Поцелуи с Жаном Кирштайном

Когда ты целуешь Жана Кирштайна в третий раз, он оставляет следы на твоем горле и мысли о нем в твоей голове.

Жан не мог поверить, что он это делал. Утром ему на работу, а он только что потратил восемь минут на то, чтобы подрочить, как полный неудачник.       >Привет, Жан. Знаю, что это совершенно не к месту, но не хочешь ли ты прийти на дурацкий корпоратив? Нужно остаться до одиннадцати, чтобы получить приз в лотерее. Бесплатная еда и вино, а также такси до дома… Да и уборные здесь хорошие. Ну это так, к слову. Он ни за что не хотел отказываться. У Жана могут возникнуть проблемы, если ты попытаешься сразу наброситься на него, но час болтовни и поедания бесплатной еды — и он наверняка будет готов. Жан ожидал обычного корпоратива, представляющего собой небрежно оформленный конференц-зал в отеле с фуршетом и розыгрышем 15-долларовых подарочных карт, поэтому он был удивлен, когда попал на вечеринку, которая больше была похожа на гала-концерт, чем на рабочее мероприятие. Помещение было огромным. Молодые люди взяли его пальто у двери. Потолок был отделан деревом и украшен люстрами, на полу — узорчатый темный ковер. Ряды столов украшали цветочные композиции и тарелки, элегантные скатерти почти касались пола. Несмотря на атмосферу, большинство людей, похоже, были одеты в обычную деловую одежду. Некоторые женщины носили изысканные платья и сверкающие украшения. Их лица были накрашены, а волосы причесаны. Мужчины в основном были одеты в рубашки и брюки, так что Жан отлично вписывался в обстановку. Здесь пахло шикарной едой, все держали фужеры с шампанским. Большинство людей общалось, в дальнем конце банкетного зала играла легкая музыка. Жан задался вопросом, сколько стоила такая вечеринка и чем ты зарабатывала на жизнь. — Не могу поверить, что ты действительно пришел! Жан бросил взгляд в сторону. Туда, где стояла ты. Ты была так же красива, как он помнил, но более элегантна, чем в том образе в караоке, который он представлял себе ранее. Твоя одежда не была такой обтягивающей, а каблуки были намного короче. Макияж тоже был другим, более сдержанным. Волосы рассыпались по плечам. Черт, ты была похожа на ту, кого Жан хотел бы представить как свою девушку. — Рада снова тебя видеть, — продолжила ты, на полсекунды потянувшись к Жану, прежде чем остановить себя. Ты поняла, что на самом деле не знала, как приветствовать мужчину, с которым целовалась в туалете караоке. — Ха. Я не знаю, что делать. Может, нам пожать друг другу руки? Или обняться? — Я слышал, что в наши дни люди приветствуют друг друга небрежными поцелуями, — пошутил Жан. Ты засмеялась гораздо искреннее, чем он ожидал. Черт, Жан мог бы влюбиться в этот смех. — Я учту это в следующий раз, — поддразнила ты, приближаясь к нему, чтобы по-деловому обнять. Жан обнял тебя в ответ. — Здесь намного шикарнее, чем я ожидал, — сказал он, когда ты отстранилась. — Чем ты занимаешься на работе? — Я занимаюсь продажами в большом бизнесе. Это наш финансовый праздник в конце года. Призы лотереи оцениваются в двести долларов, так что мы должны достать тебе билет, — ты схватила Жана за локоть и потянула в сторону стола, за которым сидели участники лотереи. — Если выиграешь, тебе придется пожертвовать его мне. Жан фыркнул. — И я даже не смогу оставить себе свой с трудом заработанный приз? Ты посмотрела на него хитрыми глазами. — Ну, меня можно уговорить, — твой взгляд опустился от его глаз к губам, а затем снова поднялся. — Ты сексуальнее, чем я помню, Жан. Его щеки запылали под твоим вниманием, а с губ сорвались слова: «И ты тоже». Из твоего горла вырвался смех, наполненный желанием. — Давай возьмем билет и принесем шампанского, пока я не упала на колени перед половиной людей в моем офисе. Жан проглотил твои грязные слова и последовал следом, как