У кошмара есть имя

— Вы злитесь на меня? — испуганно шепчет Антон, поджимая потресканные губы, и осторожно присаживается на диван. На кончиках пальцев ощущается мягкий ворс. Мальчишка, опираясь лопатками, сильно жмётся ближе к спинке, стараясь заполучить хоть долю тепла. Зуб на зуб не попадает. Мёрзлые и склизкие мурашки проходятся по плечам. — Нет, не злюсь. Я прекрасно понимаю, какой страх ты испытываешь последние пару суток. Я ожидал чего-то подобного. — Арсений бросает кроткий нейтральный взгляд на присмиренного и затихшего Антона, но сделав свои выводы, начинает что-то усердно искать на полках шкафа. Ужас и страх впервые отступают чуть назад, это заставляет глубоко вдохнуть, не чувствуя былой тяжести. Слёзы на щеках застыли шершавой корочкой, но больше не раздражают кожу. Аделар, кажется, не жуткий маньяк-психопат, а просто чародей. Правда, со своими причудами… Первое впечатление о духе леса оказалось ошибочным. — К-кто это был? — Антон обнимает себя руками, заикаясь от холода. А маг заинтересованно осматривает своего ученика, тот в первый раз проявляет инициативу в диалоге, что неимоверно радует. — Вендиго, дух людоед. — спокойно сообщает, привыкнув за долгое проживание тут и к таким существам. Наконец, отыскав нужную вещь на полках, протягивает Антону тёмно-зелёный свитер. — Надень. — Это не мое. — Антон пялится на кофту в чужих руках, не совсем понимая мотивы. — Да, это мое. Надень, ты весь продрог. — Шастун всё-таки берёт свитер, а потом переводит взгляд на Аделара. Почему-то старается представить его в этой непривычной для подростка одежде, что заставляет тихо хихикнуть. Образ в голове радует своим уютом и теплотой, Антон оставляет эту мысль при себе, сдерживая лёгкую улыбку. Аделар ведёт носом, ловя тихий, но достаточно яркий сладкий шлейф. Его дом наполняется запахом смущения и радости Антона. И Арсений выдыхает - это не едкий страх, что заполняет все лёгкие, душит, вызывая не совсем приятные ощущения. Скованными движениями мальчишка натягивает свитер, ощущая какое-то неземное тепло. А может он просто обманывает себя. — Он послушался вас. — снова возвращается к недавней стычке с людоедом. И припоминает очень интересный факт, заставляющий страху вновь подползти ближе. Ужас тянет к себе, преследует, словно сторожевой пёс. — Они тоже вас боятся? Арсений хмурит брови. Этот вопрос не ставит в ступор, нет. Просто, неужели, он выглядит таким монстром в глазах парня? — Нет, вендиго точно не испытывает передо мной страх. — едко усмехается Арсений, подходя ближе к Антону, которому приходится чуть задрать голову. — А почему тогда послушал? — лишь детский и наивный интерес. — Он обязан меня слушать. Расплата за проживание на моей территории, так сказать. — по взгляду Арсений осознаёт, что Шастун не совсем понимает смысл сказанных слов. — Я не просто чародей, я — дух этого леса. И у каждой территории на нашей стороне есть хозяин. Духи рек, озёр, полей и так далее. Это сделано для общей безопасности, каждый следит за частичкой своей земли, ухаживает за ней и защищает. А существа, живущие на чужих территориях, платят нам послушанием и помощью.       Антон раскрывает рот. Он и не предполагал, что здесь могут быть такие традиции. Понятные и логичные. Тут не живёт каждый сам по себе. Они помогают друг другу. И чем-то в этом похожи на людей. — То есть, вы можете выгнать любого? — Арсений задумчиво кивает, хотя ни разу этого не делал. — Так почему вы не выгоните таких, как вендиго? — интересуется такой простой вещью, но после всё равно ругает себя за любопытство и прокусывает губу до крови. — Это негуманно наживать себе врагов таким образом. Легче быть с существами в хороших отношениях, нежели в ссоре. Они очень мстительны. — Аделар присаживается рядом с мальчишкой, что поджал к груди колени и положил на них подбородок. — А вендиго и вовсе не проблемные, они просто мучаются. — Мучаются? — Антон надламывает брови и без доверия смотрит на чародея. Как может мучиться существо, которое безжалостно убивает людей и ест их? — Конечно. Кроме голода они больше ничего и не чувствуют. Вендиго никогда не испытают насыщения. И только убийство человека даёт секунду облегчения, но дальше всё опять возвращается на круги своя. — качает головой Арсений, всматриваясь в задумчивое и серьезное, слишком неестественное для детей, серое лицо. — Иногда, больше