Глаза оленёнка. Брови как у волка

***

— Геральт, подожди, это не то, что ты подумал, честное слово! — А ты, блять, в этом уверен? — пьяным голосом сказал Геральт, икнув снова, он указательным пальцем показал на листок в руках Лютика. — Чё за песню ты там написал, м? — А, это ничего особенного, очередная неудавшаяся лирика, — неловко улыбнулся юноша, нервничая и смотря то на листок, то на Геральта, потом выпрямился и кокетливо сказал: — Что я вижу? — У юноши поразевали щёки и он направил взгляд в пол, потом снова на мужчину и с нежным голосом продолжил, — Геральт из Ривии слегка пьян? — Я так не думаю! — мужчина подошел к Лютику, резко приставил его к стене, но тот увильнул, нырнув под правую руку ведьмака. Благо, сегодня большая часть трезвости была на стороне Лютика. — Ты что, серьёзно? — юноша стоял в трёх метрах от него рядом с кроватью, — Сейчас не время играть в кошки-мышки, — Геральт хмуро посмотрел на барда. — Ох, — заправив свою чёлку назад, взбудоражено произнёс парень, — это я ещё и не играю мой, дорогой ведьмак, — мужчина был в шоке, когда Лютик произнес последние слова с такой уверенность, что ведьмак чуть не подавился слюной, откашливаясь, — сперва поймай меня, если сможешь!       Геральт, округлив глаза, еле как смог телепортироваться и в следующую же секунду оказался рядом с Лютиком. Он хотел было ускользнуть, но ведьмак на этот раз не дал ему этого сделать, подставив подножку. — Ах, ты зараза!       Листок вылетел из рук Лютика и упорхнул ближе к двери. Юноша начал ползти к нему, но ведьмак, разумеется, схватил его своей массивной широкой рукой за лодыжку и потянул юношу к себе. Обернувшись, Лютик увидел ведьмака, стоящего на корточках, на уровне его головы. Указательным пальцем ведьмак показал на место приземления листка и спросил: — Что на этом листке? — Хах, — усмехнулся парень, — тебе лучше этого не знать, — он резко ударил ведьмака ногой по лицу от чего тот, упав на седалище закрыл своей рукой глаза и стиснул зубы до скрежета. — Ой-йой-ой, — Лютик тихонько встал на колене и перебрался к ведьмаку, — прости, прости, Геральт, я правда не хотел, честно! Дай я посмотрю, — юноша потянул свою ладонь к лицу ведьмака, чтобы убрать руку мужчины и посмотреть, что же он натворил. — ЛЮТИК!!!       Не успел юный бард моргнуть, как ведьмак тут же набросился на него, схватив за плечи — ведьмак навис над ним, на его лице читалась ярость, глаза окрасились в цвет ежевики, несколько белоснежных прядок спадала вниз с его лица. — Ах, ну да, — округлив глаза, обиженным голосом сказал он, — конечно, Геральт из Ривии использовал отвлекающий манёвр, ну что тут поделать, — вертя головой, более рассерженным голосом проговорил юноша. — Говори, что там написано, Лютик. — Ты точно хочешь это знать? — высоко подняв брови в знак удивления, спросил бард. — Да, — снова икнул мужчина. — Что ж ты сам напросился, — Лютик стал подергивать плечами, которые намертво застыли в хватке ведьмаке, — не мог бы ты, — юноша показал глазами, мол, ослабьте вашу хватку, сударь. Ведьмак, сжалившись, опустил руки на ковёр, который находился возле кровати Лютика. Он снова приготовился ловить юношу в побеге, но был обезоружен следующими действиями его барда. Привставав на локти юноша, потянул одну руку к щеке мужчины. Когда тёплая сухая неизувеченная боями рука Лютика прикоснулась к щетинистой щеке Геральта, тот лишь закрыл глаза и насыщался таинственной уютной негой, которая поднимала его волосы по всему телу дыбом. Он почувствовал интимный запах Лютика — он отдавал нежной ванилью и ромашкой. Ведьмак медленно открыл глаза, словно боялся спугнуть маленького оленёнка в лесу. — Это всё, что было написано там? — спросил он. Брови мужчины выдавали его грусть.       