Поцелуи с Жаном Кирштайном

Четвертый поцелуй с Жаном Кирштайном происходит в губы. Хоть и не совсем в те.

Энни считала тебя сумасшедшей. Она не одобряла Жана в целом — одной его ленты в Instagram было более чем достаточно, чтобы вызвать усмешку на ее красивых губах. Энни чуть не стошнило, когда ты призналась, что он сделал с тобой посреди полного банкетного зала. — Это самое отвратительное, что ты когда-либо делала, — сказала она, когда ты рассказала ей об этом за чашкой кофе в свой выходной. — Избавь меня от подробностей того, что произойдет в номере отеля. Если он не убьет тебя в нем, конечно. В отличие от Энни, Райнер оказался чуть более восприимчив. Ты сидела на его рабочем столе перед тем, как вернуться в свой собственный офис, чтобы заняться реальной работой. Он натянул маску старшего брата, когда ты сказала, что снова встретишься с Жаном, но не выразил открытого несогласия с твоим выбором. — Вы двое, похоже, веселились на корпоративе, — произнес Райнер с легким одобрением в голосе. — Наверное, он вполне приличный парень, — его взгляд не мог не опуститься к все еще исчезающим засосам на твоей шее. — До тех пор, пока тебе это нравится, я думаю. — Спасибо, — решительно заявила ты, похлопывая Райнера по плечу. Он сидел в своем кресле, и это был один из немногих случаев, когда ты оказывалась выше него. — А у Энни чуть не выпали глаза, когда я рассказала ей. Так сильно она нахмурилась. — Это из-за прически, — объяснил Райнер, показывая на свою шею. — Мне нравятся его волосы, — ты странно защищалась по этому поводу. — Конечно, нравятся, — твой друг закатил глаза. — Ты же с ним трахаешься. — Пока нет. — Конечно, — Райнер тебе не поверил. — Неважно. Лишь бы тебе было весело. А теперь перестань тыкать мне в лицо своей сексуальной интрижкой и возвращайся к работе. Они выделили тебе собственный кабинет не для того, чтобы ты тратила время на то, чтобы хвастаться своей личной жизнью перед такими бездельниками, как я. Ты засмеялась, но оттолкнулась от стола Райнера, чтобы уйти. — Ты же знаешь, я получила кабинет в этом году только потому, что выиграла его в лотерею. Это не заслуга. — Я все равно буду злиться из-за этого, — ответил Райнер, откидывая кресло назад, чтобы оказаться лицом к компьютеру, и отмахиваясь от тебя. Твой кабинет был скромным, но приятным. Через огромные окна иногда проникал свет, который ослеплял в момент захода солнца. Тебе нравилось использовать это как предлог, чтобы уйти пораньше, поэтому ты не жаловалась. Также были окна, выходящие во внутренние помещения, которые позволяли заглянуть в жизнь обывателей, которым не посчастливилось получить собственный кабинет. Однако ты почти все время держала жалюзи закрытыми. В основном потому, что от зрительного контакта с проходящими мимо людьми хотелось содрать с себя кожу. Несмотря на то, что Райнер говорил о нем во всеуслышание, в голове все еще витали мысли о Жане. В течение тридцати минут тебе удавалось притворяться, что ты сосредоточена на работе, прежде чем Жан написал тебе СМС и сделал этот день достойным того, чтобы его пережить.       > Как на работе? Ты с ухмылкой посмотрела на свой телефон. Похоже, этот человек и дня не мог прожить без сообщений. Сегодня четверг — у тебя было еще полтора дня до бесплатной ночи с обслуживанием в номере и катанием на члене. Жан находил причину писать тебе по крайней мере раз в день с тех пор, как довел до оргазма на корпоративе. Он явно был увлечен тобой. Одержим. Это заставляло тебя чувствовать себя самодовольной. Однако и ты жаждала Жана так же сильно. Ты окинула взглядом свой маленький офис. Было приятно получить это место в свое полное распоряжение. Сейчас ты как никогда поблагодарила небеса за то, что выиграла его. С волнением проверив, закрыты ли жалюзи настолько, насколько это возможно, ты выключила верхнее освещение, чтобы сексуально расположиться в своем кресле. Лампа, которую тебе подарили для рабочего стола, имела разные настройки. Ты переключала их, переходя от голубого света к белому, от белого к мягкому оранжевому, от которого кожа словно светилась. Ты отвела телефон от своего тела. Фронтальная камера зафиксировала изгиб твоей груди, когда ты сжала ее. Игриво улыбнувшись объективу, свободной рукой ты одернула блузку. Это было грязное использование имущества и времени компании, но, сделав снимок, ты почувствовала себя довольно хорошо.       > Было бы лучше, если бы ты был здесь. Ты написала сообщение и уже слышала, как Энни засмеялась в своей голове по этому поводу. На мгновение или два ты испытывала дискомфорт, ожидая ответа Жана, но довольно скоро твоя кокетливая фотография принесла плоды.       > Можно договориться, знаешь ли. Ты работаешь в центре? Между ног поднялся жар. Возбужденная, ты быстро ответила:       > Да. Рядом с Тростом… А ты?       > Черт, я в квартале отсюда. Жан продолжил печатать, так что ты начала ожидать.       > Будь честна.       > У тебя есть время для меня? Ты вдохнула, чувствуя, как внутри начало разгораться знакомое тепло при воспоминании о Жане и его прикосновениях. Чем бы вы могли заняться вдвоем в уединении твоего кабинета? Заметит ли кто-нибудь его появление?       > У меня есть время… Заглянешь? Для надежности ты выслала Жану адрес.       > Я в пути. Ты была так возбуждена, что едва могла дышать. Он приехал через пятнадцать минут после своего сообщения. Ты ждала Жана в холле, ерзая и отчаянно надеясь, что он не принял это за какую-нибудь милую встречу за ланчем, потому что ты могла умереть от того, как сильно хотела почувствовать его. Жан появился в раздвижных стеклянных дверях с огнем в глазах. — Ты сделал это, — спокойно произнесла ты, как будто твой клитор не пульсировал с тех пор, как Жан написал тебе сообщение. — Ага, — ответил он. Сегодня его губы выглядели особенно пухлыми. Должно быть, Жан думал о тебе то же самое, потому что не мог перестать смотреть на твой рот. — Слышал, у тебя есть свой кабинет. Хотелось бы посмотреть. — Да, — согласилась ты. — Обязательно. Жан зарегистрировался и принял уродливый сине-желтый бейдж посетителя от секретарши. Та была симпатичной и молодой. Судя по улыбке, она тоже хотела потрахаться с ним. Ты боролась с детским желанием высунуть язык и схватить Жана за задницу, чтобы объявить, что он твой. Хотя технически это было не так. Жан засунул бейдж в карман и с нетерпением повернулся к тебе. — Веди. Ты успела сделать три шага, прежде чем Жан закрыл дверь кабинета и потянулся к тебе. Его руки, большие и крепкие, впивались в твою талию, притягивая к себе. От него пахло свежестью и мужественностью. — Эй, — произнесла ты, останавливая Жана, перед тем как он успел прижаться своим ртом к твоему. — Не могу целоваться, я забыла помаду дома. Если мы выйдем из кабинета, а мой макияж будет размазан… — Черт, — Жан слегка отшатнулся назад, но быстро оправился. — Ладно, значит, ты не можешь пользоваться ртом. Я не против. Но я все еще могу пользоваться своим. Настольная лампа все еще горела теплым оранжевым светом, прекрасно освещая кожу Жана. Его волосы идеально