Морская фея

Суна стоит в шикарном голубом платье до пола, ее нежная кожа светится в солнечных лучах заката, слегка выглядывающих из окна и освещающих ее комнатушку в особняке Корханов, где она живет в качестве вечного гостя. Она чувствует себя настоящей принцессой. Принцессой, которой она всегда мечтала стать в детстве, но, к сожалению, из-за деспотичного отца, не стала. Ее глаза смущено бегают сверху вниз, пытаясь лишь украдкой зацепиться за лицо татуированного парня, стоящего напротив. — Суна, ты прекрасна, — протяжно, на выдохе шепчет Кайя, делая небольшой шаг навстречу и вытягивая свои руки так, чтобы совсем легко, почти невесомо, дотронуться костяшками пальцев до покрасневших от стеснения щек девушки в голубом платье. Суна еще больше смущается и опускает глаза вниз. Внутри ее тела растекается какое-то новое, неизвестное чувство, охватывающее ее полностью. Несмотря на то, что она когда-то уже испытывала такие чувства при коротких встречах с Абидином в маленьком пространстве между особняком Корханов и домиком прислуг, скрытом от чужих глаз, но в этот раз чувства становятся сильнее и тяжелее. Ей хочется, чтобы Кайя прикасался к ней, вырисовывая своими пальцами с металлическими кольцами волнообразные узоры на ее шее, плечах, скулах, губах… Ей хочется, нет, она желает, чтобы он накрыл ее губы своими, сливая их тела и души в нежном поцелуе. И Кайя, будто читая ее мысли, подойдя еще ближе к ней и не оставляя даже маленького кусочка личного пространства, начинает тыльной стороной ладони легко обводить ее плечи и ключицы, тем самым оставляя ожоги на ее теле. Затем одной рукой переходит на ее шею, обвивает ее, как удав обвивает своим длинным телом несчастную загнанную в ловушку жертву, а другой рукой слегка касается ее подбородка и приподнимает его, тем самым заставляя Суну наконец-то посмотреть в его глаза. Их взгляды встречаются, сливаются воедино. Во взгляде Кайи Суна читает некую интимную нежность, которая переплетается с заинтересованностью и влечением, насколько она может его себе представить ввиду отсутствия какого-либо опыта. После всей боли, которую она пережила, ей хочется на секунду стать той маленькой беззащитной принцессой из детства, верящей в прекрасного принца, который обязательно сделает ее счастливой. Сейчас для нее Кайя тот самый принц, который своим поцелуем сможет излечить все ее физические и духовные раны, заставить ее поверить в свою собственную значимость. Кареглазый парень все еще плавно очерчивает ее лицо, проводя нежные линии по ее скулам, затем закусывая верхнюю губу и устанавливая мимолетный зрительный контакт, дабы удостовериться в дозволенности своих действий, сокращает расстояние их губ и … Суна просыпается в мокром поту, непроизвольно трогает себя за руку, дабы удостовериться, что это был сон, а не реальность. Голова слегка побаливает после вчерашнего алкоголя, танцев на столе, горьких разговоров с Абидином. Суна начинает судорожно и с трудом перебирать воспоминания со вчерашнего дня, тем самым вдавливая себя в глубокое чувство стыда. Как она могла так дерзко разговаривать с Аби, чуть ли не переходя на крики, а эти беседы за столом с татуированным парнем и, как бы сказал отец, развязные и постыдные танцы на столе с Сейран? Она не могла поверить в это, хотелось свернуться калачиком в кровати и совсем не выходить из номера, хотелось исчезнуть, испариться, превратиться в пепел, а затем исчезнуть в просторах бирюзового моря. А этот сон, который даже сейчас заставлял ее тяжело дышать, то резко поднимая, то опуская грудную клетку. — Какой кошмар, Суна! Как в твоей жалкой, тупой голове могли даже появиться небольшие намеки на такие мысли?! Глупая, глупая, Суна! — девушка зарыла обе руки в волосы на макушке и начала слегка покачиваться из стороны в сторону, сидя на своей кровати. — Суна, ты уже проснулась? Как ты себя