верный пес. Его мозг словно просел в черепе от мыслей о том, как бы задрать эту юбку-карандаш на твоей заднице и зарыться лицом между твоих ног. Жану хотелось грубо схватить тебя. Он был готов отдать все, чтобы войти в тебя под звук твоего голоса. — Кто это? В двух шагах от лотерейного стола стоял светловолосый мужчина, прислонившийся к колонне. Он был крупным и широким, но Жан подумал, что если бы он встал прямо рядом с этим незнакомцем, то был бы чуть-чуть выше. — Это мой спутник. Райнер, Жан. Жан, Райнер, — ты не смотрела на Райнера, так как была слишком занята тем, что брала билеты у служащего в красном жилете, сидящего за лотерейным столом. — Мы с Райнером были друзьями, пока он не начал пытаться свести меня с людьми, которые меня не интересовали. Райнер тяжело вздохнул над твоим комментарием, но встал прямо и протянул Жану свою огромную руку. Тот взял ее. Жан определенно выше этого парня. По какой-то причине он надеялся, что ты это заметила. — Мы все еще друзья, — поправил Райнер, пожимая руку Жана. — Едва ли. Райнер покачал головой. — Я не виноват, что все идиоты, с которыми я дружу, засматриваются на других, прежде чем встретить тебя. — Нет? — ты закончила с лотерейным билетом Жана и встала рядом с ним — близко к нему — со скрещенными руками. — Я уверена, что это твоя вина. В любом случае, это неважно. Пойду принесу своему спутнику выпить. Райнер выглядел так, будто хотел сказать что-то еще. Может быть, узнать, как ты познакомилась с этим случайным парнем, которого он никогда раньше не видел. Райнер знал, что лучше не вмешиваться, особенно когда он уже несколько дней извинялся за вечер караоке. Вместо этого он отмахнулся. Жан подошел к тебе, пока ты пыталась найти официанта с алкоголем. — Похоже, я ему не очень понравился, — предположил Жан, лениво завязывая разговор. — Он уже несколько недель играет в дерьмового купидона. Жан пожал плечами и посмотрел в толпу твоих коллег. — Может, это не совпадение? Ты прекратила поиски и встала прямо, чтобы посмотреть на Жана. — А? — Ну, то, что он продолжает сводить тебя с людьми, которые заинтересованы в ком-то другом. Ты нахмурилась и оглянулась через плечо на то место, где стоял Райнер. Он с кем-то болтал и ни разу не взглянул в твою сторону с тех пор, как закончился разговор. — Нет, — уверенно ответила ты. — Мы с Райнером давно дружим. Он давно мог бы сделать шаг, если бы был заинтересован. Я думаю, он просто плохо разбирается в людях, — ты снова повернулась к Жану. — Очень интересно знать, что он заставил тебя ревновать. — Ревновать? — Жан тут же запротестовал. — Кто ревнует? Ты ухмыльнулась, чувствуя тепло и возбуждение от того, что его поймали. — Думаешь, я не видела, как ты его рассматривал? — Жан отвернулся, притворяясь незаинтересованным в разговоре. Ты прижала руку к его груди, и это напомнило ему о моменте в туалете караоке. Жан с усилием воли заставил себя отбросить эту мысль. — Все в порядке. Мне это даже нравится. Будь ревнивым, Жан. Это сексуально. Черт возьми. Ты знала, как его возбудить. Отстранившись от Жана, чтобы продолжить поиски спиртного, тебе удалось подстеречь официанта с подносом, полным шампанского, взять два для себя и настоять на том, чтобы Жан тоже взял два. — Многовато, а? — Жан подумал, что завтра, возможно, ему придется взять больничный. — Поверь мне, я бывала на таких мероприятиях. Сначала все весело и вкусно, а потом они заставляют тебя высиживать час всякой ерунды, прежде чем ты получишь приз, — ты поставила свой первый пустой бокал на поднос официанта, проходящего мимо вас двоих. — Это гребаный облом. Ты будешь благодарен, что я сначала напоила тебя. — Поверю на слово, — ответил Жан, опустошая свой бокал. Ему лучше достичь твоего уровня опьянения. Жану хотелось обнять тебя или притянуть к себе, но он не разговаривал