Попробуй мне солгать

      Нил прижимает к левому плечу пакет с сухим льдом, пока Эбби ищет новый эластичный бинт в ящике. Запястье ноет, но это не вывих, а на ушибленных рёбрах специальная мазь холодит кожу до противных мурашек. Он мог бы и сам обработать свои ушибы, но ему не разрешили сбежать из медкабинета.       Нила немного потряхивает, дрожь ярости пробегает по позвоночнику каждую минуту, в горле першит горечь вместе с обидой и жаждой мести всем причастным. Кевин хотел незабываемый дебют в качестве стартового нападающего лисов? Что ж, он его получил, такое уж точно никто не забудет...

*Час назад*

      Клюшка приятной тяжестью лежит в руках. Нил смотрит через плексиглас, как его товарищи занимают позиции на корте. Первая подача досталась Шакалам. Рене разминает шею и руки во вратарской зоне, Кевин дёргает сетку на своей клюшке, проверяя натяжение, Аарон поглядывает на скамейку запасных, где сидит абсолютно безучастный Эндрю. Нил смотрит вверх, где на огромном табло ведётся обратный отсчет времени до начала.       Три секунды, две, одна.       Гудок. Трибуны ревут. Дилер брекенриджцев высоко подкидывает мяч, а потом бьёт по нему клюшкой, отправляя в сторону своих нападающих. Игроки разбегаются по площадке.       Первые двенадцать минут Горилла усиленно преследует Сета, мешая ему сделать хоть что-то полезное, в то время как Кевин пытается получить мяч себе и пробиться вперёд. Но как только Гордон получает мяч от Дэн, гигантский шакальский ублюдок оказывается рядом, чтобы сорвать передачу на Кевина или бросок по воротам. Мяч некоторое время прыгает по центру поля, а потом улетает на домашнюю половину, начинается столпотворение у ворот Рене. Нил не может точно сказать, кто в итоге сильнее проебался — Аарон или Мэтт; первый невовремя падает на пол после силового приёма соперника, потеряв клюшку, а второй упускает из виду своего подопечного нападающего, чтобы совершить неудачную попытку вывести мяч на среднюю линию. В итоге ворота Рене расстреливают трое Шакалов, и первый гол не заставляет себя ждать. Нил в разочаровании поджимает губы. Кевин подбегает к Мэтту и начинает орать на него, обвиняя в неудаче. Сет же орёт на Дэя, защищая честь Бойда, а потом пытается врезать Кевину. Дэн успевает оттащить их друг от друга, прежде чем судья штрафанёт их за задержку игры.       На пятнадцатой минуте Сет попадает в ловушку, о которой сам предупреждал Нила — Горилла с разбега впечатывает Гордона в плексиглас. Нападающий обессиленно сползает на пол, мяч снова у вражеской команды, Элисон нервно тарабанит по ограждению и кричит Сету поднять клюшку вверх, чтобы игру остановили для замены. Гордон будто не слышит, прижимает руку к рёбрам, пытаясь сделать вдох поглубже. Горилла присоединяется к своему товарищу защитнику в противостоянии Кевину, вдвоём они даже не дают ему пересечь среднюю линию. Мяч скачет туда-сюда между нападающими, и, в итоге, ещё один гол в ворота лисов. Ваймак рычит в разочаровании и тоже начинает стучать по плексигласу, крича Гордону остановить игру, Ники рядом громко стонет. Нил поднимает взгляд вверх на табло, смотрит на неутешительный счет 2:0 в пользу Шакалов. Злость бурлит в нём, наполняя мышцы энергией, зовущей выйти на поле и уничтожить всех противников, вкатать в паркет. Сет, наконец, поднимает вверх клюшку, слышится свисток. Ваймак говорит Нилу готовиться заменить Гордона, но Нил уже нервно топчется у ближайшей двери, вертя клюшку. Эбби выбегает на площадку, как только дверь открывается, и через несколько минут быстрого осмотра помогает Сету доковылять до скамейки запасных.       Нил выходит на поле, направляясь к своей позиции, не слыша подначек от защитников Шакалов. Его сердце гулко стучит от восторга, ладони в защитных перчатках быстро потеют, мышцы напрягаются, а ноги умоляют начать бежать. Экси. Настоящая игра, прямо здесь и сейчас. Это то, о чём он даже не осмеливался мечтать в бегах или на службе у Ичиро.       Он осматривается, обводит ошалелым взглядом забитые кричащие трибуны, но быстро забывает про весь внешний мир, когда останавливается на средней линии в ожидании свистка. Горилла встаёт напротив Кевина, а перед Нилом возникает Леверетт — защитница, которая пасла Дэя до этого.       — Хах, ты реально первогодка? — Раздаётся её звонкий голос. Нил поднимает бровь, но не реагирует.       — Чемпион и салага, о чём вообще думает ваш тренер? — Поддакивает Горилла.       — Салага и инвалид, ты хотел сказать? Лисы пробивают дно. Позорище.       