Морская фея

— Это все ты, я знаю, — Сейран вскакивает со своего места и непроизвольно вешается на шею Кайе, также привставшего со своего места, дабы принять благодарность девушки. — Не нужно благодарностей, после нашего разговора об университете я решил, что тебе стоит чуть-чуть помочь воплотить мечту в реальность, — Кайя широко улыбается, слега приобнимая радостную девушку. — Хватит! Отойди от нее, урод, — в холле ресторана раздается громкий хлопок по столу. Обезумевший Ферит сразу же вскакивает со своего места и, сократив расстояние за секунды, приближается к застывшей в дружеских объятиях парочке. Ферит пытается схватить свою жену за запястье, в то время как татуированный парень заводит девушку за спину, становясь для нее неким щитом. — Эй, успокойся, — взгляд Кайи тут же становится грубым, в его глазах кроется недоумение и ярость, — зачем ты так реагируешь, девушка всего лишь подала документы или ты запрещаешь ей учиться? Хочешь, чтобы она постоянно сидела дома и ждала тебя, пока ты шляешься непонятно где? Что у тебя с самооценкой? А? — тут же на лице Кайи появляется легкая ухмылка. — Сейран, мы уходим, ну же, пошли в номер? — говорит со стиснутыми зубами Ферит, но татуированный парень даже не собирается двигаться с места, он оборачивается и вопросительно смотрит на Сейран, дабы убедиться, что с ней все в порядке и она по своему желанию сейчас отправится в номер со своим неуравновешенным муженьком. Сейран легко кивает и следует за своим мужем, в то время как Кайя все еще остается как бы настороже. — Хватит, не лезь, они сами разберутся, — теперь уже Суна подает свой голос. С одной стороны, она очень рада за сестру в этом момент, ведь учеба в университете была ее детской, подростковой и нынешней мечтой, а Кайя оказался тем человеком, который помог воплотить эту мечту в жизнь. С другой стороны, в ее картине мира есть строгая иерархия муж-жена, которая была высечена на корке ее подсознания с самого детства. Для нее такое поведение парня было недопустимым. Почему он вмешивается в отношения Сейран и Ферита, решает судьбу девушки в тайне от ее законного мужа. Это казалось немыслимо. — Как я могу не лезть? Если он ее ударит? — Кайя также стоит в недоумении, совсем не меняя положения. — Ферит никогда не ударит Сейран, у них просто такие отношения, они ссорятся, потом мирятся и по новой. Не обращай внимания. Спасибо тебе, конечно, за помощь с документами в университет, но как мы уже и говорили ранее, старайся не вмешиваться в их отношения. Они взрослые люди и сами разберутся, — Суна поднимает свой взгляд на татуированного парня и видит, как после ее слов, на его лице появляется маленькая усмешка. — Да, да, так и ведут себя взрослые люди в здоровых и не токсичных отношениях, alright, alright, но потом не плачь, когда этот парень разобьет твоей сестре сердце, — парень больше не желает находиться в их компании и удаляется, в то время как Суна лишь провожает его взглядом, не найдя каких-либо слов, чтобы противостоять его. После обеденной ссоры в компании царила мертвая тишина. Встретившись возле вертолета, который должен был отвезти их обратно в особняк, никто даже не проронил и слова. Ферит и Сейран не разговаривали друг с другом, явно после нелицеприятного разговора в номере, Асуман также была погружена в свои мысли, Аби и Кайя где-то возились с чемоданами, в то время как Суна стояла одна, вглядываясь в бирюзовые просторы моря. Легкий ветерок то плавно поднимал, то опускал ее черные локоны, а платье аккуратно развивалось. Она была погружена в свои мысли, размышляя об этой поездке, которая выдалась совсем не такой как она ожидала. Разговор с Абидином, ссора с Сейран и ее неудачное поступление в университет, все это навалилось как снежный ком. Но одна мысль засела глубоко в ее сознании, волновала ее до дрожи в пальцах. Татуированный парень. Его