не имея сил, чтобы терпеть эти страдания, вендиго приходят ко мне с просьбой убить их. — Что? Они просят убить себя? — подросток шокировано округляет глаза и приоткрывает влажные от слюны губы. На душе становится так мерзко и тяжело, никто не заслуживает таких страданий. — Я лишил его секунды облегчения, да? — Антон, это не то, о чём ты должен переживать. — Арсений хмуро скрещивает свои запястья, опираясь локтями на собственные колени и наваливаясь чуть вперед. Магу слишком неприятна мысль о том, что Антон, вместо того, чтобы радоваться за свою сохранённую жизнь, переживает о людоеде, что не получил сегодняшний ужин. — Никто не заслуживает таких страданий. — озвучивает свои мысли раннее. Арсений переводит свое внимание на загруженного Шастуна. Он почему-то выглядит очень подавленным, будто эта ситуация и правда очень сильно его задела. — Да, наверное, не заслуживает. — соглашается чародей. — Но это их судьба. Мы ничего не можем с этим поделать. — А как они появляются? — неужели нельзя просто искоренить вид этих магических существ? Они сами страдают и других заставляют страдать. Разве это правильно? — Они рождаются из костей безобидных и беззащитных животных, что с жестокостью убил человек. — раскрывает секрет Арсений, на секунду осекаясь, когда Антон резко втягивает воздух носом. Ученик слишком чувствительный. И только сейчас маг понимает, что мальчишка не был готов к такой информации. И вся ненависть вендиго к людям вдруг становится слишком ясной и прозрачной. Это их жажда к мести за несправедливую смерть, которой они не были достойны. — Это мы во всём виноваты. Мы заставили страдать их при жизни и обрекли на страдания после смерти. — Антон зарывается в свои руки лбом, скрывая своё лицо от внимательного взгляда чародея. — Кошмарно. — Не «мы», Антон, а «они». Не присваивай себе поступки ужасных людей. Ты не такой. — Арсений подбирает слова, чтобы успокоить начавшуюся панику у ребёнка. Она пахнет чем-то гнилым, она пахнет так, как могло бы пахнуть разочарование в людях. — Дело не в том, что это люди. Дело в их поступках. Так может поступить и чародей, и даже другое животное. Не стоит разочаровываться во всех.       Антон даёт себе минуту, чтобы обдумать это. Слова мага приятно обнимают трепетную, поломанную от страха душу, успокаивая и даря тепло. Чародей не страшный и не жуткий. Он мудрый и человечный. Может быть человечнее многих людей, думает Антон… — Если уж мы смогли поговорить, и ты больше не трясёшься от одного моего вида. — Аделар вновь переводит взгляд жгучих глаз на вздрогнувшего от неожиданности Антона, что испугался голоса, привыкнув к неловкой тишине. — Я бы хотел, чтобы ты поел.       Антон ведёт плечами. Руки скользят с коленей на лодыжки и сильно сжимают их пальцами. Арсений замечает это движение, а страх и замешательство мальчишки выдает его застывшее выражение побледневшего лица. Ослушаться чародея до сих пор кажется чем-то отвратительно жутким, тем более после побега. Его добросердечность и понимание должны где-то закончиться. И Антону кажется, что именно на его непослушании и невыполнении просьбы. — Не понимаю твоего страха и замешательства. — беспристрастно выдыхает Арсений, только сейчас осознавая, сколько нужно будет приложить усилий, чтобы понять подростка. Аделар взял под крыло ребёнка, которого нужно будет воспитывать, поддерживать, заставлять и ругать за оплошности. Такая мысль, что лежала на самой поверхности, вдруг резко приводит в чувства. Антон — дитя, с ним нужно быть аккуратным и нежным, что для чародея является сложностью. — Тебе нужно поесть.       Голос приобретает строгие интонации, заставляя Антона поджать шею к плечам и опустить глаза в пол. — Есть какие-то проблемы? — тактично уточняет. Не давит, хотя сделать это отчего-то очень хочется. Антон выглядит так, будто его держат в заложниках, а это абсолютно не так. Аделар проявляет гостеприимство и вежливость, юноша не принимает их, что очень задевает чародея. — Всё в порядке, я просто не голодный. — ёжится от нагнетающей атмосферы, что начала быстро темнеть от изменившейся темы разговора. — Извините, можно я пойду? — Иди. — Аделар остаётся на месте, наблюдая, как Антон ступая на носки, чтобы не издавать лишних звуков, удаляется на второй этаж. Слышно, как Шастун прикрывает за собой дверь в свою комнату. И после всё затихает.