Нил не обращает на это внимания, предпочитая оглянуться на ворота, где Рене уже внимательно смотрит на него. Он поднимает клюшку вверх левой рукой, делая вид, что разминает мышцы, но на самом деле показывая всем своим на площадке, какую комбинацию разыгрывать. Аарон, Кевин и Рене кивают ему. Всю прошлую неделю на ночных тренировках они составляли схемы первичных розыгрышей мяча в тройке вратарь-защитник-нападающий, где защитник выступал вместо дилера, так как Дэн и Элисон отказались тренироваться дополнительно. Мэтт и Дэн непонимающе переглядываются и хмурятся, но ничего не говорят.       Свисток. Мяч у Рене, и девушка отправляет его вместо своего дилера Аарону сильным ударом через стену, правильно рассчитав угол (спасибо первому вороньему упражнению). Миньярд быстро и ловко принимает подачу, отшатывается влево, чтобы опередить вражеского нападающего и отдать пас напрямую Нилу, который сразу убежал от Леверетт к углу поля так далеко, как было позволено правилами. Нил перехватывает мяч и продолжает бежать вперёд, считая шаги и краем глаза отслеживая Дэя, чтобы вовремя отдать мяч ему. Леверетт преследует его, но не может догнать, хотя она не сильно переживает об этом, ведь Нил бежит не к воротам, а в угол площадки, загоняя себя в ловушку. Когда Кевин, наконец, отрывается от Гориллы, Нил пасует ему под кошмарным углом наклона через стену над воротами и сразу меняет направление, чтобы защитница не зажала его в углу. Кевин принимает пас-рикошет от стены и без всякого сопротивления забивает первый гол, так как вратарь отшатнулся к левому краю, уверенный, что пробивать будет Нил. Загораются красные лампы и гудит сирена. Их комбинация сработала! Нил купается в алом свечении и дико улыбается, подбегая к Кевину, чтобы стукнуться клюшками. Эйфория и адреналин от красивой игры завладевают его телом, заставляя голову кружиться от счастья, он даже не слышит ругательств, которыми его поливает Леверетт, хотя нужно бы сосредоточиться.       Дальше они разыгрывают еще две похожие комбинации, передавая друг другу мяч через стены, пол и даже потолок, используя Дэн как третьего нападающего, а Аарона как дилера, и забивают еще два гола, почти все время владея мячом. Но так не может продолжаться долго, потому что Шакалы никогда не были спокойными или честными игроками. На двадцать пятой минуте Горилла так сильно толкает и бьёт Кевина по рукам, что клюшка чуть не ломается.       — Убери его от меня, блять! — Кричит Кевин Мэтту, потеряв мяч.       Бойд дико улыбается, бросает своего опекаемого нападающего и бежит за гигантом, но не успевает вовремя, Горилла уже отдал пас дилеру, поэтому, когда Мэтт врезается в него со всей дури и бьёт кулаком в солнечное сплетение, лисам засчитывают фол. Чем больше шкаф, тем громче падает, гигантский ублюдок некрасиво растекается по паркету, прижимая руки к груди, пытаясь сделать толковый вдох. Судья выдаёт Мэтту сразу две жёлтых карточки, отправляя его на скамейку запасных до конца игры. На поле выходит Ники. Шакалы пользуются перерывом и выпускают свежих нападающих и нового защитника.       Нил с немалой долей восхищения наблюдает за Бойдом, который отбивает пятюню Элисон, потому что одним точным ударом свалить Гориллу - это круто. Однако две жёлтых карточки их самому лучшему защитнику за такое нарушение, по его скромному мнению, это чересчур, можно было бы ограничиться пенальти.       Ники весело подбегает к Аарону, начиная непрерывно что-то верещать, но тот огрызается на гиперактивного кузена и отправляет его на позицию. Нил перестраивает в голове схемы игры, потому что Ники теперь их слабое место, он играет хуже Бойда. Если Шакалы не идиоты и смотрели перед матчем статистику, сейчас вся атака пойдет именно через Ники.       Так и получается.       Всего за десять минут Шакалы набирают ещё два очка просто потому, что сосредоточили всё своё гнилое внимание на Ники. Даже с помощью Аарона, который пытается страховать слабости кузена, у защиты не получается эффективно перехватить мяч. Дэн бесится и орёт на Ники, Аарон орёт на Дэн и толкает девушку в плечо, чтобы отодвинуть её подальше от Хеммика.       Мяч снова в игре, на средней линии идёт ожесточённое сражение. Кевин вместе с Дэн пытаются разыграть мяч, чтобы передать Нилу, но дилер Шакалов решает сфолить и вывести из игры Кевина. Дэй получает ещё один сильный удар клюшкой по запястьям и сильно пихает противника в ответ, а когда Дэн налетает на соперника, тот опрокидывает капитана на пол жёсткой подножкой. Дэн неудачно падает и корчится, хватаясь за лодыжку. Судья свистит и выбегает на поле разнимать драку, игра снова останавливается. Дилер Шакалов получает красную карточку, Кевин — жёлтую (это за что вообще?), и из игры выпадают сразу два лиса. Нил поднимает голову, на табло счёт 5:3 не в их пользу. Дэн и Кевин уходят на скамейку, а Сет, уже очухавшийся от удара Гориллы, возвращается на поле вместе с Элисон.       