Best of me

«Люди чувствуют себя связанным с кем-нибудь только до рождения. Как только они появляются на свет, они начинают чувствовать себя одинокими, изолированными. Они считают, что живут в социуме, но, по сути, это лишь сборище единоличников. Они — острова, разговаривающие на разных языках».

***

Двери отделения неотложной помощи распахиваются и в больницу ввозят каталку с молодым человеком. Только заступивший на смену ординатор бросается к каталке, сразу задавая вопросы врачу скорой помощи от травмах и их причине. — Парень после аварии, травма головы и позвоночника, он не чувствовал ног, возможны переломы. Потерял сознание по дороге сюда, в себя больше не приходил, — врач передает пациента ему в руки. — Будет чудо, если он выживет после таких травм. Чонгук бегло осматривает парня, везя его в смотровую и прося вызвать врача. Через несколько минут заходит доктор Чхве, которому он повторяет все, что было сказано при поступлении пациента. Они вдвоем заканчивают осмотр и просят подготовить операционную, пока отвезут парня на мрт. После окончания обследования, мужчина спешит в операционную, потому что на счету каждая минута из-за травм, оказавшихся серьезнее, чем могло показаться на первый взгляд. — Идешь со мной, Чонгук, операция обещает быть сложной и долгой, там не помешают твои руки, — на ходу бросает доктор Чхве. Мужчина вызывает у Чонгука восхищение с самого первого дня его работы в больнице. Он хочет однажды стать таким же первоклассным хирургом, как и Чхве. То, что мужчина берет его с собой на операцию очень много стоит, потому что это значит только одно. Он видит в нем потенциал, и парню стоит показать себя лучшим образом и не ударить в грязь лицом. Честно признать у него даже на мгновение спирает дыхание от волнения, когда он слышит это, но быстро берет себя в руки. Упустить такой шанс будет полнейшей глупостью, а он далеко не дурак, чтобы это допустить. Многочасовая операция проходит хорошо и уже подходит к завершению, когда сердце парня внезапно останавливается. Чонгук слышит, как доктор Чхве выругивается и отступает, пропуская к операционному столу реаниматолога, чтобы не мешать ему выполнять свою работу. Парню на столе еще жить и жить, Чонгуку он кажется очень молодым, возможно, даже младше него. Подняв взгляд на электрокардиограф, издающего протяжный звук, а на его экране одна только прямая линия, он не в силах отвести от него взгляд. Дефибриллятор и массаж сердца не помогают, сердце парня завести так и не удается. — Время смерти, — мужчина отходит, поднимая уставший взгляд на циферблат часов, чтобы озвучить время с точностью до минуты, когда звук аппарата сменяется на ритмичный, а до этого прямая линия на экране превращается в кривую. Все в операционной переглядываются. Этот парень умер, не поддаваясь никаким махинациям в течение семи минут, а сейчас, кажется, происходит самое настоящее чудо. — Чего стоим? Операцию все еще нужно закончить, этот пацан еще бегать будет, — доктор Чхве быстро приводит всех в чувства, вновь оказываясь рядом с пациентом и протягивая руку, в которую Чонгук вкладывает инструмент.

***

10 часов до аварии

— Юнги, будь добр явиться сегодня к ужину, будет мой давний друг с семьей, — Мин старший не сводит глаз с сына, направляющегося к выходу. — Представишь мне очередную дочку очередного влиятельного друга? — Парень в секунду щетинится и язвит в ответ, торопясь наконец выйти на улицу, захлопнув дверь. Он не хочет слышать его нравоучения и снова выяснять отношения, когда ему нужно ехать в университет. Это обычное явление в их семье, стоит им оказаться за закрытыми дверьми. Юнги единственный ребенок, и родители считают своей обязанностью навязывать ему всех возможных дочерей друзей отца. Семья министра обороны страны должна быть идеальной со всех сторон, а значит и будущая невестка тоже. Только вот нужно ли это самому Юнги никого не волнует. Его никогда не спрашивают, а только требуют. Словно он не другой человек, а их проект, который они собираются воплотить в жизнь и представить миру в идеальном свете. Поначалу парень им не перечил и делал все, что ему говорили, но он вырос и больше не хочет играть по их правилам, не тот мальчишка, над которым они имеют власть. Он бунтует и не скрывает своего отношения к устраиваемому цирку ни от кого, что всегда провоцирует очередной скандал. Юнги не хочет себе такую судьбу, как у родителей, которые после его рождения, вспоминают друг о друге только, когда нужно выйти свет или у них гости. Для окружающих его родители идеальная пара, но в действительности они уже давно живут каждый своей жизнью. Юнги даже знает о существовании любовников у обоих, узнав об этом еще несколько лет назад. Тогда-то он и перестал притворяться, взбунтовавшись и начав вести разгульную жизнь. Став завсегдатаем лучших ночных клубов Сеула, парень не отказывает себе в удовольствии и меняет партнеров едва ли не каждую ночь, иногда нескольких за раз. Юнги садится в машину, стоящую перед домом в ожидании него, здоровается с водителем и достает из сумки конспекты. Может, он и бунтарь, но это касается только его родителей, никак не образования. Ему нравится учиться, он один из лучших студентов на потоке и собирается однажды устроиться на работу в «Ким Индастрис». Владелец компании очередной друг отца, но лучшие адвокаты страны работают именно там, и Юнги мечтает стать одним из них. И, кажется, это единственное в чем его взгляды сходятся со взглядами родителей. Возможно, поэтому они до сих пор позволяют ему вести такую жизнь, хотя в их силах отправить его в какое-нибудь военное училище со строгим режимом, устранив проблему в его лице. Так или иначе он все еще живет с ними под одной крышей и время от времени портит им жизнь своими выходками, отплачивая им той же монетой. Время за чтением конспектов пролетает быстро, и водитель уже сообщает ему, что они на месте. Юнги говорит ему время, в которое его нужно будет забрать, и вылезает из машины, направляясь ко входу в здание университета. У дверей его уже ждут друзья. Иногда Юнги от них устает и держится немного в стороне, отмалчиваясь и не вникая в их болтовню, чего не получается делать с Джису и Минхо. Он не изливает им душу и сам никогда к ним не лезет с расспросами, если не видит в этом необходимости, но эти двое никогда не спускают с него глаз и заботятся в своей манере. Юнги это чувствует и старается платить им тем же, чтобы не облажаться и здесь, раз сын достойный своего отца из него не удался. — Хёнджин обещает закатить вечером грандиозную вечеринку в честь своего дня рождения, тебя ждать? — Минхо идет справа от него, явно не торопясь на пару, до начала которой остается всего несколько минут. — У нас ужин сегодня с друзьями отца, но думаю, я смогу вырваться. Не собираюсь торчать там слишком долго и пропускать все веселье, — любая вечеринка всяко лучше вечера полного притворства, от которого его уже тошнит. — Уверен, что это хорошая идея? Мне кажется, это важно для твоих родителей, — Джису, как и всегда голос разума в их компании. Юнги ей в некоторые моменты за это благодарен, но это не тот случай. — Давай без этого ладно? Этот ужин лишь очередной предлог, чтобы познакомить меня с кем-нибудь, — он отвечает ей резко и готов продолжить, но его прерывает звонок на пару. — Пошлите, сами знаете, что преподаватель не любит опозданий.

