Три раза

Чонин крутится перед зеркалом, рассматривая новый соблазнительный образ с белой тенисной юбкой и белыми чулками. Торс прикрывал белый топ и такая же рубашка, а на шее красовался чокер с белой розой. Ян держал в руках телефон, выбирая ракурс для очередной фотографии. В его галерее была коллекция фото, где он в разных юбках и коротких шортах. Вот он стоит в клетчатой красной юбке и чёрной рубашке с глубоким вырезом и поясом на тонкой талии. Вот и фото, на котором он стоит в школьной форме, а-ля японская школьница. А вот и те самые фотки в чёрных коротких шортиках и сетчатых колготках. Ему нравится вид собственных ног, белыми чулками. Он садиться на корточки, ставя телефон боком, так чтобы был акцент на бёдро, которое открывала задравшаяся юбка и положил одну из рук на коленку, а второй, с телефоном, закрыл лицо и сделал несколько снимков. Встав, Ян с удовлетворением рассматривал результаты сегодняшней фотосессии и, выбрав несколько удачных кадров, отправил Чану, который сейчас должен был работать на студии. Ответ пришёл через пару минут «Малыш, я же на работе… Мне придётся наказать тебя за такое. Жди». Чонин ухмыльнулся и, отбросив телефон сел поудобнее. Он часто отправлял старшему подобные фотки и всегда показывал свои наряды вживую, пару раз даже устроив настоящее шоу. Когда в запертую дверь его комнаты постучали Ян сначала спросил кто там, а то однажды открыл, а там Джисон стоит. У Хана тогда, наверняка травма была, но они это не обсуждали. Но в этот раз там и в правду стоял Бан, который с порога впился в губы макне, стискивая его тело в объятиях. Чонин сдавленно пискнул от напора, но с рвением отвечал на поцелуй и льнул ближе. Крис, не разрывая поцелуя, пошёл вместе с Яном в глубь комнаты к кровати, бережно уложив на ней младшего и нависая сверху. Разорвав поцелуй, он стянул рубашку с Яна, оставляя того в открытом топике. Чонин дёрнул за футболку старшего, и тот снял её, открывая вид на подтянутое тело. Чан опустился к бёдрам, задирая юбку и оставляя поцелуи на стройных ножках младшего. Ян тихо проскулил, когда Крис слегка прикусил нежную кожу на бедре. — Хён, а как ты меня накажешь? — глаза Яна горели не здоровым блеском. Он надеялся услышать, что Чан выпорет его или заставит кончить несколько раз уже когда будет больно но это будет сладкая и приятная боль, но ответ его очень удивил и не в очень хорошем смысле. — Я доведу тебя до края три раза, и только в четвёртый ты сможешь кончить. — Чани, может не надо? — с надеждой спросил младший. Он не очень любил оттягивать оргазм, хотя когда он наконец то накрывает его, то он довольно яркий. Но всё равно это не нравилось Яну. — Надо, малыш. Чан быстро стянул бельё Яна, оставляя юбку и чулки на месте. Чонин выдохнул, когда Бан, наклонившись, взял в рот головку его члена, посасывая ту. Он опускался ниже, заглатывая больше и обводя языком выступающие венки. Чан втянул щёки, создавая вакуум и кружа языком по головке, толкаясь кончиком в уретру. Чан чувствует пульсацию на языке и отстраняется, не давая младшему кончить. Один Старший отошёл, чтобы взять смазку и вернулся хнычущему Яну. Бан выдавил немного на руку, разогревая холодную субстанцию. Он огладил влажными пальцами дырочку младшего, который захныкал и попытался насадиться на эти шикарные пальцы, которые бы медленно растягивали его, Чан бы быстро нашёл простату и тело, пронзило бы волной удовольствия, но сейчас Ян получает лишь шлепок по оголённому бедру и презрительное — Прям как шлюха. Так нужно почувствовать что-то в своей дырке? — ещё один шлепок. Чонин тихо хнычет и снова делает попытку насадиться на пальцы, но Чан лишь снова оглаживает колечко мышц, не проникая, другой рукой он задирает топик, сжимая сосок и, одновременно с этим вводя внутрь Яна первый палец. Макне выгибается и громко стонет. А Чан отпускает сосок и ставит эту руку для опоры, опускается и берет почти на всю длину. Чонин громко стонет, когда Крис надавливает на комок нервов. И почти плачет, когда пальцы покидают его. Чан резко переворачивает его, и Ян думает, что сейчас его будут грубо втрахивать в матрас, но чувствует вовсе не член, а язык. Он дёргается, но Чан крепко держит его и рычит — Не дёргайся, иначе выпорю, — и младший снова чувствует язык, который оглаживает дырочку, влажную от смазки и проникает внутрь, вылизывая, будто не он минуту назад толкал её туда. Чонин окончательно теряется, когда чувствует внутри ещё и два пальца, которые быстро находят простату и начинают массировать. Ян хнычет в подушку и мечется по кровати, сжимая в руках простынь. Чан отстраняется буквально за мгновение до того, как Ян кончит. Два — Чани… — Ян выглядит разбитым. Ему уже больно от возбуждения, но это боль. граничащая с удовольствием. — Что малыш? — в голосе было притворное беспокойство, — терпение, терпение, Йени. — Он перевернул макне на спину и резко ввёл сразу три пальца внутрь и, одновременно с этим взял на всю длину, едва не подавившись. Яна выгнуло до хруста позвонков, он чувствовал узость чужого горла и пальцы глубоко внутри. Чонин скулил, пытаясь не стонать слишком громко, а Чан продолжал стимулировать одновременно, и член, и простату младшего доводя до самого края в третий раз. Чонин чувствует, как тело сковывает сладкая истома и почти плачет, когда вместо удовольствия, чувствует только боль. Чан сдавил основание его члена, не давая оргазму накрыть того. Три Чан уже сам с трудом держался, и поэтому быстро лишив себя одежды, он приставил головку изнывающего члена к призывно раскрытой дырочке младшего и толкнулся, резко входя сразу на всю длину. — Теперь ты доволен? В твоей шлюшей дырке наконец оказался член. — В ответ на это лишь скулёж. Чан вильнул бёдрами, вызывая приглушённый стон. — Ну же давай постони для меня, я так люблю твой голос. И Чонин стонет. Стонет громко, высоко, срываясь, когда головка члена проезжается по комку нервов. Ян не продержался долго и кончил через серию резких толчков, почти крича от, наконец-то обрушившегося удовольствия. Чан не остановился, даже ускоряясь и вбиваясь в податливое тело всё быстрее и сильнее, доводя до звёздочек перед глазами после итак сильного оргазма, ещё и мучая сверхстимуляцией. Чонин мог только скулить и метаться по кровати, от переизбытка чувств. Чан кончил внутрь, тихо простонав, и вышел из растраханной дырочки, откуда вытекала его сперма. Он аккуратно собрал её пальцами и протолкнул внутрь, специально вновь задевая простату, зная что Ян сейчас очень чувствительный. — Чанни… — Малыш, — Бан не может сдержать улыбки. Его парень такой красивый. Скомкавшаяся на где-то на талии юбка и белые чулки, что так и украшали ноги младшего. Разметавшиеся по подушке тёмные волосы покрасневшие щёки, искусанные губы, и словно вишенка на торте, чокер с белой розой на шее. Чан прильнул к этим манящим губам в трепетном поцелуе. Казалось он был интимнее чем то, что было между ними до. Чан любит Чонина. А Чонин любит Чана. И юбки.