Не берите Марата на слабо

And then I can tell myself,

What the hell I'm supposed to do.

Lord Huron

      В пятом классе Марату нравилась одна девочка. Ее звали Марьям.       Суворов всегда, когда смотрел на нее, восхищался тем, как она была красива. Ее длинные каштановые волосы были заплетены в две косички с бантиками на резинках. Ходила и в бежевых, и синих, и черных юбках, а ее тоненькие ножки всегда очерчивали колготки в цветочек.       Марьям дополняла свою красоту солнечной улыбкой, которая будто не слезала с ее лица, и светящимися от радости зелеными глазами. Для Марата, в то время, она была идеальной.       И он действительно, как думал тогда, влюбился в нее, потому что Марьям не похожа на других девочек, красивая и была той, которую любит каждый. И все девочки завидовали ей, ведь все внимание от мальчиков она получала себе.       Но он не знал, что Марьям тоже нравится. И он был счастлив, когда узнал, что его симпатия взаимна.       Марат гулял с ней, дарил всякие вкусности, чтобы видеть ее радостную улыбку и алые щеки от смущения. Водил в кино на премьеры мультиков, потому что Марьям их очень любила. Им было хорошо и весело вместе.       Но в один день все поменялось.       Марьям, жизнерадостная и солнечная девочка, пришла к Марату со слезами. Суворов испугался, потому что впервые видел ее безудержные всхлипы, но впустил в дом. Тогда он узнал, что Марьям уезжает навсегда из Казани. И он не сможет передать словами то, как сильно был расстроен и зол тогда.       У него забирают самую лучшую девочку в мире, каких больше нет на свете. Как ему не злится на вселенную, что заставила его страдать?       Последнюю неделю они не отходили друг от друга ни на шаг. Боялись, что их встреча будет последней. По ночам Марат плакал, ничего не ел, чему мама расстраивалась, когда видела грустного сына.       А когда Марьям уехала рано утром, то вообще не выходил из дома и непрерывно плакал. И он чувствовал, как жизнь его рушится и приобретает не цветные, а серые оттенки.       Но время, как оказалось, лечит. Марьям осталась приятным и таким же радостным воспоминанием. И жизнь его тогда вовсе не разрушилась, как он думал.       Он стоит перед Андреем, который говорит всякие гадости, и думает, что вот он, тот момент, который окончательно добьет его и разрушит. Возможно, кому-то эта ситуация покажется глупой, но Марату все равно. Он бы посмотрел на Вас, когда человек, который стал за маленький срок дорогим, пытается прекратить общение, при этом не объяснив почему.       Суворов осознает, что в этот момент намного тошно, чем тогда, когда уехала Марьям. Перед ним стоит человек, который нравится так, что тело приятно сводит, а нежно-голубой взгляд заставляет его беспомощно тонуть. Но только сейчас он говорит то, чего сам не хочет. Марат видит это сопротивление в глазах напротив.       Слова, вылетевшие из рта парня, резанули по сердцу сильно. Марат не понимает, почему в одно мгновение становится так плохо на душе. От этого хочется выплеснуть всю злость на мимо проходящих людей, чтобы больно было всем вокруг, а не ему, чтобы они ощутили все то, что сам чувствует. Хочет закричать на Андрея, так, чтобы он тоже почувствовал боль, которую наносит своими словами. Сказать ему, чтобы он перестал лгать, в первую очередь, себе, что не хочет общаться, и Марату.       Глаза невольно защипали, отчего слезы выступили и пару все же скатились по щекам. В горле встал противный ком, из-за которого он не мог ничего произнести. Руки в карманах сжимались то в кулаки, то бессильно разжимались, мелко дрожа. Не хотелось верить в эти слова. Андрей же шутит и все это глупая шутка. Так ведь?       Васильев поднял на него свой взгляд. Суворов увидел в нем какую-то печаль и сожаление, отчего на душе стало немного легче. Но это все пропадает, потому что тот снова становится холодным.       Марат, почувствовав безразличный взгляд на своем теле, хочет заплакать сильнее. Но сдерживает слезы. Нахмурив брови, он тихонько спрашивает:       — Почему?       — Это не имеет никакого значения, — коротко и безразлично бросает Васильев и переводит взгляд на асфальт. Ярость перекрывает остальные чувства. Андрей врет и продолжает нести чушь.       — В смысле, блять, не имеет?! — кричит Марат. Подходит ближе и в порыве гнева и обреченности хватает за плечи, — Почему?       — Отпусти. — шепчет испуганно парень, пытаясь уйти от настойчивого прикосновения. Но не отпускает. Он пытается заглянуть в нежно-голубые глаза, чтобы найти ответы там, если Андрей не хочет говорить правду. Васильев начинает часто дышать от страха, — Отпусти, мне больно…       — Просто скажи причину и я тебя отпущу. Никогда больше не приближусь к тебе, — рычит в лицо Суворов, с силой сдерживая слезы. Он продолжает сжимать плечи парня, чтобы тот преднамеренно не убежал — Только назови, блять, причину. Я разве много прошу?       Андрей молчит и, кажется, плачет, скрывая всхлипы. Марат сжимает плечи и тоже пытается не заплакать. Он хочет прижать Андрея к себе и попросить прощения за все, что он сделал или нет. Ему крайне трудно слышать его тихие вздохи.       Марат знает, что сейчас только усугубляет ситуацию. Но ему просто нужна причина. Если она будет весомой, то отпустит Андрея. Ему, правда, будет больно, но он отпустит. Забудет, как и хотел сначала. Если ему от этого станет легче.       Но он не говорит. Продолжает молчать, при этом мелко подрагивать и задушено всхлипывать.       — Андрей, пожалуйста, — устало шепчет Марат, прикрывая на мгновение глаза, — скажи, что случилось.       — Молодой человек! — кричит ему в спину женщина, на крик которой он разворачивается, — Вы же слышали, что он хочет, чтобы вы отпустили его. Если не отпустите, я вызову полицию.       — У нас личный разговор! — отрезает гневно Суворов и оборачивается обратно.       — Нет. — слезно произносит Андрей, вырываясь из его хватки, — Я первый раз этого гопника вижу!       — Тогда я вызываю полицию, молодой человек! — грозит женщина и достает телефон.       Марат не верит в происходящее. Почему Васильев так легко отказался от него? Почему не мог назвать причину, раз так хотел избавиться от него?       Не обращая внимания на миллион своих вопросов, он отпускает Андрея со скрипом сердца. Тот разворачивается и в панике убегает. Марат не кричит ничего вслед, он лишь наблюдает за ним, как Васильев бежит от него в страхе.       Этот вечер рушит его жизнь окончательно.

***

      Марат никогда не чувствовал ту боль, которая приходила от потери в твоей жизни близкого человека. Не хотелось что-либо делать, даже идти сейчас домой. И он бы покурил, чтобы снять этот стресс, но не мог пошевелить руками и достать сигарету с зажигалкой. Шел домой, как под гипнозом.       Вокруг было тихо и безлюдно. Рядом с ним были только фонари, да иногда проносящиеся машины, поэтому мысли съедали его полностью. Мог только думать и думать. Плакать уже не было никаких сил, потому что все слезы были истрачены при последних истериках.       Когда, интересно, случился тот момент, который испортил их отношения?       Суворов уверен, что в этом виноват все тот разговор на крыше, из-за которого они и отдалились друг от друг. Не было ничего другого. Они стали такими холодными после тех откровений.       Почему Андрей не захотел объяснять причину своего принятого решения? Разве он не заслужил знать хотя бы причину?       Да, Марат, ты не заслужил, насмехается над ним голос в голове, от которого дыхание резко сбивается, Ты столько говна ему сделал и думаешь, что он скажет тебе после всего этого что-то?       Марат зажмуривает глаза и опускает вниз голову. Хочет закрыть уши, чтобы не слышать этот противный смех. Но он сжимает плотно губы. Этот отвратительный голос не уходит.       До чего же ты жалкий, Марат. Плачешь, как девчонка, твердит голос в голове, и слезы все-таки проступают, сразу падая на асфальт. Задушевный всхлип вырывается из груди, когда он пытается вдохнуть воздуха. Ты и правда думал, что ты понравился ему? Это пиздец, как смешно.       Суворов продолжает слышать эти насмешки. Возможно, он просто сошел с ума. И думает, что лучше бы это оказалось правдой, лишь бы не ощущать в сердце дырку, из-за которой вообще не чувствовал себя живым.       Марат, совершенно убитый, заходит в квартиру, когда на часах уже 10:12.       Он думает, что мама уже спит, потому что говорила, что ей завтра надо рано идти куда-то. Поэтому пытается вести себя тише, чтобы не разбудить ее. Но он совершенно не обращает внимания на то, что на кухне ярко горит лампочка. Он удивился, когда до затуманенного мозга доносится крик мамы:       — Маратик, это ты?       — Да, мам, — вздыхает парень и вытирает засохшие слезы на глазах. Потом слабыми руками начинает расстегивать куртку. По крайней мере, пытается сделать это.       В прихожую приходит миловидная женщина лет тридцати пяти, Диляра Суворова, мама Марата.       