обрамляли лицо. На концах — маленькие завитки, за которые так и хотелось потянуть. Карие глаза сияли от возбуждения, а щеки розовели от желания. — Сегодня ты выглядишь особенно сексуально, — прошептала ты. Жан фыркнул, притягивая тебя к себе, пока ты не почувствовала, как его член уперся тебе в живот. Жан наклонился, чтобы поцеловать тебя в шею. — Ты тоже, — его рот был горячим и влажным. Он присасывался к твоему горлу, словно пытался извлечь аромат твоей кожи. — Черт. Я хочу трахнуть тебя прямо сейчас. Когда Жан говорил вот так, между ног мгновенно вспыхивал жар. — Ты мог бы нагнуть меня над моим столом… — Да ладно, — ответил он немного тихо, как будто ему было трудно отказаться. — Мы ведь оставим это для отеля, верно? — Правда? — Черт, не искушай меня. Жан провел руками вверх от твоей талии к груди, разминая ее и наслаждаясь. — Итак, — продолжил он, чувствуя, как затвердели твои соски. — Как так получилось, что у тебя появился этот шикарный кабинет? Ты чутко улавливала каждое касание, и дрожащим голосом ответила: — Выиграла в лотерею. Я получила его недавно. — Твоя фирма любит лотереи, — ответил Жан, как будто не он играл с твоими сосками и заставлял колени дрожать. — Любит, — согласилась ты, склоняя голову на его плечо. Жану это понравилось. — Приятные ощущения, да? — его пальцы сжали тебя. Достаточно сильно, чтобы ты заскулила. — Да. — С тобой так легко, — в его голосе звучала низкая, возбужденная хрипотца. — Ты уже мокрая? Могу я проверить? Ты схватилась за подол юбки, как будто не стояла в своем гребаном кабинете, отделенном от всех остальных сотрудников тонким слоем жалюзи и дверью без замка. Задрав ткань до самого верха, пока не трусики не стали видны, ты наклонила бедра вперед, чтобы Жан мог посмотреть вниз и увидеть привлекательный розовый цвет кружева. — Оу. Они очень красивые. Ты надела их только для меня? — его голос был ласковым и манящим. Да. Ты планировала сделать для Жана сексуальные фотографии вечером, если бы он не протянул руку помощи до этого. — Нет, — ответила ты. — Совпадение. Рада, что они тебе понравились. Твой член, Жан. Я хочу на него посмотреть. Его челюсть слегка отвисла от твоей бесцеремонности. — Черт, ладно. Мужские руки прошлись по ремню, потом по пуговице брюк, затем по ширинке. Жан спустил штаны до бедер — они толще и мускулистее, чем ты думала раньше. Поборовшись с желанием потянуться к ним, чтобы сжать, ты увидела твердый член через плотную ткань трусов-боксеров, которые так приятно обнимали изгибы его тела. — Ого. Жан встретил твой взгляд, замечая голод в глазах. — Я не могу испортить макияж, — ты практически хныкала. — Все в порядке. Все еще хочешь посмотреть? — Да. Жан засунул большие пальцы под резинку на талии, а затем стянул ее вниз, высвобождая тяжелый, толстый, твердый член, который он прятал от тебя все это время. Он был прекрасен в тусклом оранжевом свете кабинета, упругий и твердый. Его головка покраснела и блестела на кончике. Ты опустилась на колени. — Эй, — неуверенно произнес Жан. — Ты ведь накрашена? Ты прижала кончики пальцев к коже. Она была теплой, шелковисто-гладкой, но очень твердой. Это было правильно — стоять перед ним на коленях. — В основном я буду использовать руки. Хорошо? Жан шумно сглотнул. — Да. Черт. Да, хорошо. На мгновение ты отвела глаза. Жан подумал, что у тебя сдали нервы, но потом ты поднесла руку к губам, чтобы смочить слюной ладонь. Он находил эту стыдливость столь же очаровательной, сколь и абсурдной. Жан потерял мысль, когда ты провела