Струна

      — Если бы я хотел, ты была бы уже давно мертва.       Мужчина стоял спиной к девушке, наблюдая за движением и огнями ночного города в огромное панорамное окно. Было в этом вечере что то особенное, зачаровывающее. Это вино, эта музыка, эта прохладная интимность и приятная натянутость их отношений. Они были словно струна виолончели, в руках опытного музыканта, который на слух настраивает инструмент. Если её не дотянуть, то звук будет пустым, глухим, если же перетянуть, струна лопнет и больно ударит по рукам виолончелиста, оставляя кровавые царапины. Лу чувствовала, что Иво профессионал и всегда идеально понимал, когда эта натянутость достигала предела, чтобы немного её отпустить. Вот и сейчас, они здесь, вдвоем, струна натянута до предела. А ей хотелось музыки.       — Да ну? — девушка открыто ухмыльнулась и была уверенна, что Иво услышал эту ухмылку. — К чему тогда весь этот театр? — Я великий ценитель искусства. И ты была бы неповторимым экземпляром в моей коллекции подобных произведений. — Я не экземпляр, а человек. И тебе не добавить меня в свою извращенную коллекцию. Повторяю вопрос. Почему ты до сих пор меня не убил?       Девушка начинала закипать. Она никогда не забывала, кто перед ней, но вспыльчивость порой была сильнее инстинкта самосохранения и сейчас ей нужны были ответы, а не хождение вокруг да около. Руки начали предательски дрожать. — Не терплю банальности, Лу. — Каждый раз, когда он так произносил её имя, в груди что то ёкало, но сейчас девушку прошиб холодный пот. В голосе мужчины отчетливо были слышны сталь и прикрытая вуалью безразличия опасность, которую раньше по отношению к себе она не замечала и тихо радовалась, что этот тон инквизитора не предназначался ей. Но сейчас, именно она была объектом холодных и угрожающе потемневших глаз Иво. — Ты же являешься антонимом к этому определению. Мне были интересны твои повадки, действия, решения. И мне интересно, как ты поступишь сейчас. — Так это все из любопытства? Я думала, что твои мотивы поизощрённее будут. — Не хотел тебя разочаровать. — Мужчина наконец повернулся к ней лицом и сделал шаг по направлению к девушке. — Как же ты поступишь? Убьешь меня? Это ведь была твоя изначальная цель при вступлении в КС? У тебя было множество удобных случаев, подобный предоставляется прямо сейчас. Упустишь его и лучшего уже не будет. Охрану давно отпустили, камеры и звукозапись отключены. Почему же ты медлишь?       Девушка неосознанно сделала шаг назад. В глазах Иво вспыхнул до сего неведомый ей огонек. Его природу она не до конца могла понять, но доверия он почему то не внушал. — Я никогда не хотела твоей смерти.       Привычная ложь давалась на удивление трудно. Лу на секунду показалось, что эту фразу произнесла вовсе не она, так сипло и неестественно прозвучал голос. Чуть прокашлявшись, девушка продолжила, смотря прямо на мужчину перед ней. — Я не знаю, кто тебе нечто подобное сказал, но нет, я не планировала тебя убить. Кто-то хочет убрать нас с Кеем твоими же руками. И я все ещё хочу узнать, почему ты не устранил нас сразу же после таких сведений?       В голосе псионички проскальзывала слепая надежда. Лу понимала, что этот момент неизбежен, но вместо того, чтобы лихорадочно думать о том, где была допущена ошибка, на языке чувствовался горький привкус разочарования. В нём, в ситуации, в мире, а главное, в себе. Она впервые не справилась с заданием, подпустила свою цель слишком близко, туда, где сердце, прямо под кожу. К горлу подкатил ком, а к глазам подступили предательские слезы. Позволив себе мимолетную слабость девушка выдохнула и подняла свои чисто голубые, ангельские глаза, в которых плясали демонята, на Иво. Тот пристально наблюдал за ней и хмыкнув, сделал ещё шаг в её сторону. — Я ненавижу ложь. Сейчас же ты трижды солгала мне. Хочешь узнать ответ на свой вопрос? — Будто споря с самим собой Приор кивнул каким то своим мыслям и вновь перевел взгляд на чуть подрагивавшую девушку. — Хорошо.       Их разделял один шаг. Один чертов шаг. Так бесконечно много и в тоже время так мало. Смотря прямо ей в глаза, Иво вздыхает и резко сокращает дистанцию между ними, приобнимает и прикрыв веки, целует. Он не принуждает, нет, терпеливо ждёт ответа и Лу его дает. Не может не дать. Ненавидит себя и целует его, дерзко, ненасытно, прокусывая губу мужчины и слизывая языком каплю крови. Инквизитор подхватывает её и сажает на стол, не обращая внимания на полетевшие со стола бумаги и продолжая страстно целовать, выбивая почву из под ног. Девушка несдержанно отвечает, запускает руки в его мягкие пряди, позволяя себе на короткие и такие сладкие мгновения забыться. Есть только он и она. Никаких ярлыков, никаких обязательств. Только его губы и горячие руки.       Заставив себя оторваться от Иво, Лу смотрит в его потемневшие зрачки и на распухшие губы. В голове стучит набатом «Нет, нет, нет, нет, нет». Голубые глаза лихорадочно бегают по его лицу, надеясь, что это мимолетное помутнение, что это не признание без слов, что сейчас они встанут и все будет как прежде. Но нет. Больше не будет. Струна лопнула. Руки саднили, а карман неприятно холодил складной нож.