Конец этой истории.
22 марта 2024 г., 08:20
Наконец-то, после всего, что мы пережили, наступило самое сказочное время, а именно Рождество. Это было время веселья, семейного счастья и получения подарков от Святого Николая. Мы, как вампиры, которые не приняли христианство, не отмечали этот праздник, но все мы знали, что он значит для всех христиан и особенно для католиков.
Богумила Сангье лежала на диване в гостиной и читала одну из своих любимых книг детства «Гринч, похититель Рождества» доктора Сьюза. К ней подошел Дагоберт, который сильно нервничал, потому что боялся, что она может ему отказать.
— Что ты читаешь, мама? — с интересом спросил Дагоберт Сангье.
— Разве не видишь? — непонимающе спросила Богумила Сангье. — Я читаю доктора Сьюза. — спокойно сказала она.
— Решила вспомнить свое детство? — с любопытством спросил Дагоберт Сангье.
— Нет, мне просто нравится творчество этой детской писательницы. — уверенно сказала Богумила Сангье.
— Эм, мам, у меня к тебе вопрос, можно мне ненадолго выйти из дома? — спросил Дагоберт Сангье, как будто вспомнил, о чем хотел спросить.
— Куда ты направляешься? — заинтересованно спросила Богумила Сангье.
— Я просто решил поздравить Доминика Игниса с Рождеством и извиниться за то, что случилось с его правой рукой. — спокойно ответил ей Дагоберт Сангье.
— Может быть, в обратном порядке вы поменяетесь перед ним местами за руку, а затем пожелаешь ему счастливого Рождества. — настойчиво потребовала Богумила Сангье.
— Да, так тоже можно. — спокойно сказал Дагоберт Сангье.
— Ладно, иди к нему. — спокойно сказала Богумила Сангье.
— В смысле? Ты просто отпускаешь меня? — непонимающе спросил Дагоберт Сангье.
— Да, я отпускаю тебя, чтобы ты мог лететь к нему прямо сейчас. — сказала Богумила Сангье со спокойной уверенностью в голосе.
— Спасибо, мама. — радостно сказал Дагоберт Сангье и подбежал к открытому окну.
— Только вернись до двух часов дня, иначе я буду нервничать. — попросила Богумила Сангье.
— Хорошо, мам. — торопливо сказал Дагоберт Сангье.
Дагоберт Сангье выпрыгнул из окна и левитировал к Доминику Игнису. В это же время семья Игнисов и семья Чернит сидели вместе в гостиной и открывали подарки друг от друга. Среди них были действительно полезные вещи, такие как новый телефон или планшет, и бесполезные вещи, которыми многие не будут пользоваться.
— Эдвард, после вчерашнего у меня остался только один вопрос. Что там делала Анна Дифнир? — с любопытством спросил Доминик Игнис.
— Как она рассказала мне после концерта, она занервничала, когда я позвонил ей и начал расспрашивать об этом ведре с кровью, поэтому она прилетела в школу, чтобы лично все сделать, если что-то пойдет не по плану. — уверенно сказал Эдвард Чернит.
— Дети больше так не делаете. — настойчиво сказал Луис Игнис.
— Хорошо, папа. — спокойно сказал Доминик Игнис.
— Как вам двоим вообще могло прийти в голову такое? — непонимающе спросил Логан Чернит.
— Я же говорил вам, что в этом заговоре были замешаны не только мы двое, все вампиры из нашей школы. — напомнил им Доминик Игнис.
— И в любом случае, я настоятельно прошу вас двоих никогда больше так не делать. — настойчиво сказал Майлз Хьюз.
— Ладно, Майлз, мы тебя услышали. — уверенно сказал Доминик Игнис.
— Отлично. — уверенно сказал Майлз Хьюз.
В этот момент раздались три звонка в дверь, за которыми последовали три удара рукой в дверь. Все были удивлены, и у всех был только один вопрос, кто это был.
— Луис, ты пригласил еще кого-нибудь из гостей? — с любопытством спросила Катриона Чернит, по ее голосу было ясно, что это не в первый раз.
— Нет, я никому не звонил. — уверенно сказал Луис Игнис.
— Если это снова колядки, тогда открывай по ним огонь. — требовательно сказал Эдвард Чернит.
— Эдвард! — возмущенно воскликнули все.
— Что? — непонимающе спросил Эдвард Чернит.
— Это противозаконного. — решительно заявила Катриона Чернит.
— Это не моя вина, что они уже достали меня. — гордо сказал Эдвард Чернит.
— М-да, на следующее Рождество ты не получишь нормального подарка. — сердито сказал Доминик Игнис.
Дверной звонок прозвенел еще пять раз, каждый четвертый был коротким, а пятый звучал непрерывно, как будто тот, кто был за дверью, просто стоял за дверью и держал звонок. Это начало раздражать всех, поскольку сам звонок издавал чрезвычайно неприятный звук.
— Боже, это невозможно терпеть. — раздраженно сказал Луис Игнис.