На это Лютик лишь тепло улыбнулся и поцеловал ведьмака в приоткрытые губы. Эти ощущения, ах! Геральт смог почувствовать вкус Лютика: пьянящий мёд, который, будоражил разум ведьмака ещё сильнее, сливочный вкус персика давал нежность и чувство уюта; ласковый язык умело давал ощущение блаженства и внутреннего счастья. Казалось, его тело хотелось слиться с телом юноши. Геральт решил углубить поцелуй, нежно проникая внутрь. Он одной рукой дотронулся до макушки юноши, которая пахло незабвенным ванильным запахом, переплетаясь с нотами ромашки; ведьмак зарывался грубыми пальцами в его шоколадные волосы. Мужчина хотел было продолжения банкета, но Лютик прервал поцелуй, отстраняясь от него. Геральд медленно открыл глаза. Юноша заметил, что глаза ведьмака не были во тьме, а снова были золотыми, словно отполированный янтарь. — Вот мы и вернули прежнего Геральта, — слегка улыбнувшись, сказал Лютик. — Почему ты остановился? — c сожалением в голосе спросил мужчина. — Потому что я знаю, что ты не вспомнишь этого завтра, — спокойно сказал юноша, его щёки ещё сильнее заалели. — Почему ты так в этом уверен? — не отставал от него ведьмак. На что юноша лишь неловко улыбнулся и отвернулся от ведьмака, — Потому что, ты пьян мой дорогой, Геральт, — Лютик обхватил двумя руками шею мужчину на весу. Ведьмак одной рукой опираясь на пол, встал сначала на корточки, а потом и во весь рост, пошатываясь, он крепче обнял тело юноши, так что Лютик не касался пола носками, он снова нежно зарылся в его волосы и чуть коснулся кончиком языка шею юноши, обдавая его кожу мурашками. — Даже если будет так, то пусть, это будет наш секрет, — прошептал ему на ухо ведьмак. — Нет, Геральт, это будет только мой секрет, о котором я не поведаю миру, — Лютик опустил одну свою руку вниз и провёл по торсу мужчины сквозь одежду указательным пальцем. Ведьмака в свою очередь резко схватили Лютика за две ягодицы, из-за чего раскрасневшееся лицо барда предстало перед лицом мужчины. — Стой, стой, что ты делаешь? — Лютик чувствовал как его разоренное сердце отдавало больно в грудную клетку, словно хотело вылезти из рёберных плетей наружу.       Ведьмак, игнорируя вопросы барда, положил его на кровать, а сам забрался на его ложе и навис над Лютиком. — Я хочу тебя, Лютик, — уверено сказал ведьмак, снимая свою парадную футболку, он отбросил её на пол, — и пусть это будет мой секрет, о котором я забуду, — после этих слов ведьмак горячо и требовательно, с жадностью поцеловал Лютика, но свободолюбивый бард разъединил поцелуй, хоть его уже не на шутку он возбудил; юноша увидел торс ведьмака и пышные волосы на его груди, он нежно прикоснулся своими руками к ведьмаку. Геральд поднял голову и удовлетворенно вздохнул. Юноша вырисовывал сначала на груди ведьмака круги, а потом медленно направился указательным пальцем ближе к соскам, ведьмак снова удовлетворенно тяжело вздохнул, из-за чего это можно было спутать с мурлыканьем, и начал нежно стимулировать их. Геральт в порыве возбуждения резко схватил его на руки и опустил его тело на кровать, мужчину чувствовал резкий запах мокрого горького персика, сладострастный, до чего интимный, до чего страшно желанный. Он провёл кончиком своего носа от шеи до ключицы юноши, у которого грудь была менее мускулистой и грозной, чем у ведьмака, но она так же была усеяна тёмными волосами тестостерона. — Ты слишком горяч, Геральт, прошу, закончи как можно скорее, — умоляющим голосом простонал юноша. — Ни за что на свете, мой милый бард, — мужчина нащупал стоячий член у юноши сквозь его штаны и нежно притронулся к его кончику пальцами, нежно лаская и дотрагиваясь, словно