A scream in silence

      За столько часов запах медикаментов уже перестал разъедать слизистую носа и отошёл на второй план. Шёл уже 27 час, как врачи отчаянно боролись за жизнь Хана. «Мы делаем всё возможное. Удар был настолько сильным, что рёбра раздробились и острыми частями попали в жизненно важные органы. Будет хорошо, если мы вообще вытащим его из того света. Извините, мой перерыв закончился.»       Фраза, которая крутилась у Минхо в голове уже вот вторые сутки. Он забыл, где находится его телефон, сколько сейчас времени и какой день, когда его жениха беспощадно на всей скорости пронесла машина по детской площадке, а потом ещё откинула на пару метров.       Он быстро обмолвился с Чаном о ситуации и ждал, пока закончится операция, отправив того решать вопрос о происшествии. Минхо уже и сам был похож на полуживого человека, заплаканные красные глаза и смертельная бледность, что можно было разглядеть каждую вену.       За время в больнице медсестры уже дважды откачали его и заставили полежать хотя бы пять минут, но парень не мог просто лежать, когда на кону была жизнь его родного человека. В какую-то минуту медсестры нашли его в туалете, лежащим на полу. Казалось, что спасти парня в операционной легче, чем Минхо, который извёл себя до такого состояния.       Минхо боялся закрыть глаза и уснуть, пропустив что-то важное. Усталость брала верх, и он засыпал, просыпаясь в ту же секунду. Ни воды, ни еды, ни жизнь не были нужны, лишь бы был жив Хан-и. Джисон. Сони. Любимый и неповторимый. Человек, который научил вновь любить жизнь. Тот, который стал этой жизнью. Всем миром.

* * *

Чанбиновская подстилка Ли, мужчина, что был за рулем автомобиля Погиб на месте аварии Посмертного привлечения к уголовной ответственности не предусмотрено в законодательстве Кореи Мне очень жаль Ты как там?

* * *

Хуанита Хёнджиновна Хён, ты как? Как Джисон? Есть хорошие новости?

* * *

Веснушчатый Ёбырь Хуаниты Солнце всея Австралия Минхо Не изводи себя, проспись Давай, я приду и заменю тебя? Тебе тоже нужен сон Со слов Чана ты выглядишь хуже Джисона Напиши мне Я очень переживаю за тебя

* * *

Похож на собаку, по факту человек. Кличка: Сынмин. Порода: кожаный мешок Как Джисон? Мы с Чонином очень переживаем Нас не пускают, говорят, что с ним муж Отпишись

* * *

Человек с деньгами. Хитрый лис. Кличка: Айен Минхо, дорогой, отдохни Мы с парнями готовы отдать вам все сбережения на восстановление здоровья Джи Пусть у вас всё будет хорошо

* * *

Чановская подстилка Друг, мы с вами! За студию не переживай, тут всё в порядке Сам взял все твои занятия Извини, что раньше не писал Тут был адовый пиздец, но я всё разрулил Всё будет хорошо Поверь мне