4 часа до аварии

Юнги, направляясь к ждущей его машине, прощается с друзьями и обещает им написать, когда уже будет в пути в клуб. Прислонившись головой к окну, сидя на заднем сидении, он надеется, что дорога займет много времени, и оказывается услышан, потому что они встают в пробку. Парень даже успевает задремать, убаюканный тихо играющей музыкой., и открывает глаза, только когда машина уже въезжает на территорию особняка. Разблокировав телефон, он убеждается, что гости находятся у них уже около часа, а это значит, что ему не придется терпеть все это слишком долго. Парень даже обещает себе вести себя смирно, если отец не заведет шарманку об удачной партии и так далее по списку. — Добрый вечер, простите, что задержался, на дорогах пробки, — Юнги приветствует гостей и меняется в лице при виде девушки из своего университета, учащуюся на год младше. Он ее знает, потому что не так давно она гуляла с Минхо, и у них, кажется, все шло к отношениям. Садясь на единственное свободное место, рядом с ней, Юнги на девушку даже не смотрит и сразу тянется к блюду с мясом, наполняя свою тарелку. Он пропускает мимо ушей все, что говорит отец, который, кажется, представляет очередного своего друга и его семью, а затем они говорят о чем-то своем, но парень и в это не вникает. Справа от него сидит мама, но он и ее игнорирует до тех пор пока ему не надоедают тычки в бок. — Что? — Юнги не скрывает раздражение и даже не пытается звучать тише, чем привлекает к себе внимание, а мать шикает на него. За столом ненадолго повисает неловкое молчание, но затем отец поднимается из-за стола и просит его пройти за ним. — Прояви немного уважения к гостям, Юнги, — мужчина заговаривает, как только они оказываются вне зоны слышимости сидящих за столом. — Я никому не грубил, а спокойно ел, — Юнги начинает раздражаться, что легко читается по его лицу и меняющемуся с каждым словом тоном. — Я проявил достаточно уважения, поприветствовал всех, но лебезить перед твоими друзьями и обхаживать всех, кого ты пытаешься подсунуть мне в невесты, не обязан. Мы не в прошлом веке живем, чтобы вы нас друг с другом сводили, как каких-то кошек или собак для получения потомства. Пойми ты уже наконец, — он старается не повышать голос, чтобы гости ненароком не услышали их, но, кажется, еще немного, и его нервы сдадут, и ему уже будет плевать на гостей и кто они такие. — Хватит этих детских игр, повзрослей уже наконец. Ты женишься в любом случае и будет лучше, если ты сам определишься на ком, пока это не сделал я. Услышал меня? А теперь будь добр, вернись к столу и веди себя подобающе, — мужчина, говоря это, держит его за локоть, сжимая с каждым словом все сильнее. — Отпусти, — Юнги вырывает руку и потирает ее, задаваясь вопросом, проявятся ли там синяки позже. — Хочешь подобающего поведения, ты его получишь, — он обходит его и возвращается к столу, усаживаясь на свое место. Возникшее напряжение кажется ощутимым физически, но Юнги его глушит, потянувшись за бокалом, наполняя его вином и сразу вливая его в себя. А затем повторяет те же самые действия еще несколько раз, игнорируя тяжелый взгляд отца и нервный матери. — Как дела в университете? — он поворачивается к девушке, пытаясь вспомнить ее имя, но быстро отбрасывает все попытки, думая, что это бесполезно. — Как дела с Минхо? Уже сказала ему, что не сможешь с ним встречаться, потому что придется со мной? Минхо наш общий знакомый из университета, — последнее он сообщает родителям их обоих, еще больше усугубляя ситуацию. Юнги видит, как девушка вздрагивает при упоминании имени друга, но игнорирует это, решая, портить все до конца раз уже начал. — Я, кажется, лишнего сказал, да? Вы не знали? Вот веселье начнется, когда все будут обсуждать… — Юнги, — отец прерывает его, ударив по столу и заставив всех вздрогнуть. — Иди к себе. — Было вкусно, прекрасный ужин, — парень не заставляет себя долго ждать, поэтому встает из-за стола и идет к лестнице, поднимаясь в свою комнату и попутно набирая сообщение Минхо с предупреждением, что скоро приедет. В комнате он быстро приводит себя в порядок, умывается, заглянув в ванную, и переодевается, накидывая куртку и засовывая в карман телефон и ключи. Уже через пятнадцать минут Юнги стоит на улице и ждет такси, закуривая. Он все еще злится, а никотин помогает успокоиться, так что курит он только после очередной ссоры с родителями. Сейчас, как раз такой момент. Да, и это всяко лучше наркотиков в любом их проявлении, которыми балуется значительная часть отпрысков окружения отца. Удивительно правда? Для бунтаря и плохого сына это табу, а для очередного пай-мальчика отличный способ расслабиться. Перед ним останавливается такси, и, выбросив окурок, Юнги садится на заднее сидение. До клуба ехать минут тридцать, поэтому у него есть время, чтобы окончательно успокоиться и настроиться на веселье, чтобы предстать перед всеми в привычном для них состоянии. Притворяться всегда проще, а другие предпочитают не замечать. Не считая Джису и Минхо, но он перед ними гораздо искренней, чем перед остальной частью компании. Кроме того и у него бывают моменты, когда он чувствует себя одиноким, и ему не хватает человеческого тепла. Справляться с этим у Юнги выходит из рук вон плохо, так что парень глушит это алкоголем, напиваясь до беспамятства. Глупое решение, и на утро он чувствует себя отвратительно не только из-за похмелья, но пока него нет другого способа.

