Лекарь

Герцог Далиентар стоял напротив распахнутого окна и любовался открывающимся видом. За вчерашний день садовники успели привести резиденцию в порядок, и сейчас её территория снова напоминала ухоженный парк, а не заброшенный пустырь. Настроение у герцога было под стать погоде: спокойное, солнечное и умиротворяющее. Какое бывает у человека, довольного результатами собственной работы. Со стороны казалось, что его мысли бродят где-то очень далеко. И только хорошо знающий его человек мог заметить, с каким предвкушением герцог время от времени посматривал на экран видеонаблюдения. Правда, очередной взгляд заставил его удивлённо вскинуть бровь. Переключив фильтр защиты так, чтобы информация на табло была видна только ему, но не посетителю, герцог сел за рабочий стол. Как раз в то время, когда дверь кабинета распахнулась и внутрь вошел его сын и наследник. — Отец, почему я не могу получить данные с «Аджинара»? — с порога начал он. — Потому что я поставил Шаланэ более высокий приоритет, чем у тебя, — спокойным и чуть ленивым тоном ответил герцог. — С чего? — Может быть, с того, Лавер, что ты хороший исполнитель, а вот все мозги в твоём семействе достались Шаланэ! Даже то, что ты сейчас пришел ко мне с этим вопросом, лишь подтверждает твоё нежелание думать собственной головой. Ты привык получать готовое задание и выполнять его. Вот только для герцогства этого мало. — Хочешь сказать, Шала не задаёт тебе вопросов? — усмехнулся наследник. — Вот видишь, ты меня даже не понял. Шаланэ всегда ищет выход, в какой бы тупик его ни загнали. И находит его, даже там, где, казалось бы, выхода нет. Ведь на самом деле альтернатива есть всегда, просто не каждый готов платить ту цену, которая в ней заложена. Если в пятнадцать лет на Шаланэ можно было надавить, лишь повысив голос, то в двадцать пять уже приходилось искать аргументы. А в тридцать пять следовало быть очень внимательным, чтобы твоя игра вдруг не оказалась частью его партии. Ты же, Лавер, как был солдафоном, так им и остался. — Тебя расстраивает, что я не интриган? — усмехнулся наследник. — Альмадиар пытался вести свою игру. И где он теперь? В отличие от Салиандаров, которые фактически получили себе вторую планету. — Во-первых, Лавер, никогда не путай интригу с предательством. А во-вторых, до Салиандаров ты не дотягиваешь. Теперь я понимаю, что совершил большую ошибку, не отдав тебя в Корпус. Тебе самое место на линкоре. — А Шаланэ, по-твоему, место среди высших герцогов? Он семёрка, но это ещё полбеды. Шала — ние, даже несмотря на то, что по какому-то недоразумению стал старшим супругом. Он даже эскадрой командовать не может, не то что герцогством! — Ты снова не понял того, что я сказал, Лавер. Я мог бы тебе сейчас всё разжевать, но это не добавит тебе понимания. Потому что ты не привык делать главное. Думать! Но у тебя ещё есть время. Сам найди ответ на свой вопрос, почему я дал Шаланэ более высокий приоритет, чем даже у наследника. И вот когда это поймёшь — приходи. А сейчас у меня дела, — ответил герцог Далиентар, бросив очередной взгляд на экран, и поднялся с кресла. Проводив взглядом удаляющегося сына, герцог Далиентар повернул в сторону крытой галереи, что соединяла главную резиденцию с гостевым домом. Ему пришлось даже ускорить шаг, чтобы оказаться на месте первым. Ждать ему пришлось совсем недолго. Герцог только успел дойти до середины галереи, как с противоположного конца в неё вошел тот, кого он ждал. — Лан Калли, а я как раз хотел с вами увидеться, — окликнул герцог молодого человека. — Уделите мне полчаса вашего времени. — Что вы хотели обсудить, герцог? — Два вопроса. Первый — это неожиданности нынешней стабилизации. Хотелось бы хоть немного представлять себе, к каким последствиям и в каких масштабах мне следует