Кусочки

— Да сука!  Арсений стискивает зубы, принимая заказ буквально за пару минут до закрытия, и плетется к сборщику, не глядя в приложение. С ненавистью смотрит на этот последний на сегодня пакет, который весит всего ничего. Внутри большая пачка чипсов, какие-то батончики, вафельные трубочки со сгущенкой. В общем, набор пятиклассника, которому подарили косарь на день рождения, и он решил шикануть на все деньги.  Он смотрит адрес. 5 этаж. Он знает этот дом. Блядская пятиэтажка. Шел к концу 15 час его смены, руки и ноги того гляди отвалятся, поэтому он был благодарен тому, что пакет не весит как самый огромный арбуз.  Его велик у дверей даркстора будто с грустью смотрит на него, привалившись к стене, но это уже скорее галлюцинации от усталости.  — Ну всё, это последний раз на сегодня, не скрипи, — он садится верхом, поправляет лямку термосумки и мчит по нужному адресу, вращая педали из последних сил.  Дальше все как в тумане: просмотр уточняющих комментариев к заказу, звонок в домофон, подъем по лестнице, звонок в дверь. Никто не шаркает тапками за дверью в течение минуты. Арсений снова давит кнопку звонка и устало вздыхает. Тишина и никаких признаков жизни в квартире. Он психует, он хочет домой, просто снять куртку, обувь и упасть лицом в подушку, заснув мертвым сном. Без душа, без ужина. Он жмет на звонок ещё, на этот раз уже агрессивно, без пауз, непрерывно, пока не слышит звук поворачивающегося в двери замка.  — Да неужели, блять. Дверь открыл не пятиклассник, а какой-то школьник-переросток выше Арсения на пол-головы, лохматый, бородатый, в каких-то дырявых коротких шортах. Что за мода такая… — Я же написал, оставить у две… — Арсений не дает ему договорить и делает шаг в квартиру. — Ничего не знаю, у меня был другой комментарий к заказу, — он легонько толкает ладонью в грудь и отдает пакет опешившему хозяину. —Подвиньтесь, я зайду.  Бородатый переросток, который вблизи уже не казался школьником из-за множества мелких морщинок на лице, послушно отступил, вытаращив на Арсения свои огромные глазищи, когда тот,  устало вздохнув, закрыл за собой дверь, снял с плеч термосумку и встал перед ним на колени.  — Что… Что вы делаете?! — воскликнул этот ночной сладкоежка, когда Арсений потянулся к его шортам, чтобы молниеносно их стянуть и увидеть наверху глаза уже совершенно нереальных размеров. — Учитываю все пожелания клиента к заказу для оказания качественного сервиса, — Арсений на несколько секунд завороженно подвисает взглядом на неожидавшем такого внезапного вторжения члене, затем тянется к своему телефону, чтобы показать бородатому его комментарий к заказу. — Смотрите, вот. Подержите пока.  Клиент, кажется, пребывает в ступоре и не моргая смотрит на экран телефона в своей руке, где русским по белому написано: «Отсосите у двери».  Арсений хочет домой, поэтому не теряя времени, первый раз проходится языком по сухому члену, хватаясь прохладными ладонями за мягкие ляжки. Этот лохматый вздрагивает, роняя на пол пакет со сладостями, цепляется за волосы Арсения, скорее чтобы удержать равновесие, а не направлять. Кажется, он вообще не в состоянии пошевелиться сейчас, никакой частью тела, кроме одной, что уже исчезла у курьера во рту.  — Это… это автоза…м-мена, — он заикается, захлебывается воздухом, смотря сверху вниз на темноволосую кудрявую макушку, ритмично двигающуюся, кажется, в такт его сердцебиению.  Арсений просто устал и хочет побыстрее закончить с этим адресом. Не было никаких сил, чтобы думать. Он просто выполнял свою работу, поддерживая высокий рейтинг. Он не думал о том, что у него во рту сейчас терпкий соленый член мужика, которого он видит первый раз в жизни, увеличивающийся и подрагивающий от каждого движения языка. Он не думал о смущении и стыде. Арсений просто доставлял заказ с учетом всех пожеланий клиента. Такая у него работа.  — П-пожалуйста… Пр-рекрати-ите, — клиент вопреки собственным словам только усилил хватку на затылке, сжав в кулаке волосы Арсения. — Я буду ж-жа… жало…ваться. «Нихуя ты не будешь», — думает Арсений, чувствуя, как теплые ляжки дрожат и вибрируют под его ладонями. Этот сластена поставит ему пять звезд как миленький, потому что вряд ли кто-то до этого момента был в состоянии заглотить его полностью без рвотного рефлекса и слез. А Арсений смог. Смог за пару минут обездвижить человека и отключить ему мозги. Он ускоряется, чувствуя потяжелевшую чужую ладонь в своих волосах, смотрит снизу вверх на зажмуренное лицо с приоткрытым ртом и готовится глотать, щекоча кончиком языка уздечку. — А-а, бля-а-а… Прос-стите!  Арсений вытирает рот, глядя на совсем очумевшее лицо, красное от смеси стыда, смущения, неожиданности и удовольствия, надевает термосумку и поворачивается к двери.  — До свидания, хорошего вечера! Он уже готовится выйти, но клиент наконец отмирает и хватает Арсения за рукав куртки.  — Хотите… Хочешь чаю? С трубочкой? Арсений смотрит, как этот неуклюжий раскрасневшийся мужик натягивает обратно шорты, улыбается так приветливо, даже чуть мило и восторженно, и ему хочется пошутить, что ему уже хватило трубочек с начинкой сегодня. Но ему лень, он так уебался, что готов был рухнуть прямо здесь, он ел часов десять назад  и от мысли о горячем чае с чем-то сладким тело становилось совсем ватным.  Арсений снимает сумку и куртку, бросая их кучей на полу. — Хочу.