Запретные чувства: порывы сердца

       Подойдя к кабинету Маринки, я останавливаюсь. Меня так давно не было там. Прошло уже 4 года. Руки начинают дрожать. Когда я только поступила на учителя, зная что вернусь обратно в эту школу, я всячески пыталась избегать мысли о том, что когда-нибудь мне вновь придется с ней столкнуться и даже работать. Мне казалось это таким далеким. И вот я сейчас перед ее дверью. Я так боялась с ней случайно встретиться где-то в своем родном городе, что буквально не выходила из дома, когда приезжала на выходные. Но теперь, видимо, нужно посмотреть страху в глаза. В те глаза, в которые как мне тогда казалось, я была влюблена до безумия. Я тяжело вздыхаю и ударяю по стенке кулаком рядом с дверью. Я не могу. Мне страшно. Я не знаю, что мне говорить. Абсолютно. Мне так стыдно за свое поведение тогда. Я прислоняю свой лоб к стенке и одна слезинка предательски скатывается по щеке. У меня давно нет к ней никакой влюбленности. Но то чувство, которое у меня осталось после последнего нашего разговора не дает мне никакого покоя. Я злюсь на нее, на себя. —Александра Сергеевна, — этот бархатный голос я теперь узнаю из тысячи. От неожиданности по телу бегут мурашки. Я быстро вытираю слезы и выпримляюсь и продолжаю смотреть на дверь. —С вами все в порядке? — обеспокоено и нежно спрашивает Аня. Ее голос сейчас, как будто успокаиваещая, спокойная музыка для ушей и мозга. Девушка подходит ко мне. —Я в порядке, а ты разве не должна быть на тренировке? — я поворачиваюсь к кареглазой и вновь заглядываю в ее глаза. В них читается сильное беспокойство. Хотя в коридоре, как и всегда был выключен свет, было прекрасно видно, как горят ее глаза. — Что случилось? —Аня, это мое расслабленное лицо, со мной все впорядке, — это от части правда, я часто хожу с таким лицом. —Может вы и правы, вы часто ходите с таким лицом и я не раз замечала, даже при нашем диалоге, но сейчас вас выдают глаза, —Аня подходит ко мне еще ближе. — Сейчас они полны пустоты, они буквально сливаются с темнотой. А ведь они у вас голубые и должны ярче светить, чем солнце днем. Я знаю, что она права. Я раньше часто слышала от подруги. От очень близкой подруги. Она всегда радовалась, когда мои глаза «горели», и была обеспокоена, когда они «потухали». —Аня, я взрослая, я со всем справлюсь сама, — говорю я спокойно, смотря ей прямо в глаза. —Да, что вы заладили то? Кто вам сказал, что когда вам исполняется 18, вы становитесь резко независимые, а в 22 уже должны все абсолютно сами делать и со всем справляться? Взрослый это не тот, который делает все сам, а тот который умеет просить о помощи и говорить о своих эмоциях, чувствах! — я опускаю глаза, как провинившийся ребенок. Впервые я почувствовала себя слабой рядом с человеком, впервые как-будто я могу побыть слабой. Хотя бы немного. —Аня, — подняв голову, произношу тихо я. — Ты очень по взрослому рассуждаешь. Боюсь представить через что тебе пришлось пройти, чтобы мыслить далеко не так, как твои ровестники. Если тебе будет нужна моя помощь, ты всегда можешь ко мне обратиться. Но не забывай, что ты все еще ребенок, наслаждайся детством пока есть такая возможность. —Александра Сергеевна, я вас услышала. Конечно, если мне понадобится ваша помощь, я обязательно попрошу ее, — Аня улыбается. —Ты извини, что тебя задержала, да и мне самой нужно заходить, думаю меня заждались, — я слегка улыбаюсь. —Ничего страшного, мне тоже туда. Наш тренер, как всегда задерживается с Мариной Леонидовной, обсуждая с ней новую сплетню. Я поворачиваюсь к двери и вижу, как моя рука снова начинает дрожать. Так. Не при людях. Надо взять себя в руки. Ну же. Просто постучи. Но не успеваю я даже опомниться, как Аня стучит за меня, и я поворачиваю голову на нее. —И запомните, прыгать надо когда страшно, — после чего Аня открывает дверь. Я тут же вижу то самое место, на котором я когда-то сидела, сейчас сидит подруга Маринки, Наташа. Я захожу и поворачиваю голову и вижу причину, по которой я здесь. За мной заходит Аня. —Извините, но мы