с тобой с тех пор, как ты показала ему свою грудь, поэтому он держал дистанцию. — Я так рада, что ты пришел, — снова произнесла ты. Алкоголь действовал на тебя. Взгляд дрожал, а щеки становились розовыми. Когда ты успела допить второй бокал? — Люблю, когда рядом есть сладость для глаз. — Да, это я, — ответил он. — Сладость для глаз. На вкус я еще лучше, чем на вид. Ты возбужденно ухмыльнулась. — Да. Держу пари, что так и есть. Черт. Жану нравился этот коварный взгляд в твоих глазах. Он подумал, не пригласишь ли ты его в уборную, чтобы закончить начатое. Однако вместо приглашения ты перевела взгляд с его глаз на губы. — Почему ты так долго не писала, а? — Жан уже допил второй бокал и чувствовал себя смелее. — Стеснялась, — прямо ответила ты. — Я практически силой затащила тебя в ту уборную. Думала, что ты потом об этом пожалеешь. Интересно. — Определенно не силой, — ответил Жан, чувствуя тепло и возбуждение. — Лично я ни о чем не жалею. А ты? — Жалею, что мы не закончили, — прошептала ты. Твоя откровенность била током по его организму. — Черт. — Черт, — согласилась ты, выхватывая у проходящего мимо официанта еще два бокала и предлагая один Жану. Он взял. — Выпьем за туалеты в караоке. Лучше, чем Tinder, а? Жан фыркнул. Тебе стало смешно. Ты думала, что он смешной. Он поднес свой бокал к твоему. В звоне чувствовалась странная интимность. Ты ощущала себя так, будто знала его дольше пятнадцати минут перепихона. Разговаривать с тобой было легко — возможно, Жан просто был пьян. Он чувствовал искру и ему нравилось, как ты показывала на еду и спрашивала, ел ли он когда-нибудь это раньше. Ответ всегда был положительным. — Чем ты вообще занимаешься, Жан? — спросила ты немного невнятно. — Я занимаюсь финансами, — ответ заставил твое лицо загореться. — Значит, ты богат. — Мне комфортно. — Я думала, что буду здесь sugar mommy, — сказала ты, наклоняясь поближе. Вы сидели за отведенным столиком, колени соприкасались под тканью скатерти. Жану нравилось, что ты не отодвинулась. Перед глазами стояли тарелки с закусками, но сейчас вы больше были заинтересованы друг в друге, чем в перекусе. — Но теперь я узнала, что ты, наверное, зарабатываешь больше, чем я. Жан нежно засмеялся. — Не знаю, как насчет этого, — произнес он. — В твоей фирме гораздо строже относятся к деньгам, чем в моей. Возможно, ты зарабатываешь больше. — Покажи мне свой счет, а я покажу тебе свой, — поддразнила ты, используя свою проверенную и верную фразу. Это напомнило Жану о том, как он расстегнул свою рубашку, чтобы заслужить твое внимание. Черт, теперь он пялился на твою грудь и был слишком пьян, чтобы остановиться. — Черт, Жан, не смотри на меня так. Я не могу сдерживаться, когда ты смотришь на меня такими глазами. Жан втянул воздух и отвел глаза. — Кто просил тебя сдерживаться? — прошептал он. Твоя рука нашла его бедро и грубо сжала. — Просто дождись конца этой вечеринки. Тебе не нужно было его убеждать. — Черт. Ладно. — Супер, — согласилась ты, взяв канапе и отправив его в рот, отбросив зубочистку обратно на тарелку. С полным ртом ты пробормотала: — Просто держи его в штанах. Жан фыркнул, но тоже съел закуску. — Я должен сказать тебе то же самое. — Это будет трудно, — ответила ты, сглатывая. — На мне юбка. И нет трусиков. Жан закрыл глаза и быстро выпил ледяную воду, чувствуя, как возбуждение отозвалось во всем теле. — О да, — прошептала ты. — Подумала, что тебе понравится этот лакомый кусочек. Дыхание Жана сбилось в груди. Голова кружилась от возбуждения, и прежде чем остановиться, чтобы подумать об этом, он наклонился к твоему уху и прошептал низким голосом, слышным только тебе: «Покажи». Ты посмотрела на Жана широко раскрытыми глазами, когда он отстранился. Жан подумал, что ты можешь рассердиться, но потом увидел, как ты отодвинулась. Спинки