Черные, красиво завитые волосы собраны в высокий хвост. На лице отражалась счастливая улыбка, отчего сам невольно улыбнулся, но лишь на одно мгновение.       Она держала в руках кухонное полотенце, вытирая об него руки. Женщина глядела на своего сына, который снимал верхнюю одежду. Она видела его скованные движения и грустное, бледное лицо, несмотря на темноту в прихожей. Марат увидел, как Диляра забеспокоилась и сжала в дрожащих ручках тряпку.       — Ты чего такой грустный? — обеспокоенно спрашивает она спустя некоторое время долгого молчания, — Поругался с кем-то? С Андрюшей, что ли?       — Нет, мама, все хорошо. — с трудом отвечает Марат, когда слышит знакомое имя. Он выдавливает улыбку и сдерживает слезы, которые вот-вот снова пойдут, — Просто устал и все.       Диляра смотрит пронизывающим взглядом, и Суворов тушуется. Маме, если честно, не особо хотелось врать.       В нем росло эгоистичное желание, чтобы мама утешила его. Сказала, как всегда, что все хорошо и он не должен расстраиваться. Ему так хочется упасть в мамины объятия и прижаться к ней так, что он бы услышал размеренный стук сердца.       Тогда Марату станет намного лучше. Мама же рядом. Мама же обнимет и скажет ободряющие слова. Мама же никогда не соврет.       Но он запихивает все чувства поглубже и пытается вести себя как обычно.       — Точно? — настороженно переспрашивает она.       — Точно, — выпускает на выдохе смешок и улыбается, чтобы создать картину, что все хорошо.       И это того стоило, потому что мама снова подарила ему радостную улыбку. На душе стало легче, несмотря на то, что это не то, чего Марату действительно хочется.       — Тогда иди мыть руки, а я тебе супчика наложу, — говорит Диляра, шагая обратно на кухню.       — Мам, я не хочу кушать, — отвечает Суворов, едва сдерживая слезы, потому что привычная мамина забота добивает.       — Так! — женщина выглядывает грозно из комнаты на сына, — Ты будешь есть, и меня не волнует! Не хватало мне тут голодающих обмороков твоих.       Марат продолжает стоять в коридоре, пока мама пытается грозно глядеть на него. Он чувствует снова подступающий к горлу ком и как грудь сдавливает. Земля будто уходит из-под ног и он знает, что вот-вот упадет и встать не сможет. Но продолжает стоять так уверенно, как только получается.       Он поднимает свой взгляд на маму и, не в силах больше сдерживаться, слабо кивает и слезно шепчет:       — Хорошо, мам.       Она, услышав этот шепот, в котором было столько горечи, подходит к сыну. Суворов стоит неподвижно и продолжал смотреть на маму, которая хотела успокоить его.       И как же ему сейчас было стыдно, что он уже какой раз плачет просто потому, что ему грустно. Тем более перед мамой. Она считает его сильным мужчиной, а он просто стоит в прихожей и рыдает, будто у него случилось мировое горе.       Диляра прижимает его к себе, нежно поглаживая спину. Марат падает на ее грудь, чтобы услышать успокаивающий стук сердца. Слезы привычно стекают по щекам, а тело подрагивает от рыданий. Диляра, когда слышит тихие всхлипы сына, шепчет ласково на ухо, и Марат, чувствуя ее заботу, придвигается ближе.       — Ну, чего ты, Маратик, — нежно улыбается и успокаивающе гладит его по голове, — все же хорошо. Не переживай, я рядом.       — Прости, мама, — шепчет парень.       — За что? — непонимающе спрашивает Диляра, но ласкать короткие пряди волос сына не перестает.       — За то, что нюни тут распускаю и заставляю тебя переживать, — бурчит Марат и льнет к маме вновь.       — Нашел, блин, из-за чего извиняться. — фыркает она, и он чувствует ее улыбку, такую мягкую и добрую, — Я, вообще-то, всегда переживаю за тебя. Даже тогда, когда ты ночные похождения с друзьями устроил, а я сидела здесь и со страху помирала, что же там с моим сыночком. Тебе не за что извиняться, это же мои чувства.       — Но ты же не знаешь из-за чего я тут плачу, — говорит Суворов и заглядывает маме в глаза.       — А это имеет значение? — спрашивает Диляра и также смотрит на сына, — Ты расстроен, тебе нужна поддержка, а мне не нужно знать причины, чтобы утешить тебя, Марат. На то я и мать, чтобы поддержать тебя, есть на то причина или нет.       — Спасибо, — улыбается облегченно он, — я люблю тебя.       — И я люблю тебя, сынок, — произносит на выдохе женщина и бережно проходится по голове сына коротким, но полным любви поцелуем, — А теперь пойдем, я накормлю тебя.       — Пойдем, — слабо, но счастливо смеется парень и шагает вслед за мамой.