Никто из них не учил комбинации Нила, Аарон уже сильно устал, как и Рене, Ники знатно вымотали, поэтому Нил ничего толком не может сделать, чтобы вырвать преимущество. Придется играть на удержание, чтобы не допустить увеличение разрыва по очкам. Нил остаётся на средней линии и присоединяется к Элисон вторым дилером. Вместе с защитниками они удерживают нападающих в центре поля, не позволяя мячу заходить вглубь площадки. Ваймак бы не одобрил, но сейчас выбора нет, даже Нил ощутимо утомляется к концу первого тайма. Несколько раз у них получилось передать мяч Сету вперёд, но он не смог пробить вратаря. С другой стороны, им удалось сохранить разрыв в два очка, поэтому Нил со спокойной совестью уходит на перерыв, он сделал всё, что было в его силах.       Ваймак орёт на них в фойе, пока игроки спешно глотают Гаторейд и пытаются отдышаться. Эбби быстро накладывает эластичный бинт на лодыжку Дэн, а Эндрю тщательно рассматривает запястья Кевина, а потом аккуратно прикладывает к левому пакет с сухим льдом.       — Бойд, что я говорил про удаление с поля, а?! Ты вообще слушал установку на игру? Какого чёрта ты полез на Хоккинга с фолом?       — Простите, тренер, но...       — Никаких оправданий! — Рычит Ваймак. — Слушайте сюда, установка на второй тайм...       Пока Ваймак вещает про скоростные передачи и жёсткий, но честный прессинг противника, Нил задумывается над собственной стратегией. Шакалы уже заучили почти все комбинации, которые они провернули, защита держится близко, срывая передачи, а Сет не умеет рассчитывать углы так, как Кевин. Блять, почему нельзя было упражнения Воронов проводить дополнительно на общих тренировках? Дэн не сможет выйти на поле, её лодыжка распухла и посинела, но Эбби говорит, что это не перелом и не растяжение, просто сильный ушиб. Команда разваливается. Бойд сидит с удалением, Аарон и Рене, игравшие весь первый тайм, уставшие и расстроенные результатом, Ники — слабое звено в защите, Кевин с его травмированной рукой... В строю остаются только Нил и Сет, и это не выгодная комбинация. Нил не может придумать, как им провернуть игру так, чтобы не уйти с поля с разгромным счётом. С другой стороны, все в этой команде изначально не собирались побеждать. Нил тяжело вздыхает.       — ... и только посмейте получить красную карточку! Будете бегать все марафоны, которые я найду в штате! Судьи сегодня жестят, бдят за соблюдением правил, как ястребы, не давайте им лишний повод вас оштрафовать. Всё ясно?       — Да, тренер, — хором мычат уставшие лисы.       У них есть ещё пять минут перерыва, и Нил уходит в туалет раздевалки, чтобы быстро умыться. По пути обратно в фойе он чуть не врезается в Сета, который загораживает проход и гневно пялится в экран своего телефона.       — Смотри, куда прёшь, — рычит Гордон, отходит к своему шкафчику и яростно закидывает на полку трубку, а потом с лязгом хлопает дверцей.       Что это с ним? Нил провожает взглядом его напряжённую фигуру, уходящую обратно в фойе, но быстро выбрасывает из головы ненужные мысли.       Команда возвращается на площадку.       На этот раз Нил вместе с Кевином выходит в стартовом составе на второй тайм. Лисы распределяются по площадке, соперники занимают свои позиции. В ожидании сигнала время будто останавливается.       Гудок.       Элисон даёт пас назад на Рене в попытке повторить первую схему, придуманную Нилом. Рене пасует Аарону, тот — Нилу. Но Шакалы, к сожалению, не идиоты, поэтому перехватывают мяч ещё на подлёте у стены, через которую Миньярд отдавал пас. Нил не раздумывает, бежит к их дилеру, бьёт древком клюшки по клюшке соперника, выбивая мяч из сетки, и сразу выбрасывает снаряд под углом вверх в потолок со всей силы. В той стороне где-то маячит Кевин, вдруг сможет перехватить, но Нил не успевает посмотреть, так как ему в рёбра прилетает клюшкой. Блять. Мгновенная неожиданная боль почти заставляет его рухнуть на колени, забирая весь воздух, но в последний момент Нил успевает опереться на свою клюшку, чтобы не упасть. Две секунды на то, чтобы отдышаться и сконцентрироваться на игре, ещё несколько на то, чтобы быстро прощупать бок на предмет перелома. Вроде нет, просто сильный ушиб. Нил оборачивается на Ваймака и качает головой, мол, я в порядке, меня не нужно вытаскивать. Тренер стиснув зубы кивает ему в ответ и машет рукой в сторону ворот соперника. Нил оборачивается, крики товарищей и звуки игры вновь врываются в сознание, заставляя обратить внимание на поле и кинуться в атаку, но...       