кресел были настолько высокими и широкими, что никто бы не смог увидеть тебя сзади, а по другую сторону от Жана находилась стена. Этот вид открылся только ему. Ты встретилась с Жаном взглядом и раздвинула ноги, погружая пальцы под подол юбки-карандаша и приподнимая ее вверх, пока он не увидел покрасневшую, набухшую и — о, черт, — мокрую кожу. Это лучше, чем он мог себе представить. Жану хотелось взять ее в рот, как несколько дней назад, но он сглотнул и сжал руки в кулаки. — Тебе нравится? — ты была пьяна и переполнена похотью. Жан с трудом держал голову прямо. — Да. Думаю, позже мне придется показать тебе и свой. Ты ухмыльнулась, воспламеняясь. — Да, придется, — опустив юбку обратно, тебе захотелось забраться на Жана сверху и тереться о него часами. — Черт, — прошептал Жан, продолжая пить ледяную воду, как будто это могло опустить его твердый член. — Хотелось бы, — пробормотала ты. В его груди снова вспыхнул жар. — Я не смогу ждать, если ты будешь продолжать в том же духе, — предупредил Жан. — Черт. Ты прав. Давай… давай попробуем остыть. Я хочу выиграть эту лотерею. — Хорошо, — согласился он, пристраиваясь так, чтобы весь твой офис не заметил, что он в полной боевой готовности. — Итак, — продолжил Жан, прочищая горло. — С кем ты должна была прийти сюда? Вопрос удивил тебя. — С чего ты взял, что у меня был кто-то на примете? — Ты пригласила меня в последнюю минуту. Я знаю, как проходят такие мероприятия, нужно заранее просить о приглашении. Так кто же отказался? — Жан выждал мгновение, раздумывая, хочет ли он знать, но в итоге продолжил: — Парень? Ты усмехнулась. — Я одинока, — ты взяла со своей тарелки крекер с сыром и съела его. — Со мной должна была пойти моя подруга. Но она сбежала. В последнюю, черт, минуту. — Насколько последняя минута — это последняя минута? — Знаешь, когда я написала тебе? — Да? — Примерно за пятнадцать минут до этого. Жан приподнял брови. — Наверное, я должен поблагодарить твою подругу. — Не благодари ее, — фыркнула ты. — Она прямо сказала, чтобы я не приглашала тебя вместо нее. Не приглашай своего странного типа, о котором ты не перестаешь говорить. Энни была не в восторге, когда я рассказала ей о своем поступке. Жан засмеялся, и его доброе отношение ко всему этому заставило тебя почувствовать привязанность. — Не перестаешь говорить обо мне, да? — он ухмыльнулся. Жану это нравилось. Тебе тоже. — Только ей, — ответила ты. — Но да. Я не переставала вспоминать о тебе. Если бы ее не было рядом, чтобы предупредить меня не встречаться с каким-то чудаком, который целуется с девушками в общественных туалетах, я бы написала тебе в тот вечер. Черт. Жан чувствовал себя горячим, польщенным и взволнованным. Ты тоже не выходила у него из головы. — Я так хочу поцеловать тебя прямо сейчас, — признался он. Ты прижала руку к его бедру, наклоняясь. — Просто подожди. Мы будем не только целоваться. Обещаю. Болтать с Жаном было легко. Даже слишком легко, если честно. Он был обаятельным и веселым, а когда ты шутила, он смеялся так, будто у вас все всерьез. Ты делилась маленькими историями о своей работе и узнала немного о людях, которых Жан называл своими друзьями. Это было похоже на свидание. Но ты не была уверена, стоило ли его считать таковым. — О боже, — пробормотала ты, когда музыка, которую играла группа в углу зала, начала стихать. — А вот и речи. Устраивайся поудобнее, Жан. Это будет очень скучно. К этому моменту все за вашим столом познакомились с Жаном, но они слишком заняты общением со своими друзьями, чтобы интересоваться им больше, чем одним-двумя поверхностными вопросами. Так было даже лучше, потому что ты не могла оторвать от него глаз, и делить его внимание с кем-то еще не особо интересно. Финансовый директор произнес речь о доходах и превышении прогнозов, и твои глаза закатились