своей скользкой рукой по его головке. — Блять… — это все, что он мог сказать. Ты не была против. Ты гладила его, целеустремленно и плотно, и ему очень хотелось трахнуть тебя. Но вместо этого Жан слегка покачивался под твоей рукой. — А ты нетерпеливый. — Да. Его честность вызывала еще большее желание. Ты тоже хотела. Наклонив его член вниз, пока он не оказался на одном уровне с твоими губами, ты потянулась к нему ртом. Осторожно прижимая к головке мягкий поцелуй, ты почувствовала, как он дернулся под твоей хваткой. Ты широко раскрыла рот и втянула его в себя. Проведя языком по длине, ты нежно взяла его в рот. Жан уже задыхался. — Черт, продолжай в том же духе. Ты улыбнулась, коварная и возбужденная. — Я помню, как сказала тебе это, когда мы только познакомились. — Да, — ответил Жан. Его глаза были полуприкрыты, а щеки покраснели от волнения. Он посмотрел на тебя сверху вниз, как на нечто большее, и произнес: — Я тоже это помню. Ты хмыкнула и взяла его член обратно, втягивая так глубоко, как только могла. На самом деле ты просто выпендривалась, но Жан не был против, наслаждаясь жаром твоего красивого рта. — Блять, — простонал он. Ты вынула член изо рта, интенсивно посасывая головку и вытирая каплю смазки языком. Затем ты подняла взгляд на Жана и сказала: — А у тебя грязный рот. Жан потянулся к тебе. Большой палец скользнул по твоей нижней губе, размазывая слюну. Карие глаза потемнели, смотря на тебя сверху вниз. — Как и твой. К черту помаду. Ты широко раскрыла губы и взяла его член обратно. Жан был в смятении. Его ноги грозили подкоситься, но он держался ради тебя — красотки, стоящей на коленях. Не в силах сдерживаться он немного задвигал бедрами. Не настолько, чтобы задушить тебя или заставить почувствовать, что ты не контролируешь ситуацию, но достаточно, чтобы он почувствовал себя сильным, желанным и мужественным. Казалось, ты получала удовольствие от его движений, и это еще сильнее возбуждало. Ты — богиня с его членом во рту. Жан видел, что тебе это нравилось: эти мягкие глаза, которые смотрели на него, это хриплое хныканье, когда он входил чуть глубже, чем раньше. Он чувствовал это по тому, как ты сжимала руками его бедра и царапала кожу. Это то, чего ты хотела и в чем нуждалась. — Блять, — Жан почти сорвался, выкрикивая ругательства, чередующиеся с придыханием от повторения твоего имени. Когда он произносил его, то видел, как слегка подрагивали твои губы. Ты любила, когда к тебе обращались напрямую. — Я уже близко, — пробормотал он. Ты заправила волосы за ухо и продолжила сосать, словно Жан просто сообщил о погоде. Жан позволит тебе проглотить свою сперму, если ты попросишь. Однако, мысленно он готовился кончить тебе в руки или — если ты проявишь великодушие — на лицо или грудь. Жан думал, что ты отстранишься и предложишь что-нибудь, но ты этого не делала. Ты просто продолжала заполнять рот его членом, снова и снова проводя языком по головке. Невозмутимо. — Черт, — вздохнул он. Конечно, сейчас ты отстранишься, сейчас… Вместо этого ты позволила Жану погрузиться так глубоко, как он только мог, и, черт возьми, даже не задыхалась. Жан не мог вымолвить и слова, испуская только прерывистые вздохи. Ты прижала одну из своих рук к его яйцам и немного сжала их. Его голос снова застрял в горле. — Сделай это, — требовали твои глаза. Словно ты видела, как удовольствие растекалось по его бедрам. Жан хотел кончить. Глядя на тебя сверху вниз, он словно взорвался. Ты проглотила. — О, черт… Жан спал, он должен спать. Ты ухмыльнулась