2 часа до аварии

— Приехали, — Юнги вздрагивает, когда водитель нарушает тишину в салоне. Будучи слишком глубоко погруженным в свои мысли, он не замечает, как машина останавливается перед клубом. — Спасибо, — парень, отдав мужчине наличные, вылезает из машины и направляется ко входу, минуя очередь и приветствуя охранников. Они пропускают его без проблем, и уже через несколько минут Юнги находит друзей за столом в вип-зоне. Стол заставлен бутылками и стаканами, и парень сразу наливает себе виски, выпивая залпом и наполняя стакан снова. Мешать вино с виски не самая лучшая идея, но сейчас его цель напиться, и он отлично с этим справляется, наплевав, что ему будет плохо еще до того, как наступит утро следующего дня. — Как прошел ужин? — Джису подсаживается к нему, заметив состояние друга. Она знает, что Юнги не любит, когда его достают с расспросами, во всяком случае упорно делает вид. Девушка никогда не переходит установленные им же границы, но все равно о нем беспокоится. Они ведь знакомы с детства, втроем всегда были вместе, и Джису с тех пор приглядывает за ним и Минхо. И Юнги она понимает, как никто другой, ведь ее отец премьер-министр страны. Удивительно, как их родители еще не пытаются организовать им двоим грандиозную свадьбу. — Отлично, пытались подсунуть мне очередную невесту. В этот раз это была подружка Минхо, представляешь? — Юнги нервно смеется, отпивая из стакана. — Не говори ему, если она захочет, сама расскажет, вряд ли ее родители захотят иметь со мной дело после того, что я устроил. Не будем больше об этом, настроение и так паршивое, — наполнив второй стакан, он отдает его Джису, чокаясь с ней и делая глоток. — Вот веселье будет, если наши отцы вдруг захотят свести нас с тобой, — она тоже отпивает из стакана. — Только представь этот кошмар, — они переглядываются и одновременно начинают смеяться. — Ужас, никогда больше такого не говори, а то еще услышат и на них снизойдет озарение, — сквозь смех говорит Юнги, переводя взгляд на остальных ребят из компании. Минхо слишком увлечен своим стаканом, впрочем, как и всегда, и Мин повторяет за ним, освобождая голову от ненужных мыслей. В отличие от Джису, которая остаток вечера наблюдает за ними двумя и следит, чтобы в их стаканы не попало ничего лишнего, не считая алкоголя. Особенно внимательно следить приходится за Минхо, который очень быстро пьянеет и вообще не следит за своим стаканом. Несколько часов пролетают, как одно мгновение, алкоголь льется рекой, а пьяные тела трутся друг о друга на танцполе. Юнги даже удается забыться на время, и в какой-то момент он вовсе обнаруживает себя целующимся с какой-то девушкой. Очнувшись, парень отталкивает ее от себя, возвращаясь к друзьям, желания оказаться сегодня с кем-то в постели нет совсем, и даже алкоголь не пробуждает в нем его. Он возвращается как раз вовремя, потому что все начинают собираться, и уже скоро они все высыпаются на улицу. Юнги отмахивается от Джису, предложившей вызвать ему такси, при этом держащей Минхо за плечи, чтобы тот не завалился назад. Вместо этого он забирается на заднее сидение машины Минсона, своего одногруппника, вместе с еще несколькими людьми. Они все пьяны, и у Юнги мелькает мысль, что вообще-то водить машину в таком состоянии опасно, но он глушит ее, беря в руки бутылку, прихваченную из клуба, и делая несколько глотков из горла. Минсон набирает скорость, как только выезжает на трассу, и проезжает один красный сигнал светофора, а затем еще несколько, едва не став причиной аварии. — Минсон, — Юнги подается вперед, все же понимая где-то на задворках сознания, что такая езда опасна. Ему банально становится страшно, потому что они могут могут влететь в какой-нибудь столб на полной скорости. — Минсон, сбавь скорость, пока не влетел во что-нибудь, — и, кажется, его слышат, потому что парень бьет по тормозам, вызывая у всех удивленный крик из-за того, что их бросает вперед от резкого торможения. Сидящий на переднем пассажирском сидении парень выключает музыку, погружая салон в тишину. — Я…я кого-то сбил, — Минсон нарушает тишину, заставляя Юнги протрезветь в считанные секунды. — Езжай, — его опережает Джисон, сидящий справа от водителя, но, не увидев эффекта, кричит на Минсона, требуя, жать на газ. И тот его слушается, заводит машину и трогается с места, сворачивая на первом же повороте. — Нет… — Юнги поворачивается назад, замечая тело на асфальте, которое пропадает из виду, как только машина сворачивает. — Мы не должны были его бросать. Он ведь может умереть, надо вернуться и вызвать скорую. — Он прав, — Минсон, кажется, на грани истерики, это слышно по тому, как сильно у него дрожит голос, и Юнги его понимает. Остальные и вовсе предпочитают молчать, словно их здесь нет. — Заткнитесь оба, сейчас мы отъедем на безопасное расстояние и разъедемся по домам, а ты отгонишь машину по одному адресу и оставишь ее там, — Джисон открывает бардачок и копошится в нем в поисках ручки и какой-нибудь бумажки, на которой и пишет адрес. — Как только покидаем машину, забываем о том, что произошло. Все слышали? — в конце Джисон кричит на них, тем самым приводя в чувства. Юнги тошнит и ему страшно. Кажется, он и сам близок к истерике, но она все никак не приходит, и парень только мычит что-то невнятное в ответ. Когда машина останавливается, Юнги первым вылезает из нее и сгибается, потому что его начинает выворачивать. От опьянения не остается и следа, только тошнотворный страх и осознание, что он одна из причин смерти другого человека. Следующие несколько часов проходят для него, как в тумане. Юнги не помнит, как добирается домой, как его снова тошнит, и он какое-то время проводит в обнимку с унитазом, а затем лезет в душ, стараясь отмыться от сегодняшней ночи. Не помнит, как забирается в кровать, надеясь забыть обо всем, как о страшном сне, и наконец отрубается, проваливаясь в темноту.