от скуки. — Эй, — прошептал Жан тебе на ухо, наклоняясь. — Не засыпай и не оставляй меня здесь одного. — Никогда, — прошептала ты в ответ. — Но это борьба. — Это так, — согласился он. На мгновение Жан обвел взглядом зал — все вокруг увлеклись речью, а свет был приглушен, кроме сцены. С учетом того, как высоко были расположены спинки кресел и как длинно тянулись вниз скатерти… Жан придвинул свое кресло поближе к твоему, пока они не оказались вровень. С любопытством ты наблюдала за тем, как он возился со скатертью на столе, зарывая под нее руку. Сначала ты подумала, что Жану стало холодно, поэтому он начал использовать скатерть как импровизированное одеяло. Но потом ты почувствовала тепло его ладони на своем колене. Почувствовала, как осторожно он раздвинул твои ноги. — Черт, — сказала ты едва слышно. Жан не выдавал себя. Он наклонился вперед, опираясь на один локоть, и делал вид, что его очень интересует лысый мужчина, выкрикивающий цифры на сцене. Ты ощутила, как возбуждение проскочило между ног, когда Жан начал скользить рукой вверх. Его руки были такими большими, горячими и нежными. Ты села удобнее, наклоняя бедра так, чтобы, когда Жан доберется до нужного места, у него был полный доступ. Жан так медленно дразнил тебя, что становилось больно. Ты старалась не извиваться, но он уже наполовину поднялся по твоему бедру. Жану нравилась эта медлительность, нравилась эта маленькая игра в притворство. Если бы он был менее пьян, он бы ни за что не решился. Хотелось схватить его за руку и прижать к себе, но ты понимала, что нужно притвориться, что ничего не происходит. Если бы кто-нибудь оглянулся — прищурился на вас в темноте, — он бы наверняка заметил. А ты скорее умрешь, чем попадешься на удочку во время рабочего мероприятия. Но страха быть пойманным оказалось недостаточно, чтобы оттолкнуть руку Жана. Поэтому ты оставила ее там, где она была. Его большой палец прочерчивал ленивые круги по коже твоего внутреннего бедра. То, как медленно Жан это делал, пытало. Ты хотела, чтобы он, черт возьми, продолжил, но держала рот на замке и пыталась выглядеть действительно заинтересованной в речи, произносимой на сцене. — Все хорошо? — прошептал Жан тебе на ухо, наклонившись так, чтобы его слышала только ты. — Нет, — прошептала ты в ответ. — Приступай к работе. Черт. Ему лучше знать, как заставить тебя ждать. Жан потянул руку еще выше, подталкивая твою юбку вслед за своей рукой. Слава богу, что скатерть была длинной, подумала ты. Жан уже близко — так близко — почти рядом, почти коснулся тебя, но тут он остановился. Речь только что закончилась. Он высунул руку из-под скатерти и захлопал вместе с остальной толпой. Ты нехотя сделала то же самое. Жан посмотрел на тебя краем глаза и ухмыльнулся. Хитро, сексуально и коварно. На сцену вышел новый оратор, и рука Жана снова скользнула между твоих ног. Ты наклонилась к нему и прошептала на ухо: «Я буквально умру, если ты не прикоснешься ко мне». Твоя нетерпеливость выбила воздух из мужской груди, и он слегка хихикнул. — Что ж, — произнес Жан. — Мы не можем этого допустить. Он снова был осторожным, медлительным. Жан ждал, пока люди действительно начнут слушать оратора на сцене, прежде чем опасно приблизился к твоей пульсирующей коже. Он снова наклонился, дыхание обжигало ухо. — Ты хочешь этого? — Да. — Попроси. Ты проглотила воздух и отшатнулась назад, удивленно глядя на Жана. Черт, посмотрите на него! У него стеклянные глаза и он возбужден. Если бы ты потянулась к его ногам, то обнаружила бы, что он уже готов. Мужская рука обхватила мякоть твоего бедра, напоминая тебе, что поставлено на карту. Ты откинулась назад. Отлично. Ты в игре. Опустив голову Жану на плечо, ты приникла ртом к его уху. — Пожалуйста, Жан. Пожалуйста. Пожалуйста, ты мне нужен. Он прижал пальцы к набухшей