам, он остановился в миллиметре. Горячие дыхания, переплетались, не давая вдохнуть кислорода. Очнувшись, Хосок медленно остранился от губ Рима. Зажмурив глаза и помотав головой, он выкинул мысли куда подальше. Альфа не хотел напугать или пользоваться омегой. Сделав шаг назад, а потом еще, Хосок неожиданно для самого себя увидел глаза полные надежд и желания.       Рим не смог просто отпрянуть от альфы. Он будто под экстазом, впал в сладкую дрёму. Желание прикоснуться и почувствовать губы альфы на своих было намного большим, чем гордость.       — Так… — протянул прикрыв глаза Хосок, — нам…вроде всё-таки надо идти?       — Да, пошли. А то ты сейчас так и раскиснешь на этом месте, я после тебя не буду убирать. Так и знай.       Развернувшись, Рим умеренными шагами побрёл в сторону деревни.       — Ах да, — подняв палец вверх и повернув голову к альфе, омега улыбнувшись проговорил, — Слюни подотри, а то кто-нибудь подумает лишнего. А омеги с ума сойти могут.       Хосок так и стоял в ступоре после слов лиса. Ему было в первые в жизни стыдно перед кем-то. Он не был настолько трусливым, он мог его поцеловать так как хотел. Хосок всегда делал то, что вздумается. Захочет на охоту? Пожалуйста. Заприметил омегу на ночь? Прошу в моё ложе. Но перед лисицей, он просто не мог себе это позволить.       Сглотнув ком в горле, альфа направился за омегой, глупо ухмыляясь всю дорогу.                                     🌕🌕🌕       Приятный ветер и возгласы засыпающего леса успокаивали Тэхёна. После умывания, он в приподнятом игривом настроении вернулся в деревню под завистливые взгляды омег. Тэхён был просто великолепен в рубахе, с узорчатыми красными цветами и пушистыми волосами, уложенными волной. Его рельефное тело, слегка просвечивалось сквозь рубаху, а талия была обвита красным поясом с колокольчиком на конце. Альфы приветствовали Ёкая громкими возгласами и овациями, за принесённый огромный вклад в стаю. Ещё ни одна омега не смогла покорить Царя Леса. Но увидев собственным глазами, они просто не могли не боготворить омегу, что так отважно сразил животное.       С широкой улыбкой и приветливыми рукопожатиями, омега уселся рядом с альфами, отвечая на интересующиеся вопросы и разговаривая о сегодняшней охоте.       — Эй Тэхён, а как ты вообще смог уложить такого дикаря? Это просто выше моих фантазий, — изумлённо вскинул рукой оборотень, что сидел по правую руку омеги. Все пили столько, сколько душе угодно. Мясо благородного оленя, которое добыл Вожак, смогло прокормить всю деревню. Приятный запах мясного супа с различными травами, делавшие пряным похлёбку, заманивал вкусить первоклассные блюда. Вино с игристой кислинкой и сладким послевкусием ягод разливалось ручьями, согревая тела и души, промёрзших в ночь оборотней.       — Знаешь, для меня это было забавно, — посмеиваясь ответил Тэхён, беря в руки кувшин с божественным вином, — Сперва я услышал крики брата, который бежал сломя голову. Я думал он просто ребячится, мало ли что у него в голове. Потом я увидел как за ним, словно тарантул прыгал медведь. Они словно в салочки играли, ей богу. Рим, сидевший неподалёку от брата с Чимином, услышав его историю резко выкрикнул:       — Не было такого! Я что виноват что он как будто с неба свалился?!       Смех разразившийся по всему кругу, был слышен даже за лесом. Все у костра слушали об интересной охоте лиса. Теплый костёр и вино в кругу новых друзей, были по нраву не только Киму. Продолжая рассказывать всё до мельчайших деталей, Ёкай не увидел прибывшего Вожака с его воинами и подле стоявшего Намджуна. Всем было не до этого. Только те, кто были ближе, как увидели Чонгука, резко встали. Альфа лишь поднял руку, дабы не прерывать весёлую болтовню.       — Так ты получается, всё время был около какого-то, как ты говоришь, священного дерева? — посмеявшись спросил Сокджин.       — Да. Вы просто представить себе не можете, как это дерево, будто бы общалось со мной, — отпив немного вина, омега продолжил, — Я не слышал в буквальном смысле ничего вокруг меня. Это, так называемое древо душ, дышало, вопреки тому, что рядом с ним происходило. Вороны даже, которые преследовали меня, не могли сесть на ветки его.       — Что же ты за дерево нашёл? — задумчиво сощурил глаза Чимин. Он представить себе не мог, что на их территории имеется такое загадочное дерево. По словам Тэхёна, там будто бы был совсем иной мир.       — Так, я предлагаю сменить тему для разговора, — заявил рядом сидящий с Тэхёном альфа и подмигнув омеге, кокетливо протянул руку, — Как на счёт танцев? Тэхён, лисы умеют танцевать?       Подбадривающие крики и интригующий топот, заставил посмеяться Ёкая. Ну что же, раз они так хотят узреть танец Ёкая, то пусть так и будет.       — Почему бы и нет, но… — протянул с ухмылкой Ким, — Я люблю что-нибудь энергичное.       Подмигнув рядом стоящим альфам и омегам, у которых отпала челюсть. Поднявшись на ноги и отойдя с омегами, Тэхён в полу дурмане начал двигаться под приятную слуху мелодию. Качая резко бёдрами и взмахивая головой, Тэхён не видел ни кого, он чувствовал только ритм, а колокольчики на его ремне, приятно отдавали под мелодию.       Чонгук сидел с замершим около губ кувшином. Он настолько был очарован танцем и движением тела и рук омеги, что позабыл обо всём. Танец напрочь убивал мысли, а тяга прикоснуться к тонкой талии, что так очаровательно изгибалась в пояснице, к белоснежным элегантным рукам, что вырисовывали узоры и к губам, что напевали свою тайную песнь, задурманил голову Вожаку. Сквозь возгласы и подбадривающие крики оборотней, к Чонгуку подсел старейшина, поднося к губам вино.       — Чонгук, — отозвался Сэрай, — ты что-то чувствуешь?       Альфа отмерев от завораживающей картины, повернул голову к собеседнику.       — Что? — непонимающе вскинул бровь Чонгук, — Что я должен чувствовать?       — То - что в груди, — ухмыльнувшись ответил Сэрай, — Ты так прожигал его минуту назад глазами, что мне показалось у тебя есть что-то недосказанное.       — Не неси ерунды, Сэрай.       — Ну, ты лучше меня знаешь, как тебе поступить, — переведя глаза на весёлый танец омег, где красную макушку можно было увидеть невооружённым глазом, — Я бы хотел дать тебе маленький совет, который возможно не успел тебе преподнести твой отец.       Чонгук повернув голову обратно в сторону омеги, кивнул в знак согласия. Напоминания об отце, ему было всё ещё тягостно слушать, но что бы это ни было, это наставления отца.       — Ты никогда не познаешь покоя и любви, если не признаешь её в самом себе, — улыбнувшись лёгкой улыбкой проговорил Сэрай, — Мой друг верил, что без любви не быть и стаи, без любви не быть покою в душе. Будь ты свободным соколом или ястребом во плоти, было бы тебе также свободно, как если бы ты был один на всём белом свете, не знающий глубины чувств и тепла?       Отпивая потихоньку прохладного вина, Чонгук продолжал смотреть тёплым взглядом на Ёкая, что смеялся своим прекрасным завораживающим смехом, озаряя счастьем всех вокруг. Он проносился сквозь танцующих вместе с ним омег, словно осенний лист в начале осени. Вожаку стаи никогда не была привлекательна какая-либо омега, будь она красива как цветок орхидеи на просторах луга, будь она так же нежна как гладь на закате, его ничего не интересовало. Но Тэхён, что привлёк его так же нежданно, как появился несколько недель назад, поселился и запер дверь в сердце, оставаясь там надолго.       — Да, ты прав, — ухмыльнулся альфа, — Спасибо.       — О-хо, ты не меня благодари, а своего отца, — толкнув плечом Чонгука, улыбнулся Сэрай, — он меня тоже поднотаскивал и давал советы на любые мои проблемы. Правда я до сих пор не нашёл того, кто бы моё орлиное сердце согрел.       Старейшина горько усмехнулся и посмотрел замершими глазами в небо.       — Да ладно, — поиграв бровями и стрельнув взглядом удивился Чонгук, — прям никого?       — Слушай, мелкий, я конечно и одинок, но сил у меня предостаточно чтобы навалять тебе зад, — оторвавшись от горьких дум, произнес Сэрай, мягко похлопав Вожака по спине.       Наставшая глубокая ночь, никак не повлияла на праздник племени. Тэхён с Римом играли в самодельные игры, расположившись подле костра, собрав около себя заинтересованных альф и омег, следивших за игрой и делавших ставки. Намджун с Сокджином и Чимином сидели вместе с Чонгуком и старейшиной обсуждая дела стаи.       Атмосферу этой ночи никто не сможет забыть. Однако, глядевшие в ночи глаза, не давали покоя Тэхёну. Одно его успокаивало, Рим был рядом с ним. Их приключение только начиналось, но они были готовы пройти через любые испытания, чтобы вернуться к своим корням и найти свое место в этом мире, где бешеный топот лап и зов природы вел их вперед.