Золотой метеор и Яшмовая птица

Конца и края коридору все не было, несмотря на то, что они брели около часа. Лампада кидала желтые отблески на черные пещерные стены, от чего тени, коварно затаившиеся в острых очертаниях каменных оград, суматошно мелькали, стоило источнику света покачнуться в генеральских руках. Странным казалось то, что на пути они не встретили ни одного поворота, и хотя шли довольно быстро, никак не могли нагнать того, кого преследовали. Ши Юнь же считал эту идею преследования глупой, хотя все еще сомневался в реальности происходящего. Сонное состояние добавляло это чувство потери ориентации в пространстве. Ему казалось, будто он в каком-то поверхностном сне, что находится на самой грани сознания, ты будто осознавал реальность, но в то же время грезил в потустороннем мире. Быть может, эту тоскливую сонливость можно было прогнать легкой беседой, но в который раз взглянув на спину своего собеседника, юноша отказался от этой мысли. Генерал брел молча, верно держа лампу возле сердца на расстоянии согнутой руки. Такое положение он не менял уже около сорока минут, неужели рука не затекла? Ши Юню казалось, что он просто каменная кукла – вообще плевать на то, что происходит вокруг и внутри него. Хотя больше всего юношу ошеломил перфоманс, который он видел из окна своей комнаты. В тот час он лежал на спине, на своей лежанке, и тупо созерцал потолок. Бывали мгновения, когда он считал, что мозг стоит перезапустить – вот так вот полежать и ни о чем не думать. Но в такие моменты наоборот, он еще больше нагружал свое сознание. Разные неловкие ситуации всплывали на подкорке мозга. «Да как так! В том споре же можно было по-другому ответить, ну! Что же ты, дурак, не догадался-то?» Затем вспоминалось множество конфузов, например, как он перепутал гостинницу с публичным домом. Отворачиваясь и пряча красные щеки в складках подушки, юноша досадно вздохнул. Скоро ему предстоит вновь выбраться из своей клетки и встретиться с генералом. Он проподнялся на локте, вслушиваясь в ночной воздух. Во дворе послышался женский возглас. Даже в одиночестве подумать не дают! Ши Юнь неспешно прошелся к окну, после чего приоткрыл ставни. Лицо тут же обдул прохладный осенний ветер. Он перевел взгляд на луну. Круглый сияющий диск, словно рассыпчатая лепешка к чаю. Затем его внимание невольно привлекла фигура во дворе, облаченная в светлые одеяния. Это была девушка. Она что-то увлеченно доказывала человеку, который стоял напротив. В этом мужском силуэте тот узнал генерала. Все тот же невзрачный прикид и растрепанные волосы, которые юноша небрежно собирал в небольшой хвост. Затем девушка внезапно прильнула к груди генерала, а тот, похоже, даже не собирался сопротивляться. «Вот тебе и раз! - удивился юноша, выглядывая из окна. – Оказывается, у него возлюбленная есть. И что же, он даже перед бедной девушкой угрюмый. Не говоря уже о том, когда они…» Ши Юнь замотал головой, останавливая поток неприличных мыслей. «Пф, ну раз и на него кто-то клюнул, то мне и подавно будет проще-простого охомутать какую-нибудь девицу». От мысли, что у него это получится намного лучше, и что он не будет как камень стоять перед женщиной, Ши Юнь успокаивающе выдохнул. Хотя его очень удивил факт близости генерала и этой плачущей девушки, в этом не было ничего сверхъестественного. В конце-концов, любить имел право каждый. И даже такой угрюмый, как генерал. Затем эта девушка сжала его руку и поспешно удалилась во дворец. Юноша стоял посреди двора, похоже, раздумывая над чем-то. «Ну иди ты уже скорее. Мне надо еще как-то мимо стражи проскользнуть». Алатус все стоял, точно также – смирно и нерушимо. Затем пробормотал что-то себе под нос и неспешно двинулся к воротам. Ши Юнь прождал несколько минут, затем аккуратно высунулся из окна. Стражи пока что нет, он это знал. Вчера вечером, наблюдая за двором, он заметил, что в это время происходила ротация караула. Как раз по этой причине