Сценарии нашей жизни

      Сону внимательно наблюдал за тем, как его альтернативная версия готовилась ко сну. Было ощущение, что он смотрит фильм о себе.       Присев на стиральную машинку, Сону болтал ногами в воздухе, наслаждаясь знакомым стуком баночек и тюбиков, которые использовал Сону. Остальные остались в гостиной, не имея склонности к вуайеризму.       На первый взгляд, у этого Сону не было никаких шрамов на голове. Честно говоря, у Сону не было идей, как он здесь мог потерять слух. И только ли слух.       Он знал лишь то, что удар по голове — основная причина для всех проблем со здоровьем. У него просто не было потребности знать, что может привести к глухоте, это не его сфера деятельности.       Сону закончил умываться и вышел из ванной.       Джей и Чонвон о чём-то говорили, сидя на диване в гостиной. Их взгляды прикипели к ним, когда они прошли мимо к дальней комнате.       Сону постучался.       Изнутри послышался шум, будто кто-то чуть не упал, и торопливые шаги, закончившиеся у двери.       — А, Сону-я! — Сонхун улыбнулся и посмотрел поверх него.       Сону на секунду подумал, что тот увидел его, и испугался.       — «Ванная свободна?»       Сону кивнул и тоже что-то сказал.       Очень удобно, что у Сонхуна, да и у Чонсона, была привычка проговаривать вслух то, что они сказали невербально. Однако с Сону такой трюк не работал по понятным причинам. Оставалось разгадывать его слова по ответам других людей.       — «Тогда я схожу в душ», — Сонхун повернулся было назад, как вдруг вспомнил о чём-то. — Кстати!       Сону, который с чистой совестью собирался уйти к себе, был остановлен. Удивлённо повернувшись, он наткнулся на ухмылку Сонхуна.       — Что они делают? — выглянул из той же спальни их Сонхун. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как Сону подпрыгнул на месте и рванул прочь, а Сонхун погнался за ним с криком.       — Эй, Ким Сону! Стой! Тебе придётся это сделать, не убегай!       Чонвон и Джей вытаращились на странную сцену погони, пока Сону тревожно наворачивал круги по гостиной.       — Что происходит? — не понимал Чонвон, взглянув на такого же шокированного Сону.       — Ким Сону! Не бегай! — Сонхун вдруг чуть не задохнулся от смеха: — Мама сказала не бегать!       Они расхохотались, стоило прозвучать знаменитой фразе маленького Сонхуна. Она частенько всплывала в шутках между ними, как «Я милее!», «Когда я в стрессе, я ем мёд» и прочие. Неожиданно услышать её при других обстоятельствах.       Сону развернулся, как делал каждые пару секунд, чтобы проверить, где находится Сонхун, и тут же был пойман. Его глаза округлились, когда Сонхун обхватил его, и по инерции они прошли несколько шагов.       Сону захлопал ресницами. А их Сонхун перестал смеяться, неловко зависнув как столб.       — Поймал! — смеясь, заявил Сонхун, игнорируя попытки Сону вырваться. Это выглядело интересно, потому что для Сону было новостью такая динамика с ним.       Ему пришлось напрячься, чтобы понять, что так с ним раньше играл Ники, а сейчас изредка Джейк и Чонвон. У Сонхуна же никогда не было привычки набрасываться, тискать или шлёпать. Они просто много спорили в шутку, но редко касались друг друга.       Сонхун насильно усадил надутого Сону на диван и сел на пол рядом. Затем приглашающе показал на журнальный столик перед ними.       — Ну давай, — Сонхун пихнул его и глазами указал на стол. Похоже простые слова Сону мог читать по губам, раз Сонхун не использовал язык жестов.       Сону закатил глаза, вздохнул и вытянул руку с сжатым кулаком над столом. Затем вопросительно посмотрел на Сонхуна       Дальше происходило что-то странное и непонятное: Сонхун что-то «говорил», Сону думал пару секунд и стучал по столу. Затем Сонхун либо кивал либо отрицательно качал головой и снова повторял слово.       — Это что, азбука Морзе? — удивлённо спросил Джей, и они все переглянулись. Озарение постигло каждого, и они взглянули новыми глазами на то, что происходило перед ними.       Сонхун учил Сону азбуке Морзе.       Сону почувствовал, как его ожидания от сожительства с таким человеком как Пак Сонхун были непомерно низкими. Хотя он всегда знал, что Сонхун — человек глубоко вдумчивый и внимательный, но знать и видеть разные вещи. То, что выглядело шуткой, оказалось настоящим. Сонхун действительно заботился о нём.       — Сонхун-хён даже знает азбуку Морзе, — впечатлённо сказал Чонвон. — А говорил, что у тебя нет таланта к языкам!       — Когда я такое говорил? — тут же возмутился Сонхун. — Видишь? Я и язык жестов знаю, и азбуку Морзе, и… и корейский.       Джей закатил глаза. Сону хихикнул, вставая рядом с ребятами, которым пришлось уйти с дивана. В итоге все четверо выстроились как телохранители и наблюдали за подопечными с неменьшей внимательностью. Хоть и отвлекались.       