играя. Лютик то и дело издавал резкие выдохи и постанывал чуть ли не от каждого прикосновения ведьмака. — Так вот значит какие ведьмачьи кошки-мышки, да? — с мокрым взглядом посмотрел на своего доминанта Лютик — на что ведьмак просто проигнорировал своего болтливого пассива и начал медленно снимать с него штаны, довольствуя его соблазнительным взглядом. Захватывая при этом его трусы, он стянул одежду и отбросил её на ковёр. Оголив бархатистый торс и стоячий член юноши, ведьмак кончиками губами прикоснулся к краюшку плоти Лютика, тот лишь задержал дыхание, ожидая новых дерзкий манипуляций от Геральта. Бард от каждого прикосновения ведьмака — царапал его спину и шею руками. Руки ведьмака поднялись наверх к груди юноши и нежно начали стимулировать соски. — Геральт, пожалуйста, умоляю, прошу быстрее, — сдержанным голосом проговорил юноша. Мужчина выпрямил спину. Он облизнул горячую плоть, парень было хотел встать и сплестись в поцелую, но ведьмак остановил его, давя на грудь Лютика и не давая возможности ему встать. Мужчина улыбнулся уголками губ, кончиком языка он начал вести мокрую дорожку с начала торса, там где кончались волосы, вплоть до шеи юноши. Лютик застонал, чувствуя резкий запах ежевичного запаха тела ведьмака. Остановившись возле ключицы, он приблизился к кончику уха юноша и сказал: — Ни за что.       После этого он облизнул его мочку уха, прикусывая её. Лютик громко застонал и импульсивно начал двигать торсом в сторону тела ведьмака.       «Хм, видимо задел эрогенную зону — это облегчает задачу», — зло улыбнувшись Геральт начал засасывать мочку уха, массируя при этом другую. — Геральт, войди в меня, пожалуйста! — жалостно скуля, в преддверии горячего возбуждения сказал юноша. Мужчина лишь начал гладить возбужденный член парня, словно дразня юного барда, пальцами и нежно начал водить кожей верх и вниз, из-за чего сердцебиение Лютика участилось, его разум переполнил шквал эмоций. Его бедра ускорили скорость амплитуды движения, край его члена касался слегка торса ведьмака, это заводило ещё сильнее, он получал изысканное удовольствие, смотря на Лютика сверху вниз. В этой ситуации ведьмак точно знал — он здесь хозяин, он здесь доминанта сие действа. Мужчина приблизился к вспотевшему лицу барда и шёпотом произнёс: — Мне так нравится на тебя смотреть сверху вниз и не всовывать свою ромашку в твою булку, — злорадостно улыбнулся Геральт, обнажая свои белоснежные зубы Лютику. — Ах, ты ведьмак-шалун ещё тот, да? — спросил юноша и в этот момент он быстро, пока ведьмак не успел среагировать, вырвался из его рук и, так как грудь у ведьмака слегка свисала вниз, он умело и быстро успел захватить один сосок и нежно облизнул его мокрым языком. На ведьмаке это подействовало успокаивающе — он охотно начал вести себя пассивно, выпрямив спину в изгибе, он тяжело дышал, подняв голову наверх и закрыв глаза.       В этот момент бард решил взять дело в свои руки и притронулся к груди ведьмака, опираясь на локти. Ртом он смог полностью захватить большую площадь возле соска; он начал чертить мокрым кончиком языка круги, потом стал с горечью всё больше двигать челюстью, чтобы довести своё «начатое» до конца.       Какое же было удивление для Лютика, когда ведьмак впервые издал еле слышный стон, который мог слышать только он. Почувствовав внизу живота вяжущее чувство страсти, он увидел как из штанов ведьмака в его сторону направляется возбуждённый член, бард выпучил глаза от уведённого, но был горд собой — конечно, ведь не каждый мужчина возбудит Геральта из Ривии. Юноша всё так же продолжал посасывать грудь мужчины, доводя его до экстаза. Из-за своего своевольного характера Лютик набрался было сил и смелости и рывком опустился вниз по кровати прямо к штанам мужчины. Приземлившись, он лёгким движением рук стянул штаны с ведьмака, оголяя его до трусов. — Только не это, Лютик! — закричал Геральт.       