Ши Юнь выбрал именно ночной час для встречи, просто иной раз ему бы не подвернулась возможность выбраться из своей клетки. Он увидел, как генерал кратко поздоровался со милеллитами, стоящими на воротах. Спустя пару минут один из них кивнул другому, и они удалились к восточному входу складских помещений. Времени, до того как придет замена солдат, у Ши Юня оставалось не так много, так что он тут же перекинул свои ноги через подоконник, и тем же путем, что и в прошлый раз, спустился на крышу. На этот раз ему далось приземлиться на четвереньки, а не на спину, так что звук падения вышел не очень громким. Поднявшись с колен, он тут же соскользнул вниз – поверхность была отвисная. Благо, на такой скорости он все еще успел притормозить пятками сапог. Сердце уже успело упасть куда-то на дно желудка. Юноша нервно сглотнул, однако опасность миновала. Теперь сложность представлялась в том, как именно слезть с крыши балкона второго этажа, так как навес внизу был довольно маленьким. Тут его взор привлекло пробковое дерево, находящееся рядом с левым углом черной кровли. Он перекатился в той позе, в которой находился – полулежа на спине, в то время, как единственной фиксацией были ноги, упирающиеся в край крыши. Приблизившись к дереву он с досадой заметил, что его ствол находится на расстоянии трех метров от крыши. Что ж, на подумать у него попросту не было времени – пан или пропал. Тогда Ши Юнь вновь забрался на самый верх крыши второго этажа, затем встал как можно устойчивее, что получалось довольно плохо, учитывая, что поверхность под ногами была наклонной, и надеясь на лучшее, громко выдохнул. В то же мгновение он разогнался, ибо стоять на одном месте при таком крутом наклоне под ногами было просто невозможно. В последний миг от оттолкнулся от крыши (а может, он даже и не оттолкнулся, просто ему так показалось), после чего, особо не разбирая траектории, полетел в воздухе. Выставив руки, дабы ухватиться за дерево, он лишь надеялся, что умрет быстро. Однако в следущее мгновение юноша почувствовал резкую боль в животе. Он все-таки приземлился на толстую ветку. Его тело едва не соскользнуло вновь, но он успел схватиться руками за шершавую кору прежде, чем громко свалится наземь. Повиснув в таком крайне неудобном положении, юноша вдруг услышал чьи-то шаги. Послышались голоса двух мужчин. «А, черт возьми! Не успел! Пришли, собаки», - недовольно осознал парень. Тут его руки налились свинцом, стали будто две гири. Пальцы немного соскользнули, царапая ладони шершавой поверхностью дерева. Ши Юнь взял себя в руки. Одно усилие – и он спасен, нужно лишь потерпеть. А ладони заживут, ничего страшного – пару дней травных повязок и все, как говорится, заживет, запоет. Юноша стиснул зубы, затем раскачался, но только чуть-чуть – так как сил у него оставалось не слишком много. После чего подтянулся до живота и закинул ногу на ветку. Он победно, но в то же время обессиленно выдохнул, когда телом навалился на столб, сцепив его руками. В таком положении на животе он пролежал пару минут, чтобы расцарапанные в кровь руки и сбивчивое дыхание немного отошли. «Что же делать? Вернуться обратно? Как будто это еще тяжелее… Каким образом я тогда вообще назад возвращаться буду? Дурак, дурак, дурак! Почему не подумал об этом раньше, дырявая ты бошка, Ши Юнь! Что ж, тогда нужно как-то незаметно проскользнуть мимо стражи, им нельзя знать, что я выбрался. А обратно… Пусть об этом думает генерал, раз он из себя умника строит». С этими мыслями он победно поднял кулак, что сделал зря. В следущую секунду его тело покачнулось от внезапного движения. Оно соскользнуло с ветки, однако юноша успел схватиться за нее левой рукой. Ладонь вновь вспыхнула от пекущей боли. Содранные мозоли запульсировали с новой силой. Ши Юнь сожмурился и стиснул зубы от боли. Еще немного и его рука невольно разжалась. В то мгновение он чувствовал себя до ужаса униженным перед собственной гордостью. Он