***

Пожарная станция погружена в тишину, пока все занимаются своими делами до очередного вызова. Хосок, как и всегда предпочитает провести это время один и по возможности поспать. Почему-то спать на станции ему гораздо проще, чем дома, где на него давят стены и деться от этого ощущения некуда. Здесь же он постоянно окружен людьми даже, если большая их часть находится в другом помещении. Поспать ему так и не удается, потому что раздается сигнал вызова, заставляя его подорваться с места. Он бьет себя по щекам, придавая себе бодрости, пока бежит вниз, чтобы надеть экипировку. И спустя считанные минуты, несколько пожарных машин покидают станцию, отправляясь на вызов. Очередной пожар в многоэтажном здании, причину которого будут устанавливать после. Чаще всего виной становится неисправная проводка или людская неосторожность, о намеренных действиях думать не хочется, да и больше подробностей рядовым пожарным вроде него не сообщают. Хосок их в принципе знать и не стремится, ведь жить так гораздо спокойнее. Да, и в его компетенцию это не входит. Он спасает людей, рискуя собой, а, что там происходит дальше, его не касается. А рискует Хосок много, лезет в самое пекло, словно у него не одна жизнь, а все девять, и отменный ангел хранитель тоже имеется за плечами. Он так борется с собственными демонами и платит за то, что не погиб в пожаре четырнадцать лет назад вместе со своей семьей, потому что в тот день остался ночевать у друга из школы. Его до сих пор сжирает чувство вины, хотя головой он понимает, что ничего не мог тогда сделать, ведь был ребенком. Хосок столько раз мечтал умереть и не проходить через все дерьмо, которое подкидывает ему жизнь изо дня в день, начиная с того пожара, но все никак не выходит, и он не понимает почему и что делает не так. Даже профессию опасную выбрал, но все еще ходит по земле на своих двоих. — Не лезь в самое пекло, Чон, — приказывает капитан на подъезде к месту происшествия. — Все берегут себя и действуют осторожно. Все слышали? — пожарные кивают, а Хосок не делает и этого. Они все знают, что он первый бросится в огонь в случае чего. Как только машины останавливаются, капитан первым оказывается на улице и уже спешит к капитану другой части, раздающему приказы своим. — Часть сотрудников и посетителей офиса эвакуировались сами, но часть осталась в здании, мои ребята уже приступили к спасению, но огонь распространяется слишком быстро, — докладывает капитан второй части. Мужчины переговариваются о чем-то еще, а затем расходятся и направляется каждый к своему подразделению. Капитан раздает их приказы, и часть пожарных спешит на подмогу к тем, кто уже тушит огонь снаружи, Хосок в числе тех, кто, надев противогазы и водрузив на спину баллон с кислородом, скрывается в здании. Благодаря слаженным действиям, людей находят быстро, а затем одного за другим выводят из здания. Хосок слышит это через рацию, находясь вместе с двумя парнями из подразделения на последнем этаже. Этаж кажется пустым, но они все равно осматривают его, заглядывая в каждую дверь. Одна из них оказывается заперта, и оттуда доносится приглушенное «помогите». — Парни, тут кто-то есть, — Хосок окликает их и снова дергает ручку. — Дверь заклинило, я не смогла выйти из-за этого, — сообщает через дверь девичий голос. — Отойдите от двери на безопасное расстояние, — парень приценивается сможет ли выбить ее без подручных средств, а затем, выждав несколько секунд, чтобы девушка успела от нее отойти, бьет по древесине ногой и повторяет то же действие еще несколько раз, пока дверь наконец не распахивается, отлетая в стену. Сквозь дым на него с надеждой во взгляде смотрит совсем юная девушка, на мгновение вгоняя его в ступор. Хосок будто видит свою погибшую сестру, и он действительно замирает, пока не чувствует, как его хватают за плечо, вытягивая с прохода. Отшатываясь, Чон берет себя в руки, напоминая себе, что это не может быть правдой, и они все вместе направляются к выходу. Хосок слышит, как один из парней спрашивает, как зовут девчонку, и обещает вывести ее отсюда в целости и сохранности, когда видит, как над ними обрушивается пылающая балка. Его реакция мгновенная, он кричит им о балке и хватает за шкирку девчонку и одного пожарных, оттаскивая их на себя. Втроем они валятся на пол, и Хосок слышит из рации обеспокоенный голос капитана, но молчит до тех пор, пока не убеждается, что никто не пострадал. А затем смотрит куда обрушилась балка и выругивается. — Целы, но нам нужна лестница, выход перекрыт, — докладывает он и, поднявшись, подходит к окну. — Я разобью окно, 3 этаж, — Хосок продолжает говорить в рацию, пока достает свой топор и, не церемонясь, разбивает стекло, освобождая от него раму. Высунувшись наружу, он видит, как одна из машин уже подъезжает и поднимает лестницу. Отправляясь на Землю, Хюнэ подобная встреча с подопечным кажется лучшей из всех возможных. Поэтому она здесь, прямо в эпицентре пожара, а единственным путем к спасению оказывается окно. Впервые за всю свою жизнь, которая по человеческим меркам более, чем долгая, девушка испытывает чувство страха. Оказавшись за той дверью, взаперти, Хюнэ чувствует себя запертой в ловушке. Будь она человеком, запаниковала бы, поддавшись страху. К счастью, ей это чуждо, и девушка подавляет доселе неизвестное чувство, подходя к двери и давая о себе знать. Минута и перед ней предстает Хосок, ее подопечный. Правда времени для знакомства у них нет, и ее выводят в коридор. Ведомая одним из пожарных, она не сводит взгляд с Хосока, словно он прямо сейчас ответит на все ее вопросы и расскажет, как себе помочь. К сожалению, он этого не делает, и даже не смотрит в ее сторону, будто говоря, что ей со всем придется разбираться самой и ждать от него помощи не стоит. Она это понимает, уводя взгляд в сторону и стараясь, не мешать пожарным выполнять свою работу. Ей не нравится чувство страха, Хюнэ не понимает, как Хосок столь бесстрашно бросается в огонь, спасая других. На самом деле она даже не сразу поняла зачем ему нужен союзник, потому что он не относится плохо к другим, не жестокий преступник и так далее по списку. Но, немного изучив его досье и увидев сейчас, девушка понимает, что спасать его нужно от самого себя, потому что он не ценит свою жизнь. Будто она ему и не нужна вовсе. Хюнэ вскрикивает от неожиданности, когда ее дергают назад, и валится на пол, обдирая обо что-то ладонь. Потрясающе, это ее первый день здесь, а она уже покалечилась. Девушка прикрывает голову руками, когда Хосок разбивает стекло, освобождая им путь к отступлению, и, как только лестница оказывается на нужно уровне, один из пожарных вылезает из окна, спускаясь на несколько перекладин и дожидаясь, когда ему передадут Хюнэ. Ее подхватывают под руки с обеих сторон и подсаживают, помогая перебраться на лестницу. — А ты? — Хюнэ поднимает взгляд на Хосока, задерживаясь. — Я сразу за вами, шевелись. Друг за другом они спускаются вниз, и Хюнэ передают прямо в руки врачам. Девушка отмахивается, хочет пойти за Хосоком, но ее сажают на место и принимаются осматриваться на наличие травм, а когда отпускают пожар уже ликвидирован, а машина его подразделения увозит Хосока обратно в часть. Хюнэ остается только смотреть вслед уезжающим машинам, досадно выдыхая. Пнув камень, она проводит ладонями по лицу, размазывая сажу. Она придет к нему завтра, обязательно придет, и тогда он от нее не сбежит.