Гудок. Игра останавливается.       Нил не понимает, что происходит. Тот же судья, который штрафанул Мэтта, открывает дверь и выходит на поле, направляясь к Кевину, тот застыл, как олень в свете фар. Мяч, отскочив от ворот за спиной шакальего голкипера, бесполезно катится к средней линии. Гол не засчитан? Почему ворота не горят красным? Судья показывает Кевину жёлтую карточку. Нил ошарашенно моргает и бежит к столпотворению, куда стеклись все лисы, кроме Рене. Чего? За что штраф? Почему гол не засчитан? И не он один не понимает. Все кричат, кроме Кевина, который смотрит на свои ноги, будто не может поверить, что у него их две штуки.       — ...надцать шагов, Дэй, уходите на скамейку, или я выдам красную карточку! — Голос судьи строгий и жёсткий, взгляд ледяной, он машет рукой в сторону лисьей скамейки запасных.       — Это бред сумасшедшего! — Кричит на судью Элисон. — Он всегда считает шаги! Не было одиннадцать!       Нил застывает на месте, будто его тело заморозили. Чего, блять? Кевин Дэй сделал одиннадцать шагов? Даже звучит нереально, такого словосочетания просто не существует в природе.       На поле выходит Ваймак, понимая, что дело пахнет керосином. Тренер быстро и тихо переговаривается с судьёй чуть в стороне от команд, а потом подходит к лисам.       — Они посмотрят повтор в замедленной съёмке. Ждём.       К Нилу подходит Эбби, спрашивая о его самочувствии, но ему сейчас не до этого, он отмахивается от медсестры, внимательно наблюдая за судьями, которые столпились у монитора, пересматривая повтор последних секунд игры. Один из них, как идиот, загибает пальцы, наглядно пересчитывая шаги Кевина, потом он мотает головой, просит перемотать обратно. Трое из шести судей начинают спорить между собой. Тот, кто выдал карточку Кевину, тычет пальцем в экран, что-то доказывая своим коллегам, и через минуту они скупо кивают, соглашаясь с ним. Нил не верит своим глазам.       — Кевин, — тихо говорит Нил, сглатывая шок в горле, — ты реально сделал одиннадцать шагов?       — Нет, нет, я не мог... было десять, я считал... — Шепчет Кевин в ответ.       Главный судья подходит к Ваймаку, подтверждая вердикт. Тренер устало трёт руками лицо и машет Кевину, чтобы тот убирался с поля. Дэй, как в трансе, направляется к скамейке запасных, а вместо него на поле выходит Гордон. Зрители кричат, сотрясая трибуны многотысячным рёвом недовольства. Они пришли сюда вживую увидеть триумфальное возвращение легенды экси в игру, а его отстранили в начале второго тайма за какое-то очень спорное идиотское нарушение.       Элисон громко матерится на судей, Ники что-то вопит Аарону, пока тот отмахивается от кузена, рыча на него в ответ. Сюр какой-то. Нил не может сосредоточиться, но времени не осталось. Им не засчитали гол Кевина, счёт по прежнему 5:3 в пользу Шакалов. Нил сжимает руку на ушибленных рёбрах, приветствуя отрезвляющую боль, сознание прочищается. Ладно. Это бред, но они потом разберутся. Сейчас нужно играть дальше.       Гудок.       Нил срывается с места, отбрасывая последние тормоза, как и остальные лисы. Они в гневе и ярости за несправедливо осуждённого товарища. Общий враг и обжигающая обида сплачивают команду. Их передачи молниеносны, они читают друг друга и соперника, быстро анализируя ходы. Мяч у Ники, потом у Элисон, снова Ники, Аарон, и вот он уже летит в Нила. Никто не делает больше пяти шагов, совершая быстрые точные передачи друг на друга. Нил таранит своего опекающего плечом, зарабатывая новый синяк, но расчищает себе путь и несётся к воротам со скоростью пули. Вратарь блокирует его удар, смещаясь влево, но Нил повторно перехватывает отскочивший мяч, пасуя на подбежавшего Сета. Элисон страхует его от защитника со спины, пока Нил отбегает в сторону от своего, и Гордон пробивает мяч в ворота. Датчики горят красным, гудок, гол засчитан. Какая красивая работа, не к чему прикопаться. Нил улыбается, как дурак, грудь наполняется искренним восхищением.       