образ засел глубоко в ее подсознании, заставляя ее дыхание слегка сбиваться. Он не такой уж и плохой, как мог показаться ей при первой встрече. Его слова про отношения, благородный поступок по отношению к ее любимой сестренке, все это засело в ее подсознании. Нет, он не плохой человек и она должна извиниться перед ним, но не сейчас. Сейчас она слишком устала. В полете до Стамбула они также молчали. Никто не решался что-либо сказать, да и в такой обстановке это было бессмысленно. Суна старалась сконцентрироваться на прекрасных видах моря и города, которые она могла видеть в окно вертолета, однако сосредоточить свое внимание на этом и полностью расслабиться у нее не получалось. Рядом с ней сидел Абидин, который со вчерашнего вечера, как ей удалось заметить, даже ни разу не взглянул на нее. Это чувство коробило ее сердце. Лишь один раз она обернулась, чтобы взглянуть на него, но парень демонстративно отвернул свою голову от нее, делая вид, что он слишком заинтересован происходящим за бортом вертолета. Теперь она точно осознала для себя, их связь оборвалась окончательно, а те трепетные чувства, которые они испытывали друг к другу испарились, высохли, высохли как слезы на ее лице, которые она обронила когда-то возле больницы. Той больницы, где он дал ей ясно понять, что она грязная, порочная, ненужная. Больше не беспокоящая его сердце. Глубоко выдохнув, Суна, взявши пример со своего бывшего возлюбленного, собралась отвернуть голову, как словила на себе совсем мимолетный взгляд татуированного парня, сидящего напротив и державшего в своих крепких руках небольшой блокнот и карандаш. Кайя мгновенно понял, что его безжалостно раскрыли, и принялся судорожно, как внезапно пойманный воришка, закрывать блокнот и прятать его в какую-то небольшую сумку, стоявшую рядом. Заметив это действие Суна лишь слегка улыбнулась и отвела взгляд в сторону. В ее голове сразу же закралась мысль, что ей было бы интересно не только узнать значения черных отметин на его теле, но и увидеть его рисунки в блокноте, скрытые от посторонних глаз. Интересно, он также талантлив в рисовании как и господин Халис? Столько вопросов и так мало ответов. По приезде в особняк главной темой обсуждений стала учеба Сейран. Папа Кязым, мама Эсме и тетушка бегали по особняку, о чем-то постоянно громко споря то с самой сестрой, то со старшим Корханом и членами его семьи. Суна осталась в своей комнате одна, совсем не понимая чем ей заняться, вникать в семейные споры она совсем не хотела. Усевшись в мягкое кресло, стоящее возле окна ее комнаты, она уже принялась за чтение очередной книги, как в ее комнате раздался звук стука в дверь. — Госпожа Суна, это господин Латиф, могу ли я войти? — послышался голос управляющего дома по ту сторону. — Да, да, конечно, войдите, Суна привстала, чтобы поприветствовать мужчину. — Вас просит к себе госпожа Ифакат, — мужчина произнес это с мягкой и доброй улыбкой, — она ждет Вас в своей комнате, поторопитесь. — Да, да, конечно, я сейчас же приду к ней. Что-то случилось? — Суна вопросительно посмотрела на мужчину. — Не могу знать, она лишь попросила меня передать Вам, что ожидает Вас, — с этими словами мужчина покинул ее комнату, оставив тем самым девушку одну. Подойдя к комнате госпожи Ифакат, Суна услышала небольшие отрывки разговора Ифакат-ханым и Кайи. Кайи? Она была слегка удивлена, ведь она совсем не понимала, о чем они могли вообще разговаривать, какие темы могли бы сплотить их. — Кайя, вы должны быть смелее в своих намерениях, настойчивее, — Суна могла еле-еле расслышать голос госпожи Ифакат. — Извините, но это уже мое дело, думаю я обойдусь без Ваших советов, прошу прощения, мне нужно поздороваться с матерью, я ее еще не видел после нашего приезда в особняк, — немного грубо, как показалось Суне, но явно расставляя личные границы, произнес татуированный