X-mas story

            Это был холодный декабрьский вечер, когда Пак Чимин и Ким Намджун внезапно оказываются на улице перед Рождеством. Парни волнуются и чувствуют себя потерянными, не зная, куда идти и что делать.       Чимин, милый и энергичный парень, смотрит вокруг с любопытством и надеждой. Он совсем недавно переехал в Сеул и надеялся найти что-то особенное в этом новом месте. Рождество всегда было его любимым праздником. Только вот он рассорился со своим братом и глупо убежал на улицу. Что теперь делать — не ясно. Возвращаться назад в съёмную квартиру он не намерен. Брат сказал ему поменять работу и не заниматься всякой ерундой, мол, работа официантом ни к чему хорошему не приведёт. Пак пытался объяснить, что это временно, и пока он ищет себе место по специальности — эта самая ерунда позволяет им снимать квартиру и не сидеть голодными. Лучше так, чем, как Хэбом, сидеть и искать ту самую работу мечты. Да, они переехали сюда за хорошим заработком и престижем, но надо же с чего-то начинать. В итоге оба без настроения, а Пак на улице совсем один бродит по улицам Сеула.       Ким Намджун, умный и рассудительный парень, часто занят своей работой. Но этот вечер он планировал провести не на улицах города. Он хотел насладиться праздничной атмосферой с друзьями и найти новое вдохновение для своего творчества. Не так уж и просто постоянно писать, ещё и так, чтобы нравилось людям, и они готовы были за это заплатить. Его книги бестселлерами продаются уже пару лет, и сейчас он чувствует, что ему нужен новый глоток вдохновения.       Всё начиналось хорошо — они смеялись, обсуждали новости и делали селфи. Однако, по мере того, как время шло, в комнате появилась напряженность. Намджун стал замечать, что его друзья не обращают на него должного внимания. Они были поглощены своими собственными разговорами и забыли о его присутствии. В таком состоянии Ким просто не смог отреагировать на это спокойно. Намджун начал чувствовать себя пустым местом, впервые за долгое время. Сам, конечно, отчасти в этом виноват: постоянно сидит дома и пишет как затворник, но нельзя же на празднике вот так себя вести. Он пытался привлечь внимание своих друзей, но они продолжали игнорировать его. Вскоре его раздражение переросло в гнев. «Почему они так со мной обращаются? Я тоже хочу быть услышанным! Неужели им совсем со мной не интересно?!» — подумал Намджун. В итоге Ким не смог сдержаться и выразил свое негодование. Он начал громко высказываться, указывая на то, что друзья не проявляют к нему никакого внимания, хотя сами позвали его на этот вечер. В ответ они начали защищаться и сказали, что он сам не интересуется их жизнью и, наоборот, хотели вытащить его из заточения, чтобы тот расслабился. Ссора продолжалась, слова становились всё более резкими и обидными. Намджун был достаточно чувствительным и ранимым, хотя и никогда не подавал вида, поэтому ссора стала для него эмоциональной ямой. В итоге он психанул и ушёл от друзей, оказавшись в полном одиночестве на улице. Ким знал, что вспылил почти на пустом месте, что бывает с ним крайне редко, его сегодня будто кто-то накручивал весь день, что и вылилось в ругань. Возвращаться назад сейчас не было никакого желания. Телефон обрывали звонки и сообщения, но он пока не готов вернуться и спокойно поговорить с ними. В дальнейшем они обязательно поговорят и выяснят всё, извинятся перед друг другом, только не в эти минуты.       Ким бредёт по улице понурив голову, снежинки укрывают тёмные волосы и оседают, припорашивая укладку, над которой он сегодня старался не менее получаса, ведь выбежал он без шапки. Вокруг не так много людей, все уже по домам и начали отмечать праздник. Лишь некоторые запоздавшие бегут скорее к своим близким и знакомым. Вся ситуация выбивает Намджуна из колеи, но он медленно идёт в неизвестность, просто куда ноги ведут.       