Но это не длится долго. Разъярённый защитник Шакалов заносит кулак и внезапно бьёт Элисон прямо в грудь. Девушка задыхается от боли и падает на пол, сгибаясь пополам. Да что, блять, творится? Нил будто в замедленной съёмке видит, как у Гордона срывает тормоза, и он, отбрасывая клюшку в сторону, налетает на Шакала, начиная неистово избивать его. Сука, что он творит?! Нил мгновенно оказывается рядом с потасовкой, пытаясь остановить Гордона, хватает его за локоть, чтобы оттащить его в сторону от Шакала, но тот выворачивает руку из захвата. Запястье Нила простреливает болью, но он не обращает на это внимание, хватает Сета другой рукой за шиворот джерси и рывком отбрасывает идиота назад от поверженного противника. За спиной снова кричат, все судьи, тренеры и игроки выбегают на поле через распахнутые двери. Вот-вот начнётся побоище. Гордон вырывается из рук Нила и уже оборачивается, чтобы напасть теперь на него, но тут поперёк груди его перехватывает Ваймак. Все орут. Нил выдыхает и осматривает площадку. Блядский цирк, а не игра. Аарон вместе с Эбби помогают Элисон подняться с пола, Ники маячит позади рядом с Рене, которая почему-то не в воротах. Судьи свистят, размахивая красными карточками, оттесняя Шакалов от лисов, выгоняя с площадки вообще всех.       Команда собирается на скамейке запасных. В таком шуме невозможно что-то услышать, трибуны верещат. Нил оглядывается вокруг. Очень бледный Кевин сидит рядом с Эндрю на другом краю скамейки, тот равнодушно осматривает стадион и держит в руках бутылку Гаторейда. Мэтт стоит рядом с Рене потерянный и грустный. Элисон вместе с Эбби уходят с поля в сторону раздевалок, Ники и Аарон о чём-то спорят, а Ваймак орёт на Сета, пытаясь перекричать трибуны.       — Ты хоть понимаешь, что ты наделал?!       — Он это заслужил, тренер! — Кричит Гордон в ответ.       — Заткнись и сядь на лавку!       Что наделал Сет? Сфолил, получил красную карточку, вот что.       И тут до Нила доходит. Он осматривает скамейку запасных в немом ужасе, ведь... Мэтт и Кевин оба получили по две жёлтые карточки, они выбыли до конца игры. Дэн с травмой лодыжки, Сет с красной карточкой, Элисон в медпункте, а Эндрю не был заявлен на игру с самого начала. Итого... Нил, Аарон, Рене, Ники... и всё. Их четверо. Они не могут играть вчетвером. Запасных нет. Пиздец. Нил даже не знает, что в этом случае обычно делают судьи. Такого на его памяти не было ни разу в студенческой лиге, и тем более в профессиональной. Игроков всегда было достаточно у всех, кроме Лисов. Он панически смотрит на Ваймака, задавая немой вопрос. Что дальше? Что нам делать? Тренер лишь отрицательно мотает головой, указывая ему на скамейку.       — Сядь, Джостен. Ждём решение судей.       Трибуны не затихают ни на секунду, люди продолжают вопить, топать ногами и размахивать тупыми плакатами. Нил снимает шлем и перчатки, сдёргивает бандану с волос, протирая ей вспотевшее лицо. Его нога нервно подпрыгивает, а глаза следят за судьями, опять столпившимися у своего стола. Пять минут они совещаются, заставляя всех на стадионе волноваться. Когда главный судья выходит на площадку с микрофоном в руке, гул толпы внезапно затихает. Все люди, буквально все, замолкают и застывают в ожидании вердикта.       — Внимание. Команда "Лисы" университета Пальметто более не может продолжать игру из-за недобора игроков, им объявляется техническое поражение. Счёт будет сохранён. Пять-четыре в пользу "Шакалов" университета Брекенридж.       Он опускает микрофон и уходит с площадки. Еще несколько мгновений до людей доходит информация, а потом трибуны взрываются яростью и криками. Ор такой мощный, что способен оглушить и уничтожить чьи-то барабанные перепонки. Нил смотрит на Ваймака, который с гордо поднятой головой, но с поражением в глазах, принимает участь своей команды, приказывает всем встать и уйти в раздевалку. Никаких пожиманий рук соперникам, никаких препирательств с судьями, тренер просто пытается увести свою команду с поля и сохранить остатки достоинства.       Нила пошатывает от адреналина и злости, уши закладывает от гомона трибун, он цепляется побелевшими пальцами за свою клюшку, желая пойти к судьям и что-нибудь сделать... Поругаться? Попробовать договориться? Заставить изменить решение? Но что он может предложить им? Лисов и правда осталось четверо, ну, может, четверо с половиной, если Элисон после удара в грудь ещё будет способна играть дальше. Бесполезно. Нил ловит взгляд Эндрю, пытаясь вернуть себе хоть какую-нибудь устойчивость в этом шатком мгновении, и Эндрю его не подводит. Смотрит холодно и безразлично, будто вся эта игровая драма его никак не касается. Нил нервно выдыхает свою злость из лёгких, погружается в его ледяное спокойствие, окунается в полное отсутствие эмоциональной реакции на лисий провал века, закутывается в одеяло скуки и молчания, чтобы погасить собственную ярость. Хотя бы на время, всего на несколько минут.