чувствуешь? — мягкий голос Асуман резко заставил Суну прийти в себя. — Асуман, если честно, мне нехорошо, ты можешь мне рассказать, что было вчера? Я совсем не помню, как я добралась до комнаты, — Суна с сожалением и смущением посмотрела на голубоглазую девушку. — Суна, ну как сказать, вчера ты была в очень веселом состоянии под вечер, настолько веселом, что в наш номер тебя принес Кайя на руках, — Асуман еле-еле сдерживала смех, резко зародившийся в ней при воспоминании вчерашнего дня, — парень просил не говорить тебе, что именно он сопроводил твое тельце в номер, но я думаю тебе лучше быть в курсе, — Асуман продолжила, поджимая губы дабы спрятать широкую улыбку. — Да, спасибо, что рассказала мне про это, думаю лучше всегда владеть информацией и быть начеку. Аллах, Аллах, как же я буду смотреть ему в глаза? — Суна вопросительно посмотрела на Асуман и плюхнулась всем телом на кровать, закрывая свои глаза ладонями. Суна еще минут десять пролежала неподвижно в кровати, представляя как она будет смотреть в глаза Кайе при встрече на завтраке, что он подумает о ней? Припомнит ли ей эту ночь в очередной перепалке или же расскажет всем остальным за завтраком, чтобы еще больше принизить ее в глазах окружающих или же будет хранить этот секрет до худших времен, чтобы растоптать ее окончательно. Все эти мысли сводили ее с ума и отбивали всякое желание дальше находиться в Мармарисе. Но делать было нечего, недавно они с Асуман получили смс от менеджера, что их персональный завтрак готов, поэтому ей все же придется выйти из номера. Спустившись на первый этаж роскошного отеля, где и находился ресторан, Суна и Асуман заметили за столом только Кайю и Абидина. — Доброе утро! А где моя сестра и ее муж, вы не видели их? Почему они не пришли на завтрак? — обеспокоено спросила Суна у парней, сидящих за столом и жадно поедающих изысканный завтрак. — Доброе утро, — хором ответили парни, — насколько мне доложили менеджеры отеля, они сегодня ночевали в домике на берегу моря, — сразу же выстрелил Абидин. Конечно, он всегда был в курсе всего, что происходит с Феритом. Иногда Суне даже казалось, что водитель испытывает трепетные чувства не к ней, а по отношению к своему хозяину, которого он частенько осмеливался называть братом. Но как только такие мысли возникали в ее голове, она сразу же старалась переключить их, прекрасно понимая, что защищать Ферита это его прямая обязанность. — Спасибо, — Суна кратко взглянула на Абидина и направилась к столику. Окинув робким взглядом стол, за которым сидели парни, Суна заметила, что свободное место осталось только между Асуман и Каей. Девушка, конечно, не хотела сегодня оставаться в компании татуированного парня, но дабы избежать каких-либо недопониманий и подозрений со стороны остальных ребят решила вести себя как ни в чем ни бывало. Да и такое отстраненное поведение прекрасно помогло бы ей прощупать почву. Узнать, будет ли парень шантажировать ее, смеяться или же сделает вид, что ничего вчера не произошло. Конечно же она надеялась на последний вариант. Как только Суна приблизилась к столу, Кайя встал, дабы отодвинуть стул для девушки. — Что ты? Не стоит, я и сама бы справилась! Не стоит отвлекаться от завтрака, — Суна растерянно посмотрела на парня, который по-джентельменски отодвинул стул, чтобы она присела. — Мне совсем не сложно, тем более ты себя вчера не очень хорошо чувствовала, не хочу чтобы ты лишний раз напрягалась, — сказал почти шепотом в ответ Кайя, когда его лицо и губы находились в паре сантиметров от ее затылка. Суна сразу же резко взглянула на его лицо, чтобы рассмотреть его в деталях. Взгляд татуированного парня был на удивление спокойным, на нем не было ни ухмылки, ни какого-то отвращения к ней, которое, по ее мнению, он мог испытывать после вчерашней ночи. Наоборот, его взгляд был слегка взволнованным, казалось, что