***

— Намджун, дорогой, тебе необязательно так со мной носиться, — женщина опускается на кровать не без помощи сына. Сохи каждый день чувствует вину перед сыном за то, что ему приходится из-за нее отказываться от всего. Он так мечтал поступить в университет, но из-за ее болезни вместо учебы был вынужден устроиться на работу, чтобы прокормить их обоих и суметь оплатить ей лечение. Это так неправильно. Ее сын не должен был отказываться от всего и страдать из-за нее. Сохи видит и чувствует, как ему тяжело, но самое ужасное то, что ничего не может с этим сделать из-за сдавшего здоровья. Она боится, что однажды Намджун ввяжется во что-то, что потом принесет ему серьезные проблемы. Он итак часто пропадает и приходит поздно ночью, ссылаясь на работу охранником в каком-то клубе. Сохи старается ему доверять и не давить лишними расспросами, вероятно, совершая тем самым большую ошибку. — Я знаю, — Намджун улыбается матери и помогает ей укрыться. Ему уже нужно выходить, но он задерживается, хотя и понимает, что получит выговор. Парень и так проводит с матерью мало времени из-за своей работы, и несколько минут с ней никогда ну будут лишними. Кроме того он прекрасно видит, как тяжело ей дается не задавать ему лишних вопросов, за что очень благодарен. Намджун не уверен, что сможет выдержать, если она вдруг скажет ему, что знает, что никаким охранником клуба он не работает. — Я позвоню соседке, и она зайдет к тебе перед сном, — парень включает старенький телевизор и протягивает матери пульт, снова улыбнувшись ей. — Будь осторожен и ни во что не ввязывайся, — Сохи обхватывает ладонями его лицо и целует в обе щеки. — Обязательно, — он целует ладонь мамы и выпрямляется, приглушая в комнате свет. Парень идет в коридор, надевая куртку и обуваясь в кроссовки. Бороться с желанием остаться дома и свернуться в клубок под боком у Сохи становится все труднее с каждым днем, но каждый раз ему приходится уходить. Им нужны деньги на жизнь и лекарства для мамы, а у него не так много способов заработать, чтобы хватало все это, ведь лечение не из дешевых. Закрыв за собой дверь, он прячет ключ для соседки под горшком с цветком и спускается вниз, столкнувшись на первом этаже с незнакомой девушкой. Извинившись, Намджун выходит на улицу, направляясь к машине, ожидающей его в нескольких метрах от дома. Минджи провожает парня взглядом, не ожидав, что столкнется с Намджуном в первый же день. Из того, что она теперь о нем знает, он уже должен уйти, но все идет не так уже сейчас. Создатели предупреждали, что от людей стоит ожидать всего даже, если это какие-то мелочи, вроде задержки на несколько минут. Как бы там не было, сначала ей нужно найти Сокджина и попытаться у него хоть что-то о видениях. Девушка решает на него не давить, обрушив информацию в один момент. Да, и люди существа скептичные и недоверчивые, и она сомневается, что он поверит в ее рассказ о создателях, существах света, пришедших на Землю для их же спасения, и его даре видения будущего и не сочтет за сумасшедшую. Будь Минджи на его месте, вероятно не поверила бы и покрутила пальцем у виска. Когда ее и других собрали в том зале перед отправлением на Землю, им дали только основную информацию о подопечных. Все остальное предстоит выяснять самостоятельно, потому что, несмотря на данный шанс, никто не собирается облегчать задачу по их спасению, и Минджи прекрасно понимает почему. Все должно произойти постепенно и, как бы жестокого не звучало, походить на расковыривание старых ран. Поднявшись на свой этаж и пройдя в квартиру, она осматривается. Ей не важно где жить, но квартира оказывается достаточно светлой и уютной, несмотря на дом и район, в котором предстоит прожить полгода. Она не слишком большая, в ней нет ничего лишнего, но этого должно хватить, чтобы при необходимости вместить в себе еще пять существ света. Более того вместе с ней будет жить еще и Хюнэ, подопечный которой живет в нескольких кварталах отсюда. Минджи садится на диван и берет в руки ноутбук, включая его. Завтра ее ждет собеседование в «Ким Индастрис» на должность секретаря, тогда же девушка и встретится с Сокджином, а пока она вбивает в поисковик свои будущие должностные обязанности. Ей предстоит постараться, чтобы понравиться во время собеседования, потому что получать должность не совсем честным путем — это не то, чего она хочет.