так слаб, так никчемен, какой ужас, какой кошмар! «Я, я не смог, не смог!» Все-таки, он был лишь капризным ребенком, так что свойственное разочарование в самом себе, когда не удавались какие-то мелкие задачи, было присуще его тонкой натуре. В такие моменты он просто себя ненавидел. Спустя мгновение вновь предательская боль в спине, что отдавалась нытьем по всему телу. И вот опять – он беспомощно лежит, глазея вверх, словно перевернутый жук. Ши Юнь закрыл глаза. Все, вот она – смерть. Осталось лишь дождаться острия ее косы. Эх, жизнь явно прожита насмарку, Ши Юнь это точно знал. Он не то чтобы был ею слишком недоволен, однако ожидал чего-то большего. Хотя бы того, кто в конце-концов заплачет, когда он издаст последний вздох. А кто это сделает? Мать? Отец? Брат? Сестра? Может, невеста? Ши Юнь задумался. Как будто никому из всех, кого перечислил в голове, тот не доверял. Хотя, разве у него они вообще были? Юноша вдруг испугался – видимо, перед смертью все забывают своих близких. Он вообще любил кого-то? Кто-то любил его? Ши Юнь вдруг понял, что он особо-то и не задумывался над подобными вещами. «Наверное, я все же человек паршивый, да? Как бы там ни было, главное, что я ни о чем не жалею, верно?» - спрашивал он то ли у себя, то ли у ночного неба, однако ответа не получал. Юноша лежал так несколько минут, рассуждая на странные темы, как вдруг почувствовал что-то холодное и острое у своей шеи. Наверное, Она все-таки пришла за ним со своей косой. Странно, но у Смерти был мужской голос: - Кто это? - Это же тот мальчишка, которого велено охранять. - Он, мертв, кажется… «Ах ты, жалкая Смерть! – возмутился мысленно юноша. - Думаешь напугать меня своими иллюзиями! Ну я сейчас не побоюсь посмотреть тебе в глаза!» Ши Юнь тут же вскочил, вовсе забыв про свои мучения. Перед ним стояло двое солдат. Он стоял с мгновение, опешив, а они удивленно уставились на него. - Ага! – Ши Юнь усмехнулся злобно. Эта улыбка получилась далеко не такой эпичной, как он ее себе представлял. Она, скорее, была похожа на глупый оскал гиены. Юноша тут же безцеремонно нанес удар кулаком, увернувшись от летящего в его сторону лезвия. Он, похоже, обезумел от внезапного прилива адреналина. Второй солдат тут же переметнулся за его спину – хотел, видимо, нанести удар в голову. Ши Юнь пригнулся, а затем налетел прямо на ноги другого мужчины. Он тут же повалил его на землю, от удара головой тот потерял сознание - Идиоты! Вам нельзя меня убивать! – истошно завопил он. Затем он резко подвелся на ноги, после вновь пригнулся, однако тут уже сработал рефлекс самосохранения тела, ибо в следущее мгновение солдат, что был сзади, вновь нанес удар. - Это ты идиот, - произнес мужчина, хватая его за воротник. – Как раз мы в полных полномочиях убить тебя, пес. Пес? Это приспешники генерала? А, тогда все ясно. Он отдал приказ, что будь Ши Юнь замечен за пределами своей комнаты – тут же должен быть убит? Он посмотрел внимательно на солдата. Кажется, он гдеято уже его видел. Черные волосы, родинка под нижним веком, серые глаза… Глаза, наполненные чем-то странным. Тоской? - А, вот оно что! – Ши Юнь сплюнул кровь прямо ему на одежду. – Ну, - из его голоса вырвалась измотанная хрипотца, - тогда убей меня. Он улыбнулся с издевкой. - Убью. Потом. Сейчас я отведу тебя прямо к генералу, - спокойно ответил солдат. Казалось, ни одна эмоция не проскользнула на его лице. Одно лишь вселенское непонимание. Он схватил его за шкирку, словно щенка, а второго солдата взвалил одним движением на плечо. Сильный! После чего грубо поволок обоих в сторону двора. Но Ши Юнь, похоже, не особо был согласен с такой чередой событий. Он пришел к выводу, что сейчас самое время для наглых и коварных методов. «Какие там самые чувствительные места? Стопы, пах, колено? Сейчас все будет», - какая-то коварная мыслишка вновь проскочила в голове Ши Юня. Солдат крепко сжимал его шею внутренней частью локтя, совсем не давая