***

      Сон был совсем неспокойным и чутким. Даже в такие моменты Антон не теряет бдительности, но не отдыхать совсем мальчишка попросту не может. В доме стоит тишина, и сквозит прохлада, что выбивается из открытого Антоном окна. Ветер задувает под лёгкую простынку, которой накрыт подросток, и тормошит по подушке пшеничные волосы. Ресницы юноши дрожат, а сам он судорожно сжимает своё покрывало, видя очередной кошмар, что яростно старается выбить его из сна. Окончательно пробуждает его стук в дверь, что заставляет открыть веки и резко усесться в горизонтальное положение. Антон лопатками опирается на спинку кровати, притягивая колени к груди, и напугано смотря, как отрывается дверь под натиском чьей-то руки. Встречаться с чародеем не хочется, Антон еще не отошёл от встречи, что подарила смешанные ощущения. Свитер мага неприятно натягивается в области шеи, и Шастун оттягивает его пальцами, стараясь отдышаться. Но в комнату заходит не тот, кого ждали. Миловидный мальчишка с бирюзовыми крапинками на щеках и неестественной белой кожей останавливается на пороге и кланяется в извинениях, когда понимает, что до ужаса испугал ученика своего хозяина. — Извини, я не хотел тебя испугать. — Антон опускает глаза на поднос в руках незнакомца. На нём ничем непримечательный завтрак и стакан воды. Его всё ещё пытаются накормить. — Я Ройя, тебе не стоит меня бояться. Я твой друг и верный слуга, ты можешь просить меня о чём угодно, хорошо? Аделар хотел, чтобы ты поел, а после он ждёт тебя снизу. У Ройя подрагивают руки, а сам он кажется до невозможности хрупким и юным. Он аккуратно ставит поднос подле Антона и разворачивается, хотя уйти, ведь не получает от мальчишки никакого ответа. Шастун хмурит брови, когда замечает цветные узоры на шее слуги, они линиями идут под рубашку, явно изображая какой-то рисунок, который ученик мага пока что не в силах прочитать. Ройя явно был не человеком. Вся его внешность кажется диковинной, а что придаёт ему такой экзотический вид, Антон, всматриваясь, долго не мог понять до того момента, пока не рассмотрел маленькие рожки на голове Ройя. — Спасибо. — хриплым ото сна голосом тихо проговаривает, наблюдая, как слуга оборачивается через плечо и дарит свою слабую искреннюю улыбку. А после Шастун вновь остается один. Одеяло сползает с колен, когда Антон придвигает еду ближе к себе. Но в своём же разочаровании он не находит аппетита и даже малейшего желания поесть. В груди таится ком, что медленно, но верно, движется к горлу. Мальчишка не в силах заставить себя проглотить и кусочек. Выпив глоток странной на вкус воды, Шастун поднимается с места, сразу же хватаясь за стену. В глазах темнеет, приходится опуститься на пол, чтобы прийти в себя. Антон обещает себе, что после разговора с магом обязательно заставит поесть себя. Тело кажется ослабшим и тяжёлым. Спускаясь вниз, на глаза сразу же попадается чародей, он сидит на диване, закинув одну ногу на другую, и что-то увлеченно читает. Его очки сползают на нос, вынуждая мага поправлять их пальцами. Подростка Аделар замечает только тогда, когда Антон встаёт перед ним. — Вы хотели меня видеть? — тихо задаёт вопрос, смущённо морща нос. Аделар до сих пор не может привыкнуть к новому жителю в своём доме. До невозможности тихому и незаметному жителю. Антон большую часть времени спит и вообще не выходит в реальность. Такое продолжается уже четвёртый день.       