Тем временем Чимин шагает по улице и не знает куда податься. Денег у него с собой немного, но надо придумать, что делать. Он для себя точно решает, что домой, если и вернётся, то только после полуночи, пусть брат подумает над тем, что говорить в следующий раз. Чего греха таить, Пак даже подумывает о том, чтобы снять себе отдельную квартиру и жить одному, только вот он любит брата и не может кинуть этого балбеса, хоть и старшего. На телефоне несколько пропущенных от него, но перезванивать решительно нет никакого желания. Чимин смотрит на завораживающе красивую улицу, украшенную светящимися деревьями, и останавливается посреди неё. Машин особо нет, и он позволяет себе замереть в этом моменте. «Как бы плохо не было сейчас, всё обязательно наладится… Красиво так, аж дух захватывает», — думает про себя Пак и улыбается. Его окликает незнакомец, который спрашивает дорогу до ближайшего магазина. — Простите, я недавно переехал в Сеул, не подскажу, — отвечает Чимин и жмёт плечами. — Ну, с Рождеством тогда, парень, — говорит прохожий, уходит в сторону и тут же разворачивается, окликая его. — А ты чего один тут ходишь? — Считайте, решил прогуляться, — немного грустно отвечает Чимин и опускает глаза на ноги, затем поднимает лицо и с сияющей улыбкой произносит, — но всё будет хорошо, счастливого Рождества!       Ким, внезапно, среди пустынной улицы наблюдает сцену, где парень с розовыми волосами явно отказывается говорить почему он один в праздник на улице. И Намджуну неожиданно становится так необходимо к нему подойти, узнать, что же с ним произошло. Он направляется к парню в красной куртке и шапке с помпоном, с грустными глазами и натянутой улыбкой. Их глаза встречаются. И в этот момент они чувствуют магию этого мгновения, словно время замедляется и останавливается. Снег, кажется, зависает в воздухе, паря маленькими кристаллами, гирлянды сияют ярче, а их сердца начинают биться быстрее, и они не могут оторвать глаз друг от друга. Чимин смущённо улыбается и поправляет шапку, а Намджун отвечает ему не менее тёплой улыбкой. Они молча стоят посреди улицы, их взгляды говорят больше, чем слова. В этот момент они оба чувствуют, что эта встреча точно неспроста. — Привет, — наконец первым подаёт голос Пак. — Я Пак Чимин. Ты случайно не знаешь, куда тут можно пойти в рождественскую ночь, только так, чтобы не очень дорого? Я просто домой не очень хочу. — Привет, Чимин. Я Ким Намджун. Кажется, ты тоже ищешь себе приличную компанию в праздник? — Ким подходит ближе и протягивает ладонь для рукопожатия. Рука у него большая и тёплая, несмотря на морозный воздух на улице. Чимин рассматривает парня перед собой: на нём тёмно-зелёное пальто и светлый шарф. Он видит перед собой красивого мужчину, явно старше него, и очаровательные ямочки на щеках, которые появляются при улыбке. — У вас прекрасная улыбка, — лепечет Пак и глаз оторвать не может от Намджуна. — Спасибо, ты тоже очень мило выглядишь, только давай сразу на ты? — предлагает Ким и, немного тушуясь, продолжает, — Я услышал кусочек разговора и понял, что ты недавно в Сеуле, так? — Да, переехал с братом, — натягивает улыбку Чимин. Намджун тут же понимает, что это, похоже, как раз та самая болевая точка, потому что до этого парень искренне ему улыбался, а вот теперь явно старается. — С твоим братом всё в порядке? — немного испуганно уточняет Ким. — Да, сидит дома и думает над своим поведением, — усмехается Пак. — Поссорились? — Ага, но это ничего, так даже лучше. Ему будет полезно побеспокоиться и обо мне, — отводя взгляд, отвечает Чимин. — А вы почему один перед Рождеством? — Ты, — тут же поправляет Намджун. — Ой, да, простите… Прости, — смеётся Пак, — не привык вот так сразу неофициально общаться. — Я тоже поссорился и сбежал, только от друзей. Выходит, мы с тобой в одинаковой ситуации? — уточняет Намджун. — Наверное, только ты, скорее всего, спешишь домой, поэтому не задерживаю и рад был познакомиться, — отворачивается Пак и не успевает сделать и шага, как с него срывают шапку. — Ээй! — Действительно розовый, — лыбится Ким, разглядывая волосы. — Дома меня никто не ждёт… Разговор парней резко прерывается внезапным ржанием и появлением посреди улицы нарядных праздничных саней с двумя лошадьми. Пока оба отходят от шока, потому что их только что чуть не переехали сани, посреди Сеула, благо, Намджун успел схватить Чимина и быстро увернуться, так ещё и извозчик как ни в чём не бывало спрашивает: — Прокатить? Ким смотрит на Пака в своих объятиях, которые всё ещё не разжал, и вглядывается ему в лицо. — Покатаемся? — узнаёт готовность продолжать знакомство у Чимина. — Поехали! — радостно отвечает Пак и первым запрыгивает на сиденье, подавая руку Киму.       