его правда беспокоило ее состояние. От этого взгляда Суна выдохнула. Он не причинит ей зла. Когда они оказались рядом, а их локти неловко соприкасались во время трапезы, девушка все-таки решила завести короткую беседу и отблагодарить своего ночного спасителя. — Кайя, — робко произнесла девушка, — спасибо тебе большое, что вчера не оставил меня одну в таком состоянии и кхм… кхм… — девушка слегка поперхнулась, — и донес меня до моего номера. Суна снова взглянула на лицо парня, на котором появилась мимолетная улыбка, наполненная, как ей казалось, каким-то особенным светом, добротой и смущением. — Суна, на моем месте, так поступил бы любой мужчина! Проехали, будем считать, что вчера ничего не произошло, — Кайя слегка подмигнул девушке. — Спасибо, — еще раз прошептала Суна и приступила к своему завтраку. — Ребят, предлагаю после завтрака пойти на пляж, как раз искупаемся, найдем Сейран и Ферита, потом пообедаем и будем собирать вещи домой, как вам идея? — с светящимися глазами предложила Асуман. После смерти Фуата Суна еще ни разу не видела на лице девушки спокойную, не натянутую и искреннюю улыбку. Суна была рада за нее, отдых действительно пошел ей на пользу. А может быть смена обстановки так повлияла на нее, ведь теперь Асуман была так далека от всего, что напоминало бы ей о покойном муже. Чтобы то ни было, девушка казалась счастливой в эти мгновения. — Отличная идея! — все единогласно согласились. Суна стоит перед огромным зеркалом, держа в руках два совершенно разных купальника, один открытый, а другой слитный. — Какой же надеть, Аллах, почему я так долго об этом думаю? Кому я нужна на этом пляже, кто вообще там на меня посмотрит, — Суна разговаривает сама с собой, благо Асуман уже давно собралась и покинула номер в направлении морского берега. Девушка задерживает свой взгляд на отражении в зеркале, пытаясь еще раз рассмотреть свое тело и найти в нем хоть какие-то достоинства. Тонкие ноги, почти невидимые. Иногда отец, как бы шутя, говорил Суне, что ей нужно быть осторожной при ходьбе, потому что в какой-нибудь неожиданный момент ее худые цыплячие ноги могут надломиться. Тонкие руки. Выпирающие кости. Иногда выступающие голубые вены, которые при хорошем освещении особо видны на ее теле из-за тонкой молочной кожи. Небольшая, но аккуратная грудь. Выпирающие ключицы. Проводя оценку своего тела, Суна решается надеть слитный купальник и небольшую полупрозрачную накидку на бедра, дабы скрыть, по ее мнению, несовершенства фигуры. — А понравится ли это Кайе? — Суна ловит себя на этой неожиданной мысли. Да почему ее вообще волнует мнение этого парня? Почему он засел в ее голове? Почему она постоянно думает о том, что он подумает о ней, какой увидит ее, да еще и эти странные сны. Девушка собирает все мысли в кучу, прогоняя все ненужное, а именно мысли о татуированном парне, из своей головы, быстро одевается и направляется в место, локацию которого ей скинула Асуман минут как пять назад. Приближаясь к месту назначения, Суна видит радостно плескающихся Сейран и Ферита, сегодня они выглядят особо счастливыми, у ребят была отличная ночь, сразу же думает про себя Суна и непроизвольно улыбается. На берегу девушка видит Асуман, которая намазалась всеми возможными кремами и раскинулась на лежаке, направляя свое тело к лучам солнца. Где-то вдалеке, на сапе, виднеется Абидин, Суна подумала, что ему явно неловко находиться в окружении ребят, поэтом он выбрал такой логичный способ уединиться. Но одного человека явно недостает, Суна осмотрев все пространство на 360 градусов, осознает, что Кайи нигде нет. На секунду она расстраивается, но затем сразу же выдыхает, в глубине души она не хочет, чтобы парень видел ее в таком виде. — Асуман, я прилягу рядом с тобой, ты не против? — Суна садиться на лежак, стоящий рядом с лежаком Асуман. — Конечно, может быть