Непростая работа бессмертного Кирари-Лау

      Ласси тоже не скучал. Для духа-лиса на Большой Игре имелось много работы. Большую часть времени Ласси трудился наперсточником в небольшом ярком шатре на площади – зазывал людей, предлагая за звонкие монетки угадать – под каким наперстком (в данном случае крохотной чайной чашечкой) находится горошинка. Ласси демонстрировал участнику и зрителям горошину, осторожно помещал ее под перевернутую чашку – одну из трех, пяти или семи – в зависимости от требуемого уровня сложности – и принимался неистово перемещать чашки, запутывая наблюдателей. Его тонкие руки так и мелькали – не уследишь.       Само собой, Ласси полностью контролировал процесс – горошина надежно покоилась не под одной из чашек, а у него в руке – в складке на ладони. При необходимости ловкий лис помещал горошину под нужную чашку, обеспечивая проигрыш или выигрыш – по необходимости для сюжета Большой Игры. Кроме всего прочего, Ласси был часть минимум дюжины квестов – игрокам было необходимо получить у него без насилия – не сражаясь и не отбирая – ряд предметов. То любимую вазу выдавшего задание, то картину, то флейту. Необходимые вещицы покоились на полках позади Ласси – так и приковывали взгляды.       Игроки старались, как могли. Вот подошла команда из воина и вора. Пока воин вел беседы, отвлекая, вор постарался стащить квестовый предмет с полки.       «Плохая попытка! Недостоверная. Надо стараться лучше.» — определил про себя Ласси, вслух сообщив: — Ай-ай! Поставьте кувшинчик на место. Я все видел. Сейчас позову стражу.       — Эмм… Что? Я просто смотрел! – стушевался вор, ставя сворованное на место.       Игроки предпочли спешно ретироваться пока не возникли неприятности с законом. Квест был провален.       Новому отряду повезло больше – воровка и лекарка сработали удачнее. Эти выбрали похожую тактику. Целительница предложила сыграть партию – на трех чашках по минимальной ставке.       — Попытаю удачу! Вдруг повезет. – улыбнулась она.       Девушка, ожидаемо, проиграла. Но вот ее подруга-воровка вполне удачно стащила то, что требовалось. Конечно, Ласси все ощутил сканом, но вот зрением не заметил. Тут воровство было на несколько уровней лучше, чем у тех, кто пытался ранее.       «Молодец! Отлично постаралась. Сделаю вид, что не заметил! Нужно будет заменить кувшинчик, раз этот забрали.» — решил лис.       Девушки, заслуженно довольные собой, покинули шатер наперсточника.       Были и иные способы. Новая группа применила Убеждение – достаточно хорошего уровня – мощное и бронебойное. Если бы амулет ментальной защиты работы богов на шее лиса – могло бы и сработать.       — Прошу, отдайте мне кувшинчик! Он очень нужен одному лавочнику. – просил рыжий парнишка с особым даром очаровывать голосом.       «Ну, приемлемо. Воздействие не меньше двадцатого уровня. Отдам им то, что хотят!» — Ласси не часто баловал игроков, но на этот раз те и правда постарались.       Кувшинчик перекочевал из рук в руки.       — Ну ладно – так и быть. Пусть этот скряга-трактирщик порадуется. – проворчал дух.       Попытки выиграть квестовый предмет, играя в наперстки, традиционно проваливались. Здесь Ласси не было равных. Ни разу не встречался никто достаточно остроглазый, чтобы заметить, как он жульничает, убирая горошину со стола в руку.              Второй игровой ипостасью Ласси, помимо наперсточника, был мальчик-уличный воришка – обычный хуманс. Заданием участников было заметить, как оборвашка стаскивает то пару монет, то еду с прилавка. Тут обычно разыгрывалось три основных сценария. Первый был наихудшим – без всяких разговоров с Ласси.       — Эй! Этот мелкий паршивец стащил булку. Держи вора! – орал тяжеловооруженный боец-игрок.       На зов мигом кинулась стража. Паренька грубо скрутили и потащили прочь с оживленной площади. К счастью, стража была подставная – духи Храма Игры под маскировкой. Так что «случайно» попавшегося воришку снова отпускали – попасться на глаза новой паре игроков.       — Вот ведь гады, сдали меня, вопреки тощему и потрепанному виду! А я всего-то увел булку, чтобы поесть. – ворчал Ласси, — Между прочим по местным законам ворам отрубают руку! И на эту участь жестокие игроки обрекли бедного ребенка. Совести у них нет.       Второй сценарий был схож…       — Эй! Я все видел. – игрок-клирик ловко поймал незадачливого воришку за руку. Ласси принялся отчаянно канючить: — Отпустите меня, добрый господин! Я просто хотел есть.       Вид – самый жалкий. Одежда – поношенная. Взгляд – голодный и скорбный. И у камня бы пробудилось сострадание. Но не у игрока…       — Это не повод воровать. Родители не научили тебя быть честным?! – наседал клирик.       — Я сирота. Вырос на улице… — жалобно верещал Ласси.       — Стража! – гнул свою линию поймавший.       Воришка вновь отправился со стражей. А у обеих команд — участников Игры, сдавших вора, со счета списывались основательные суммы игровых монет – в наказание за жестокость к мирному.       Третий сценарий отличался большей позитивностью.       — Ты стащил яблоки, негодяй! – крепкий юноша-игрок держал Ласси за запястье, не собираясь отпускать. Яблоки предательски виднелись в поясной сумке воришки, обличая мальца в преступлении.       — Я кушать хотел… Простите! Больше не буду! – завывал Ласси – и весьма натурально. Не уличишь во лжи.       — Ладно тебе, Сай. Оставь его! – отмахнулся полноватый и улыбчивый товарищ по команде – кудрявый и коротко стриженный. – Паренек явно не от хорошей жизни ворует.       — Купить тебе поесть, малой? – обратился добродушный полненький юноша к Ласси.       Лис кротко кивнул и прошептал — «Спасибо!»       Напарник кудрявого закатил глаза: — Ты всех жалеешь, Дайро.       — В этом нет ничего дурного! – с улыбкой отозвался полненький.       Лиса накормили сытной горячей едой в хорошей едальне и отпустили с миром, не отобрав сворованные яблоки.       — Детям нужны витамины. – произнес полненький непонятную Ласси фразу и сам заплатил обворованной торговке за украденные фрукты. Он не знал, что Храм игры заранее оплачивал то, что предстоит своровать и специально просил торговцев настаивать на наказании для воришки. Так что продавцы были в курсе, что все это лишь постановка.       Игровой счет пожалевшей лиса и накормившей его команды солидно пополнился – за проявленную к сиротке доброту.              Ласси осторожно скользил сквозь толпу. Как обычно – под маскировкой. На этот раз – простой ремесленник-работяга. Паре игроков по ошибке попали не те игровые предметы. Их нужно было срочно заменить. А вот и нужные ауры – игроки как раз собирались свернуть с большой и многолюдной улицы в переулок. Ремесленник словно бы случайно столкнулся с тем из участников, который нес не тот груз. Мгновение, немного чар, ловкость рук. И вот уже в сумке игрока находится то, что надо. А то, что НЕ НАДО удаляется прочь по улице вместе с воришкой-лисом.              Ласси прошмыгнул в шумной толпе, лавируя меж людей. Лис довольно улыбался. Эту часть работы он любил особенно – незаметно подкинуть в сумки особо отличившимся на небоевом пути прохождения игрокам хитрые головоломки – начало крайне выгодной не боевой цепочки квестов. Если разгадать головоломку, верно сложив детали из полированного дерева, то получишь карту, ведущую к подлинному сокровищу – огромной горе Игровых монет. Огорчало одно – головоломка была сложной и шансов на то, что с ней кто-то справится почти не имелось… Но лис искренне надеялся. Увы – ни в эту, самую первую Игру, ни в несколько последующих подобных интеллектуалов так и не нашлось.       «Хоть бы раз предстать перед игроками с привлекательной внешностью. То возрастной наперсточник, то простоватый ремесленник, то ребенок! А я, между прочим, КРАСИВЫЙ!» — сокрушался про себя дух. Но увы – его набор ролей соблазнительность не предполагал.              — ВСЁ ЗАВЕРШИЛОСЬ! УСПЕХ! – духи Храма Развлечений плакали от счастья и дружно обнимались. Месяц подготовки и три дня настоящего кошмара и самой напряженной работы остались позади. Ночи почти без сна, постоянное нервное напряжение, отсутствие возможности хоть немного расслабиться и спокойно поесть – все в прошлом. На один год. Они справились. Зрители в Зале трансляций и те, кто наблюдал за Игрой через Видящие сферы, остались в восторге. Проект явно не только окупился, но и принес значительную прибыль. Правда прибыль досталась Небесному совету, а работникам Храма – скромная зарплата и не более того. Хотя… хитрый Кирари предложил своим сотрудникам и самим сделать ставку – к счастью, это пока не возбранялось. Бог Игры точно знал, на кого следует ставить – никаких крупных ставок на боевых чемпионов – всего лишь скромные пятьсот монет на то, что одна небоевая команда войдет в первую десятку по числу баллов и успешно доберется до финиша. Так и вышло.       «Позднее Совет сообразит, что оставлять право на ставки тем, кто активно участвует в процессе Игры и на многое может влиять в ходе прохождения не очень хорошая идея! Но далеко не сразу. Особенно, если не наглеть и ставить скромно.» — думал Кирари. Не то, чтобы он и его духи активно «тащили» СВОЮ команду к успеху. Просто оценили потенциал и создали подходящие условия – дабы этим не боевых точно никто не мешал, и они смогли достойно проявить себя.       Пятьсот монет ставки с трудом собрали всем Храмом и теперь выигрыш предстояло честно разделить меж ставившими. Неплохая прибавка к низкому жалованью.       В прошлом осталась церемония награждения победителей – они получили золото, драгоценные камни, артефакты, особые способности или усиление имеющихся даров. Команда, сумевшая занять первое место, и вовсе обрела бессмертие – главный и самый ценный приз Игры.       Позади тщательная уборка Храма, приведение в порядок всего и вся – от посуды и лежанок до храмовой утвари. Теперь впереди праздничный пир.       Длинный общий стол не ломился от деликатесов, угощение было простым и дешевым. Но его вкушали все вместе – с чувством солидарности и отлично исполненного долга. За это время ранее незнакомые духи сдружились и стали не то, что одной командой, а настоящей семьей.       — Мы не возвращаемся в тюрьму! По крайней мере пока. – именно с этими словами Кирари сблизил свой бокал с бокалами Фогду и Ласси. Раздался протяжный звон стекла.       — Какое счастье! Надо в новом году устроить нечто и того лучше. – улыбнулся лис.       — Мы принесли хорошую прибыль Совету. – заверил жаб, — Если получится продолжить в том же душе, то может быть мы не угодим обратно за решетку. Я надеюсь…       — У меня есть кое-какие идеи по поводу следующей Большой Игры… — начал было божество.       Но друзья замахали на него руками и лапами: — Только не сейчас! Дай отдохнуть. Сегодня мы и слышать ничего не хотим о работе.       Кирари рассмеялся и налил себе еще немного чая, а затем наполнил тарелку снедью.       — У нас отдых! – заявил Фогду, уминая большой кусок пирога и подкладывая себе закусок.              В тот вечер обитатели Храма Игры веселились от души. А потом еще сутки отсыпались после тяжелых трудов.       Но увы – прохлаждаться дольше было нельзя. Их снова ждала работа. Ким-Нинджун – тот самый чиновник, который входил в комиссию, определяющую финансирование Большой Игры, явился с официальным визитом.       — Все прошло довольно неплохо. Небесный Совет доволен. – объявил он, — Жду вас сегодня вечером в моей обители для обсуждения бюджета проекта на следующий год.       — Да, само собой, господин Нинджун! – Кирари низко поклонился.                     Когда вечером за Кирари прислали паланкин, он разместился там вместе с Фогду. Бога Игры и его товарища доставили в уединенное имение чиновника.       Лицо Нинджуна побледнело и вытянулось, когда он увидел, что объект его интереса прибыл не один, а с весомым сопровождением.       — Я ожидал только вас, господин Кирари! – удивленно бросил Ким-Нинджун.       — Это мой главный бухгалтер. Мы же собрались обсуждать бюджет. А я совсем ничего не понимаю в этих скучных цифрах. – всплеснул руками Кир, — Умею только организовывать и договариваться. Неплохо придумываю квесты и отыгрываю разных персонажей. Что до финансовой части – это к господину Фогду-Рами.       — Как я рад возможности обсудить все лично! – воодушевленно начал жаба, доставая толстенную пачку документов. – Здесь у меня предварительные данные по предстоящим расходам. Извольте ознакомиться, господин Нинджун.       Счетовод устремился к чиновнику, грозно размахивая свитками. Фогду с таким запалом накинулся на Нинджуна с выкладками, диаграммами, таблицами и сводными отчетами, что тот через час запросил пощады, подписал все не глядя и выпроводил гостей, на всякий случай заперев ворота обители на засов – чтобы, не дай демоны, дотошный жаба не вернулся.       — Спасибо, друг! – довольный Кирари обнял товарища.       — Рад стараться, Кир. В итоге все обернулось на пользу и тебе, и Храму. – отозвался Фогду.              Следующая встреча была с Саардом. Он заглянул за Кирари-Лау и утащил бога Игры гулять в один из садов столицы Междумирья с тенистыми уединенными тропками, красивыми мостами и уединенными беседками. Бог войны был необычайно доволен.       — Отличная штука эта ваша Большая Игра. Столько сражений. Есть на что посмотреть. Я присмотрел себе троих верующих – весьма перспективных. И у меня сыграли целых две ставки. Такая куча денег! Жду не дождусь следующего мероприятия. – громогласно вещал рыжее божество.       — Да, проект оказался очень удачным. – осторожно начал Кир. Бог Игры принялся рассказывать о кое-каких реализованных в этом году идеях, но Саард грубовато прервал его, не выказав интереса и желания слушать.       — Ты симпатичный – как раз такие мне нравятся. После сражений вторым по привлекательности зрелищем на Игре оказался именно ты. Я с нетерпением ждал встречи наедине! – пальцы бога войны скользнули по щеке Кирари, а затем по шее.       — Спасибо за комплимент… — бог Развлечений замер, несколько растерявшись.       Взгляд Саарда скользнул по простеньким украшениям Кирари – из дерева, глины, кожи, не драгоценных поделочных камней.       — Вот. Это подойдет тебе больше, чем дешевые побрякушки. – бог войны протянул Киру золотую толстую цепочку с кулоном из рубина.       — Благодарю. Вы очень щедры, но… — начал было бог Игры. И снова Саард не дослушал, застегнув украшение на шее Кирари.       — Ох… — только и оставалось вымолвить божеству весны. Учитывать его мнение явно не собирались.       Саард поспешил продолжить прогулку, увлекая Кира во все более глухие места сада – к домикам-беседкам.       «Он, что – собирается затащить меня в чащу и там… Ничего себе романтика. Ни ужина, ни нормальных разговоров. Вручил украшение и поволок в кусты!» — возмутился про себя Кир.       Наконец зелье, выпитое юношей перед прогулкой, начало действовать. На лице Кирари проступили алые пятна, на лбу выступил пот, дыхание сбилось, к горлу подступила тошнота.       — Что с тобой? – теперь даже не слишком внимательному Саарду стало очевидно, что его пара не в порядке.       — Ох, что-то мне нехорошо. Это, должно быть, приступ лихорадки Эвекк… — простонал Кир, останавливаясь и пытаясь восстановить дыхание.       Лихорадка Эвекк была одной из немногих болезней бессмертных, поражала духов и слабых богов при переработке и перерасходе маны.       — Только сейчас началось? – нахмурился бог войны.       Кир жалобно кивнул, побледнел и с протяжным «Простите!» устремился в заросли. Оттуда вскоре донеслись весьма характерные звуки тошноты.       Когда минут через десять Кир снова появился на тропке, Саард был мрачен и раздражен. Не такого он ожидал от долгожданной встречи.       — Пойдем! Провожу тебя до твоего Храма. – буркнул рыжий, стараясь не смотреть на бога Игры.       Кир плелся за кавалером, внутренне торжествуя. На месяц-другой Саард точно отстанет.