готовиться. Ну а второй вопрос представлен исключительно моим любопытством. Как вы меняете внешность? — Меняю на что? — удивился Калли. — Ар-Раэйлин. — А при чём тут супруг Наринэ? — При том, что это вы, лан Калли. Хотя точнее будет «лан Каллиран». — Неожиданно… — хмыкнул Калли. — Да, хотя самое сложное было догадаться, что вы едины в двух лицах. А вот на то, чтобы раскрутить цепочку обратно, много времени не понадобилось. — Поделитесь вашими наблюдениями, герцог. — Вашу вторую ипостась я вычислил потому, что не смог понять, как вы оказались на приёме. Ведь о вашем возвращении в резиденцию мне должны были доложить, а этого не произошло. Получивший замечание начальник службы безопасности уже к концу приёма отчитался, что Рей Калли словно из воздуха возник через четверть часа после того, как в гостевые покои вернулся Ар-Раэйлин. А вот как вы туда попали — он объяснить был не в состоянии. Ну а дальше было простое сопоставление фактов. — А что насчёт Каллиранов? — Самое удивительное то, что вы совсем не скрывались. Всё всегда лежало на поверхности с того самого дня, когда вы впервые появились рядом с Ар-Ниэрлинэ. Вам интересны мои рассуждения? Приняв за факт то, что Рей Калли и Ар-Раэйлин это один и тот же человек, я тут же задумался над тем, как стала возможна такая брачная связь? Ведь печать младшего создаёт именно старший. Но Рей Калли лан, если только… Да, была одна возможность. Я попросил Эдину взглянуть на вас лекарским зрением. И она мне подтвердила наличие у вас взорванного ядра. То есть вы не урождённый лан, а бывший лар. История стала ещё интереснее! Я заинтересовался вашей родословной. Вы сами не раз говорили, что были воспитанником баронов Шатарнаи. Один простой запрос, и я выяснил, что вы попали к ним в возрасте восьми лет. Уже тогда вы были без магии, а значит, помолвочная вязь была создана ещё раньше. Следующий запрос выдал мне список приёмов, которые устраивали Шатарнаи. Помимо обязательных, там были и дни рождения. Троих баронских детей и ваш. Они все «плавали» по времени Айо, но вот по календарю Метрополии ваш попадал на двадцать шестое декабря. Просматривая сплетни, я наткнулся на сетования одной матроны по поводу того, что баронам Шатарнаи разрешили взять на дворцовый бал воспитанника, которому лишь три месяца назад исполнилось шестнадцать. Но когда на Метрополию летала их семья, матроне пришлось оставить дома свою дочь, которой месяца не хватило до семнадцатилетия. Таким образом, я получил вашу дату рождения — 26.10.3460 года.* Дальше было чуточку сложнее. Мне нужно было найти лара, рождённого в этот день, и о котором нет сведений после шестьдесят восьмого года. База данных выдала мне около двадцати имён, и когда я наткнулся на Каллиранов, всё встало на свои места. Раэйлин Каллиран, 26.10.3460 — 08.03.3469. Но ещё интереснее дата смерти его родителей. 21.02.3469 — дата, известная всей империи. День взрыва «Звёздной пыли». Если исходить из официальных данных, Раэйлин пережил своих родителей на пару недель. Конечно, это можно было списать на несчастный случай, но я ведь искал момент заключения помолвки. По данным реестра, баронет Каллиран числился целителем-девяткой, а Ар-Ниэрлинэ — единственным выжившим на «Звёздной пыли». Но что, если выжили двое? Силы взорванного ядра как раз хватило бы, чтобы сделать спонтанную привязку. А то, что она была сделана с помощью целительской магии, объясняет, почему император своей силой эту помолвку разорвать не смог. — До этого момента, герцог, вы оперировали неподтверждёнными, но фактами. А вот здесь скатились в предположение, — заметил Калли. — Которое подтверждается другими фактами. Семьдесят второй год, совещание во дворце, Ар-Ниэрлинэ был настолько зол, что раздавил в ладони чайную чашку. Как сейчас помню, он