***

— Снято, — разносится по площадке голос, и Тэхен машет фанатам, прощаясь с ими и наконец покидая сцену. Съемка была долгой и выматывающей, и все о чем он сейчас мечтает это оказаться дома и забраться в кровать, но вместо этого его ждет еще одна съемка, на этот раз фотосессия для какого-то модного журнала. Тэхен не запоминает свое расписание, доверяя это менеджеру, который зачастую и выбирает где ему сниматься и на каких мероприятиях появляться. За время своей работы Ы-ну ни разу его не подводил и всегда выполняет свою работу по максимуму, а то и больше. Потирая шею, Тэхен идет в гримерную, где сразу избавляется от макияжа, давая коже отдохнуть до следующего его нанесения. Задержав взгляд на своем отражении в зеркале, он пытается улыбнуться, но вместо этого уголки его губ ползут вниз, словно издеваясь и напоминая ему, в каком состоянии находится их обладатель. Публика его любит, у него много фанатов, но и ненависть не обошла стороной, и на каждый хороший комментарий приходится плохой. Иногда ему кажется, что у него ненавистников гораздо больше, чем людей, которые поддерживают и любят его музыку. И он изводит себя этим, читая их комментарии и посты в интернете, несмотря на то, что в целом понимает, что делать этого не стоит, но руки сами тянутся и вбивают имя в поисковик. Ы-ну постоянно предлагает ему закрыть комментарии во всех своих социальных сетях, но Тэхен отказывается, ссылаясь на то, что тогда не сможет должным образом поддерживать связь с фанатами. Менеджер на эти заявления лишь устало вздыхает и оставляет подобный разговор до следующего раза, надеясь, что рано или поздно айдол сдастся. По большей части смахивает на мазохизм, если честно, но это сильнее Тэхена, каждый раз обещая себе, что больше не будет ничего о себе читать, каждый раз это обещание нарушает, делая больно себе же. Словно ему не хватает других проблем. — Тэхен, нам пора выезжать. Съемки за городом, поэтому у тебя будет время, чтобы отдохнуть по дороге, — постучавшись, в гримерную заглядывает Ы-ну. — Что ты хочешь поесть? Здесь недалеко есть магазин, я отправлю кого-нибудь. — Иду, — он смотрит на менеджера через зеркало и трет щеки, делая их немного румянее, хотя знает, что такой румянец быстро пройдет. — Йогурт и каких-нибудь фруктов, — отказываться нет смысла. Ы-ну от него не отстанет, если не увидит, что парень не поест. Они вместе выходят на улицу и сразу идут к машине. Тэхен слышит крики фанатов, собравшихся у здания шоу, но не сумевших попасть на запись, поэтому, проезжая мимо, он приоткрывает окно и машет им, не высовываясь слишком сильно. Парень слышит, как они кричат о любви к нему и его музыке, и улыбается, нажимая кнопку, чтобы поднять стекло. Проехав несколько кварталов, водитель останавливает машину у магазина, и Тэхен видит, как Ы-ну передают пакет с едой, часть которой он передает ему. Со вздохом он забирает протянутый ему пакет, зная, что возражения не принимаются, но часть купленного все равно возвращает менеджеру. С трудом, но парень съедает купленный кимпаб и банан, запивая все водой. Закончив, Тэхен вставляет в уши наушники и откидывается на сидение, включив музыку. Какое-то время он просто смотрит в окно, наблюдая, как сменяется пейзаж, а затем, разблокировав телефон, открывает заметки и начинает набирать текст. Компания одобряет далеко не все его тексты и, однако он никогда не прекращает писать и создавать музыку. Очень многие песни так и остаются неизданными, но есть и те, которые свет все-таки видят. За написанием текста время в дороге пролетает незаметно, и, будучи слишком увлеченным, он игнорирует Ы-ну, когда тот поворачивается к нему и что-то говорит. Менеджер, поняв, что его не слышат только вздыхает и отворачивается обратно. Он работает с Тэхеном уже два года, и парень всегда был таким. Ким легко уходит в свои мысли, игнорируя все вокруг, когда дело доходит до музыки. Ы-ну в такие моменты лишь следит, чтобы он не забывал есть и спать, напоминая ему о существовании двух этих потребностей. — Приехали, — Ы-ну разворачивается к Тэхену, наблюдая за тем, как он вынимает наушники, когда машина останавливается. — Сколько продлится съемка? — он смотрит на менеджера, направляясь к фургону, в котором его загримируют и переоденут в нужный образ. — Два с половиной часа, и потом ты свободен, — Ы-ну сверяется с расписанием прежде, чем ответить ему. — Завтра у тебя выходной, поэтому пожалуйста отдохни как следует. У тебя давно не было такой возможности. — Я постараюсь. Спасибо, что беспокоишься обо мне, — Тэхен улыбается ему, мысленно обещая и себе, что