выкрутиться. Мыщцы у него были явно сильнее, да и ростом тот был выше юноши, однако коварство и ум всегда превыше тупой груды мыщц. По крайней мере, так думал сам Ши Юнь. Он пнул обидчика в колено. Благодаря собственным познаниям в медицине, а соответственно и строении человеческого тела, тот прицелился носком ботинка прямо в чувствительную мыщцу. Солдат стиснул зубы, а затем медленно, словно время ослабило свое течение, опустился на землю. Однако хватки своей не ослабил. - С-собака… - простонал миллелит. Это была довольно странная картина. Солдат, лежащий на спине, сжимал рукой своего сослуживца без сознания на плече. Второй рукой он перекручивал голову юноши лет двадцати. Этот самый юноша вновь пнул ногой солдата, но в этот раз не разбирая. Попал прямо в живот. Солдат вновь взвыл от боли, на этот раз ослабил хватку, но только на чуть-чуть. Этого «чуть-чуть» хватило, дабы Ши Юнь сумел выкрутиться каким-то немыслимым образом. Наконец встав устойчиво на ноги, он облегченнно выдохнул. Румянец борьбы так и пылал на его щеках, словно душистая малина. Ши Юнь утер подушечкой большого пальца пот, скопившийся в ямочке под носом. Затем улыбнулся криво, при этом издав какой-то сиплый смешок. Глаза его так и твердили гордо: «Как я тебя!». Солдат все еще лежал, сжимая колено рукой. Юноша долго не поясничал, тут же ринулся к воротам, следом за генералом. Он едва не наткнулся на него в ночи, тот брел неспешно, словно завороженный ребенок. Он глазел на луну, на траву, деревья. Ши Юнь подивился его переменчивому нраву. То он спокоен и безэмоционален, словно кроткий олень. То он вспыльчив и агрессивен, как побитый лев. То он зачарован и мечтателен, будто наивный щенок. Вот она, многогранность. «Многогранность? Разве это не то, что я искал?» Нет, явно не в таком, как генерал. Он был бахвален, самоуверен, притворялся несчастным и отвергнутым. Ши Юнь вдруг мерзотно осознал, что ему это напоминало кого-то уж больно знакомого. Но каким же Алатус видел сам себя? Быть может, в душе он куда более самовлюбленен, чем кажется? Ши Юня даже передернуло немного. Ох, не повезло ему связаться с подобной самомнительной личностью! А затем. Затем генерал остановился. Уселся на ступеньки деревянного храма. «Интересно, долго ли он меня прождет?» - озорной огонек помелькнул в медовых зрачках. Ши Юнь остановился в тени деревьев, не решаясь показаться. В конце-концов, высунься он сейчас – то Алатус сразу поймет, что он шел за ним следом. Юноша затаился за одним из приближних деревьев. Сегодня темнота была на его стороне, удачно укрывая в тени крон. Находится в подобной позиции было крайне выгодно – генерал не видел Ши Юня, однако Ши Юнь прекрасно лицезрел его самого. Он знал подсознательно, что тот догадывается о его присутствии, поэтому когда юноша вдруг резко перевел взгляд именно в ту тьму леса, в которой он затаился, его сердце даже не ёкнуло. Напротив, даже как-то раззадорило. Ши Юнь хоть и не признавал внутренне, однако любил, когда его противником был кто-то с головой на плечах. Хотя обозвать подобным словом генерала у него язык не поворачивался. А что затем? Кажется, спустя какое-то время он все-таки осмелился показаться. Хотя, лучше бы и не показывался вовсе. Сейчас ему приходится бродить по бесконечным коридорам с перебинтованной головой. - А! – раздраженно вскрикнул Ши Юнь. - Так больше не может продолжаться. Неужели этим пещерам нет конца и края? Генерал пожал плечами. - Может быть, они искусственные. - Искусственные? – он замер на месте, приоткрыв удивленно рот. – Точно! - М? – генерал обернулся. – И как нам это поможет? - Генерал, вы что же, так глупы? Юноша вновь нахмурился. - Ну, я предположил, что эти тоннели вырыли вручную. А дальше-то что? - А я о другом подумал. Что если все это пространство – фальшивка? Алатус нахмурился еще сильнее. - Фальшивка? В смысле? - Шевелите мозгами, генерал, ну же, - Ши Юнь постучал по виску. - Это вам не палкой по кустам