и облизнула губы, словно могла бы проглотить больше, если бы Жану было что дать. Ты снова взяла его член в рот, облизывая все, что пропустила. Жан начал планировать вашу свадьбу в мельчайших подробностях. — Ты… Черт. Ладно. Вау. — Стоило того, чтобы прогуляться до меня? — подразнила ты, хватая руку Жана, чтобы подняться с колен. — Ты даже не представляешь. Жан говорил глупо, как будто он влюбленный идиот. Как будто это был первый минет в его жизни. Это не так, но, черт возьми, казалось наоборот. Голова все еще кружилась. — Твоя очередь, — его рука потянулась к твоей заднице и схватилась за нее. Ты засмеялась, словно не поверила. Словно Жан отступит, если ты потянешь его за запястья к своему креслу. Будто он заявит, что у него совещание, когда ты поставишь его на колени под столом. Но Жан ничего не сказал, пока занимал позицию. Он только с тоской смотрел между твоих ног, словно думал об этом с тех пор, как вы познакомились. В основном потому, что так и было. Молчание становилось слишком тяжелым. Эти его красивые и напряженные глаза за густой завесой ресниц… Слишком идеальные и длинные ресницы, чтобы тратить их на мужчину. Но, черт возьми, они ему очень шли. Прежде чем ты смогла выкинуть эти мысли из головы и сказать Жану, что не стоит беспокоиться, ты открыла рот, чтобы поддразнить его: — Тебе нравится то, что ты видишь? Дыхание Жана было горячим, липким и покрывающим твои бедра. Твои слова отвлекли его от спокойного любования. Ты еще никогда не испытывала такой сильной боли, пульс неистово бился между ног. Жан был так близок к тебе — его рот был так близко к тебе — но он остановился, глядя на тебя. — Да… — согласие сорвалось с его губ, словно он произносил это неосознанно. — Черт, похоже, ты промокла насквозь, — Жан посмотрел на твои трусики, потемневшие от возбуждения. — Тебе это так нужно, да? — его дразнящий голос звучал тихо. — Может, стоит их снять? Для человека, стоящего на коленях под твоим столом, он, конечно, был весьма властен. Большая рука поднялась с пола, чтобы вдавиться в мякоть твоего бедра. — Просто отведи их в сторону. Я знаю, ты справишься с этой ответственностью, — твой голос был ровным, несмотря на ощущение расшатанных из-за сердцебиения ребер. Ты запустила руку в мягкие волосы, которые привлекли тебя в ночь вашего знакомства, и глаза Жана слегка закатились назад от этого ощущения. Его беззаботность — это притворство. Он в таком же отчаянии, как и ты. — Не могу отказать, — пошутил Жан, проводя пальцем между тканью и твоей кожей и отводя мокрое кружево в сторону. — Черт, — во рту скопилась слюна. Жар, то, как ты дергалась под его напряженным взглядом, смазка в свете офисных ламп, — это гораздо сильнее, чем он мог себе представить. Жан не просто вылизывал твой клитор — он занимался любовью губами. Он был то тверд, то нежен, то прижимался всем ртом, прежде чем убрать его. Жан дразнил, ждал, пока вы задергаешься под ним. Глаза впивались в его. Жан не отводил взгляд. — Ты чертовски вкусная, — ты не могла удержаться от того, чтобы не покачать бедрами, пытаясь снова встретиться с его языком. — О, отчаялась? Не волнуйся. Я позабочусь о тебе. Рука Жана соскользнула с того места, где он держал твои бедра, и добралась до горячего, влажного, набухшего центра. — Сколько? — А? — ты была слишком занята любованием его глаз, которые смотрели тебе между ног. — Сколько пальцев? — объяснил он. — Сколько ты можешь принять? Наверняка много. Его предложение удивляло и возбуждало в равной степени. Ты опустилась в