проведет весь завтрашний день в постели, отсыпаясь. Визажистом оказывается приятная девушка, и они даже болтают обо всем и ни о чем, пока его подготавливают к съемке. За разговорами он не замечает, как ему укладывают волосы и заканчиваются наносить макияж, после чего помогают переодеться и провожают на площадку, перед выходом из фургона накидывая куртку на плечи. Все-таки на улице уже середина осени, а Тэхен тот еще мерзляк, о чем, конечно, помнит Ы-ну. — Здравствуйте, наш журнал очень рад, что вы согласились на сотрудничество, — мужчина лет сорока идет к ним навстречу, кланяясь в приветствии. — Это наш фотограф, Исыль, — он спешит представить молодую девушку, подошедшую вслед за ним. — Рада знакомству с вами, — она кланяется, придерживая камеру, свисающую с ее шеи. — Здравствуйте, я Тэхен, — парень кланяется в ответ. — Я постараюсь не подвести вас сегодня, пожалуйста, позаботьтесь обо мне. — Итак, — Исыль хлопает в ладоши, беря Тэхена под локоть и ведя за собой. — Руководство дало мне полную свободу действий, а мне палец в рот не клади, и идеи для фотографий уже есть. Расслабься, я не кусаюсь, — она направляет на него камеру и делает первый кадр, заставая врасплох. Тэхен от такого напора поначалу теряется, но Исыль располагает к себе и чем-то напоминает ему Ы-ну, так что постепенно он действительно расслабляется и даже заряжается ее энтузиазмом. Парень давно не чувствовал себя так спокойно и даже комфортно во время работы. Обычно ему тяжело идти на контакт с незнакомыми людьми, поэтому чаще всего он сначала зажимается, заставляя себя делать то, что ему говорят. Сегодня все как-то иначе, и он благодарен Исыль за то, что она создала такую непринужденную атмосферу. Благодаря этому время летит очень быстро. — А теперь улыбнись, — девушка снова направляет на него объектив камеры, делая несколько снимков. — Отлично, мы закончили, — она просматривает снимки, немного завороженная красотой своего подопечного. Встретиться с ним таким образом ее идея, и, кажется, она сработала, потому что чувствует, что Тэхен к ней расположен. Это явный успех, и девушка мысленного желает того другим союзникам. Оторвав взгляд от экрана, Исыль смотрит на Тэхена и, улыбнувшись, подходит к нему, чтобы показать результат их работы. — Фотографии получились очень живые, и в них есть загадка. Ты отлично поработал сегодня, с тобой приятно иметь дело, — она жмет его руку, подкрепляя этим жестом свои слова. — Мне тоже понравилось работать с тобой, спасибо. Его губы трогает легкая улыбка, и Исыль ликует в душе, радуясь, что первый шаг сделан, да еще и оказывается столь удачным. Ей даже больше не кажется сомнительным и напрасным ее пребывание здесь. Если все пойдет так и дальше, она справится со своей миссией очень быстро. Достав из небольшой сумки визитку, Исыль протягивает ее Тэхену. — Здесь мои контакты, если вдруг захочешь снова поработать вместе или просто пообщаться, я буду рада, — девушка смотрит ему за спину, увидев, что в их сторону направляется его менеджер. — Не буду тебя задерживать, тебя уже потеряли. — Тэхен, нам пора, — Ы-ну подходит к ним, останавливаясь рядом с парнем. — Тебе еще нужно переодеться, нужно поторопиться, чтобы успеть доехать до того, как начнутся пробки. — Да, я уже иду, спасибо за работу, — Тэхен прощается с Исыль, забрав у нее визитку, а затем со остальным персоналом, благодаря каждого на площадке. Уже сидя в машине, Тэхен недолго разглядывает визитку, а затем убирает ее под чехол телефона и устраивается удобнее, прикрывая глаза. Исыль провожает уезжающую машину взглядом. Она помнит чувство растерянности, когда, сидя в просторном кабинете, перед экраном, и глядя на изображения людей, слушала одного из создателей. До этого момента ей не приходилось встречаться ни с одним из них, а тогда он стоял прямо перед ней и обращался тоже к ней. Девушка тогда даже засомневалась в его здравомыслии, потому что о людях говорят разное. Все среди их населения знают о том, сколько проблем люди приносят. Однако отказываться она не стала, рассматривая это, как новый опыт и возможность лично убедиться в том, что это правда. Или наоборот убедиться в обратном. И Тэхен…он кажется ей не таким уж и потерянным, и Исыль на мгновение задается вопросом не совершили ли ошибку создатели с выбором человека для ее мисси. А затем она напоминает себе, что речь идет о людях, и верить первому впечатлению не стоит. Копать нужно глубже. Возвращаясь в город, она напоминает себе об этом, немного остужая свой пыл. Допускать ошибок нельзя, ведь любой неверный шаг может привести к непоправимому.