бить. - Не понимаю. Ты опять меня одурачить хочешь, да? Юноша улыбнулся довольно. - Я имею в виду, что ваши воспоминания – это фальш, ненастоящая реальность. Они напрямую зависят от вас и вашего состояния. Проще говоря, сколько бы мы не шли – этот путь будет бесконечным, так как ваши мысли крепко погрязли в воспоминаниях. Вы пытаетесь что-то вспомнить, но все тщетно. Помните, в прошлый раз? То воспоминание растворилось довольно быстро, так как вы вспомнили для себя что-то, что хотели выудить из того отрезка времени. Быть может, вам стоит лишь подумать о том, что все это – нереально, и тогда воспоминание растворится? Генерал задумался крепко. Что этот сумасшедший несет? - Даже если так, тогда есть риск, что госпожа Ху навсегда останется тут. - Какая разница? Или вы с ней близки? - Причем здесь это! Я имею в виду, что неправильно было бы ее здесь оставить. Я ее позвал, а она согласилась помочь. Ши Юнь внимательно скользил взглядом по его серьезному лицу. Все-таки он был больше человеком, чем демоном. Это его и расстроило, и в то же время разочаровало. - Глупый ты, - вздохнул он, а генерал его к счастью, не расслышал. – Тогда что же вы предлагаете? Продолжать бродить? - Не знаю. Значит, мне просто нужно вспомнить какую-то ключевую деталь, тогда воспоминание рассеится? Ши Юнь думал, что он и вовсе сошел с ума, раз поверил в его наглый блеф про важность воспоминаний, придуманный от нечего делать на ходу. Но теперь и он сам невольно задумался: «Охренеть, вдруг это правда?!» - Тогда сконцентрируйтесь, генерал! – Ши Юнь насмешливо потер собственные виски указательными пальцами. Генерал сконцентрировался, но ничего не случилось. - Пес! Ты опять мне голову дурачишь! Похоже, пес действительно был доволен. Будь у Ши Юня хвост, он бы обязательно ним завилял. Генерал обессиленно откинулся спиной на стену. Ай! Острая каменная поверхность впилась в его лопатки. Но виду тот не подал, дабы не растерять пафосность перед псом. Режущее чувство пробрало его тело, и казалось, прошлось по всем нервным окончаниям и дошло до мозгов. Этот импульс созидательно подействовал на его возбужденный нахлынувшими воспоминаниями разум. Его глаза распахнулись удивленно. Странно, но ранее на стенах коридора не было таких острых глыб. Генерал отсранился от стены, затем повернулся к ней лицом и провел рукой по поверхности, затем прошелся немного дальше – действительно, ее рельеф был весьма неоднозначным, и менялся буквально спустя пару-тройку ярдов. - М, что ты там высматриваешь, генерал? – Ши Юнь уже понемногу позволял себе вольность в обращении на «ты». Ужас, манеры хуже некуда! Алатус промолчал с привычной равнодушностью. Он продолжал медленно идти вдоль стены. Затем вдруг сорвался и побежал, словно зашуганный воем гончих заяц. Ши Юнь все еще стоял неподвижно некоторое время со скрещенными руками. Что этот демон вновь удумал? «Зря я его тогда головой об булыжник приложил. Совсем с катушек слетел», - про себя вздохнул юноша. Но генерал все не являлся. «Неужели я его настолько вкрай заебал, что он решил напросто сбежать?» Честно говоря, Ши Юнь и впрямь имел искуссный талант заебывать. Впрочем, он и сам это прекрасно осознавал. Невольно припоминая прошлую жизнь и бедных заебаных подданных, ему даже становилось их жалко. Хотя, пожалуй, жалость – это последнее, что могло испытать сердце избалованного ребенка. Ему было просто противно, что они были такими жалкими подстилками. Он прикажет какую-то из вон выходящую дурость – они исполняют, даже не посмев перечить. Почему? Потому что дураки, очевидно же! А если кто-то заикнется про неповеление? Наказан! Почему этот господин столь жесток? И вправду, почему? Хорошо, что Ши Юнь не задумывался о подобном, иначе многие положения в жизни его знакомых были бы куда скучнее. Он в каком-то смысле был рад своей порочности, а генерал эту порочность всячески пытался подавить своим эгоизмом. Это его очень раздражало. Он вдруг понял, что