Сначала Арсений успокаивал себя тем, что ребёнок просто привыкает к новой обстановке, но всё заходит слишком далеко, с этим нужно было что-то делать. Волосы растрёпаны, уставший и покорный взгляд опущен в пол, лицо приобрело нездоровый оттенок, а руки с выпирающими костяшками кажутся болезненными. Антон утопает в его свитере, подчёркивая этим свою слабость и миниатюрность. — Хотел, Антон. — Арсений поднимается с места, заставляя Антона лихорадочно сделать шаг назад. Шастун до ужаса напуган. Страх за это время никуда не ушёл, он просто тщательнее прятался, а с каждым словом и действием чародея уменьшался, но никогда не оставлял мальчишку одного. — Давай поговорим по поводу… Арсений останавливается, видя, как Антон непонятно промаргивается, а после прикладывает ладонь к своему лицу, хмурит брови от чего-то, а после начинает терять сознание, не сумев выиграть битву со своим самочувствием. Темнота утягивает за собой, не даёт даже шанса выплыть на поверхность, Антон закрывает глаза. Аделар реагирует незамедлительно, оказывается рядом и не даёт получить боль от удара. Обхватывает за талию, мягко опускаясь на пол вместе с мальчишкой.

***

— Я сделал всё, что вы сказали. — Ройя опускает голову и сжимает свои ладони при виде хозяина. — Антон спит в своей комнате, он немного поел, когда просыпался. — Я понял, спасибо. — чародей отводит взгляд от слуги, даже не замечая, как он тенью уходит в другую комнату. Аделар смотрит, как за окном шар-солнце медленно опускается за кромку его леса. Птицы перестают петь, керкопы прячутся в своих норах, а русалки уплывают подальше от берегов. Ночь опускает его лес в темноту и накрывает пучиной неизвестной опасности. Редко кто осмеливался соваться в его лес в это время суток. Там хранятся секреты самого дьявола, но найти их не каждому под силу, а тот, кто находит, больше никогда не выйдет живым из чащи. Ведь за открытые путнику тайны всегда надо платить, а за эту тайну равносильный обмен только на жизнь. Лишь один из немногих, кто осмелился зайти туда ночью, и он же единственный вышел от туда живым под крылом самого сильного мага. Маленький человек решил, что этот лес его безопасность, он не видел и не искал никаких тайн и уж тем более опасностей. Он считал, что только лес в силах укрыть его от хозяина этих земель. Но лес навсегда останется верен своему духу — отдал мальчишку в руки мага, а тот и не обижается, лишь благодарит за сохранённую жизнь. Аделар ведёт носом, его взгляд темнеет, ведь по дому разносится незнакомый запах холода. Осознанность искрой проходится в чужих зрачках. Маг сразу же направляется в комнату своего ученика. С каждым шагом мороз больше проникал в лёгкие, оставаясь в них на секунду, а после таял, и Аделар выдыхал лёгкое облачко пара. Арсений накрывает ручку двери своими пальцами, кожей ощущая, как лёд покалывает его ладонь. С тихим скрипом Аделару открывается вид на уже не свою комнату. Кровать Антона пуста. Задерживая дыхание, Арсений наблюдает, как тонкая корочка льда покрывает все стены, потолок и пол. Все вещи: полки, стол, кровать — поглощены коварством мороза. Последние лучи закатного солнца заставляют иней сверкать, словно гранёный алмаз. Маг быстро взглядом находит пропажу. Антон сидит на полу в самом углу комнаты, сильно прижимаясь к стенке, словно это единственное спасение, держится за голову и раскачивается, как в сильной истерике. Арсений слышит его беспорядочные всхлипы, видит его дрожь, что охватила всю маленькую фигуру. Взгляд чародея тускнеет, черты лица становятся более суровыми, а в душе зарождается что-то острое и причиняющее боль. Антон поднимает голову и сталкивается со знакомым взглядом. Он не услышал его приход и что-то делать уже поздно. — Нет, не подходите. — кричит, что есть мочи, выставляя руки вперёд, стараясь отгородиться от чародея. Магия, что будто сошла с ума, вырывается из чужих пальцев. Антон вскрикивает, когда небольшая порция льда с дребезжанием разбивается около мага, что ни на шаг не отступает и даже не вздрагивает.       