Месть Ло Бинхэ

      Почти в каждой школе есть свои страшилки. В одной школе, рассказывали люди, пятнадцатого числа каждого лунного месяца творились странные вещи. Например, возле входа в школу стояла статуя Тяньлан-цзюня, легендарного покровителя литературы, императора Древнего Китая, который очень любил читать. В самом этом факте не было ничего удивительного, так как в Японии, к примеру, возле школ раньше часто ставили скульптуры Ниномии Кинджиро, в России символом рвения к учёбе считается Ломоносов, а вот в Китае статуи, изображающие Тяньлан-цзюня, часто устанавливали перед школами и университетами.       Так вот, поговаривали, что у скульптуры, стоявшей напротив входа именно в эту школу, вращаются глаза. Во всём здании отключается электричество. Число ступенек в пролётах изменяется с тринадцати до четырнадцати. В лабораториях из кранов якобы начинает течь кровь вместо воды. А если в тот момент кто-то осмелится войти в самый крайний туалет на первом этаже, этого человека больше никто не увидит!       Дело было в девяностые годы прошлого века. Однажды группа старшеклассников решила проверить, правду ли говорят люди, или это просто байка. Чтобы родители ничего не заподозрили, каждый подросток сказал, что ночует у другого, другой — у третьего и так далее. Они собрались пятнадцатого числа лунного месяца ночью и ровно в полночь подошли к школе.       Глаза статуи смотрели влево, ребята специально обратили на это внимание, чтобы потом не забыть от испуга, если вдруг что. Это сейчас можно было бы просто сфотографировать что-либо на телефон и потом сравнить фото, причём сделанное в отличном качестве. А в то время такой возможности не было, ведь фотоаппараты были ещё плёночными. То есть на проявку и печать изображения требовалось какое-то время. Кроме того, все подростки, собравшиеся на вылазку, были из обычных семей, и у них дома были только так называемые дешёвые «мыльницы», снимки на которые были не самыми чёткими. Ни у кого из них не было дорогих зеркальных фотоаппаратов.       Подождав некоторое время, мальчики убедились, что глаза Тяньлан-цзюня не сдвинулись ни на миллиметр. Войдя в школу, они щёлкнули выключателем. — О, гляньте, свет загорелся! — воскликнул Ян Исюань. — Да бред это всё, — сказал Гунъи Сяо. — Давайте ещё посмотрим, — предложил Цзи Цзюэ.       Как ни странно, они почему-то не встретили в школе ночного сторожа, хотя он, по идее, должен был быть там. Мальчики подошли к лестнице. Раз, два, три... Тринадцать ступеней. Правильно, их и должно было быть тринадцать, все подтвердили это. Потом ребята прошли в лабораторию. Когда они открыли один из кранов, из него потекла обычная вода. — Отстой, только зря пришли! — прокомментировал Гунъи Сяо. Страх ребят окончательно развеялся, и они решили, уже просто так, проверить тот самый крайний туалет на первом этаже.       Правда, перед дверью ребята немного напряглись. Хоть они и говорили наперебой, что ничему уже не верят, войти почему-то никто не торопился! Наконец Гунъи Сяо резко сказал, что он не боится ничего, открыл дверь и вошёл. Ян Исюань в этот момент почему-то посмотрел на часы: был ровно час ночи.       Через две минуты подросток вышел из туалета: — Ничего, всё это фигня! — констатировал он.       Ребята пошли прочь с досадой. Выходя из школы, они громко ругались, что им взбрело в голову тащиться в школу ночью. Заняться было больше нечем: магазины уже не работали, до ближайшего круглосуточного было далеко, а о том, чтобы заранее закупиться чем-то алкогольным, подростки как-то не подумали. Поэтому они покурили, постояли немного, ёжась от ночной прохлады, да и разбежались по домам.       Ян Исюань перед уходом ещё раз взглянул на статую Тяньлан-цзюня у входа. Её глаза всё так же смотрели влево. — Фуфло эти ваши истории! — недовольно прошептал он и направился домой.       Наутро ему домой позвонила обеспокоенная мама Гунъи Сяо: — Послушай, вчера мой Сяо-Сяо был вечером с вами? Он до сих пор не вернулся домой.       Исюань сказал, что не знает, где его друг. Мальчик подумал, что Гунъи Сяо просто и правда остался на ночёвку у кого-то из их компании. Ничего не подозревая, подросток отправился в школу. Однако там выяснилось, что ни у кого из них Сяо не ночевал. Более того, его и на уроках не было! Ребята почувствовали неладное. В конце концов их замучила совесть и страх за своего одноклассника, поэтому в конце дня, когда Гунъи Сяо так и не объявился, они решили рассказать учителям и родителям об их «эксперименте» прошлым вечером. Вместе со взрослыми они пошли в здание школы. — Что? У нашей статуи глаза смотрят вправо, — услышав рассказ ребят, изумлённо сказал директор школы Юэ Цинъюань. — Но вчера мы специально заметили, что они смотрели влево! — воскликнул Цзи Цзюэ.       Однако, войдя в ворота, они увидели, что глаза Тянлань-цзюня действительно смотрят вправо. — Так вчера во всём здании горел свет… — припомнил Исюань. — Да что ты говоришь! Вчера не было электричества во всём районе, как вы включили его? — язвительно спросил учитель физкультуры Лю Цингэ. — Но ведь ещё ступени! — ребята, вспомнив об этом, быстро побежали к лестнице. — Раз, два, три… Двенадцать?! — изумились они. — Да, в этой лестнице всегда было двенадцать ступеней, — кивнул директор Юэ. — Это невозможно… — выдохнул Ян Исюань и побледнел. — Блин, есть ещё лаборатории! — сказал Цзи Цзюэ. — Точно, лаборатории! — согласились остальные школьники.       Войдя в ту, где мальчики были ночью, все посмотрели на кран, который они тогда открывали. В раковине запеклась тёмная лужица. Директор поковырял её ногтем и констатировал, что это самая настоящая кровь. — Но... Но ведь Гунъи Сяо ходил в тот туалет! — все моментально почувствовали приступ страха. — Скорее туда! — директор Юэ почувствовал, что дело становится серьёзным.       Физрук Лю Цингэ был бывшим военным и самым бесстрашным из всех присутствующих. Когда он толкнул дверь, первое, что открылось их глазам, было изуродованное тело Гунъи Сяо.       Его глаза были широко распахнуты, в них застыл ужас. Шея была разрезана широко поперёк, и вся кровь из тела вытекла, отчего лицо было бледным и страшным. Вывернутые наружу внутренности лежали в уже высохшей раковине.       Мама Гунъи Сяо вскрикнула и упала в обморок. Некоторые из присутствующих учителей не смогли сдержать рвоту. Исюань не мигая уставился на часы на руке погибшего друга. Они показывали ровно час — время, когда тот вошёл в туалет.