был без перчаток. А вот после семьдесят третьего года он носил перчатки постоянно. Или тонкие телесного цвета, или форменные чёрные, но он не снимал их никогда! — Откуда такая уверенность? — От Амадеи. Если вы помните, лан Калли, она принадлежит нашей семье. В личном разговоре она призналась мне, что её всегда раздражало пренебрежение со стороны Ар-Ниэрлинэ. Особенно то, что на приватных встречах она чувствовала себя как эскортница, а он не считал нужным даже снять перчатки. — Забавно, чего же тогда она так бесилась из-за моего появления возле Наринэ? — Неудобство длилось всего полчаса, а влияние и положение сохранялись всё остальное время, — фыркнул герцог. — Ну и последним доказательством того, что баронет Раэйлин Каллиран всё-таки не умер, а превратился в Рея Калли, послужило то, что нынче баронства Каллиран на Исто не существует. Вместо него на этих землях с вашей подачи расположилось графство Шатарнаи. Ну так что, удовлетворите моё любопытство, лан Калли? Как вы меняете внешность? Ведь Звёздный Свет возможен только на десятке. — Вы почти ответили на свой вопрос, герцог. Ядро действительно взорвано и не может удерживать в себе магию, но ведь кровь Первого Императора из меня никуда не делась, — усмехнулся Калли, и его глаза вдруг стали темнеть, а в голосе послышались шелестящие нотки. — Если баронская двойка — это лекарь-восьмёрка, единичка — девятка, то что тогда лекарская десятка? — Ноль? — Функция. Точнее, предел, к которому она стремится. Взрыв ядра, достигший на пике десятки, похож на взрыв сверхновой тем, что он не заканчивается никогда. Он продолжается до сих пор, но замедлился настолько, что для высвобождения крупицы силы теперь нужны сотни лет… — Калли моргнул и вновь вернулся к привычному образу лана. — Только не вздумайте в своём любопытстве экспериментировать с лекарями, герцог. Моё пограничное состояние — это заслуга Наринэ. Не только я отчаянно хотел сохранить ему жизнь, но и он в тот момент искренне меня оберегал. А что касается даты смерти — это я её поставил. Именно в этот день я очнулся в регенерационной камере, лишенный всего. Магии, памяти и даже имени. Так что Раэйлин Каллиран в тот день действительно умер! — А что насчёт первого вопроса? Мне довелось не раз наблюдать стабилизацию, но подобного эффекта раньше не было. Я полагаю, что мой парк превратился в джунгли именно из-за вашего вмешательства? — Верно, Лаши попросил меня добавить лекарскую составляющую, как это было при Первом Императоре. Это был эксперимент, так что его последствия предстоит только выяснить. — Каков радиус воздействия? — Вся планета, — признался Калли. — Вашему парку досталось больше всего, потому что именно здесь был эпицентр. Отсюда всё расходилось, как круги от брошенного в воду камня. Но есть нюанс. Огибая Арию, девять десятых силы легчайшим туманом легли на землю, растения и людей. А вот остатки собрались на противоположном конце. Поскольку планета не идеально круглая, эту точку придётся поискать. — Чем это грозит? — по-деловому поинтересовался герцог. — Не знаю, — усмехнулся Калли. — Но там сконцентрировалась и впиталась десятая часть всей выпущенной лекарской магии. Даже предположить не возьмусь, как это скажется на местности и её обитателях. Может, у грибов глаза появятся и ноги отрастут. — И когда вы собирались меня об этом предупредить, лан Калли? — Ну… Лаши решил, что сначала стоит посмотреть на это самим. Вдруг там придётся всё выжигать минусом. Хотя есть вероятность, что эффект может проявиться не сразу, а спустя месяцы или годы. — М-да, похоже, мне пора строить новую резиденцию. Хотя бы затем, чтобы отвадить оттуда любопытных. У меня в кабинете есть интерактивная карта, на которой можно спрогнозировать прохождение волн. Не хотите взглянуть, лан Калли?