Шастун не хочет причинять боль другим, он прячет руки за спиной, лишь бы новые порывы не нанесли вред Аделару. Арсений ступает на лёд, что хрустит под его ботинками, как стекло, его взгляд заставляет юношу пускать больше слёз. Антон мотает головой в разные стороны, понимая, что его слов ослушались. Пытаются подойти ближе, приручить, получить доверие. Осторожно касаясь чужих кудрявых волос на макушке, Арсений вплетает в них свои пальцы. Шастун не даётся этому прикосновению, резко отстраняется и, как дикий звереныш, загнанно и шокировано смотрит в голубые светлые глаза. — Не трогайте меня, я сделаю вам больно. — начинает глотать слова из-за плача, окрашивает свои щёки в красноватый от слёз цвет. Боится не духа леса — боится причинить ему боль. Шипит на попытку быть ближе, жмётся к стене так, будто пытается слиться с ней и исчезнуть. — Не сделаешь, Антон. — эти слова отрезвляют, отставляют истерику на второй план, заставляют слушать и смотреть на человека перед ним. — Я не могу. Мне страшно. — Антон поднимает свои трясущиеся ладони и демонстрирует их, как будто показывает оружие, которым кого-то убил. — Я не хотел, не хотел этого. Чужой надломленный от страха голос вынуждает Арсения заглянуть в зелёные глаза, такие же, как были и у отца Антона. Арсений слишком хорошо знает, какие они: как красиво блестят на солнце или как они тускнеют после слёз, знает, как эти глаза умеют смотреть с любовью. — Я знаю. Доверься мне, я смогу помочь. — Аделар кивает, прося отпустить этот страх, что сжирает Антона с самого прибытия на аукцион. Сомнения терзают Шастуна не долго, он тянет свои посиневшие от холода пальцы к чужим тёплым рукам. Арсений не противится, сжимает их в своих и наблюдает, как Антон прикрывает глаза от облегчения. Он подрагивает от ощущения тепла, что растекается по венам, как горячий чай после длительной прогулки зимой, чувствует, как отогреваются его руки, и как к щекам припадает жар. — Слушай меня сейчас внимательно. — Арсений обращает на себя внимание. — Всё это недоразумение — это твой страх, который ты пронёс через столько дней. Все твои негативные эмоции вылились в подобные всплески магии. Именно поэтому с этого дня ты будешь разговаривать со мной и оповещать о том, что с тобой происходит. Я здесь, чтобы научить тебя контролировать это, а не наоборот. Я надеюсь, ты уже наконец понял то, что тебе тут не хотят навредить. На какой-то неопределённый срок, но мы — твоя семья и друзья. Так что пора отпускать это, Антон. Я не наврежу тебе. Мальчишка с замиранием сердца слушает то, чего так сильно не хватало ему эти дни. Он не жалеет, что доверился чародею. С рук и ног будто только сейчас снимают кандалы, тяжесть с плеч уходит, это бремя страха и обречённости полностью стирается под взглядом ледовых глаз, что сейчас дарят лишь тепло. Аделар до сих пор продолжает держать худые запястья в своих руках, не отпустит, пока не услышит то, что должен был. — Хорошо, я постараюсь. — постарается избавиться от страха и без сомнений вручить в руки Аделара своё доверие. Арсений кидает кроткую улыбку, а после уводит из заледенелой комнаты Антона, чтобы очистить его голову от кошмаров.       Антон ещё долго проводит фалангами по своим ладоням, ощущая фантомное касание чародея, вспоминает его горячее тепло и содрогается от того, как сильно ему это нравится.