они не ненавидели друг друга. Чтоб ненавидеть, нужно иметь вескую причину на подобные чувства и силы, чтобы ее держать в своей душе и не гнить от гневных мыслей. Но обоим оно не нужно было. Так что Ши Юнь вдруг ясно осознал для себя: они противны друг другу из-за разных характеров и взглядов. И методов, пожалуй. Хотя нет, методы - вот истинная причина их обоюдной неприязни. - Эй! – спустя минуты каких-то личных раздумий, юноша наконец окликнул своего спутника. Ответа не последовало. - Генерал...? Этот господин испугался? В голосе Ши Юня промелькнуло что-то наподобии… Испуга?.. Нет, никак нет! Он не мог испугаться, словно ребенок. Он уже давно взрослая личность! Сколько ему лет? Весемнадцать, девяднадцать, двадцать? Впрочем, это не так важно. Он попросту не может испугаться. - Алатус! Вновь тишина. «Сбежал? Действительно сбежал?» В голове Ши Юня уже вертелось множество матов и проклятий в сторону генерала. Увы, они не имели магического влияния, а соотвественно не могли призвать его к нему. Вдруг послышались гулкие шаги. Ши Юнь насторожился. Звуки издавались с другого конца пещеры, он немедленно обернулся. Из-за угла показалсь до боли знакомая фигура в темно-серых одеждах. - Ха, - выдохнул генерал, - так и думал. До Ши Юня сразу дошло в чем дело. - Надо же, это зацикленное пространство! Как вы догадались? - Ты видел стены? Мне показалось странным, что у них то большие и острые глыбы, то какая-то мелкая глина и щебень. Обычно подобные пространства делают неумелые заклинатели. Ну, - многозначительно добавил он, - или демоны. - Хочешь сказать, что сам сделал это пространство? Шутка не пришлась генералу по душе. Может, он ее и вовсе не понял. Безголовый демон. - Чтобы как-то разорвать эти путы нужно… - он многозначительно приподнес палец к острому подбородку, а затем его глаза погрузились в раздумия, хаотично сверкая и скользя суматошно по внутренностям пещеры. – Хм, странно… - Странно вот что: почему мы так и не наткулись на мужчину в монокле? - Действительно. Судя по всему, пространство это все меньше и меньше, а его качество магии все хуже и хуже. Раньше я не замечал этого, но сейчас… Похоже, противник слабнет. - Отдаляется. - Что? - Генерал, - уголки губ Ши Юня приподнялись в улыбке, чей смысл был известен только самому генералу. Его рука резко оддернулась от подбородка, а зрачки глаз пораженно сузились, видимо, осознав какую-то истину. Ши Юнь направился дальше, кивнув головой, мол, «ну ты и сам все понял». Генерал действительно все понял, он направился в противоположном направлении. Чем больше он проходил вглубь, тем неестественее становилось обличье пещеры, тем больше оно искажало свою первоначальную форму. Стены и глыбы становились полупрозрачными, накладываясь, словно цветное стекло на реальную картинку мира. Вскоре очертания темных каменный стен исчезли, он вошел в проход, ведущий в огромный зал с высоченным потолком. В центре возвышалось дерево. Оно было удивительно зеленым, ярко конрастируя с этой серой каменной мглой. Из прощелины в потолке сочился лунный свет, который своими бледными лучами прорезал пыльный воздух. Какое чудное место! Колонны подпирали каменную высь своей тяжестью, а множество проходов беспощадно пожирала тьма. Из одного такого вскоре показался Ши Юнь. Он потер переносицу, как только непривычно-белый свет озарил помещение. Алатус потушил лампадку и повесил ее на пояс: он заметил чье-то тело рядом с деревом. Ши Юнь тут же среагировал, подбежав к человеку. Генерал поспешно последовал за ним. В лиловых одеждах и монокле тот узнал мужчину, что похитил госпожу Ху. - Он мертв, - диагностировал Ши Юнь, после того как приложил два пальца к шее мужчины. - Но где же госпожа Ху? – недоумевал генерал. – Ее тоже убили? - Крови нет. - Значит, ее похитили? - Опять? Смотрите, генерал, у него рана на виске, - Ши Юнь демонстративно повернул голову мужчины. Закипевшая черная кровь, словно черничное варенье, сочилась из