коже, которая ждала его. Ты вздрогнула от неожиданности, но тут же взяла себя в руки. Нельзя допустить, чтобы кто-то за столом заметил это. Ты посмотрела вперед. Жан горел, он чувствовал это кожей, как и свою ноющую эрекцию между ног. Он проводил пальцами по твоему телу, ощущая влажное тепло. Черт, твоя кожа была мягкой и чертовски мокрой. Жан ощущал непреодолимое желание попробовать тебя на вкус. Но здесь ему это никак не удастся. Жан продолжал нежно тереть. Давления почти не было, но это хорошо. Это возбуждало. Ты хотела, чтобы он продолжал, чтобы он проник в тебя, агрессивно терся о клитор, но ты понимала, что, скорее всего, этого не произойдет. Поэтому ты принимала то, что могла получить. Его пальцы начали делать осмысленные круги. Ты чувствовала, как внутри разгоралось возбуждение. Ты, горячая, подвыпившая и взволнованная, провела рукой по волосам и старалась вести себя естественно. Пальцы Жана нежно двигались по коже. Ты с облегчением отметила, как громко работал микрофон в этом банкетном зале — никто не слышал влажных звуков его пальцев, играющих с тобой. Ты украдкой бросила взгляд на своего партнера по преступлению, а он наблюдал за выступающим на сцене, словно ему было на это наплевать. Все остальные за столом были повернуты к вам спиной. Никто не видел. Никто не знал, что палец Жана находился прямо у твоего входа. Никто не знал, что он вставлял его внутрь прямо у них на глазах. Это приятно. Ошеломляюще. Желание запульсировало сильнее. Жан мастерски владел своими пальцами — он вводил один из них в тебя и делал вид, что ничего не происходит. Ты задавалась вопросом, можно ли кончить вот так. Наверное, да. Тебе хотелось выкрикивать его имя, скулить и хныкать ему в ухо. Ты хотела сосать его шею и чувствовать, как его твердый член прижимается к твоей голой коже. Но ты не могла. Поэтому ты раздвинула ноги чуть шире и надеялась, что Жан поймет намек. Он понял. Еще один палец вошел в тебя, словно горячий нож сквозь масло. Между твоими ногами было столько тепла и жидкости, что Жан подумал, что если бы он попытался, то смог бы вставить в тебя все пальцы сразу. Он посмотрел на тебя, чтобы проверить, все ли еще хорошо, и увидел твои раскрасневшиеся щеки, приоткрытые губы и вздымавшуюся грудь. Жан хотел снова увидеть ее, хотел сосать твои соски, пока они не станут твердыми. Но вместо этого он оглянулся на выступающего на сцене и загнул два пальца внутри тебя, массируя шелковистую плоть, обхватывающую его пальцы. Жан считал, что, скорее всего, ты не сможешь кончить вот так, но от этого удовольствие не становилось меньше. Ему это нравилось. Жан мог сказать, что ты сдерживала звуки. Чем больше он это делал, тем больше ты, казалось, не могла остановить себя от попыток схватить его. Ты впивалась пальцами в край его рубашки, прямо в районе талии, цепляясь изо всех сил. Жан заметил, что ты начала выгибаться, прижимаясь к его руке. Это гребаный комплимент, подумал он. Ты была так возбуждена, что доводила себя до оргазма, даже посреди всей этой скучной рабочей болтовни. Грязно. Сексуально. Жану хотелось сказать тебе, как ему это нравится, но он подумал, что лучше прекратить попытки поговорить с тобой, чтобы не привлекать больше внимания к развратному акту, происходящему под столом. Пальцы Жана входили и выходили из тебя в ровном ритме. Ты чувствовала, что вот-вот потеряешь сознание. Кожа набухла сильнее и стала чувствительной. Когда Жан провел ладонью по твоему клитору, ты поняла, что близка к финишу. Позволит ли он тебе кончить на его пальцы? Ты посмотрела на Жана, чтобы спросить, но увидела хитрую ухмылку на его лице. Тебе не нужно спрашивать разрешения. Ты сильнее прижалась к его руке, чувствуя, как в животе становится теснее. Жан понял, что ты близка. Хорошо. Сделай это. Ты почти задержала дыхание, покачивая