Бард среагировал молниеносно быстро и стянул трусы с его торса, затем он своими пальцами умело обхватил его твёрдый член и влажными губами целовать плоть ведьмака. Лютик нежно и жадно обволакивал его член своей слюной, заставляя ведьмака мучится и еле слышно поскуливать. Бард чувствовал его вкус, как и ожидалось, он был непредсказуемым и сложным: тонкий вкус железа смешивался с естественным потом ведьмака, обдавая Лютика не меньшим возбуждением и желанием слиться с ним воедино; он чувствовал как ведьмак медленными движениями направлял свой торс амплитудными движениями, всё глубже и глубже проталкивая внутрь рта барда свою плоть. — Лютик, нет, ах, — Геральт только возбужденно вздохнул, замедляя свой темп бёдрами в сторону юноши. Нежный запах персика теперь смешался с тяжелым запахом рома, который ведьмак пил этим вечером, не ожидая, что подобный коктейль запахов, чувств и вкусов принесёт ему столько счастья. Казалось, его все потаённые мечты выбрались наружу и расцвели наивкуснейшими бутонами персика и ванили. — Лютик, — мужчина сделал глубокий вдох и лёг рядом с юношей на спину, — я всё, — пробормотал еле как Геральт. Лютик взобрался на его взымающуюся грудь и шёпотом произнёс: — А я ещё нет, — он лисьим взглядом посмотрел на ведьмака. — Ах, ты гадёныш — произнёс мужчина и нежно коснулся лица юноши. Лютик посмотрел на него грустным взглядом. — Геральт, я так по тебе буду скучать, — он опустил голову на его вздымающую грудную клетку и аккуратно гладил выпирающую ключицу мужчины, — даже не знаю, вспомнишь ли ты этот день, но для меня он был незабываемым и самым лучшим днём в моей жизни, — юноша широко улыбнулся. — Хм, — усмехнулся мужчина и округлил глаза. — Нет, это правда — возмутился Лютик обиженным голосом. Он отвёл взгляд в сторону — Я просто не знаю, когда ещё и с кем смогу быть так же счастлив как с тобой, — ведьмак на эти слова барда лишь притронулся к щеке юноши, нежно вырисовывая аккуратные круги. Щёки Лютика вновь порозовели. — Даже если я не буду с тобой, то ты всё равно будешь счастлив, как самый удачный бард-холостяк, — с добрым смешком произнёс Геральт. — Всё равно, — всё не как не успокаивался юноша и нахмурился, — если мне с кем-то будет так же хорошо, как и с тобой, я, — выдохнул с отчаянием Лютик, — как это не было грустно, буду всё равно вспоминать именно тебя. — Почему же? — брови мужчины нахмурились. Лютик посмотрел на него с укором — он понял, что вопрос был не риторический. Он округлил глаза, создав паузу в диалоге. «До чего же вы глупый пьяный, Геральт!» — У тебя глаза оленёнка, — произнёс мужчина полушёпотом. — Что? — удивленно и непонимающе спросил Лютик и посмотрел на ведьмака. — Твои глаза, — мужчина убрал несколько прядей, спадающих на карие глаза барда, — у тебя глаза как у маленького оленёнка — они одновременно и грустные и весёлые. Грустные они из-за того, что ты беззащитен перед охотником, а весёлые, потому что у тебя много энергии, хоть отбавляй, соответственно, у тебя есть шанс спастись. — Хм, — бард призадумался, — возможно, а у тебя — юноша посмотрел наверх, гадая, с кем сравнить ведьмака — брови как у волка, — выпалил Лютик и неловко улыбнулся. — Почему же? — ведьмак не надеялся на ответ, но Лютик с интересом начал ему объяснять: — Потому что у тебя брови как хмурого и не знающего счастья волка, — с энтузиазмом сказал юноша. — Хм, что ж, уделал, — губы ведьмака сложились в линию. — Я тебя — да, а вот ты меня ещё нет, — намекающим подмигиванием сказал Лютик. — Стой, стой, Геральт, я же пошутил, это просто шутка! — всё так же продолжал бард играть свою уже полюбившуюся ему роль пассива. — Поздно молить о пощаде, мой дорогой бард!       