парень. Услышав приближающиеся шаги парня к двери, Суна, дабы не быть замеченной, отстранилась и сделала пару шагов назад. Дверь открылась и из комнаты госпожи Ифакат вышел Кайя. На его лице появился какой-то невообразимый фейерверк эмоций, когда он увидел перед собой силуэт девушки. — Суна, что ты тут делаешь? — парень закинул руки за голову, почесал затылок, как он часто делал в разговоре с ней, и окинул Суну теплым взглядом с легкой улыбкой на лице. — Я, я… — она слегка запнулась от такого неожиданного появления татуированного парня перед ней, — я искала Сейран, ее нет в комнате, хотела поговорить с ней и поддержать. — Суна, ты очень хорошая сестра. Сейран явно повезло, что рядом с ней есть такой человек как ты. Я даже и не могу мечтать о таком человеке рядом, — парень снова окинул девушку легкой улыбкой от чего она опустила голову и явно засмущалась, — послушай, Суна, я вижу, что сейчас происходит в особняке, как все стараются переубедить Сейран в ее решении поступать в университет. Я уверен, что ты поддержишь ее, сможешь убедить не отказываться от своего желания. — Хорошо, я поговорю с ней, спасибо, — быстро ответила Суна. В ее голове закралась мысль о том, что может быть Кайе понравилась Сейран. Ведь не будет же посторонний человек так неравнодушно относиться к человеку, которого он знает неделю, а то и меньше. Все это почему-то разозлило ее. Неужели и этот парень пал под чарами младшей красотки Шанлы, неужели ее замужняя сестра пленила и его сердце. Но это было неудивительно, если сравнивать их обеих, по мнению Суны, она явно проигрывала. Тем более, кому нужна бедная разведенная девушка, которая кроме жалости никакого другого чувства и не вызывает. Не желая больше продолжать их беседу с Каей, Суна кивнула парню головой и уже собралась удалиться в свою комнату, совсем забыв о том, что она оказалась здесь по велению госпожи Ифакат. Кайя сразу же прочитал в ее жестах нежелание больше вести беседу и отправился на первый этаж особняка в свою маленькую обитель. Суна облегченно выдохнула, что татуированный парень ушел до того, как дверь комнаты госпожи Ифакат открылась и властная рыжая женщина жестом зазвала ее в свое логово, откуда пять минут назад выбрался Кайя. — Госпожа Ифакат, мне сказали, что Вы меня ожидаете, что-то случилось? — Суна вошла в комнату и присела в кресло, куда жестом ей показала Ифакат-ханым. — Я хотела поинтересоваться твоим состоянием, — сказала женщина, глядя Суне в глаза, — как тебе отдых в Мармарисе? Все ли понравилось? Удобно ли ты разместилась в особняке, все ли тебя устраивает? — Ифакат-ханым продолжала закидывать вопросами смущенную девушку. — Да, все в порядке, я очень благодарна господину Халису и Вам, что вы приняли нас, нашу семью в особняке, — Суна произносила это с натянутой улыбкой, так как внутри своей души она была обижена на госпожу Ифакат. Суна не могла простить ей брак с сумасшедшим Саффетом, все те ужасные вещи, которые она совершала по отношению к ее любимой сестренке. — Это отлично, Суна, я рада. Однако, я не перестану повторять, что ты, именно ты должна была стать госпожой этого особняка, — женщина довольно улыбнулась, подняв голову вверх, явно чувствуя абсолютную истину в своих словах. — Простите? — Суна с недоумением посмотрела на женщину, сидящую напротив нее, — я Вас не понимаю. Что было, то прошло, значит это не моя судьба. Ферит и Сейран счастливы вместе, а я счастлива, что они счастливы. Простите меня, но я не хочу быть причастна к Вашим играм, можно я пойду, — девушка привстала и собралась уже выйти, нет, выбежать из комнаты, как ее снова остановил уже не такой мягкий как ранее, а строгий и даже грубый голос Ифакат-ханым. — Стой! Суна! Сколько можно так не ценить себя? Или ты хочешь такую же судьбу как у своей тетушки Хаттуч? Или же ты хочешь остаться под крылом своего любимого