раны. - Судя по всему, убили тупым предметом, - Алатус невольно вспомнил, что и он мог недавно стать счастливцем подобной судьбы. – Камень? Он оглянулся – нигде подобных больших глыб не было. Да что за чертовщина происходит? - Похоже, именно этот мужчина создал призрачное пространство, - заключил Ши Юнь. - У него довольно сильная магия, после смерти заклинание все еще удерживало иллюзию какое-то время. Да и до сих пор на его теле есть ее остатки. Нужно выбираться отсюда поскорее, похоже, это место так и кишит сильными заклинателями. - Слушай, пес, сейчас приоритеты немного поменялись. Нужно прежде отыскать госпожу Ху. Ши Юнь вздохнул, а вместе в этим вздохом в воздух вырвалось самое яркое отчаяние и безнадежность. - Генерал, право, не знаю, что вы пытаетесь отыскать в своих воспоминаниях. Больше мороки, чем пользы. Хотя, может вы уже узнали то, что хотели? Генерал посмотрел на него, удостоив взглядом, полным растерянности. - Так и знал, - вновь вздохнул Ши Юнь. – Генерал, похоже, что мы в дерьме. Ши Юнь довольно точно константировал факт их пребывания в явных неприятностях. Более того, похоже, совесть начинала подсасывать под ложечкой, так что прежний гнет вновь вернулся к расцвевшемся в душе энтузиазму генерала. Он чувствовал себя до боли нелепым, возраждая в уголках сердца смутные чувства. Успокаивало лишь одно – Ши Юню было плевать на то, что происходит у генерала внутри, а значит, он не будет прибегать к утешениям и глупым расспросам. Но кто убил мужчину в лиловых одеждах? Вопрос, кажется, повис в воздухе. Хотя Ши Юнь уже догадывался, что знает ответ. Генерала же волновала лишь судьба своей подопечной. Человеком, по всей видимости, он был совестным, хотя не хотел признавать, что его сердцу не чужды теплые чувства. Вспыльчивость и доброта вели жестокую борьбу в его душе, а из-за непонимания, какое из этих чувств для него важнее, тот невольно загонял себя в тупики. Темные тупики, преисполненные его же угрызениями совести. Но за что ему было так совестно? Именно этот ответ искал генерал. Но разве мог он это рассказать малознакомому человеку? Тем более такому, как Ши Юнь? Конечно нет, об этом даже речи не шло. На крайний случай, он выдумает какую-то историю, если тот будет сильно приставать с расспросами. - Приоритет совсем другой сейчас, - Ши Юнь своим ровным голосом вытащил генерала из пелены мелькающих мыслей. – Нам нужно выбраться. Представьте, за это время наверняка многие нас обыскались. Похоже, никакое помилование мне не светит. Все из-за тебя, - последнюю фразу он прошептал беззвучно. - Но ты ведь не знаешь, как отсюда выбраться, верно? Ши Юнь нахмурился, затем отрицательно покачал головой. Откуда ему и впрямь знать? - И какой от тебя прок вообще? Ладно, стоит вспомнить, что произошло в прошлый раз, в прошлом воспоминании. Каким образом мы переместились обратно во дворец? Ши Юнь мысленно откатился во времени назад. Вот они сидят, скрывшись за стволом дерева. Генерал пребывает в неком шоке, глаза его суматошно оценивают взглядом фигуру мальчика, сидящего у красных ворот. По его словам этот мальчик – и есть он сам. Что дальше? Похоже, генерал вдруг понял что-то, а затем истошно позвал Ши Юня по имени. А дальше? Затем солнечный свет пробирается сквозь кроны и достигает пелены земли… После все растворяется, будто ночной кошмар. - Солнечный свет способен растворять не только нечисть, но и фальшивые воспоминания?.. – вслух озвучил он свои мысли. – Звучит как-то уж слишком клешированно. - Что ты имеешь в виду? – генерал провел строгим взглядом по его лицу, как бы говоря: «Даже не вздумай вновь меня одурачить!» - Просто рассуждения. Мне кажется, в прошлый раз видение исчезло именно по этой причине. Счастье, что здесь есть доступ свету, - юноша кивнул в сторону расщелины на потолке. – Вот только когда наступит рассвет? Генерал, вам нужно вспомнить, что именно происходило в этот отрезок времени с вами. Тогда мы примерно