Мужчина снова занял позицию сверху над Лютиком. Он начал медленно массировать плоть Лютика одной рукой. Благо мужчине позволял его рост, не только стимулировать член Лютика, но и сплестись обоим в жарком поцелуе. Ведьмак всё никак не мог насытится этим привкусом персика. Лютик же ощущал полное трепетание своего сердца, ощущаю своими рецептора языка вкус ежевики Геральта. Кто бы мог подумать, что ведьмак из Ривии имеет столь соблазнительную начинку?       Через считанные минуты из члена Лютика вылилась семенная жидкость на ладонь ведьмаку. Он умело вытер свою руку о простынь кровати, край которой свисал вниз. Тяжело дышав, два тело улеглись спокойно на кровати. — Геральт, я всё, — с умиротворяющим вдохом сказал Лютик. — Я рад, — мужчина закрыл глаза и кончиками губ улыбнулся, перевернувшись рядом с юношей на спину. — Знаешь, Геральт, я всё хотел тебе сказать, — кусая губы и нервничая, говорил Лютик всё так же тяжело дыша. — Что же? — еле слышным голосом, с трудом, произносёс мужчина. — Что я тебя люблю, — сказал бард, но не услышал в ответ ничего кроме умиротворённого сопения ведьмака.

***

      На следующее утро Геральт проснулся в своей комнате. Ведьмак был готов поспорить, что за столько лет он не высыпался так, как сегодня. Его сон был слаще мёда и крепким, как чистая сталь.       «Ох, как же хорошо», — он потянулся и громко зевнул. В его дверь постучали. Послышался глухой голос старушки-придворной. — Одежда Геральта, подаренная её высочеством.       Ведьмак быстро одел свои подштанники и подошёл к двери. — Доброе утро, вот ваше новое одеяние, — улыбнулась старческой улыбкой старушка. — Доброе утро, спасибо вам, — ведьмак закрыл дверь и начал собираться, готовясь к завтраку. На кухне мужчина увидел Лютика, пьющего в одиночестве на одном из столов, ромашковый чай. — Доброе утро, Лютик, — спокойно сказал мужчина, приближаясь к барду. Когда их глаза встретились, Лютик слегка покраснел и ответ взгляд в сторону. — Доброе. — Что-то случилось? — непонимающе спросил Геральт, вопросительно изогнув брови. — Нет, нет ничего не случилось, — неуверенно улыбнулся Лютик, — просто думал над новыми словами песни, — нервничая сказал бард. — А ну что там? — неожиданно для Лютика поинтересовался ведьмак. — Я назову её «Глаза оленёнка. Брови как у волка», — в глазах Лютика отразился блеск надежды, что вот-вот ведьмак вспомнить о вчерашнем дне, и всё поменяется! Ведьмак не будет его избегать и думать, что он — балласт во всех его путешествиях, он не будет думать, что юный бард будет мешать очередной горячей ночи с неизвестной девушкой из борделя, ведь у него будет он — его любимый и преданный Лютик. — Очень здорово, — обыденным своим голосом произнёс ведьмак, прервав все надежды Лютика Геральт, — на что лишь юноша неловко засмеялся и опустил свой взгляд на дно кружки.       «Как и ожидалось, Геральт, ты же всегда такой, непокорный», — подумал Лютик и чтобы как-то выбраться из неловкой паузы сказал: — Давай лучше садись позавтракаешь, а то ещё не известно, когда я тебя увижу в следующий раз, — широко улыбнулся Лютик и отпил из кружки, подмигнув ведьмаку. — Да, это точно, — усмехнулся ведьмак и направился в сторону кухни. «Чёрт подери, эту стражу! Они согласились молчать и не соврали мне, так ещё и помогли унести этого громилу к нему в комнату на кровать, а я надеялся, что они могут проболтаться! Чёрт!»       Было понятно — Геральт из Ривии забылся, как Лютик и предрекал.

«Как же жаль, что ты всё-таки не вспомнил…»