Луис Игнис вышел из гостиной в коридор своего дома, подошел к двери и открыл ее. Перед ней стоял Дагоберт Сангье, который немедленно убрал руки со звонка, когда увидел выражение гнева на лице Луиса Игниса.
— Добрый день, мистер Луис Игнис. — дружелюбно поздоровался Дагоберт Сангье.
— Дагоберт, зачем ты пришел ко мне? — заинтересованно спросил Луис Игнис.
— Я хотел поговорить с вашим сыном. Он занят? — с любопытством спросил Дагоберт Сангье.
— Да, он сейчас очень занят, что просто не может отойти ни на метр из-за своего телефона. — саркастически сказал Луис Игнис.
— Не могли бы вы оторвать меня от этого очень важного занятия и попросить прийти сюда. — настойчиво сказал Дагоберт Сангье.
— Да, сейчас. — покойно сказал Луис Игнис и отвернулся. — Доминик, к тебе пришел друг! — громко сказал Луис Игнис.
— Кто? — с любопытством спросил Доминик Игнис.
— Не называй ему моего имени. Я хочу сделать ему сюрприз. — настойчиво прошептал Дагоберт Сангье.
— Я не знаю, кто он, но он определенно один из двух друзей. — уверенно сказал Луис Игнис.
Луис Игнис отошел от двери, а Дагоберт Сангье взлетел на крышу их дома и спрятался. Доминик Игнис вышел из дома и закрыл за собой дверь, чтобы никто не услышал их разговор.
— Кто здесь? — непонимающе спросил Доминик Игнис.
— Сюрприз! — радостно воскликнул Дагоберт Сангье. Он вышел из укрытия и появился перед ним.
— Как оригинально. — равнодушно сказал Доминик Игнис.
— Я не знаю, ненавидишь ли ты меня за то, что случилось с твоей рукой, но, пожалуйста, выслушай меня. — настойчиво сказал Дагоберт.
— Даго, кто тебе сказал такую чушь, что я тебя ненавижу? — заинтересованно спросил Мика.
— Я сказал себе. — спокойно сказал Даго.
— Ну, ты явный пессимист. — сказал Доминик, посмеиваясь.
— Мика, ты меня не ненавидишь, но я должен извиниться перед тобой за то, что ты стал инвалидом после потери правой руки. — нерешительно сказал Дагоберт Сангье.
— В таком случае, я искренне приношу извинения за то, что моя рука была грязной, когда я засовывал ее тебе в рот. — саркастически произнес Мика.
— Значит, ты не держишь на меня зла? — с любопытством спросил Даго.
— Нет, я не держу на тебя зла, более того, если бы я держал на тебя обиду, я бы вряд ли стал придумывать план мести в отношения Айка Ито. — уверенно заявил Мика.
— Хм, верно. — спокойно сказал Даго.
— Ладно, это все, что ты хотел мне сказать? — с интересом спросил Мика.
— Нет, я также хотел поздравить тебя с Рождеством, хотя я и не христианин. — уверенно сказал Даго.
— Так поздравь меня и не молчи. — настойчиво сказал Мика.
— Ладно, а сейчас я поздравляю тебе с счастливого Рождества. — спокойно сказал Даго.
— Начинай уже. — высокомерно сказал Мика.
Дагоберт Сангье закрыл глаза и начал глубоко дышать и выдыхать воздух через нос и рот. После чего он начал говорить.
— Мика, за эти четыре месяца мы через многое прошли, ты стал увереннее и смелее, а я наконец-то убил свой сарказм и страх перед матерью, и теперь все знают, кто я такая, как и я сам, я желаю тебе счастливого Рождества и нового две тысячи восемнадцатого года. — решительно сказал Даго, по его голосу было слышно, как он нервничает и боится сказать что-то не то.
Когда Дагоберт Сангье закончил произносить свои праздничные поздравления, Доминик Игнис подбежал к нему и обнял. Он удивленно открыл глаза.
— Я надеюсь провести с вами больше времени в следующем году. — решительно сказал Мика.
— Я тоже этого хочу. — уверенно сказал Даго и обнял его в ответ.
— Вампиры, рулят! — гордо сказал Мика.
— Да, вампи. — сказал Даго, посмеиваясь, а затем резко замолчал.
— Подожди, ты это кричал? — с любопытством спросил он.
— А ты как думал? — с интересом спросил Мика.
— Я долго в тебе не сомневался. — уверенно сказал Дагоберт Сангье.
В этот счастливый момент главные герои этой истории должны закончиться. Они не знают, что ждет их в будущем две тысячи восемнадцатом, что ждет их в следующем десятилетии, но они точно знали, что будут вместе. Пусть трудности, стоящие перед ними, будут неправильно поняты ультраправыми консерваторами с вампирофобскими взглядами, но они будут вместе, даже если оба поймут, что это была просто подростковая влюбленность, и в будущем они найдут своих настоящих родственных душ, они будут вместе.
Конец.
