Когда человечность необходима — ты со мной

Патрули — дело неблагодарное, но в этот раз прям подарок судьбы. Сиди себе в машине несколько часов и подыхай со скуки. Ну, в его случае от мигрени, бессонницы и температуры. Андроид свинтил на техосмотр (два андроида, Андерсон тоже выезжал без напарника в патруль), поэтому можно даже изредка прикрыть глаза и вздремнуть. — Вы заболели, детектив, — говорит RK900, открывая дверь. — Охуенная наблюдательность, поздравляю. А? Это что? — В этом пакете находятся лекарства, рекомендованные лицам с ОРВИ. Сканирование вашего организма показало, что это необходимая мера. Я должен был предупредить вас, что заметил это и самовольно направился в аптеку. Гэвин дергает пакетик на себя. — Ты можешь разговаривать нормально? Пошаманить там в своих кибер-мозгах? И, ну, не отчитываться о каждом действии? Это странно. — Это базовые настройки, детектив. Они приемлемы в 50,5% ситуациях, в ходе которых возникает необходимость коммуникации с разными видами, и действуют до тех пор, пока не появится команда их скорректировать. — С… а, андроиды и люди? — Животные тоже относятся к этой категории. — Серьезно, блять? То есть моей Красотке ты тоже будешь «выкать»? — Если мы окажемся в ситуации, где будет возможность обратиться к ней, то нет, я воспроизведу мяуканье. — Пиздец, я бы послушал. — Гэвин хмурится, — а откуда ты знаешь, что Красотка — кошка? Хваленый анализ? Андроид не двигается, и выглядит это жуть как стремно. Секунду назад отвечал на вопросы, а теперь… Ну и ладно, пора двигать к участку, уже обед. На въезде их подрезает такси, и Гэвин уже готов выругаться на этого недомерка, но его опережают. — Ебалай, — ругается RK900. С чувством, с интонацией. Гэвин никогда не думал, что голос у андроидов может быть таким приятным. Следующая неделя напоминает личный подарок от Киберсатаны. В обед Гэвин плюхает на стол Тины сотку и старается произнести не слишком радостно (с осипшим от простуды голоса получается скорее угрожающе): — Дорогая, я с позором проиграл. Он остаётся со мной. Тина вцепляется в его руку и шипит: — Что ты сделал с нашим лучшим работником, засранец? — Не знаю, заюш. Он вдруг открылся с новой стороны. — Нам было достаточно тебя! Господи, Гэвин, ты весь светишься. — Ага, от радиации. Гэвин, дуй со мной, тут пришли улики по делу, — RK900 салютует им двоим и возвращается к столу. Теперь он ходит пружинисто и уверенно, без своей дурацкой форменной куртки. Наклоняется плавнее. И терроризирует отдел на пару с Гэвином, но более изящно: не придраться, не обидеться, но чувство, что на тебя смотрят с лесенки, есть. Тина вглядывается в лицо друга и прижимает ладони к щекам. — Рид! Ах ты сволочь! Ни одного мужика нельзя оставить с тобой. Ты либо его посадишь за решетку, либо на хуй! — Еще нет, да и вряд ли. Он все еще… — Гэвин цокает языком, — забей. И нет, спорить на то, через сколько мы залезем в кровать, не буду. — Ты бы выиграл, — Тина щипает его в бок. — Ебать напарников неправильно. — Да брось, с Ка… — Отъебись, Тин, — рявкает Гэвин, — Правда.