отца? — воскликнула женщина, в то время как Суна на мгновение замерла. Прожить судьбу своей тетушки после брака с сумасшедшим Саффетом казалась ей уже и не такой плохой альтернативой. Однако, лишь одна мысль о том, что она проживет все свои молодые годы рядом с деспотичным отцом заставляло ее тело и сознание замирать, будто ее облили ледяной водой. — К чему Вы клоните, говорите открыто? — Суна все же решила продолжить диалог с госпожой Ифакат, четко понимая и осознавая все последствия этого разговора. — Я говорю о том, что тебе уже давно пора бросить надеяться на судьбу и взять ее в свои руки. — Я Вас совсем не понимаю, госпожа Ифакат, Вы прекрасно знаете, что я не могу самостоятельно принимать решения, быть с тем, кого я люблю, — Суна глубоко выдохнула, а на ее глазах выступили небольшие капельки слез. — И кого же ты любишь? Того бесхребетного водителя, который бегает по пятам за Феритом? Суна, не глупи, у вас нет будущего. Я уже говорила тебе, разве предел твоих мечтаний жить в домике для прислуги? Готовить обеды для семьи своей младшей сестры? Он даже выкрасть тебя со свадьбы с этим придурком не смог, вернул как коробку конфет обратно, до чего же идиот, — Ифакат-ханым приподняла одну бровь и вопросительно посмотрела на худую девушку, стоящую перед ней. — С Абидином, господином Абидином все кончено, — Суна прошептала это совсем тихо. Она осознала, что только сейчас, впервые, сказала это вслух, от чего ее сердце забилось еще быстрее и чаще, а тело стало тяжелым как будто ей на плечи повесили якорь грузового корабля, бороздящего воды Босфора. — Аллах, Аллах, неужели, ты пришла в себя, — угрюмая гримаса госпожи Ифакат сменилась хитрой улыбкой, — смотри, Суна, я всегда видела тебя госпожой особняка и теперь в твоих руках стать таковой. Сейран, как я понимаю, сейчас займется учебой, ей будет не до наследника, в то время как ты можешь подарить этому дому первого правнука, — госпожа Ифакат не успела договорить, как ее тут же перебила Суна, которая уже явно не могла сдержать нервного смеха, — простите, но насколько я знаю, чтобы подарить наследника меня одной недостаточно, — девушка еще раз нервно усмехнулась, — не хватает всего лишь то второго человека, всего лишь то еще одного внука Халиса Корхана, — продолжила девушка. Весь этот разговор казался ей совершенно абсурдным. — Ты уже мыслишь в правильном направлении, Суна, — рыжеволосая женщина говорила это с полным серьезности голосом, — Кайя! Ты и он, вы, подарите этому дому первого наследника. — Кайя?! — девушка поперхнулась от удивления. Такое услышать от Ифакат-ханым она точно не ожидала, — как Вы себе это представляете? Мы с ним знакомы буквально три дня, — резкое желание выбежать из комнаты снова накрыло девушку, — Госпожа Ифакат, мне пора идти, думаю тетушка уже заждалась меня, я забыла предупредить ее о нашей встрече. — Стой, Суна, ты знаешь о чем мы недавно говорили с этим парнем? Он сказал мне, что ты ему нравишься! Эти слова женщины прогремели для Суны как гром среди ясного неба. Она не могла поверить в это. Разве она могла понравиться такому парню как Кайя? Разве он тайно не влюблен в ее младшую сестру? Насколько вообще правдивы слова этой женщины, сидящей напротив? Разумом она отказывалась принимать это, в то время как в ее сердце зародилась маленькая надежда. Надежда? Надежда на счастье? Разве она может быть счастливой? Может ли кто-то полюбить ее, невзирая на ее прошлое? Вот Абидин не смог. А получится ли у нее влюбиться, довериться кому-то вновь? Опять. Столько много вопросов, но так мало ответов. Вопросов, ответы на которые теперь ей придется найти самой. — Не шутите со мной, госпожа Ифакат. После брака с Саффетом, я не могу верить ни одному Вашему слову, — теперь слезы сменились совсем незаметной злостью на лице Суны. — Суна, хватит жалеть себя! Ты красивая молодая