Погребённый заживо

      Протирая стакан дезинфицирующим средством, Кая услышала грубый хлопок дверью. На ее маленьком, худощавом лице появилась улыбка, а руки потянулись к русым волосам, чтобы поправить все вылезшие наружу петушки. Пришел ее самый любимый и странный клиент. —Ты знаешь, что мне нужно, — басистый голос эхом раздался по всему зданию, несмотря на громкую музыку в округе. —Да, конечно.       Не успел Пиковый король сесть возле стойки, как рядом уже стоял стакан свежего нефильтрованного. Пена вылезла за пределы стекла и медленно стекала по стенке, пока парень жадно это наблюдал. Каждый пузырь внутри огромной кружки заставлял его мысленно улыбнуться. —Зачем пожаловал? — немного узкая и хитрая лисья улыбка. —Как обычно. —Пик, ты снова поругался с родней? Почему же это меня не удивляет. —Никто ни с кем не ругался. Мне сказали, что я гниль.       Губы сомкнулись в неловком движении. Кая потупила взгляд в стойку, опершись локтем на лакированное дерево. Она хотела посмотреть ему в глаза, но желчные круги все время отворачивались в сторону. —Запиваешь свое горе?       Он лишь хмыкнул в ответ. —Ты сегодня неразговорчивый, мда. Больше нравился мне, когда пьяным жаловался на жизнь. —Я говорю, когда есть настроение, — он сделал один глоток и капли потекли по подбородку. Но рукав принял их на себя. —Ну ничего, скоро оно поднимется.       Пик поднял одну бровь. —С чего такая уверенность? —Тебе всегда становится легче от выпивки.       Спустя долгую немую паузу и мытье стаканов, она снова пододвинулась к нему, не желая отвлекаться на других клиентов. —А поподробнее можно? Может я чем-то помогу. —Ты знаешь, почему все это происходит, — он опустил взгляд. Было видно по выражению нахмуренного лица, как неприятно парню об этом говорить. —Оу... из-за этого?       Кая тоже недовольно хмыкнула. —Кажется, они всегда таким меня считали.       Его голос притих, оставив вместо баса печальную пустую хриплость. Настолько немощным Пик сейчас казался себе. Неспособным объяснить клонам, что произошло. —Неправда, я уверенна, они считали тебя достойным лидером.       Ее рука невольно подкралась к шершавой коже второй, держащей кружку. Но тут же отдернула, услышав агрессивный выдох и рычание. От слова "лидер" ему стало еще больнее. —Нет.       Все остальное время Кая не решалась завести с ним новый диалог. Что толку, если мрачный человек сегодня совсем не в духе. Он в немой тишине опустошил пивной бокал и ушел восвояси, не ответив на брошенный ею вопрос: "Ты куда?".       Девушка не на шутку встревожилась. Пику до дома нужно еще доехать, а она, как никто другой, знает, что может случиться с пьяным за рулем. Но он пошел пешком, оставив свой транспорт возле бара. Перед этим он бросил холодный обжигающий взгляд в ее сторону, мол, присмотри за ним. И пошел не в том направлении.       Тяжелые шаги по мокрым лужам. Хлынул дождь, как раз подходящий под его чувства. Казалось, сердце разорвется от этих слишком больших эмоций, о которых некому выговориться. Он остался один. В глухом городке, все жители которого спрятались в уютных теплых домах. Хрипота его голоса стала слишком сильной и каждый вздох становилось делать все сложнее и больнее. Но Пик не обращал внимание на боль в шее и легких. Он остановился посмотреть на себя в отражении.       Увидел хладнокровное, бледное мускулистое лицо. Густые брови уже привыкли быть на переносице, от чего появились глубокие морщины. Ядовитая желтизна глаз выделяется среди всего его вида холодных оттенков. Но придает строгости. Да и в принципе, всё его телосложение выглядит устрашающе. Просто фиолетововолосый амбал. —Чего во мне страшного?       Он задал этот вопрос просто так, зная ответ. Все. Все страшное. Поправив локоны, с секущимися кончиками, на плечах, он сделал очередной вздох. Впервые Пик не знал, как быть.       