***

      После душа и медицинских осмотров Ваймак отпускает команду в общагу без разбора полётов, тренер молчалив и угрюм, все понимают, что подробный разнос их ожидает в понедельник на тренировке. Нил хочет срочно пересмотреть запись игры, не может быть, чтобы Кевин сделал одиннадцать шагов. Нужно убедиться, что лисов не засудили. Но у него нет времени сегодня вечером, сразу после игры ему нужно было ехать в Колумбию — проблема мексиканского картеля сама себя не решит. Сет исчезает где-то по дороге в Башню, Мэтт сразу уходит в комнату к девушкам, не сказав никому ни слова, грустный великан, в то время как Дэн продолжает материться на судей, Кевина и Сета. Нил проглатывает собственное разочарование и уходит в свою комнату, чтобы переодеться и собрать вещи в дорогу, отказываясь от предложения капитана остаться с ними в общаге, пересмотреть запись игры и напиться с горя в процессе.       Когда он выходит из спальни с сумкой в руках, то видит Эндрю, вальяжно рассевшегося на диване в гостиной, рядом с ним на сидушке лежит бумажный пакет. Нил тупо смотрит на вратаря, которого точно не должно быть в комнате, ничего не спрашивая. Эндрю поднимается с дивана, разминая шею.       — Переодевайся.       Нил смотрит на пакет, видимо, с новыми шмотками для Райских Сумерек. Когда Эндрю вообще успел купить ему новую одежду? Его же только сегодня выписали из рехаба, и они сразу поехали на стадион. Он что, купил кучу вещей заранее, еще до клиники? Он рассчитывал, что Нил будет ездить с ними в клуб постоянно? Новый вопрос для блокнотика с именем "Эндрю", замечательно.       — Я не могу с вами поехать, у меня планы, — отвечает Нил.       — Найдешь того судью и вежливо попросишь его пересмотреть результаты матча? Это не поможет.       — Нет.       Эндрю подходит ближе, останавливаясь в одном шаге от Нила, и пристально смотрит ему в глаза. Его взгляд чист и холоден, завораживающие зеленоватые крапинки в карей радужке будто гипнотизируют Нила.       — До того, как попасть в колонию для несовершеннолетних, я побывал в двенадцати приемных семьях. Ни одна из них не была хорошей, — говорит Эндрю, и Нил не сразу понимает, что ему дают новый факт на их правдивый обмен.       — Должно быть, это было ужасно, — отвечает он, не пуская в интонацию голоса ни капли жалости или сочувствия, оставляя лишь холодное принятие. Да, они побывали в дерьме, и ничто это уже не исправит. Нет смысла в сожалениях.       — Что ты собираешься делать сегодня вечером? — Спрашивает Эндрю в обмен на свою правду.       Нил раздумывает, сколько этой самой правды он может доверить соулмейту, когда тот чист от наркотической пелены, разрушающей его разум и тело. Эндрю выглядит и ощущается непоколебимой скалой, способной принять на свои склоны любую грязь из мира Нила и не расколоться в процессе. Ичиро прав. Нужно определиться как можно скорее, стоит ли впускать Эндрю в их дела. Нил решает рискнуть и проверить его реакцию.       — Небольшой взлом с проникновением и старый добрый шпионаж.       Правая бровь Эндрю едва заметно дергается. Должно быть, он не ожидал такого ответа, может, он думал, что Нил опять отмахнётся от вопроса стандартным "работа". Нил внимательно следит за его реакцией, которую в лучшем случае можно назвать никакой. Нет возмущения, удивления, осуждения, ничего. Эндрю абсолютно похер на то, что Нил собирается сегодня вечером нарушить несколько законов.       — Куда ты поедешь?       — Как ни странно, нам по пути. В Колумбию.       — Тебе понадобится алиби, — тут же говорит Эндрю, не раздумывая ни секунды. — Поехали с нами в клуб, оттуда улизнёшь, но при этом, если понадобится, все скажут, что ты всю ночь был с нами.       Нил тупо моргает на такую невероятную щедрость. Вместо того, чтобы отговаривать Нила от совершения глупого преступления или необоснованного беспокойства о безопасности своих людей из-за близости с незаконной деятельностью Нила, Эндрю предлагает ему алиби? Невероятно.       — Ты не убедишь Аарона свидетельствовать в мою пользу, — улыбается Нил.       — Он и не заметит твоего отсутствия, идиоты напьются и обдолбаются крекерной пылью в первые же минуты пребывания в клубе. Переодевайся, кролик, не заставляй меня ждать ещё дольше.       — Мне нечего тебе предложить в обмен на алиби.       — Мы в расчете. За побег Аарона. Не люблю быть в долгу.       — Ты ничего мне не должен, Эндрю.       — Заткнись и переодевайся, — говорит он и выходит из гостиной в коридор.              Если Нил раньше и сомневался в связи родственных душ (и не без оснований), то сейчас окончательно убедился, что она настоящая. Не может такого быть, чтобы другой человек так сильно подходил тебе. Невероятно. Глупая улыбка почти не сходит с его лица, пока Нил меняет повседневную одежду на модные, продуманные до последней детали шмотки, которые ему подарил соулмейт.

