хризантемы и розы

— хо, я реально не понимаю. он пиздец красивый, умный, слишком завораживающе рисует, так ещё и вежливый… такое бывает? — парни сидели в баре и ждали свой заказ. — ну, я бы засомневался в его реальности, если бы не встречал в университете. а вообще, как всё прошло, помимо того, что ты залип на его красивую мордашку? — минхо тихонько хихикал. — я не говорил такого, во-первых. а во-вторых, всё прошло гораздо лучше, чем я думал. оу, спасибо, — официант принёс им бутылку соджу, две маленькие рюмки и закуски, — хёнджин рассказал мне буквально о каждой картине, я на всякий случай даже на диктофон записал. потом я чуть не уснул и пригласил его выпить кофе, а он решил поехать со мной на метро, где я случайно уснул у него на плече… — ты шутишь? — я был безумно сонным, минхо, мне простительно. — чан, это кринж, — его губы скривились, показывая полное отвращение вперемешку со смехом. — заткнись и пей. в баре играла спокойная музыка, неоновые вывески придавали этому месту свою атмосферу, а от ароматических свечей пахло шафраном и манго. для заведения с дешёвой выпивкой, рассчитанного как раз таки на бедных студентов, здесь было весьма прилично и уютно. именно поэтому парни взяли в привычку обсуждать 'итоги недели' в этом баре с бутылочкой какого-нибудь алкоголя. — это что?.. хо, смотри! крис пытался достать павербанк из рюкзака и случайно наткнулся на какой-то листок с наброском, на котором был изображён он сам. в углу листочка виднелась маленькая подпись: 'сонныйᄏᄏ hyunpic'. — он нарисовал тебя? хёнджин? — минхо вырвал скетч из рук старшего и стал пристально разглядывать. — видимо, пока я спал? пиздец. — именно. — а его нужно благодарить как-то или… что делать-то вообще? — крис был поражён таким милым жестом хёнджина, но совершенно не понимал, как следует реагировать. — на второе свидание его пригласи, дубина. @gnabnahc: привет! я только увидел твой рисунокᄒᄒ спасибо огромное, я просто в шоке, как ты смог так хорошо нарисовать, сидя в метро!.. @hyunjinnn: привет, рад, что тебе понравилось! я старался быстро наметить, пока ты не проснулся, поэтому всё не сильно детализировано. @gnabnahc: скетч всё равно безумно милый! @hyunjinnn: ох, мне очень приятно ᅲᅲ @gnabnahc: ам, хёнджин. а ты бы не хотел сходить со мной на выставку моне в среду? @hyunjinnn: увлёкся живописью? да, я бы с удовольствием, на самом деле :) @gnabnahc: мне просто понравились твои рассказы о художниках. буду ждать возле галереи в полчетвёртого, договорились? @hyunjinnn: хорошо, до встречи! чан облегченно выдыхает и откладывает телефон на подушку. давно он так сильно не боялся кому-то писать, а тем более приглашать вместе куда-то сходить. он надеялся, что хёнджин не подумает ничего лишнего, но и боялся, что тот не захочет встречи с ним. сомнения терзали душу, поэтому лучшим решением в такой ситуации являлись сигареты. фиолетовые винстон с кнопкой. пальцы криса аккуратно обхватывают косяк, что становится похоже на маленький танец рук. кончики пальцев изящно изгибаются, приближая сигарету к раскрытым губам для глубокого вдоха. дым наполняем всё внутри и туманит даже разум. за это крис и обожает всем сердцем эту магию сигарет. он выпускает кольца дыма в открытое окно, за которым во всю льёт дождь. он барабанит по крыше и козырькам окон. всё на улице становится размыто, а свет уличных фонарей кажется далекими пятнами тёплого света. 'хёнджину бы понравилось рисовать такой пейзаж' — последняя мысль перед сном. на второе свидание — как его называет минхо — крис решил надеть что-то, подходящее по стилю хёнджину и самому месту, куда они направляются. синие прямые джинсы с белыми швами, тёмно-синюю водолазку поверх майки, серёжки-крестики и пару колец. парень искренне надеялся, что хван оценит его образ, обратит на него внимание и сделает комплимент. правда, сам чан всё ещё стесняется и боится. хотя только за начало этой недели парни встретились в университете несколько раз, а однажды вместе обедали в столовой, обсуждая предстоящую выставку. оказывается, что клод моне — один из самых любимых художников хвана, и чан совершенно точно угадал, выбрав его выставку для второй встречи. в этот раз крис не брал с собой ни термос, ни блокнот, ведь материал записывать ему больше не нужно было. он обошёлся небольшим шоппером, в который положил хотпэк и пару вещей по мелочи, ключи и деньги. в 