бедрами и продолжая тереться о его руку. Жан загнул пальцы чуть сильнее, в более бешеном темпе. Ты хотела поцеловать его. Ты хотела, блять, поцеловать его, но не могла, поэтому зажмурила глаза на мгновение и попыталась вспомнить, каково это, когда его язык находится у тебя во рту, и… Ты кончила. Тихо, незаметно, но ты кончила, и Жан это почувствовал. Твои ноги сжали его руку. Дыхание застряло в легких, но оно было там. Плоть твоих стенок волнами сжималась вокруг его пальцев, и это было так сексуально, что Жан почти задался вопросом, сможет ли он кончить в свои штаны так, чтобы никто не заметил. Очевидно, это не вариант. Просто чудо, что никто этого не заметил. Ты изо всех сил старалась не задыхаться, а Жан ждал, пока ты расслабишь все мышцы, прежде чем сделать что-то еще. Когда он понял, что ты готова, он достал руку. Ты схватила со стола перед собой тканевую салфетку и встретила его руку, когда она поднялась из-под скатерти. Это должно было быть практично, но оказалось интимно, когда ты держала его руку и вытирала ее для него. Жан чувствовал прикосновение твоих пальцев. Несколько секунд назад он был буквально внутри тебя. Ты посмотрела на него, все еще протирая салфеткой его пальцы и встречая его взгляд. Ты тепло и благодарно улыбнулась. Жан мог покляться, что это выглядело так, будто у тебя в глазах находились сердечки. Кровь громко стучала в ушах. Он кивнул в знак признательности, а ты отпустила его руку и сделала вид, что продолжаешь слушать речи. Черт. Ты ему нравилась. Ты не просто возбуждала Жана, ты ему нравилась. Весь вечер у него было это ощущение, но то, как ты посмотрела на него сейчас, — нет. Ты действительно ему нравилась. Черт. Обнаружение чувств к человеку, с которым он переспал, никогда не бывало хорошим — а вы двое еще даже не переспали как следует. Жану нужно было как можно скорее все забыть, пока он не испортил то, что могло стать очень сексуальным и запоминающимся событием. Он засунул руки под бедра и пожевал щеку. Скучная презентация о работе могла удержать его от лишних размышлений. После того как, казалось, прошли годы жизни, наконец пришло время разыгрывать призы. Жан с полузаинтересованным видом наблюдал за тем, как назывались имена и люди с волнением поднимались на сцену, чтобы забрать подарки, которые казались довольно дорогими. Он думал, что ты будешь увлечена процессом, но все это время он чувствовал, что ты смотрела на него. После недолгих споров Жан наклонился к твоему уху. — Почему мне кажется, что тебе больше нет дела до лотереи? Ты вздрогнула от его внимания и прошептала в ответ: — Потому что я поняла, что скоро отвезу тебя домой. По его щекам и в глубине живота разлилось тепло. Ты уже получила свой оргазм за эту ночь, но все еще хотела от него большего. Хорошо. Жан был готов дать тебе все. — Жан Кирштайн! Вы оба оглянулись на сцену, вырванные из своего уединенного момента. — Вот черт, — сказала ты ему. — Ты что-то выиграл. Жан поднялся со своего места и пошел к сцене, чтобы забрать приз. Им оказался конверт. Жан выглядел немного смущенным, когда получил его, но затем диктор похлопал его по спине и отправил в зал. Он дошел до вашего столика и опустился рядом с тобой. Ты наклонилась, чтобы спросить: «Что ты выиграл?» Жан передал конверт, и ты порылась в нем, достав подарочный сертификат в отель, который только что открылся в центре города. — Одна бесплатная ночь, все включено. Вот приз, который ты только что выиграла. Не могу поверить, сколько денег они потратили на эти подарки. Ты оглянулась на Жана, все еще держа в руке сертификат. — То есть, ты выиграл, — поправила ты его. Люди аплодировали пожилой женщине из бухгалтерии, которая только что выиграла подарочную карту на 500 долларов в крупнейший торговый центр в регионе. — Это твое. Они назвали твое имя, а не