* * *

      Ли откинул телефон, который медсестры старательно находили каждый раз в каком-то углу больницы, где он засыпал или падал в обморок, а потом аккуратно клали в карман его толстовки.       Он подошёл к окну, где можно было увидеть, что делают врачи в операционной. Все так же Джисон лежит с кучей проводов, стараясь зацепиться за жизнь, а хирурги проводят уже, казалось, тысячную операцию, сгорбившись над его телом.       Ситуация настолько тяжёлая, что были вызваны лучшие хирурги страны. Главврач не спал вместе с Минхо, пристально наблюдая в камеры за ходом каждой операции. Медсестры успевали ему только приносить кофе и отчёт о выполненной работе.       Табло, что висело в операционной, указывало на время проводимой операции. 49 часов. Столько времени ушло на то, чтобы сделать операции, и непонятно, сколько ещё понадобится.       Минхо принял тяжёлый, но благоразумный выбор и ушёл привести себя в порядок. У главного врача он взял ключи от его кабинета, где был душ. Снял с себя всю одежду и встал под еле тёплую воду. Капли стекали по телу, а вместе с ними разочарование собственной жизни. Почему, чтобы стать счастливым, нужно пройти 7 кругов Ада и при этом остаться в живых? Очередной поток слёз хлынул из глаз, тут же смываясь душем.       Смыв с себя более-менее запах больницы, он собрался и вышел из душа. Девушка в белом халате, что ждала его уже минут двадцать, подскочила с места. — Операция закончилась, мистер Ли.       Минхо готов поклясться, что никогда раньше так не бегал, как сейчас. Он бежал с 7 этажа на второй, снося по пути людей, перепрыгивая через перила, не боясь за собственную жизнь. В голове проносилась лишь мольба за здорового и живого Хана.       Вот он уже стоит запыхавшийся у всё того же окна и смотрит, как врачи моют руки и выходят по одному из операционной. Хан дышит. Показатели в норме. — У Вас крепкий муж, Ли Минхо, — вышел первый врач по имени Пак Тэён. — Жить будет. Берегите друг друга. Все переживали за Вас и мистера Хана. Вы достойно прошли этот тяжёлый путь, — вышел второй врач с именем на бейджике Ким Джухён. — Поздравляю, Ли Минхо. Он отчаянно боролся за жизнь. Видимо, так влияет любовь, — улыбнувшись, пожал ему руку третий врач по имени Со Юль. — Ну что, Минхо, — мужчина протянул ему руку. — Самое страшное позади, — главный врач по имени Пак Шихёк встал рядом с парнем, смотря в то же окно. — Подождите! — Ли развернулся в сторону уходящих врачей. — Почему вы поздравляете меня? Это вам всем большое спасибо. Каждому, — Минхо упал на колени перед врачами. — Спасибо, что спасли ему жизнь. Большое спасибо. Я всю жизнь буду благодарен вам за это, — он уткнулся в руки, скрывая слёзы. — Как мне вас отблагодарить? Вы заслужили всего в этом мире. Вы врачи от Бога. Я очень… — Парень, — главврач прервал Ли. — Вставай и иди к своему ненаглядному. Не стоит благодарности, это наша работа. — Позовёте нас на свадьбу, там и расплатишься, — посмеялся Ким. — Мои дети ходят к тебе в студию, а ты даже денег с них не берёшь, потому что знаешь, что у меня маленькая зарплата, а жена умерла. Это я должен благодарить тебя. Девочки очень довольны такому учителю, — Со Юль похлопал по плечу Ли. — А Джисон никогда не брал с меня денег, когда работал в кофейне. Говорил, что у меня тяжёлая работа, а бесплатный кофе — мелочь, по сравнению с тем, что делаю я, — почесал голову Джуён. — Мы хорошо вас двоих знаем и рады, что смогли помочь, Ли.       Минхо молча слушал каждого врача и уже не мог остановить взрывной поток слёз. Мужчины подошли ближе и обняли его. Не так должно быть. Совсем не так. Он позже подумает о том, как отблагодарить каждого врача.       Он встал с пола, делая низкий поклон врачам, что спасли его мужа. Развернулся и побежал к Джисону. Медсестра обработала руки Ли, надела ему средства защиты и провела в палату.       Минхо подошёл к Джисону, который всё ещё дышал через аппарат. Такой беззащитный. Драгоценный. Крошечный. Живой. — Я защищу тебя ото всего на свете. Я так люблю тебя. Я всегда буду рядом. Никогда не отойду от тебя ни на секунду. Мой Джисон-и. Спасибо, что боролся за жизнь. Спасибо, что в очередной раз доказал, что любишь меня, — Минхо аккуратно поцеловал Хана в лоб и сел на стул. — Теперь ты со мной. Я рядом. Всё будет хорошо.       Минхо взял за руку Хана и прислонился к ней, утыкаясь лбом. Теперь спокойно. Теперь можно отдохнуть. Он не заметил, как провалился в сон.

* * *

      Ли резко открыл глаза. Слишком ярко, светло. В нос ударил запах медикаментов. Тело такое тяжёлое, будто онемело. Он пытается подняться, но не может.       Взгляд влево: вдалеке пустая расправленная койка. Куча аппаратов. Столько же проводов.       Взгляд вправо: много цветов. Живых. Судя по всему, их привезли с утра. Такие же аппараты, провода ведут к собственному телу. Больница. А что произошло? Я же был с Хан-и. Где Джисон? Он попытался встать, но тело отказалось поддаваться его движениям. В ушах зазвенело, голова резко заболела, будто кто-то стукнул тяжёлым предметом. Аппаратура начала пищать, вызывая головную боль ещё более сильную.       В палату залетела женщина, судя по внешнему виду — медицинская сестра. С трясущимися руками она поставила укол, проверила показатели на аппарате и убежала.       Быстродействующий препарат, что поставила медсестра, сразу дал результат. Голова перестала болеть. Какое облегчение. Но что произошло? Что со мной? Я опять упал в обморок? Где мой муж?