ждем только вас, Наталья Вячеславовна, — так вот какое у нее отчество. Со школьных лет никак не могла запомнить ее отчество, потому что мы очень редко виделись. —Ой, что-то я засиделась. Ладно, Марин, я пойду, потом обсудим, —Наташа встает и направляется к выходу. Я делаю шаг в сторону, чтобы пропустить, после чего они вместе с Аней уходят. —Ну что? Как в старые добрые? — спокойно говорит Маринка и слегка улыбается. Я поеживаюсь. Очень мне бы не хотелось «как в старые добрые». —Присаживайся, я налью тебе чай, — я сажусь на свое уже кажется законное место. От воспоминаний я вздрагиваю. —Знаешь, Саш, ты очень изменилась, — начинает Марина, — как внешне, так и внутренне. Ты сейчас просто прекрасно выглядишь, стройное и подтянутое тело. Краситься стала. Вот мне тогда казалось, что ты закрытая. Сейчас я думаю, как я тогда ошибалась. Марина ставит кружку на стол рядом со мной, после чего садится на свое место. —Ты такая холодная стала. Будто непробиваемая. Грубишь постоянно Никите, да даже мне, — она отпивает свой чай. — Я бы сказала, что это прямолинейность с оттенками грубости, — я выпримляюсь и отпиваю чай, следуя ее примеру. —Это грубость, Саша. Возможно, я была где-то не права тогда, ты прости меня. Я не хотела, просто я впервые столкнулась с влюбленностью ученицы в учительницу, тобишь меня. —Все уже нормально, — говорю я, сохраняя безымоциональность. — Я так не думаю, — я закатываю глаза на ее умозаключение, — я до сих пор тебе нравлюсь? —Нет, нисколько. Я давно уже прошла этот этап. Да и сама только недавно поняла, что все школьные года я ни разу по-настоящему не влюблялась. Это была всего лишь игра моего мозга. Точнее реакция на стресс. Я каждый раз влюбляюсь, как только испытываю сильный стресс. Сейчас я хотя бы могу это фильтровать. —Знаешь, это очень хорошо, я очень рада за тебя, — Марина улыбается. Дальше наш диалог был не очень то увлекательный. Мы обсуждали мою учебу в университете, ее работу в школе, что интересного по ее мнению произошло за мое отстутствие. Телефон начинает вибрировать, я достаю его из кармана и вижу сообщение. Бабушка:"Ты когда домой? Много работы?» Пока Марина мне что-то рассказывает, я решаю быстро ответить на сообщение. Я:"Не много. Думаю скоро буду дома, если что напишу» — Я видела, как рядом с тобой ошивается Аня, — услышав знакомое имя, я отрываю голову от телефона и смотрю на Марину. —Ты поаккуратнее с ней. Она хоть и умная, и взрослая не погодам, но еще ребенок. Поэтому еще не научилась понимать свои чувства и эмоции. У нас девчонка одна из-за нее перевелась в другую школу, хотя может не из-за нее, но дети говорили, что причиной стала Аня. Не знаю, что у них там произошло, но она не редко встревает в различные драки. Я смотрю вопросительно на учительницу, не понимая к чему она вообще ведет. —И пожалуйста, не совершай моих ошибок. —Она мне не нравится. Я не понимаю, зачем вы мне все это рассказали, — быстро отвечаю я и вздыхаю. Стук в дверь. Интересно кого сюда занесло. Дайте отгадаю. Никита? Дверь открывается и заходит, как я пророчила, наш любимый любимый директор школы. —О, Александра, вас то я и ищу. Кстати, ты не пробовала хоть иногда отвечать на сообщения? Я уже как час назад написал тебе. —Знаете, руки заняты были, — я ухмыляюсь. —Саша! — возмущается Марина, явно уловившая суть моих слов. Пока Никита непонимающе смотрел на нас обеих. —В общем, я со своей работой закончил. Ты уже все? — я киваю. — Значит поехали. —Никита, если честно не вижу смысла меня подвозить, потому что тут ехать то меньше минуты, — и почему я сразу не подумала об этом? —Покатаешься тогда со мной недолго, — пожимает плечами Никита. Я поворачиваю голову на Марину и смотрю на нее вопросительно. Он что? До сих пор не в курсе, что я не заинтересована в отношениях с мужчиной? Марина мотает головой, будто отвечая на мой вопрос. Понимая, что он все равно будет настаивать на своем, я соглашаюсь. —Но это не значит, что мое отношение к вам изменится. Я все так же вас ненавижу, — я мило улыбаюсь и выхожу из кабинета.