кресле чуть ниже, раздвигая ноги. — Давай узнаем. В глазах Жана вспыхнул огонь. — Да, — ответил он. — Да, давай узнаем. Один из его пальцев скользнул по твоим складочкам, издавая восхитительный влажный звук. Ты пыталась взять все в свои руки, чтобы добиться большего трения. Это заставляло Жана чувствовать себя самодовольным и возбужденным. Он хорошо выглядел, стоя на коленях между твоими ногами. Однако еще лучше он выглядел, когда его глаза встречались с твоими в тот самый момент, когда он вводил в тебя палец. — Такая мокрая. Ты так легко взяла меня. Думаю, нам нужно добавить еще один, верно? — Да, — вздохнула ты, вздрагивая. Жан прижимался к твоему входу тяжелым поцелуем, от которого по бедрам пробежали толчки удовольствия. Черт. Этот мужчина обвел тебя вокруг пальца. В буквальном смысле. — Еще один, вот так… — ухмыльнулся он, когда еще один его палец с легкостью исчез внутри тебя. — Только посмотри. Идеально. Жан загнул пальцы внутри, возвращая свой язык к набухшим нервам клитора, чтобы поиграть с тобой еще немного. — Ты такая красивая, — его губы скользили по тебе, — я мог бы лизать тебе весь день. — Я бы тебе позволила, — призналась ты. Жан задвигал пальцами. Он не в первый раз стимулировал тебя таким образом, но добавление гребаного языка делало это почти невыносимым по своей приятности. — Хорошо себя чувствуешь, да? — Жан просто хотел, чтобы ты это сказала. — Да, Жан, черт… О, не стоило так произносить его имя. Теперь он хотел услышать его снова. — Да? — Жан ускорил темп, переходя на более устойчивый ритм. — Тебе нравится? Хочешь еще? — Жан… Ах… Черт, чего он касался внутри тебя? Что делали его пальцы, что заставляло тебя чувствовать себя так чертовски хорошо? — Еще! Пожалуйста, Жан! — Скажи мне, что тебе нужно, — его рот приоткрылся. От его жара ты замерла. — Ты, Жан, ты… — Да? — Не останавливайся… Он хотел узнать, что ты имела в виду, говоря, что нуждаешься в нем. Он хотел узнать, позволишь ли ты ему трахнуть тебя перед большой ночью в отеле, но вместо этого отдался ласкам твоей набухшей кожи. Жан был в долгу перед тобой за то шоу, которое ты устроила, проглотив его сперму так, словно умирала от жажды. Жан облизывал тебя, жалея, что твоя грудь не была открыта, чтобы он мог дотянуться до нее. Однако, он не собирался прерывать свой ритм по прихоти, поэтому прижался к тебе и сильнее сосредоточился. Твои руки проникли в его волосы, отчаянно хватаясь. Жану казалось, что ты пыталась слить его лицо и свой клитор в единое целое, но, черт возьми, он не жаловался. Если ты вела себя так сексуально во время куни, то Жан мог только представить, что твои ногти сделают с его спиной, когда он наконец-то получит возможность отдать тебе всего себя. — Черт… Жан знал, что делал хорошую работу, потому что его имя слетало с твоих губ все менее и менее связно. Он был так близок к тому, чтобы заставить тебя кончить, а ведь прошло еще не так много времени. Жан мог бы продолжать это целую вечность. При других обстоятельствах он бы настаивал на этом, но, учитывая обстановку и самый обычный рабочий день, проходящий прямо за дверью твоего кабинета, не спешить было нельзя. Язык скользил по твоему клитору, а пальцы продолжали последовательно изгибаться и двигаться, пока твои ноги не сомкнулись. — Жан! — ты громко застонала, кончая. Жан заслужил этот гребаный оргазм, это сжимание мышц, растянутых вокруг его пальцев. Он ждал этого. Он не отстранялся до тех пор, пока твои ноги не успокоились и ты не перестала раскачиваться на нем, чтобы