15:10 крис уже находился возле той же самой галлереи, где они с хенджином и встретились в прошлый раз. так как он приехал слишком рано, то решил скоротать время и прогуляться по парку, ожидая хвана. буквально через пятнадцать минут к нему уже направлялся чей-то высокий силуэт. — привет, долго ждёшь? — хёнджин выглядел просто сногсшибательно. в этот раз на улице было теплее, поэтому на нем был обычный бордовый свитер, тёмные джинсы и конверсы, а на руках красовалась пара серебряных колец. — привет, да нет, буквально пару минут назад подошёл. пройдём? — хёнджин кивнул. в этот раз они провели в галерее не менее двух часов и решили оставить самые известные произведения клода моне на конец их второй экскурсии. чан не чувствовал себя уставшим, а наоборот был полон предвкушением завершения этого вечера. он всё время завороженно слушал хёнджина, как будто тот и вправду являлся его личным экскурсоводом. а сам хван, кажется, этим и наслаждался. — итак, наконец-то мы подошли к моей самой любимой картине. 'кувшинки'. слышал или видел когда-нибудь? — конечно, спрашиваешь ещё. я не настолько неуч в направлении искусств, если ты не заметил, — чан обиженно надул губы, но увидев улыбающегося и смеющегося хёнджина, тоже улыбнулся в ответ. — хорошо, ладно. так вот, клод моне написал целый цикл картин «кувшинки» или же «водяные лилии», состоящий из 250 картин. но именно эта картина больше всего понравилась критикам и искусствоведам. — мне нравится это сочетание цветов и какая-то небрежность мазков что ли, как это правильно назвать? — ну, нанося новый слой небрежными короткими мазками, моне перекрывал ими контур листьев и цветов, поэтому ты все правильно и сказал, да. вообще, он работал над этой картиной с 1914 по 1917, целых три года, ты представь, — хёнджин восторженно взглянул на криса, который с изумлением разглядывал каждую маленькую кувшинку на двухметровом полотне. — так долго… — в изобразительно искусстве предпочитают с головой уходить в работу, чтобы к ее завершению не было ни единой оплошности. поэтому многие художники и не знают, что такое 'быстро и хорошо'. — со мной можно быстро и хорошо, — крис явно сказал лишнего, не подумав. — а если я люблю прелюдии? — а ты согласишься, если скажу, что и это смогу устроить? — я подумаю над твоим предложением, а пока вернёмся к водяным лилиям. это, пожалуй, был самый неловкий диалог в жизни криса. вот надо было же всё так испортить одной фразой. какой позор. оба парня с красными щеками пытались скрывать своё смущение, но получалось, откровенно говоря, безумно плохо. хёнджин продолжал изредка смущённо улыбаться, а потом сразу же прикрывать рот ладошкой. крис же старался даже и взгляда на младшего не поднимать. но тем не менее после того, как хван рассказал буквально о каждой картине, смущение куда-то испарилось, и они вновь могли спокойно разговаривать, позабыв о том неловком диалоге. когда они уже выходили из галереи, на улице было довольно прохладно и темно. маленькие звёздочки блестели на небе, деревья шелестели листьями из-за ветра, а люди с наступлением вечера выбирались на улицу. бан весь день думал о том, как и куда позвать младшего, чтобы продолжить их свидание, если его вообще можно назвать таковым. вновь идти в кафе было бы как-то скучно и однообразно. если идти в кинотеатр, то крис и представления не имеет о вкусах хёнджина в кинематографе. если приглашать его в бар, то нужно хотя бы узнать любит ли хван вообще алкоголь. но крис решил отбросить все эти варианты и просто пригласить младшего к себе домой, а чем они там будут заниматься — уже другой вопрос. дома можно и доставку заказать, и фильм и посмотреть, и вина выпить, если на то пошло. а хёнджин, к большому удивлению, очень быстро согласился, сказав, что на улице слишком холодно, а дом криса ближе. — ты замёрз? может выпьем, чтобы согреться? хёнджин неловко кивнул, оглядывая квартиру чана и сидя на самом краешке дивана. квартира старшего была олицетворением одновременно минимализма и беспорядка. серые стены, черно-белая мебель с фиолетовыми подушками, пара горшков с засохшими цветами и одино висящая картина. всё это не создавало ощущения спокойствия и уюта, хотя и не казалось противным и безвкусным. у криса явно было чувство стиля, которое лишь нужно было направить в нужное направлением, а интерьер его квартиры отдать под руководство человека, который