мое. — Разве ты не говорила, что я должен пожертвовать свой выигрыш? — Если только ты не уговоришь меня оставить его себе, — ответила ты, переводя взгляд на ловкие руки Жана. Жан засмеялся. Он провел рукой по волосам и наклонился, опираясь локтем на стол. Он такой красивый. Глядя на него сейчас, когда свет снова включили, этого невозможно было не заметить. У Жана глубокие карие глаза, сверкающие на свету, и челюсть, покрытая щетиной, от которой хотелось умереть. В это лицо можно влюбиться, подумала ты. Это опасная мысль. — Давай пойдем вместе, — предложил он. — Я знаю, это странно, ведь мы встречались всего два раза, но давай. Это будет отличная история, правда? — Может, я просто пьяна, — засмеялась ты. — Но это звучит очень весело. Черт. Я хочу это сделать. Я хочу поехать с тобой в этот отель. — Хорошо. Когда? Ты посмотрела на подарочный сертификат. — Нужно погасить его до конца месяца. — Хочешь поехать в эти выходные? Поначалу ты сомневалась, но потом решила: к черту все. — Да, — ответила ты ему. — Да, давай сделаем это. Жан ухмыльнулся. — Хорошо. Я забронирую его завтра, когда не буду чертовски пьян. — Да, — взволнованно согласилась ты. — Наверное, так будет лучше. Полночь почти наступила, когда лотерея закончилась. Последние слова благодарности и пожелания приятного вечера быстро доносились до людей, которые начали расходиться по домам. Жан проверил время на своем телефоне. — Черт, уже поздно. Ночной воздух холодил твою кожу, несмотря пальто. Жан перекинул его через руку. Ему все еще было слишком жарко от выпитого. — Тебе утром на работу? — спросила ты. — Да, — ответил он. — Черт. Ты посмотрела вниз на свои туфли, а затем вверх на луну, яркую и полную. Жан подошел к тебе ближе. Ему нравилось, когда ты рядом. — Я так рада, что ты пришел. — Потому что я выиграл приз? — Потому что ты трогал меня под столом, — прошептала ты. Жан хихикнул. — Нет, — продолжила ты. — Потому что с тобой весело. Я, честно говоря, думала, что буду мучиться всю эту ночь. Но мне было весело все это время благодаря тебе. Щеки Жана запылали от комплиментов. — Да… — сказал он, смотря на небо и наслаждаясь мерцанием звезд. Люди вокруг прощались и наперебой рассказывали друг другу, как весело они провели время. Жан опустил взгляд на тебя и заметил, что ты смотрела на него в ответ. Он сглотнул чувство привязанности, которое испытывал к тебе, и искренне произнес: — Я тоже очень хорошо провел время. Не знал, что с тобой так легко общаться. — Это безумие, правда? — ты улыбнулась Жану. Он почувствовал себя странно, будто его симпатия к тебе сейчас оказалась взаимной. — Да. Ты посмотрела на машины, выстраивающиеся в очередь, чтобы отвезти людей домой, и нахмурилась. — Завтра у всего нашего офиса выходной. Но если у тебя завтра работа, думаю, тебе стоит отправиться домой. О, — подумал он. Ты передумала. — Не потому, что я не хочу, чтобы ты остался, — ты быстро исправила ситуацию, положив руку на его руку. — Но у нас в планах есть встретиться снова. Я знаю, что ты ничего не получил от этой ночи, но если у тебя утром работа… Давай оставим это на то время, когда мы снова увидимся. Что скажешь? Жан тепло улыбнулся. Ты нравилась ему. Он не откажется от желания насладиться вашим первым совместным сном. — Я получил много удовольствия, — он не лгал. Жан будет думать о мягком шелковистом ощущении твоей кожи несколько дней. — И да. Давай оставим это на выходные. До них осталось всего несколько дней. — Хорошо. Хорошо. Ты опустила взгляд на телефон и увидела, что такси скоро прибудет. Подняв глаза на Жана, ты встретилась с ним взглядом. — Как ты отнесешься к тому, чтобы доставить неудобства водителю? — Жан удивленно приподнял брови. — Ничего особенного. Мне просто нужен новый набор засосов. Он ухмыльнулся. — Хорошо. Жан будет рад оставить следы на тебе.