добиться большего трения. Жан приоткрыл рот, и его губы стали влажными и блестящими в свете офисной лампы. Он вытащил из тебя свои пальцы и облизал их. — Черт, — ты пыталась перевести дыхание, тело обмякло. — Да, — согласился Жан, сдвигая твои трусики назад, чтобы прикрыть твою набухшую кожу. — Я хочу еще. — Ты можешь получить больше в любое время. Ты ведь сказал, что работаешь недалеко отсюда? Жан засмеялся над твоей прямотой, готовясь сказать: «Ты так сильно хочешь меня, да? Одного было недостаточно?», но его голос застрял в горле, когда ты наклонилась вперед и прижала обе ладони к его щекам для поцелуя. — Ты так хорошо справился, — пробормотала ты. У Жана возникло странное чувство, будто он выиграл какой-то приз. Ты снова поцеловала его. Жан поднялся с колен, сгорбившись, чтобы поцеловать тебя еще раз. — Мне чертовски повезло, что я столкнулся с тобой в очереди. — Я знаю. Я знаю. Ты отпустила Жана, но он задержался, бегая глазами от твоих бровей к носу и рту. — Черт, ты чертовски красивая, ты знаешь об этом? Ты фыркнула, но его слова вызвали жар в твоей груди и на щеках. — Да, о тебе можно сказать то же самое. Настоящий красавчик, который только что был у меня между ног. — Знаешь, я могу делать больше, чем просто стоять на коленях между твоих ног. Да. Ты знала. И отчаянно хотела выяснить все мельчайшие подробности. — В эти выходные. — В эти выходные, — согласился Жан. — Черт. Как я смогу вернуться на работу после этого? — Не знаю, — ты все еще пыталась прийти в себя, и это заставляло его чувствовать себя хорошо. — Но мы должны. — Да? — Думаю, да. Жан задался вопросом, не могла бы ты просто взять перерыв и перекусить с ним, как будто совместная трапеза — это тоже некий рубеж, который вы двое должны в конце концов преодолеть. Однако, ты поднялась с кресла и поправила одежду, прежде чем он успел что-то предложить. — Пойдем, я провожу тебя обратно, — внезапно тон показался немного деловым. Ты побудила Жана выйти первым и схватила его за задницу, прежде чем он успел открыть дверь. Ты еще не успела насытиться им. Он это понимал. Целенаправленно избегая осуждающего взгляда Райнера, ты проводила Жана через главный вход. Прощание с Жаном прошло просто, но с обязательным сжатием его бицепсов — черт, какие у него красивые руки. Ты произнесла теплое «Увидимся в субботу», словно несколько минут назад у него во рту не было твоего клитора. — Да, — ответил Жан, словно флиртуя. — Увидимся. Когда ты начала возвращаться, Райнер стоял со скрещенными руками возле твоего кабинета. За его зубами роилось какое-то язвительное обвинение, и теперь настало его время выпустить его наружу. — Когда ты сказала «пока нет», я не думал, что ты воспримешь это как вызов. — Просто деловая встреча, Райнер, — солгала ты. — Ага, — в основном он издевался над тобой, но в следующих словах прозвучала нотка предупреждения: — Только не увольняйся из-за его красивых глаз. Ты моя любимая коллега, и я не знаю, с кем буду обедать, если ты уйдешь. — Ты так говоришь, будто не займешь мой кабинет в тот момент, если меня вышвырнут. — Да он тебе на хрен не нужен. Его осквернили. Ты закатила глаза. — Возвращайся к работе, Райнер. — Да, хорошо, — согласился он, перед уходом тихо сказав: — Я рад, что ты развлекаешься. Ты открыто притворилась, что тебя не передернуло от его искренности. В любом случае, это чувство было приятным. Когда ты вернулась за свой стол, тебя ждало сообщение от влюбленного идиота — Жана.       > Не могу дождаться субботы. Ты тоже не могла дождаться.