Как только они садятся, у них уточняют куда ехать, и Намджун тут же просит увезти их к набережной. Раз уж рождественские сани, то и ехать надо в красивое место. По дороге шапка возвращается к Чимину. Намджун натягивает её так, чтобы прикрыть ушки молодого спутника, тот немного бесится и возмущается, что так он выглядит некрасиво, и поправляет головной убор, стягивая его немного вверх за помпон.       По приезде Ким расплачивается с кучером и они с Чимином отправляются вместе на прогулку. Пак подпрыгивает и восхищается красотой убранства. Вокруг гуляют люди, стоит огромная ёлка с большой снежинкой на макушке и вся светится, будто соткана из одних только гирлянд. Много красивых ледяных скульптур, все веселятся и поздравляют друг друга с праздником. Намджуну очень нравится то, как немного наивно и по-детски непосредственно наслаждается происходящим Пак. У него просыпается непреодолимое желание ещё раз обнять этого непоседу. Непонятно как ему удаётся оставаться таким радостным, несмотря на то, что он в канун Рождества оказался один на улице в незнакомом городе, но, думается, что именно этого и не хватало в жизни Киму. Вот такого Пак Чимина. Ему интересно с ним и он наслаждается их беседой.       Они гуляют по украшенной набережной, слушают рождественскую музыку, которая льётся отовсюду, и пьют глинтвейн, который всё же купил Намджун, потому что они начинают замерзать. Оба обмениваются историями о себе, о своих мечтах и надеждах. Ким рассказывает, что потерял вдохновение для писательства, а Чимин о том, что он всегда мечтал работать администратором в отеле, но просто так туда попасть без рекомендаций сложно. Намджун обещает обязательно позвонить своему другу и спросить, может ли он чем-то помочь с трудоустройством. После этих слов Пак бросается на шею Кима и со словами благодарности постоянно подпрыгивает, говоря, что его ему точно свыше сегодня послали. Намджун же думает, что алкоголь явно действует на парня и расслабляет, ведь в самом начале он не был таким тактильным, а теперь не выпускает его руку из своей.       По мере того, как близится полночь, Пак и Ким понимают, что они прекрасно дополняют друг друга. Один — серьёзный и взрослый, второй же — полная противоположность и готов постоянно смеяться, радоваться и принимать всё, что происходит вокруг. Они делятся своими мыслями и чувствами по поводу сегодняшней встречи, и каждый раз, когда они смотрят друг на друга, их улыбки становятся всё более искренними. Даже вторая порция глинтвейна уже не спасает их от зимнего кусачего воздуха, и они уходят с набережной, а после и вовсе наглым образом забегают в один из подъездов дома за каким-то прохожим, чтобы согреться. Домой или сидеть в кафе, тем более всё уже или закрыто, или занято, они попросту не хотят. Им хочется продолжать странное знакомство и прогулку. — И почему тут темно? — спрашивает Чимин и прижимается ближе к Намджуну. — Ты боишься темноты? — Нет, но я не вижу тебя, — надувает губы Пак. — Зато можешь чувствовать, — и Ким больше не держит себя в руках. Он находит лицо Чимина и припадает губами к его пухлым. Сначала осторожно, ждёт реакции, а в ответ чувствует, как парень сильнее жмётся к нему и обнимает руками за талию. Поцелуй становится глубоким и распаляет обоих. Ким опускает руки сначала на талию, а затем на пробу чуть ниже и сжимает ягодицы, проверяя рамки дозволенного. Пак же лишь тихо стонет в поцелуй. — Как школьники в подъезде, ей Богу… — выдыхает Намджун. — Плевать, эта ночь только наша, — отвечает Чимин и снова целует, пробираясь руками под пальто и задирая край свитера. Пальчики касаются пресса и ведут по