***

      Всё идёт по плану. Нил вместе с группой Эндрю едет в Колумбию. Кевина и его верную спутницу — бутылку водки — выгоняют на заднее сидение. В пути всем приходится мириться с нытьём Кевина о худшей игре в истории экси, и Нил согласен с этим суждением, но ничего не говорит, не желая подстёгивать самоуничтожение Дэя. Эндрю это быстро надоедает, и он прибавляет громкость музыки настолько, чтобы никто не смог комфортно разговаривать вслух. Они заезжают в "У красотки", покупают мороженное и наркотики, едут в клуб. Нил выжидает полчаса громкой музыки и шатаний пьяных потных тел, а потом кивает Эндрю и исчезает в толпе, чтобы незаметно покинуть клуб через выход для персонала. Он забирает свои вещи из багажника GS, переодевается на заднем сидении в непримечательную одежду и, накинув капюшон, сливается с ночными тенями в переулках, добираясь до нужного адреса пешком.       Всю предыдущую неделю Нил и Робин внимательно изучали верхушку и взаимодействие людей внутри колумбийской ячейки картеля "Роблес". Их негласный лидер Алехандро Кортес оказался на редкость умным и осторожным мудилой. Он и на сотню футов не подходил к той наркоте, которую распространяли его шестёрки. Первой идеей была старая добрая подстава — сдать его копам, убрать с улицы и внедрить несколько новых человек-шпионов, пока все заняты дележкой власти. Но копы уже несколько лет неустанно пасли Кортеса и его окружение и не смогли найти ничего, за что его можно было бы прижать. Грохнуть его и таким образом обеспечить схожий эффект пока было резервным планом на самый крайний случай, ведь обычно после убийства босса закономерно начинается месть всем причастным, а Нил пока не хотел начинать войну банд на улицах Колумбии. Пришлось искать другой путь. Если не получается внедрить шпиона внутрь, нужно просто вычислить их информационный поток, что позволит следить за действиями картеля на расстоянии и не подвергать никого опасности. Но и здесь его поджидало одно большое "но".       Нил никак не мог понять, каким образом Кортес отдаёт приказы своим людям и как получает их от своего босса из Мексики. Копы пасут его почти круглосуточно, копаются в мусоре, ищут одноразовые телефоны или любые признаки незаконной деятельности, которая прикрыта вполне законной "строительной фирмой". Кортес слишком умён для своего блага, и умудряется нигде не палиться. Кроме одного маленького исключения.       Несколько дней назад Робин выяснила (Нил не знает, каким образом, и не хочет знать) кое-что интересное — у грозного безжалостного лидера непримиримых мексиканцев есть тайная любовница. Точнее, любовник, и поэтому — тайный даже для его ближайшего окружения, видимо, он постеснялся выходить из шкафа перед своей бандой. На имя этого любовника арендовано две квартиры в одном и том же жилом комплексе рядом с домом Кортеса, и, если одна из них — личное жильё, то вторая — точно место для их супер секретных свиданий.       Обычно по пятницам половина картеля собирается в баре на другом конце города, чтобы бухать и веселиться в угоду своим прогнившим душонкам, а значит, даже если любовник Кортеса будет дома, а не с ними, то в гнёздышке на два этажа выше — точно никого не будет. В этой квартире, максимально засекреченной от всех членов картеля, может быть что-то интересное. Дом Кортеса многократно обыскивала полиция, когда умудрялась выбить ордер, но там ничего не находили, как и в жилищах остальных подручных. Но не может быть такого, что все они общаются телепатически. Лидеры других ячеек и глава всего картеля в Мексике каким-то волшебным образом должны отдавать-принимать приказы о поставках, продажах, убийствах и прочее. Где-то обязан храниться тот самый компьютер, или телефон, или почтовый голубь с корзиной распечатанных писем из Мексики. А Нилу нужно проверить, происходит ли это в тайной квартире любовника Кортеса, или же где-то есть ещё более интересное место.       Как он и сказал Эндрю — взлом, проникновение, шпионаж. Ни слова лжи.       