***

— Я вернусь через пару часов, пойду прогуляюсь, — Чимин заглядывает в гостиную, где на диване, перед телевизором, сидит его мама. Взглянув на экран, он кривится при виде знакомого лица. Ким Тэхен преследует его даже в собственном доме, и это до ужаса раздражает. Прошло уже несколько лет с тех пор, как Чимин, получив травму, вылетел из компании и потерял всякую надежду на дебют, а его все не отпускает. Когда-то Тэхен был его лучшим другом, у них была одна мечта на двоих. Все шло к их дебюту, но вместо этого Чимин оказался на больничной койке, а Тэхен на сцене. Перелом колена и вердикт врача, что, если он хочет восстановиться и возвращаться в больницу только для плановых осмотров, ему придется отказаться от сцены и серьезных физических нагрузок. Все это звучало для него, как приговор. В тот день он возненавидел весь мир и Тэхена особенно, потому что его мечте было суждено сбыться, а Чимина нет. Ему казалось, что жизнь закончилась, а потом пришел отец и сообщил, что договорился о его поступлении в лучший юридический вуз страны, вогнав последний гвоздь в крышку гроба. У парня тогда случилась истерика, и прийти в себя помогло только успокоительное. Складывалось впечатление, что родители только и делали, что ждали чего-то подобного, чтобы Чимин наконец окончательно оказался в их руках. Они всегда были против его стремления выступать на сцене, убеждая, что такая работа непостоянна, и вообще он ничего не добьется, потому что не имеет никакого таланта. В тот момент ему казалось, что они только рады его травме, и от этого чувствовал себя еще хуже, ведь ему больше не собирались позволять выбирать. Теперь его максимум — это ходьба и работа в адвокатской фирме, в которую его пристроит отец после окончания университета. Чимин это ненавидит. Один неосторожный шаг разрушил его жизнь, лишив того, чем он дышал. — Ты уже закончил проект для университета? — женщина смотрит на сына, оторвавшись от экрана телевизора. Она привыкла контролировать все и вся, и Чимин не удивится, если окажется, что абсолютно каждый его преподаватель докладывает ей каждый его шаг, пока он находится в университете. — Да, не ждите меня к ужину, — он торопится выйти на улицу, только бы оказаться вне стен дома. Иногда у него возникает желание оттуда сбежать, и Чимин уже даже просматривает различные объявления о работе. Возможно, ему уже давно пора от них съехать и начать жить самостоятельно, так и отношения с родителями могут улучшиться. Во всяком случае Чимин хочет в это верить. До своего любимого парка он добирается пешком. Знает, что потом колено напомнит о себе ноющей болью, но он не может без движения, хотя бы в таком его проявлении, поэтому старается передвигаться на своих двоих. Время от времени он даже из университета добирается пешком, несмотря на то, что на дорогу уходит около полутора часов. Чимин полюбил гулять, когда лежал в больнице. Он тогда часами мог сидеть в ее дворе, наблюдая за людьми. Во времена стажировки такой возможности у него не было, потому что парень не вылезал из репетиционных залов. Сейчас времени у него предостаточно, и он может позволить себе бродить по улицам часами. Даже, когда болеет, старается выйти во двор, чтобы подышать свежим воздухом. Он будто до сих пор не может надышаться. Чимин гуляет какое-то время, а затем, купив себе кофе, садится на лавочку. На улице холодно, но возвращаться домой не хочется, так что согреваясь горячим напитком, он тянет время, как может. Его взгляд падает на группу людей, начинающих собираться через лужайку от него. Кто они такие становится понятно, когда, положив на землю колонку и включив музыку, начинают танцевать. Вокруг них быстро собирается толпа, а Чимин, сидя на своем месте, смотрит, как завороженный. Разворачивающаяся картина, отдается тупой болью где-то внутри, но взгляд отвести он не в силах, чувствуя себя ужасно, потому что сознание подбрасывает воспоминания о старых временах, а затем к реабилитации. Лежа в больнице, Чимин походил на помешанного, пересматривая видео со своими танцами, будто это как-то могло ему помочь вернуться в прежнее состояние. Спустя несколько месяцев он все видео удалил и перестал общаться со всем своим своим окружением, желая, чтобы с прежней жизнью его больше ничего не связывало. С тех пор новые друзья у него так и не появились. — Здорово танцуют да? Чимин вздрагивает от неожиданности, едва не пролив на себя кофе. Он поворачивает голову в сторону, откуда раздался голос, и видит сидящего на расстоянии вытянутой руки парня. — Простите? — Чимин все прекрасно услышал с первого раза, но зачем-то включает дурачка, переспрашивает. Ему некомфортно с незнакомыми людьми, тем более вечером в парке, но парень, кажется, не замечает, как он сжался. — Говорю, что они здорово танцуют. — А…да, — Чимин хочет, чтобы он ушел, и снова остаться в одиночестве, но, кажется, у него совсем другие планы. — Меня Сухо зовут, а тебя? — парень либо действительно не замечает какой дискомфорт вызывает, либо игнорирует это, продолжая напирать. В действительно это не так, и Сухо краем глаза наблюдает за ним, изучая. Он прекрасно видит, как Чимину неуютно. — Мне…мне идти нужно, — Чимин подрывается с места, позабыв о танцорах, и идет прямиком к выходу из парка, надеясь, что тот парень за ним не увяжется и вообще не окажется каким-нибудь маньяком. Вздохнув, Сухо провожает его взглядом. Он и не ждал радушного приема, и, что все окажется легко, но все же в нем теплилась надежда, что Чимин пойдет на контакт. Это не страшно, он попытается еще раз и будет пытаться до тех пор, пока Чимин не сдастся. Сухо всегда был той еще занозой в заднице, а пока ему остается продумать свои дальнейшие шаги. Выждав какое-то время, Сухо и сам уходит из парка, направившись домой к Минджи и Хюнэ. Направляясь к выходу, Чимин несколько раз оглядывается, убеждаясь, что за ним никто не идет. Выйдя за ворота, он не торопится идти домой, вместо этого устраивая себе прогулочный марафон по улицам города. Так пролетает несколько часов, и Чимин сворачивает на следующую улицу, собираясь, вызвать себе там такси. Однако вместо этого ему приходится вызывать скорую, потому что как только он выходит из-за угла, видит лежащего на земле парня и скрывающуюся за поворотом в конце улицы машину. Парень весь в крови, и Чимин не уверен, что он вообще живой, но набирает нужный номер, сообщая адрес и причину вызова. Скорая приезжает быстро, а через пару минут подъезжает и несколько полицейских машин. Один из полицейских подходит к нему, начиная опрашивать, пока остальные занимаются другой работой, а врачи скорой помощи уже загружают каталку с парнем в машину. Чимин провожает взглядом отъезжающую машину скорой, отвечая на вопросы, стараясь ничего не упустить, хотя и видел совсем мало. Не так он хотел закончить сегодняшний день, но у жизни на все свои планы. Как только мужчина заканчивает его опрашивать и записывать его номер и другие данные, сообщая, что позже его вызовут в полицейский участок для повторной дачи показаний, Чимина провожают к подъехавшему такси. Ехать на полицейской машине он отказался, потому что потом он не сможет доказать родителям, что ничего не сделал. Сидя в такси, он сожалеет о том, что вообще сегодня вышел из дома. Оказаться свидетелем столь серьезного происшествия последнее, чего он хотел от этой жизни. Он вдруг задумывается, смог бы защищать кого-то, кто стал виновником смерти другого человека, в суде, и окончательно убеждается, что эта профессия не для него, потому что нет. Не смог бы. Чимин заходит домой, стараясь не шуметь. Ему устроят разнос, если узнают, что он вернулся домой так поздно. Стоит парню зайти в свою комнату, он, не раздеваясь, валится на кровать, мечтая забыть о сегодняшнем дне.

***

Обратный отсчет начался.