Удушье: путь восстановления

       Сайно никогда не ощущал себя таким сытым.        Какое-то приятное послевкусие вчерашней ночи всё ещё фантомно плавало в теле. Но от желания кусочничать это не избавляло — он урывками ластился к хозяину дома, в котором пребывал. То оставит череду поцелуев на плече, прежде чем тот покинет кровать, то приобнимет у плиты и раковины, то игриво поймает руку в воде и пене, делая внезапный, даже им самим незапланированный массаж ладоней.        Зачастую лицо Тигнари было в таких ситуациях не увидеть, но Сайно бы очень хотелось, чтобы от этого его ясные лесные чаши с реками мутнели, а на бледное лицо набегал секундный румянец.        Коллеи спала почти до обеда, чем сильно растревожила приёмного родителя и его любовника.        — Не дай властительница, она услышала… — смущённо уткнувшись в плечо Сайно, пробубнил Тигнари. Они были на втором этаже, девочка — на кухне первого и смотрела что-то на телефоне за крайне поздним завтраком.        — Насколько мне известно, кровать даже не скрипела, и ты только пару раз…        — Ты серьёзно помнишь такие мелочи? — с замученным, даже агрессивным вопрошением, брюнет поднял глаза на смуглого избранника.        — Не забывай, кем я работаю, — улыбнулся ему Сайно, мигом подавляя какие-то злые и мятежный настроения у судмедэксперта.        Допросы — это искусство. Чтение человека, его жестов, его мимики и слов, соответствия между разными невербальными и вербальными знаками, привычки, выдающие тревогу, игра с психикой, смена ролей внутри одного полицейского. Он этим искусством владел, приходилось учиться у коллег и применять на практике.        — Привет, — Сайно оставил Тигнари возиться с масляными разводами на покрывале и другого рода пятнами заодно, и подсел к воспитаннице за стол. У неё теперь вся макушка была равномерно-зелёной. Похоже, зацвела, как и всё в стремительно свежеющем и зеленеющем доме. Но синяки бессонной ночи залегли под её глазами. — Как самочувствие?        Личина доброго копа — ему всё интересно: любой твой бред или история из жизни, он предлагает еду, воду, сигареты — что пожелаешь! Спрашивает при этом мягко и ненавязчиво, пытается объяснить на пальцах, для чего ему та или иная информация и никогда не обвиняет ни в чём.        Девочка, конечно же, смутилась внезапному интересу, всё же в прошедшие дни они общались довольно мало.        — Н-нормально, только давление… Голова побаливает… — проговорила она несмело, показательно щупая свой лоб.        — Плохо спала ночью…? — задал он осторожно вопрос, обращая внимание на её дальнейшую мимику. Ступор застыл в её глазах. Они сделали резкое движение, куда-то глянув, будто бы рядом была какая-то подсказка.        — М… Тигнари интересуется, да? — вдруг поставила она вопрос, пытаясь предугадать причины такого интереса. Не то, чтобы она не была права, но тактично соврать было необходимо.        — Нет. Просто ты какая-то более вялая, и я хотел бы убедиться, что ты в порядке. — Он чуть склонился в её сторону, мол, доверяй мне, то, что я скажу — только между нами. — У Тигнари был неудачный опыт сотрудничества с полицией, и наверняка он тебя тоже запугал беспределом, но ты знай, я помогу и заступлюсь, ты только скажи. Ладно?        Она отвела взгляд. Такие предложения часто требуют времени на рассуждение и принятие. Так что он дал ей подумать и порассуждать, возвращаясь обратно к ранней теме.        — Кстати, ты ничего странного не слышала ночью? — похоже, Сайно сам недоспал — только сказав понял, что подошёл к вопросу слишком рано. Но уже поздно было давать попятную.        — Н-нет… Я… — она покраснела. Полицейский тяжко вздохнул, полагая, что слышала. Но прежде чем он успел что-то иное сказать, она раскололась. — Я… Ушла сразу слушать музыку на полную, когда вы собрались смотреть фильмы…        Сайно встрепенулся, с вопросом выгибая бровь, но не совсем выразительно.        — Я… Решила оставить вас одних… И всю ночь не спала, слушая музыку и смотря видосы… Потому что не знала, как долго… М-да…        Какая догадливая.        — Прости за это, — усмехнулся он, вставая из-за стола. — Мы больше этого делать не будем.        — С-совсем…? — даже испуганно прозвучало от неё, проследившей за его перемещением. Смуглец обернулся, не сразу припоминая её слова, когда она упросила его остаться тогда, впервые.        — Нет, просто ради твоего благополучия и здорового сна будем делать это в других местах. — Улыбнулся он краешком губ, видя, как она сразу успокоилась, и болезненность покинула её лицо.        — …Он счастлив с вами… — тихонько буркнула Коллеи. Сайно кивнул.        Он тоже.        Они оба, держась за руки, идут по пути восстановления.