девушка! Почему ты не могла понравиться этому парню? Взгляни на себя, — Ифакат-ханым взяла ее за руку и отвела к большому зеркалу в пол, стоявшему в углу комнаты, — давай смотри, не отводи взгляд! Суна, возьми себя в руки. Я понимаю, что Кайя отличается от обычных турецких мужчин, он вырос не по нашим традициям, — в голове Суны сразу же всплыли слова Сейран, — но я уверена, что ты сможешь очаровать этого парня, главное будь уверенне, наконец-то включи свои женские чары. Перестань уже пресмыкаться перед сестрой, отцом и тетей Хаттуч. Иди, — после своего монолога госпожа Ифакат села в огромное кресло и принялась пить кофе, — и подумай над моими словами. Суна, не оглядываясь и даже не попрощавшись, вышла из комнаты рыжеволосой женщины и спешно направилась в свою комнату, чтобы переварить все сказанное. От всех мыслей, плотным слоем окутавших ее сознание, ей стало плохо, в глазах потемнело и она уже ничего не чувствуя, начала терять равновесие. — Суна, Суна, ты в порядке? — лишь на мгновение прикрыв глаза, Суна почувствовала как чьи-то крепкие руки схватили ее тонкое безжизненное тело, не дав ей упасть где-то посреди огромного особняка. Это был Кайя, она сразу же поняла это, узнала его по голосу, по аромату парфюма, который она уже успела запомнить после их мимолетных встреч и разговоров, то в доме отца, то в Мармарисе, то на кухне особняка. — Да, все в порядке, просто что-то голова закружилась, — ответила Суна, наконец открыв глаза. Уже через несколько секунд девушка пришла в себя, оценив в какой неоднозначной позе они сейчас находятся. Руки Кайи нежно, едва касаясь ладонями, держали ее за талию, дабы предостеречь от возможного падения, в то время как их лица находились в неприлично минимальном расстоянии друг от друга, так, что каждый мог ощущать на себе горячее дыхание друг друга. В то время как ее маленькие аккуратные ручки лежали на его мускулистой груди в полурасстегнутой рубашке, прекрасно ощущая как сильно участилось биение его сердца. Еще секунда и они отстранилась друг от друга, так резко как будто они были под наблюдением всех жителей особняка. — Спасибо, ты снова помог мне, — Суна явно замешкалась от смущения и того положения, в котором они сейчас оказались, — мне кажется я уже успела тебе знатно надоесть, — Суна посмотрела на кареглазого парня, отводя глаза, таким образом, чтобы он не смог увидеть застывшее в них смущение. — Суна, ты не можешь мне надоесть, — парень с приятной улыбкой посмотрел на нее, немного пригнувшись, дабы увидеть ее черные как прекрасная, но холодная зимняя ночь глаза. — Почему? — теперь уже девушка смотрела ему прямо в глаза, пытаясь найти в них ответ на свой такой короткий вопрос. — Потому что ты как морская фея, летающая вдоль морских волн. Морская фея никого не может потревожить, она лишь способна радовать глаз людей, наблюдающих за ее красотой, легкостью и добротой. Даровать им чувство спокойствия и умиротворения, — теперь уже на лице парня появилось легкое стеснение. Суне показалось, что он, всегда невозмутимый перед другими, как скала, смутился от своих же слов? — Кайя, — Суне показалось что она сказала это настолько тихо, что татуированный парень и вовсе не услышал ее обращение. Однако, это было ошибкой. Парень пристально посмотрел на нее, — я хотела тебе сказать, что я была не права, ты хороший человек. А твоя одежда, — Кайя уже не скрывал улыбки на своем лице, — прости, я не хотела как-то задевать тебя. Просто для Турции, для меня, это было очень необычно. Я наговорила много лишнего, правда. Я, я прошу прощения. — Суна, запомни, ты не можешь меня обидеть. Всегда говори мне все, что считаешь нужным. Мое мнение о тебе не поменяется. Ты добрая девушка. — Мне нужно идти, отец меня уже ждет, — Суна еще раз украдкой взглянула на парня и спешно удалилась в свою комнату, услышав позади себя тяжелый выдох.