тебе нужен солнцезащитный крем, — спрашивает девушка. — Нет, спасибо, думаю немного солнечных лучей пойдут мне на пользу, — Суна уже собирается прилечь, как видит, подходящего к ним татуированного парня. Суна непроизвольно начинает разглядывать тело парня, которое выглядит невероятно атлетичным, Суна, уверена, что парень проводит много времени в зале для поддержания такой формы. Широкие плечи, которые кажутся огромной каменной стеной, бицепсы, которые становятся объемнее при ходьбе, когда его руки непроизвольно сгибаются. Татуировки, которые беспорядочно покрывают его тело, которые хочется разглядывать, узнавая их историю появления и значение, она уже давно заметила, что некоторые были на совсем непонятном ей языке, от чего ее захватывал еще больший интерес. Но дольше всего ее взгляд задерживается на его торсе, на котором отчетливо прослеживаются шесть кубиков. Про себя Суна задается вопросом, интересно, сколько же девушек не устояло перед этим шикарным телом, сколько неприступных крепостей сдалось? Однако, понимая, что парень уже совсем близко Суна нехотя отводит свой взгляд. — Девчонки, не хотите искупаться, вижу мой братец уже попробовал воду на вкус, плавать можно, — сказал Кайя, широко улыбаясь, показывая пальцем на Ферита, которого Сейран чуть ли не топила в водах бирюзового моря. Асуман и Суна поддержали его идею и через секунду, они нарушая идиллию Сейран и Ферита, шумно, оглашая их брызгами вбежали в воду. В это мгновение Суна чувствовала себя по-настоящему счастливой, любимая сестра, надоедливый, но такой родной ее сердцу зятек, все они рядом, улыбаются, смеются, плескаются в море как дети. Сейчас они могут окунуться в детство, детство, которого их лишил деспотичный отец. Вдоволь насладившись теплой морской водой, ребята решают чуть-чуть полежать на пляже и, переодевшись, направиться на завтрак. Выходя из воды, Суна ловит на своем теле какой-то обжигающий след, она делает небольшой разворот головы и ловит на себя мимолетный взгляд Кайи, рассматривающий ее тело от головы до пят. На минуту ее сковывает смущение, но затем какие-то непонятные мысли застилают ее разум. Внутри она задается вопросами, снова этими вопросами, которые уже неоднократно всплывали в ее подсознании. Понравилось ли ему ее тело, что он вообще думает о ней. — Ах, глупая, глупая, Суна! О чем ты опять думаешь?! — спрашивает себя снова и снова, всем сердцем желая избавиться от этих преследующих мыслей. — Я уже говорил, голубой тебе очень идет, невозможно оторвать глаз, — говорит Кайя, наклоняясь к Суне и протягивая ей полотенце. Парень настолько близко, что она чувствует его горячее дыхание на своей коже, которая мгновенно покрывается мурашками. Он сразу же замечает это и оттого слегка ухмыляется. — Спасибо, — смущенно говорит Суна, даже не поднимая взгляда на татуированного парня. Какой нахал! Как он может вообще озвучивать такое вслух, тем более когда на ней лишь небольшой кусочек ткани. Переодевшись, они снова собираются в холле роскошного ресторана, дабы провести последнюю трапезу в этом прекрасном месте. Теперь за столом собрались все, даже Абидин, которого сегодня практически не было видно, был здесь. Сейран и Ферит мило о чем-то шушукались, явно обсуждая их ночные приключения. Асуман попивала свое любое яблочно-огуречное смузи, которое в особняке могла пить только она, в то время как Кайя жадно уплетал свое блюдо, казалось, что он не ел уже сотню лет. Но умиротворение и спокойствие, окутавшее всех присутствующих, длилось недолго. Сейран, резко вскочив с места и взбросив руки вверх, крикнула, так что пару посетителей, сидевших за соседними столиками обернулись и посмотрели на их компанию с неким непониманием и неподдельным интересом. — Я поступила, я поступила в университет! Но как это возможно, Аллах, я не верю в это, не может быть! Как это получилось? Кайя?