узнаем, сколько осталось времени, чтобы найти госпожу Ху. Ши Юнь посмотрел на него до боли серьезно. - Вспоминайте, ну же. Я вам помогу. Давайте сначала. Что вы увидели первым, когда очнулись? - Госпожу Ху. Я принял ее за тебя поначалу. - А дальше? - Дальше мы отправились искать… - он подумал, что напрямую сказать, будто он отправился искать Ши Юня было слишком бы тщеславно для него самого. - Кх-м, искать какие-то зацепки в этом воспоминании. Затем пришли к развилке, один из путей которой вел в зал с симулякрами… - Стоп! Тут подробнее. Вы зашли внутрь? - Ты идиот? Конечно нет. Я приказал госпоже Ху сидеть смирно, а сам высунулся посмотреть, что происходит. - Подожди-ка. Госпожа Ху? Можно про нее немного ясности? Что за персона? - К чему это сейчас? Она держит похоронное бюро, если тебе так интересно. - Но есть одна странность… Впрочем, продолжай. Ты наблюдал за торговцами плотью, верно? Заметил что-то примечательное? - Пожалуй, да. Я видел женщину в черном плаще. Отчего-то мне она показалась знакомой. - И это все? Как мало зацепок. Генерал молчал с минуту. Стоит ли рассказать все? Он решил сделать исключение, так как опасность грозила обоим, в том числе и госпоже Ху. - Еще одна деталь. Там был мальчик. - Мальчик? Это был ты, только младше? - Не думаю. По крайней мере, если то воспоминание в лесу, перед воротами, я вспомнил, то это не могу. Будто какая-то пелена в голове. - То есть, ты не помнишь вообще свое детство, верно? Я так и думал. И эту глупость ты так тщательно скрывал от меня? Какая напускная таинственность, генерал! – он рассмеялся. Алатус опустил пристыженно ресницы. Не оскорбил, не ударил. Просто промолчал. Какое жалкое зрелище! - Все не так, как ты думаешь, - пробубнил он. – Во всяком случае, эта женщина в плаще продала мальчика каким-то мерзким личностям. Он назвал ее «Леди». - «Леди»? Ты вовсе не можешь вспомнить кого-то подобного? - Нет. Ши Юнь долго смотрел на него. Может, он знал что-то? В его взгляде не было сочувствия или понимания, но от этого генералу было даже легче. - Ложись, - наконец произнес он. Алатус недоуменно уставился на него. Что этот пес вновь удумал? - Ложись, говорю. Я не пристаю, не бойся, ты не в моем вкусе. Помогу тебе проникнуть глубже в воспоминания. Генерал все еще стоял и недоверчиво косился на юношу. - Один человек научил меня погружать людей в целебный сон, - продолжил Ши Юнь. - Так уж вышло, что я с рождения обладал подобной силой, а он лишь научил нею пользоваться. Печально, но эта сила слишком умиротворяюще действует на остальных, погружая в посмертный сон. Но на тебе она лишь оставляет сонный отпечаток. Ты не человек, верно? Генерал молчал. - Можешь не отвечать. Я знаю, что твое тело и душа ненастоящие. И глаза тоже, - он улыбнулся как-то меланхолично. – Но мне плевать, человек ты или иное создание. Все равно ты мне не нравишься. - Ты собрался испытать эту силу на мне? - Если не возражаешь. Генерал неуверенно уселся на землю. - Ты из тех, кто не выносит прокосновений да? – Ши Юнь сел напротив него. – Придется немного потерпеть, генерал. - Мне что, одежду снять? – с ужасом уставился он на юношу. - Что? Ха-ха, ну если вы так хотите… Алатус забранился тихо. Ши Юнь соединил свои ладони в замок, сзвозь пальцы просвечивался мягкий желтый свет. Затем он разомкнул руки, что-то очень напоминающее золотой дым, источали его пальцы. Он взглянул на генерала, проверяя, не готов ли тот уже отказаться от этой авантюры. Лицо Алатуса было белым, словно мел, а отвращение наростало в зависимости от того, настолько быстро приближались ладони Ши Юня к его грудной клетке. Его тело ощутило некую невесомость, а боль и напряжение, которое преследовало всю жизнь, впервые ослабли. Сонливость накатывала волнами. - Если что, я не против вовсе не очнуться, - прошептал он. – Ты главное госпожу Ху отыщи. Еще немного, и голова генерала бездумно уткнулась в плечо Ши Юня. Он задышал глубоко и ровно, словно сытый котенок.