Чувствительность

      Комнату медленно заполнил лунный свет. Глеб проснулся от толчка в бедро,который явно произвел Вадим. Самойлов младший непонимающе приподнял голову и увидел как омегу метает в агонии. Казалось,что температура его поднялась выше кипения воды , настолько по виду ему было плохо. Вадик тяжело дышал, зажав в руках край одеяла. Черные волосы его растрепались по подушкам, а обычно невозмутимое лицо было искажено страхом и раскаянием. Глеб немного подумал , а стоит ли сейчас будить его? Все таки он привык , что брат спит как убитый . Хоть это и было , когда они по черному пили и кололись конскими дозами, но все ж. А вдруг из него демоны выходят? Нет, на демонов это конечно не было похоже, просто у человека что-то скребло на душе и Глеб, не сумев смотреть на мучения старшего, аккуратно залез ему холодными руками под футболку. Тонкие пальцы очертили круги на впалом животе и Вадим тут же подорвался. Все та же чувствительность. Глеб прекрасно помнил,что живот брата ужасно чувствительный. Вадим нервно кусал губы, смотря на сидящего перед ним Глеба. В свете луны Глеб был похож на юное солнышко, которое когда то встречало Вадика со школы. Внутри Вадима все связалось в тугой узел,а по мозгам хлестануло что-то жгучее. Скорее всего, совесть.        — Глеб,я монстр,— прошептал Вадим, всматриваясь заполненными слезами глазами в удивлённые голубые глаза напротив. Эти же глаза смотрели на него десятки лет назад,когда Глебу было пятнадцать и когда Вадим вдавливал его в диван Асбестской квартиры.       Самойлов старший задушенно завыл от воспоминаний.        — Ну чё началось то? Вот надо тебе посреди ночи отношения выяснять!— нахмурился альфа, ёрзая по кровати, не видя как треплет старшего от боли и истерзания совести.        — Глеб,я правда монстр. Самый настоящий!— сорвался Вадим,уже не скрывая своих эмоций. Глеб удивлённо смотрел,как брат впадает в истерику.        — Как? Как я , взрослый кабель мог полезть к тебе?! Ты же...был совсем мелким,— Перед глазами тяжелой пеленой у обоих вставала картина как озабоченный Вадим стягивает с брата джинсы, приговаривая,что все хорошо. Как он сдирает рубашку и как значок комсомола с грохотом катиться под стол. Дальнейшие события не хотелось вспоминать никому.        Глеб поморщился, стараясь отмахнуться от этого воспоминания. Он тогда ели-ели доверился брату и по правде сказать он ещё долго ему не верил после этого, но шел за ним, как на привязи.        Осознание пришло к Вадиму только в сорок. Лучше поздно чем никогда.        — Вадь,ты был молодой и дурной...я был доверчивым,— старался успокоить старшего Глеб,переминаясь с ноги на ногу,ведь босиком стоять на холодном бетоне не очень и приятно. Вадим,все ещё потрясываясь от отошедшей истерики, курил, стоя рядом с младшим.        — Иди в комнату, не стой на холодном,— шепнул хрипло тот, слегка повернувшись на брата. Младший не сдвинулся.        — Глеб,я со стенкой разговариваю?— Рявкнул Вадим и Глеб нехотя ушел. Дверь на балкон тихо хлопнула и послышался шорох покрывала. Глеб лег в постель. Вадиму было до смерти стыдно,что эти грязные руки касались юного тела. Глеб же просто хотел,чтобы ему объяснили,что такое любовь и какого это любить...        А Вадим просто воспользовался им, находя мальчишку очень красивым.        — Глесь,— Вадим лег рядом с братом, положив ему голову на плечо. От него сильно пахло сигаретами,а лицо до сих пор было влажным от слёз.        — Ну малыш,ты злишься?— омега ткнулся в плечо брата, как надоедливый кот.        — Ну прости меня,я знаю,это было ужасно! Ты имеешь право обижаться,я правда вел себя как последняя блядь тогда и вс...— Вадим прервался. Послышался тихий храп. Глеб по просту уснул! А Вадим ему тут душу раскрывает. Самойлов старший недовольно сжал тонкие губы.        — Вот зараза,— ругнулся он, то ли на себя,то ли на брата.        — Проснётся — ни словечка не получит...— Вадим и сам заерзал в постели, поближе прижимаясь к брату, согревая его своим неизменно жарким телом.        Они проваляются так до дня, ведь на часах уже около трёх ночи. Каждый из братьев погружен в свой сон,но в итоге их бедные,голодные души встретятся. Ведь их судьба — быть вместе. Страдать, любить и жить вместе.