нему, пуская мурашки. Намджун слегка рычит и тут же ищет замок куртки Пака, чтобы её расстегнуть и тоже запустить руки. Только вот ладонь не забирается под пуловер, а сразу опускается на ширинку джинсов, под которой чувствуется бугорок. — Вот проказник, — шепчет Чимин в темноте. Ким только улыбается на эту фразу и немедленно расстёгивает замок, проникая рукой под бельё. Его невидимый партнёр стонет чуть громче и позволяет немного поласкать себя, продолжая целовать губы писателя. Надолго выдержки не хватает и Намджун сам направляет ладонь Чимина к своей ширинке. Беспрекословно парень расстёгивает её и тоже проникает под одежду, ощущая возбуждение. Они оба понимают, что подъезд — не то место, где можно было бы продолжить, но Намджун просит: — Спусти немного штаны, я знаю как нам быть. Пак слушается и ждёт. Когда он ощущает второй горячий член рядом со своим, а сверху большую ладонь Кима, то утыкается головой ему в плечо и позволяет сделать всё правильно. Горячее дыхание, поцелуи, стоны и тихие поскуливания Чимина не дают им продлить наслаждение, и оба быстро кончают. Сначала Намджун, а следом за ним и Пак. Они пытаются отдышаться и понять, что только что произошло. Как их случайное знакомство могло перерасти в подобное времяпрепровождение, и тут слышатся шаги с верхнего этажа. Парни замирают и почти не дышат, благо, свет так и отсутствует. — Да что ж такое-то! Опять нихрена не видно! — ругается житель дома и, проходя мимо, немного задевает Чимина плечом. — Кто здесь?! — Простите, мы тут тоже наверх идём по стенке, темно, хоть глаз выколи, — находится Пак и возмущённо отвечает. — И то правда, надо пожаловаться, — продолжает ворчать незнакомец. — Счастливого Рождества! — кричит ему в след Чимин. — Ага, и вам, — отмахивается мужчина и выходит из подъезда. Смех, искренний и чистый, какой бывает только после того, когда как следует нашкодишь, заполняет всё пространство. Вот и сейчас их фактически застукали, а они смеются. Пак достаёт из кармана тканевый платок и помогает Киму протереть руки. — Давно таких не видел, — говорит Намджун. — Это всё мама, она напихала мне их перед отъездом, хоть пригодились. — Давай вот сейчас не будем о маме, — просит Ким. — Значит, как дрочить мне в подъезде, так ты не стесняешься, а как про маму потом говорить, так да? — смеётся Чимин. — Ой, иди ты. Пошли, скоро полночь. Парни выходят на улицу, разогретые и довольные, смотрят друг другу в глаза, в которых искрится самое настоящее счастье, и видят, как рядом с подъездом стоит, возможно, тот самый житель. — Нет, ты посмотри, опять пишут в чате, что у соседей снова крышу вскрыли, и там народ собрался. Ну нормальные они? Чего туда лезть? — возмущается тот же голос, который и застукал их в темноте. — Простите, а что за соседний дом? — спрашивает Ким. — Да вон тот, справа… Не успевает мужчина договорить, как Намджун хватает Чимина за руку и тащит в сторону того дома. Они бегут и смеются. — До полуночи осталось пятнадцать минут, успеем? — подначивает Пак. — Даже если нет, то опыт в подъезде у нас уже был, — ухмыляется Намджун. — Эй, я на крыше отказываюсь! — с улыбкой произносит Чимин и убегает вперёд с фразой, — Догони! Чудесным образом им везёт, и в дом их пропускает один из жителей. Лифт. Последний этаж, и они оказываются на крыше здания, откуда можно увидеть весь город, украшенный огнями и гирляндами, для того, чтобы посмотреть фейерверк. В этой волшебной атмосфере Рождества Чимин и Намджун встречают полночь. Ким стоит сзади и крепко обнимает своё маленькое чудо. — Спасибо за то, что я встретил тебя, — говорит Чимин с блеском в глазах. — Это самое лучшее Рождество в моей жизни. Намджун улыбается и произносит в ответ: — И для меня тоже. Я не могу представить себе лучшего спутника на этом празднике, чем ты.       Так начинается их рождественская история любви. Пак Чимин и Ким Намджун проводят вместе все праздники, смеются, влюбляются и поддерживают друг друга во всех жизненных испытаниях. Их встреча на улице перед Рождеством становится началом счастливого и незабываемого пути вместе.