Карие контактные линзы, одноразовые перчатки и медицинская маска на лицо — нельзя, чтобы остались улики его пребывания в этом месте, отпечатки пальцев или видео с отличительными чертами. Обыск должен пройти незаметно для Кортеса и его любовника — в идеале, но риск спалиться всё равно присутствует, нельзя его отбрасывать без подготовки. Некоторое время Нил следит за нужными окнами в бинокль — света нет, движения внутри нет. Окна второй квартиры также безмолвны и темны. Убедившись, что никого нет дома и дождавшись сигнала от Робин, он попадает в подъезд. Замок на двери новый, хороший, но для опытных рук Нила всё равно не преграда. Это однокомнатная студия с заметным отсутствием постоянно проживающего человека. Мебели минимум, кухня толком не укомплектована утварью, нет безделушек на полках или декораций мнимого уюта. Всё почти стерильно и безличностно. Нил фотографирует обстановку на маленькую цифровую камеру на всякий случай. Роется в небольшом шкафу с одеждой, складывая вещи обратно, когда ничего интересного не находит. Компьютерный стол без компьютера привлекает его внимание. Серебристый ноутбук в верхнем ящике — вот, что он ищет. Нет времени самому копаться в нём, поэтому Нил вставляет в юсб-порт флешку от Робин с хитровыдуманным вирусом, который позволит девушке удалённо подключиться к файлам и прошерстить их позже. Пока идёт загрузка, Нил продолжает осмотр стола, фотографируя всё, что находит — бумаги, конверты, канцелярские безделушки. Распашная дверца под ящиком закрыта на простенький замок, тут и булавка справится. Внутри обнаруживается что-то вроде старой печатной машинки и ничего больше. Нил на всякий случай фотографирует и её, потом разберётся. Вирус заканчивает грузиться на ноутбук, Нил выключает его и возвращает обратно в ящик, оставляя всё точно так же, как было до.       Кухня не приносит никаких сюрпризов. Посуды почти нет, все поверхности отмыты до блеска, холодильник пустой, мусорка под раковиной пуста. Нил осматривает стены и пол на предмет скрытых тайников, и находит один под половицей, но там лишь пистолет и несколько запасных обойм. Сфотографировав всю квартиру ещё раз, проверив, что всё лежит на своих местах, Нил уходит из неуютного любовного гнёздышка. Если на компьютере окажется лишь коллекция порно, он очень расстроится, да и Робин будет стебать его очень долго.       План Нила срабатывает отлично. Никто не застаёт его на месте преступления, не приходится искать оправданий или убивать свидетелей. Успех, можно собой гордиться. Нил возвращается в клуб в надежде, что братья и Кевин всё ещё там, и ему не придётся топать пешком до их дома и объяснять пьяным идиотам, куда он пропал, подвергая своё драгоценное алиби сомнениям. Его опасения не оправдываются. GS всё ещё на парковке клуба, Нил снова переодевается на заднем сидении и направляется к входу для персонала. Там, неожиданно, курит Эндрю.       Соулмейт видит его, достаёт из пачки вторую сигарету, подкуривает и протягивает Нилу.       — Как всё прошло? — Спрашивает Эндрю, выдыхая дым Нилу в лицо, пытаясь выглядеть безразлично незаинтересованным. Но его цепкий внимательный взгляд ощупывает каждый дюйм Нила на предмет повреждений.       — Как по маслу. Никаких проблем.       — Я хочу знать, во что ты вляпался на этот раз.       — Это моя работа, Эндрю. Я не собираюсь посвящать тебя в подробности. Меньше знаешь, крепче спишь.       — Я сплю крепче, когда мои люди в безопасности.       — Твои люди в безопасности, не переживай.       — Но не ты.       — А я и не твой, — выпаливает Нил и замирает от этого слишком большого груза истины. Он говорит правду, ту правду, которую знает, в которой уверен. Это ощущается горечью на языке, но Эндрю никогда не говорил обратного, значит, нет смысла думать, будто между ними что-то изменилось после рехаба.       Эндрю делает шаг вперёд, разворачивая корпус и заставляя Нила прижаться спиной к кирпичной стене позади.       — Ты же не настолько идиот. Я дал тебе ключи от своего дома, от машины. Я доверил безопасность своих людей на время реабилитации. Теперь понятно? — Эндрю снова затягивается сигаретой, выдыхая последний дым из легких. Его глаза темные и глубокие, как жерло спящего вулкана, а зеленоватые крапинки почти неразличимы.       — Это была лишь сделка, — почти шепчет Нил, пытаясь взять под контроль разбушевавшееся сердце. Глаза Эндрю будто загипнотизировали его, не разрешая даже моргать.       — Повторяю для особо одарённых. Ты мой. Это не обсуждается. Позже поговорим.       Эндрю отбрасывает окурок щелчком и уходит в сторону двери для персонала. Нил только через несколько секунд разрешает себе дышать и приказывает глупому взволнованному органу, качающему кровь по венам, успокоиться. Что это было вообще? Сигарета, которой он так ни разу и не затянулся, безвольно выпадает из пальцев на асфальт. Нил очень странно себя чувствует. Всё внутри дрожит и трепещет, а в голове на повторе хриплым голосом Эндрю: ты мой, ты мой, ты мой.       Нервно. Красиво. Испепеляюще приятно.       Ты мой.