***

      Сегодня суббота, теплая, солнечная, но еще было облачно. Марату, слава Богу, никуда не надо было идти с утра, поэтому, ближе к обеду, он оделся и пошел до дома Васильева, чтобы снова попытаться разговорить его. Эти походы уже входили в его распорядок дня.       Всю эту неделю он бегал за Андреем, чтобы узнать внезапную причину, почему он захотел прекратить общение. Ошивался около класса, где проходили у него уроки, приходил к нему домой, но тот не открывал. А в первые дни вообще писал, но потом его успешно заблокировали.       И Марат просто-напросто устал гоняться за ним.       Каждый день подходить к его квартире и стучать в дверь в надежде, что в этот раз откроют и впустят. Но в ответ была слышно только тихое, едва заметное дыхание парня за дверью. И он шептал в мольбе, чтобы тот открыл и они поговорили.       Но Васильев молчал, а он уходил, не дождавшись его ответа.       На любого другого человека он бы просто забил, если тот так хотел прекратить общение, но Андрей — не любой другой. От Андрея невозможно отказаться, даже если сама смерть будет угрозой.       Андрей был для Марата другим, непохожих на остальных. Все были одинаковы, словно копии друг друга, чем раздражали. И в них Суворов не видел ничего привлекающего, чтобы в душу запало и сердце себе забрало. Андрей был именно таким.       И вот в тот момент, когда осознал, что Васильев отличается ото всех, понял, почему Пушкин считал именно Татьяну любимым идеалом. Она же тоже другая для всех была. Ни свежа, ни румяна, но по-своему красива. И он отличается своей красотой от остальных, одни глаза чего стоят.       У них есть еще одна черта, что оправдывает их схожесть. Они оба боязливы, печальны и молчаливы. Только Андрей таким стал из-за общества, а у Татьяны, если Суворов не ошибается, это заложено в характере.       В общем, Андрей для Марата является таким же милым идеалом, как Татьяна для Пушкина.       И он действительно удивляется, что не забыл произведение «Евгений Онегин» из девятого класса. Помнится, что он спал на уроках литературы. Вот именно на теме: «разбор произведения «Евгений Онегин» Александра Сергеевича Пушкина», он и пускал слюни на тетрадь, а сочинение по нему вообще бездумно списал.       Ладно, это сейчас не дело первостепенной важности и оно не должно захламлять голову, потому что и без этого проблем хватает.       Он продолжает думать о сложившейся ситуации и шагает к дому Андрея, не останавливаясь. Думает, что ему надо сделать, чтобы Васильев снова заговорил с ним, а не шарахался от него, как раньше.       Что-то же можно сделать, Айгуль же говорила, что надо вывести его на разговор. Тогда причину узнает, и всё они обсудят. Но она, конечно, тот еще гений. Посоветовать то, посоветовала, а как разболтать, не сказала.       Он заворачивает за угол, пока новые идеи всплывают в голове, и направляется в нужный двор, в котором находится дом парня.       Слабый, прохладный ветер забирается под одежду, а тело сжимается от внезапно холода и покрывается мурашками. Он ускоряет шаг, чтобы поскорее дойти до нужного дома и согреться.       На игровой площадке весело резвятся дети, а их родители внимательно наблюдают, чтобы те не поранились. Марат видит, как женщина заходит в нужный подъезд и начинает бежать, чтобы успеть войти. Она, повернувшись назад, видит, как он бежит к двери и придерживает, чтобы тот смог зайти. Марат, добежав, выдыхает тихое: «Спасибо», и заходит следом за ней.       Он поднимается на уже привычный третий этаж. Видит знакомую входную дверь и с надеждой подходит к ней. Заносит кулак и стучит. Слышит, как раздаются торопливые шаги в квартире и ждет, что Андрей, наконец, откроет. Он никак не ожидал увидеть Светлану Михайловну, маму Андрея.       — Ой, Маратка, здравствуй, — мило приветствует его женщина и легко улыбается.       — Здравствуйте, Светлана Михайловна, — здоровается парень и приветливо улыбается.       Проходит пару секунд, и в его голове мелькает мысль, что дверь то ему открыла Светлана Михайловна. Васильев, допустим, находится дома. Тогда он сможет вывести его на разговор, когда пролепечет женщине, что обещал ему встретиться сегодня. Она его без проблем впустит, и Андрей никуда точно не убежит. Марат, вдохнув воздуха, нетерпеливо спрашивает:       — А Андрей сейчас дома?       — Нет, он ушел в магазин, — отвечает мама Васильева, и он понимает, что план накрылся. Почему он не предположил, что Андрея может дома и не быть? Куда он вечно торопится и на что вообще надеется? Но женщина, похоже, увидела его смятение на лице и добавила: — Но ты проходи, не стоять же тебе на улице и мерзнуть.       — Спасибо, — благодарит женщину Марат и заходит в квартиру, радуясь, что удача все-таки на его стороне.       — Хочешь, я тебе чай налью? Ты, наверное, замерз, пока сюда шел, — спрашивает заботливо хозяйка квартиры, на что он бодро кивает.       Марат, конечно, понимает, что не стоило вот так вваливаться в квартиру в выходной день, ведь у женщины и без него дел много. Но это был единственный шанс, чтобы поговорить нормально с Васильевым. Поэтому он игнорирует чувство стыда и проходит в крохотную кухню, где Светлана Михайловна уже наливала в две кружки горячий чай.       Суворов усаживается за стол и рассматривает кухню. Он уже был здесь один или два раза, поэтому не видит, что здесь хоть что-нибудь изменилось. Здесь все также уютно.       Мама Андрея подносит кружки к столу и ставит одну перед его лицом. В лицо ударил вкусный запах лесных ягод, и Марат отзывчиво улыбается и благодарит женщину. Он делает глоток горячего напитка под внимательный взгляд.       — Рассказывай, как у тебя дела? — спрашивает добродушно Светлана Михайловна.       — Да хорошо все, — отвечает парень, — а у вас?       — Ой, все так же, как и всегда, — махнув, отвечает Светлана Михайловна, — Давно тебя не видела, кстати. С Андрюшей поругались, что ли?       — Нет, все нормально, — успокаивает женщину Марат, — просто учебы много, маме там помогаю. Да и у Андрея часто музыкальная школа. На переменах только и видимся.       — Ну, хорошо, — облегченно вздыхает она, — а то я себе надумала всякого. Он же у меня грустный теперь ходит. Обычно веселый, интерес ко всему был, а тут у него желания ничего делать нет. Наверное, ленится просто.       — Нет, Светлана Михайловна, он мне говорил, что у них там контрольная на контрольной. По ночам не спит, готовится, — защищает Васильева Суворов. Ему не очень хочется, чтобы с мамой у него отношения испортились. На своем опыте знает, каково иметь плохие отношения с одним из родителей.       — Не оправдывай ты этого лентяя, Маратка, — смеется женщина, вроде, по-доброму, но в то же время слышится в ее смехе некая ехидность. Ему становится вмиг не комфортно, — С ним надо немного строже просто быть, может быть, тогда лениться перестанет.       Суворов кивает как-то напряженно и продолжает пить чай, чтобы не сказать чего-нибудь лишнего женщине. Мнение о ней резко меняется, когда она начинает так отзываться о собственном сыне и открыто рассказывает о возможном насилии над ним. Сердце сжимается от переживаний об Андрее.       — Ты, наверное, думаешь, что я плохая мать, — доносится до него печальный голос Светланы Михайловны, — Просто, знаешь, нам трудно после тех слухов, что одноклассник из его бывшего класса пустил. Ну, то, что ему мальчики нравятся. Не может Андрей быть таким. Это все грешно и неправильно. А Андрюша мой правильный и ни с чем таким делом не имеет. А если бы и имел с таким отвратительным делом что-то, то я бы не приняла его. Это болезнь и ее надо лечить.       Вот именно на этих словах он понимает, как она, возможно, ненавидит сына после тех слухов. Внутри просыпается неправильное отвращение к женщине, от которого голова кружится. Марат нервно глотает и кивает, чтобы она поняла, что он согласен с ее размышлениями. Но это не так.       — Да, — шепчет тот и пытается смотреть на женщину, — это сложно пережить. Но это же просто слухи. Вам не о чем беспокоится, Андрей совершенно не такой.       — Спасибо, Маратка, что хоть ты меня понимаешь, — горестно шепчет женщина и смахивает с глаз слезы, — а то мне все соседи говорят, что я его плохо воспитала. Это же неправда! Я в него столько вложила. Он у меня пианист будущий и на медаль золотую идет!       Марат не успевает ничего сказать, чтобы успокоить женщину, потому что входная дверь закрывается с громким хлопком. Они оборачиваются на звук. Суворов слышит любимый и такой родной, но, к сожалению, тихий голос, пропитанный горечью:       — Мама, я пришел!