смыслит в понятии комфорта и уюта. — у меня в холодильнике только красное вино было, поэтому надеюсь, что ты не откажешься, — крис поставил на журнальный столик поднос с двумя бокалами вина и пачкой чипсов. — я как раз красное больше всего люблю. о, и эти чипсы тоже, — глаза младшего превратились в маленькие щёлочки, а неловкость и смущение медленно улетучивались. — ну, что ж, предлагаю выпить за знакомство, это во-первых, а во-вторых, за твои знания в области живописи, — чан поднял свой бокал вверх и улыбнулся, глядя хвану прямо в глаза. возможно, именно в этот момент он увидел маленькие искорки в глазах напротив и почувствовал, как что-то в груди щемит. они были счастливы. как никогда раньше. крис, пожалуй, на протяжении всей своей жизни мечтал встретить человека, с которым он не будет чувствовать себя тревожно и постоянно беспокоиться по разным поводам. а хёнджин с самого подросткового возраста мечтал так влюбиться — с первого взгляда. кажется, у него это получилось, иначе парни не сидели бы сейчас так близко друг к другу, только допив бутылку вина. в квартире словно стало жарко, из-за чего удушающая водолазка, что была надета на старшем, в скором времени переместилась на пол, а сам он остался в белой майке, которая так подчеркивала его накаченный торс. хван нервно сглатывал, всякий раз проходясь взглядам по видневшимся кубикам пресса. на правах достойного ученика, почти выпускника, факультета искусств он мог смело заявить, что перед ним сидит восьмое чудо света. а крис, в свою очередь, мог сказать то же самое, потому что для него было просто невозможным испытанием сидеть так близко к младшему, не имея возможности прикоснуться. да, никто не запрещал, но и они никаких решений не принимали. а прикоснуться хотелось до дрожи в руках. хёнджин, как назло, слишком сексуально облизывал губы, заправлял прядки волос за ухо и ненавязчиво трогал шею. знал бы крис, что всеми этими знаками он хотел намекнуть лишь на одну вещь. однако, старший, кажется, и без этих намеков намеревался добиться своей цели. — я пойду покурить, хочешь со мной на звёзды посмотреть? — бан привстал с дивана, достал пачку сигарет из заднего кармана и вопросительно уставился на хвана, ожидая его ответа. — конечно, обожаю звёзды! — а курить? — пробовал, но в начале средней школы ещё, — он улыбнулся, вспоминая школьные годы, и вместе с чаном вышел на балкон. несмотря на то, что время перевалило за полночь, в некоторых районах кипела жизнь. яркие светодиодные вывески горели круглосуточно, привлекая к себе внимание, а редкие машины быстро проезжали по дороге. дождя не было, из-за чего небо было ясным и чистым. звёзды блистали на нем, словно нарисованные, складывались в самые разные созвездия и радовали глаз. если бы младший не смог поступить на искусство, он обязательно бы занялся астрономией. звёзды заняли отдельное место в его сердце ещё в самом детстве, когда они всей семьей поехали на пляж поздно вечером, лежали на песке под шум моря, а родители показывали маленькому хёнджину созвездия. его глаза загорелись от восторга. потом, он днями напролёт просил маму с папой вновь и вновь отвезти его на пляж. ближе к 13 годам в его комнате появился первый телескоп, карта звездного неба и куча книг про астрономию. да, он определённо горел этим не меньше, чем живописью. — ты знал, что, чем звезда больше, тем меньше срок ее жизни? — хван опёрся локтями о подоконник, подняв голову наверх и немного сощурившись. — нет, но я знал, что самая крупная звезда находится в созвездии большого пса и больше радиуса земли в 1800 раз. она что, скоро исчезнет? — щёлкнув зажигалкой, он поднёс сигарету к губам и медленно затянулся. — не знаю… вообще ей восемь миллионов лет, так что не думаю. вернее, надеюсь. — я тоже. не хочу, чтобы она исчезала. кто знает, может под ‘звёздами’ они подразумевали друг друга? может, не хотели исчезать из жизней друг друга и остаться в них как можно дольше, чтобы каждый день радовать своим звездным сиянием? но когда хёнджин сказал чану, что у него есть созвездие большой медведицы на левой лопатке, тот вопросительно уставился и лишь раскрыл рот от удивления, лишь хёнджин начал медленно стягивать с себя свитер. на улице было прохладно, поэтому старший бросил что-то вроде ‘замёрзнешь ещё, давай хоть в квартиру зайдём’ и, бросив сигарету, за руку повёл хвана внутрь. они вновь