Побродив еще немного по улице, он наткнулся на черный сгусток. В темноте сумерек не было видно что это, но оно точно было живым. Возможно ему было бы все равно, но вмиг стало интересно, что может вот так лежать на дороге и дергаться. Достав телефон из промокшего насквозь кармана черных джинсов, он посветил на это. —Надо же. Сбитая ворона. Кажется, замерзла.       Клочок перьев дышал, но не издавал звуки. На левом крыле была большая красная отметина в виде дыры, вокруг облезлая кожица. Виднелась вдребезги раздробленная кость. Глаза птицы были закрыты, а тонкий иней покрыл весь открывшийся клюв.       Пик немного поколебался прежде, чем грубо взял ее в руки. Без сопротивления парализованная ворона просто смогла пошевелить лапой и замерла обратно, в надежде, что ее согреют. Сунув ее внутрь куртки, король пошагал к своему подъезду.       Но вместо того, чтобы пойти в квартиру, он продолжил подниматься по грязной лестнице. Он не хотел видеть клонов и отвечать на их допросы. Он хотел одиночества. Хотя... это судьба заставила его хотеть быть в одиночестве.       Через несколько часов тепло Пикового тела согрело беспомощную птицу, и она каркнула в знак благодарности. Парень приоткрыл воротник, чтобы посмотреть ей в карие глаза. —Знаешь, а я ведь хотел спрыгнуть, пока ты мне не попалась. Это была даже не черная шутка. —Кар-р! — она закричала так громко и неодобрительно, что Пику заложило правое ухо. —Да знаю я, что это плохо. Вот ты уже кажется знаешь, что такое смерть... А нам Федор не рассказывает. Говорит только, что после содеянного все жалеют.       Несколько минут он, задумываясь, помолчал. —Может и меня пожалеют? Казалось, птичка его понимает, и каждое ее действие настораживало Пикового короля. Вороны обладают видимо не только высоким для животных интеллектом, но и чувствами. Хоть с кем-то ему было приятно разговаривать, не ожидая в ответ грубости или тупого пустого сочувствия. Фальшивого сочувствия. —Как думаешь, если они меня потеряют... они перестанут делать меня изгоем?       Ворона опустила голову вниз, зарываясь в пушистый взбитый овечий мех внутри кожаной куртки. Наверное она тоже задумалась. Тут он одумался и фыркнул. —Пх, общаться с вороной. Мне не нужны собеседники. Хотя ты и не собеседник. Ты просто ворона. Потом он встал со словами: —Пойдем, будем тебя лечить. Дернув ручку двери, Пик обнаружил, что она закрыта. Пришлось позвонить в звонок, чего он делать не любил. Так как сейчас все сбегутся, чтобы допросить его. —Иду, иду.       Дверь открыл Зонтик. Он начал очень сильно и непонятно заикаться, но Пик его проигнорировал и отодвинул в сторону. Ему никто не смел загораживать проход. —Пик, ты вернулся... почему так поздно? — Федор стоял на кухне, беседуя с Ромео, и очень обеспокоенный подбежал к парню. —Дыхни.       Королю не нравятся команды. —Не буду. Я выпил всего бокал. —Дыхни, пожалуйста.       Он прошел дальше, не желая исполнять приказ. Пусть Федор оставит себе свои капризы. Тут ворона закаркала. Удивленный взгляд Федора почувствовал даже самый хмурый из клонов. По спине пробежали мурашки. "Сейчас начнется" — подумал он. —Что это было? —Не твое дело.       Чтобы избежать ненавистных ему допросов, Пик засверкал пятками в комнату, где сладко храпел Вару.       Однако ворона очень активно и сильно шебуршилась, пытаясь будто намеренно разбудить валета. О-о, она не знает, как Вару сильно может начать ее донимать. —Т-с-с, что ты делаешь? — шепотом задал вопрос король, выкладывая ее на маленькую тумбу рядом со своей лежанкой, — Самоубийца. Отыскав аптечку первой помощи, Пик взял птичку себе на колени, приказывая ей не двигаться и не издавать звуков. На удивление, ворона оказалась очень послушной, и сама успела задремать, пока ей обрабатывали рану.       На всю комнату запахло антисептиком, и это начало сильно ворочать Вару в постели.       С перебинтованным крылом она проснулась, когда парня уже клонило в сон и он лег, с уставшим и потным лицом. Зарывшись в темно-фиолетовые лохматые волосы, ворона умостилась прямо ему за шеей. Ведь не расчесанные потрепанные и запутанные пряди как раз то, что надо для обоснования гнезда и теплого местечка.