* * *

      Ли слышит сквозь сон разговор двух мужчин. Судя по голосу, один из них — Чан. — Он проснулся вчера. Пытался встать, но медсестра вколола ему успокоительное. Думаю, за пару дней он оклемается. С памятью тоже всё в порядке. Для него удар был не таким сильным. Он проведёт здесь ещё пару недель, мы соберём нужные анализы, проверим общее состояние здоровья и отпустим домой. — Спасибо большое. Я не перестану говорить Вам это. Очень благодарен за всё, что Вы сделали для него. — Чан, прекрати. Вы мне уже все стали как родные. — Спасибо, Пак Шихёк, — Чан протянул руку врачу, получая рукопожатие. — Пожалуйста. Можешь поговорить с ним, он уже проснулся и уставился на нас своими большими карими глазами, — ухмыльнулся врач, замечая Ли.       Чан повернулся к другу и кинулся его обнимать. Слёзы невольно начали течь, вызывая у обоих парней мурашки. Да что случилось то? — Чан, ты меня задавишь, слезь, — Ли поморщился. Он не видел друга три дня, а этот уже лезет с поцелуями. — Как ты? Что болит? Что хочешь? Я куплю тебе всё, что захочешь. Скоро придет Чанбин и Хёнджин. Мы все так скучали по тебе. — Чан, от старости совсем ебанулся? — Ли приподнялся на локтях, удобно усаживаясь. — Ты меня три дня не видел. А где Хан? Что с ним? — Что? Какой Хан? Три дня? Пак сказал, что ты не терял память, но походу приобрел шизу. — В смысле кто такой Хан? Твой помощник диджея. Мой будущий муж. — Будущий…кто? Так, я сейчас позову врача, лежи спокойно, — Чан быстрым шагом вышел из палаты.

* * *

— Очень странно, Чан. Может, ему приснилось что-то? Все показатели в норме. — Он сказал, что лежит тут три дня. — Ну, это вполне логично. Его время остановилось, когда он впал в кому. Постарайся не поддаваться панике и не доводи до этого же состояния Ли. Дай ему время. — Хорошо.

* * *

      Чан зашёл в палату к Минхо. Тот уже во всю болтал с Чанбином и Хёнджином, рассказывая свои истории. Только вот выражение лиц парней оставляло желать лучшего. — А почему ты не взял с собой Феликса? — Ли отпил банановое молоко из трубочки. — Откуда…ты знаешь, — Хёнджина буквально перекосило. — В смысле откуда? Ты же недавно сделал ему предложение. Сказал, что я на свадьбе буду водителем, — Ли всё также со спокойным выражением пил молоко. — А вы вдвоём надумали свадьбу? — Чанбин перевёл взгляд на Чана, недоумевая. — А это откуда ты знаешь? Кто тебе успел рассказать? — Вы же сами мне рассказали, совсем ебанулись? Не помните, что было пару месяцев назад? И кто-нибудь мне, блять, скажет, где мой Хан? — Так, парни, выйдите, пожалуйста, — почти приказным тоном продиктовал Чан. — Ладно, мы зайдём позже, — Чанбин и Хёнджин помахали рукой, выходя из палаты. — Ли, я не знаю, откуда ты взял всю эту информацию, но ты был в коме два года. Тебя сбила машина на детской площадке у реки Хан. Ты этого Хана имеешь в виду? Типа река Хан? Я не понимаю, о чём ты говоришь. Но мы во всём разберемся. Не переживай. Думаю, тебе стоит ещё отдохнуть. Отдыхай, дорогой, — Чан ещё раз обнял друга и вышел из палаты.       Не понял. Какого…хуя? Какая авария? Это же Хана сбила машина. Потом его долго оперировали, а потом я пришёл к нему и… Что за чертовщина?       В палату вновь зашла медсестра, сделала свои обычные дела, поменяла капельницу и… опять темнота.