примостились на диване, но в этот раз брюнет сел спиной к крису, открывая вид на свою спину. она вся была усыпана родинками. две внизу, несколько рядом с шеей, параллельные по бокам и — самое главное — созвездие большой медведицы. родинки были аккуратно выстроены в форме большого ковша. самая крайняя была чуть больше остальных, точь-в-точь как алиот в большой медведице. бан тихо усмехнулся про себя и прикоснулся к отметине кончиками пальцев, отчего младший вздрогнул, но затем будто сам подался на руки, чтобы его коснулись ещё раз. чан стал водить подушечками от левой лопатки и по всем остальным родинкам, очерчивая каждую. затем, он провёл тонкую линию по позвоночнику, из-за чего кожа младшего покрылась мелкими мурашками, а сам он рвано выдохнул. не теряя больше ни секунды, блондин пододвинулся чуть ближе. наклонив голову, коснулся созвездия губами и замер. он не двигался пару секунд, пока не услышал, как начало биться сердце хёнджина. он касался каждой родинки, прошёлся маленькими поцелуями вдоль линии позвоночника, а плечи теперь сжимал в своих ладонях. хван в это время тихонько, но тяжело выдыхал себе в кулак, пытаясь спрятать красные щёки. он не был против, наоборот, в душе он молил об этом весь вечер. — повернись, пожалуйста, я хочу видеть звёзды в твоих глазах, — крис повернул младшего за подбородок в свою сторону, а тот развернулся уже полностью. но крепко зажмурившись. — хёнджин? пожалуйста, открой глаза, — он почти мурлыкал, — так-то лучше. теперь я вижу свечения в твоих зрачках. и он не врал. глаза и вправду буквально блестели и искрились. они сказали всё, что нужно было за самого хвана, поэтому чан первый накрыл его губы, смял, облизнул и впустил внутрь язык. губы сплелись в трепетном поцелуе, пока руки пытались найти друг друга, наконец сцепившись в замок. это был поцелуй, который словно остановил время вокруг них, наполнив мир лишь чувствами, теплом и нежностью. крис почувствовал, как сердце бьется быстрее, а от переполняющих егл эмоций запылало лицо. под этим дрожащим поцелуем скрывалась необъятная нежность и магия первых чувств, заставляющая сердца стучать в унисон, создавая искреннюю связь между двумя долгожданными друг для друга душами. наконец отстранившись, пару секунд они туманным взглядом смотрели друг на друга, будто заново изучая. но хван решил прервать столь интимный момент и вернуться к более интересующей его части. коснувшись языком нижней губы блондина, он сразу же отстранился, засмущался и опустил взгляд. — хёнджин? что-то случилось? ты не хочешь? я сделал что-то не так? — вопросы сыпались и сыпались, пока младший пытался придумать, как признаться. — я… на самом деле, я до этого ни с кем не встречался. вообще ни с кем. поэтому опыта с парнями у меня тоже нету и… ну, — он замешкался, нервно убирая выбившиеся прядки волос, пока крис тепло улыбался. — посмотри мне в глаза. ну же, — он положил руки на плечи младшему и тихо прошептал, — я ни к чему тебя не обязываю. если не хочешь — можем прекратить. просто я хочу сказать, что… по уши в тебя влюбился. — я, кажется, тоже, если быть откровенным. но я не готов сегодня… э, — он запнулся. — спать со мной? — именно. — а кто же говорил мне про какие-то прелюдии сегодня на выставке, а? — крис хитро улыбнулся, но увидев испуганный взгляд, решил обойтись без шуток, хотя бы на ранней стадии отношений. — боже, прости, я пошутил. повторяю — я не обязываю тебя даже целоваться со мной, но если уж наши чувства взаимны… может, ты согласишься стать моим парнем? — блядство, конечно я соглашусь! — тогда давай будем вместе несколько тысяч световых лет как звезды? ты станешь моей звездой, хван хёнджин? — я готов стать твоей вселенной, крис бан. почти всю ночь парни целовались без остановки, пили вино из уже новой бутылки, обсуждали искусство и звёзды. казалось, что так должно было быть всегда — они должны были быть всегда. но звёзды решили, что они встретятся именно сейчас, именно в полнолуние и именно тогда, когда особенно будут нуждаться друг в друге. их отношения можно было бы описать, как инь и янь. лёд и пламя. но рядом друг с другом даже лёд таял, а пламя утихало — как раз таки благодаря друг другу. следующую свою картину хёнджин посвятил новому этапу в своей жизни, своей новой вселенной — бан чану. это были красные розы на фоне звёздного неба. а сбоку маленькая подпись «да, я влюблён».