Через десять минут импровизированный урок закончился, оставляя одного лежать на диване, уткнувшись в телефон. Второй же с полотенцем на плечах, насвистывая весёлую мелодию, направился в душ.       — Не думаю, что мы здесь обнаружим что-то важное, — заговорил Сонхун, словно ждал, когда другой он уйдёт с поля зрения.       — Любая деталь сейчас важна, хён, — заметил Чонвон, бросив на того быстрый взгляд.       — Пока ничего не происходит, — пожал плечами Джей, упираясь спиной об стену. — И пока ничего не происходит, может расскажете, что случилось на балконе между Сонхуном и Рики?       От Сону не укрылось, что Чонвон снова посмотрел на Сонхуна, прежде чем задуматься.       — Я пришёл поздно, так что вполне могу ошибаться в том, что услышал, — наконец, сказал Чонвон. Но казалось, что он что-то скрывает.       — Почему тогда ты был так удивлён, когда вышел оттуда? — осторожно спросил Сону. — Сонхун-хён и Рики поругались? Или что произошло такого, что оба были довольно мрачными? Я думал, что цветы завянут от их вида.       — Не важно, — Сонхун избегал смотреть на кого-то, а может только на Сону. — Они просто немного поспорили. Никто не говорил, где работает Пак Сонхун-щи или где живёт Рики, о распаде нашей группы тоже.       — Но было что-то другое, — проницательно заметил Джей. — Сонхун?       Метафорический звук закрытия раковин раздался в ушах Сону. Похоже, Сонхун, который не умел врать, собирался встать в позу. Так как его неоднократно ловили на попытках солгать, то Сонхун привык не скрываться, а обороняться.       — Тебе может не нравится то, что говорилось на балконе, но нам очень важно знать любую информацию. Даже какая-то на твой взгляд мелочь может оказаться важным кирпичиком. Сонхун, если разговор как-то касается здешнего тебя… В любом случае, этот Пак Сонхун и ты — разные люди.       В отдалении слышался звук работающего душа, но в гостиной царила тишина. Слова Джея тяжёлым камнем упали между ними. Сонхун молчал, вперив взгляд в пол.       — Ладно, давайте не будем давить… — хлопнул было в ладоши Чонвон.       — Я не уверен, но, — Сонхун поднял голову и посмотрел в глаза Сону, весьма удивлённого внезапным вниманием, пока не услышал продолжение: — думаю, у меня есть подозрение, что этот Сонхун влюблён в здешнего Ким Сону.       Сону моргнул.       — Что, прости?       Но ответа не последовало. Сону усмехнулся нелепой шутке. Это звучало так знакомо, благодаря сотням фанатов, предпочитающих шипперить участников группы между собой. Сколько раз он натыкался на видео, фото, посты, говорящие об «особом напряжении» между ними, «любви, достойной поэм» и прочих романтических штук? Не перечесть. Если поначалу его смущал подобный контент, то после он быстро привык. Главное, самому не увлечься гиперболизацией всего, что между ними происходит, а так жизнь продолжается.       Поэтому для Сону слова Сонхуна были лишены привычного смысла. Он оглянулся на Чонвона и Джея, ожидая увидеть их улыбки, однако те лишь переглянулись с серьёзными лицами.       — Не может быть, хватит шутить, — потребовал Сону. — У тебя вечно какие-то не смешные шутки, связанные со мной. Ты специально меня дразнишь?       — Если бы я хотел пошутить, то не стал бы делать это так бездарно, — почему-то обиделся Сонхун, и это убедило Сону в том, что тот искренен.       — Тогда, что получается?.. Вау, Сонхун-хёну нравится Сону, значит поэтому они живут вместе? — с подрагивающей улыбкой уточнил Сону. — Они встречаются? Сонхун-хён даже выучил азбуку Морзе, довольно заботливый поступок.       — Не встречаются, поэтому я сказал, что это может быть не важно.       — Нет, хён, было что-то ещё, — подал голос Чонвон, не зацикливаясь на влюблённости своего одногруппника в другого. — Когда я зашёл, Сонхун говорил, что Рики практически не показывался на глаза. Он редко приходил к Сону, верно?       — Да, — Сонхун потёр подбородок. — Когда ты сказал, я вспомнил. После того как Сону потерял слух, Сонхун забрал его, чем Рики недоволен сейчас.       — Тогда почему он не поддерживал связь после? — включился в обсуждение Джей.       — Но мне показалось, что отношения между ними очень хорошие, — поднял руку Сону, вспоминая взаимодействия в кафе, затем по дороге домой. — Они казались счастливыми рядом.       — Так и есть, — кивнул Чонвон. — И, что странно, почему тогда Рики пришёл сегодня на встречу?       — Разве не потому, что Хисын пришёл? — Джей тоже отказался от вежливых маркировок по отношению к альтернативным версиям. — Изначально Рики не хотел идти. А потом он поругался с Хисыном, словно давно ждал возможности высказаться.       Они замолчали, потому что в этот момент раздался громкий шум из ванной.       — Что-то упало? — озадачился Чонвон, вставая на цыпочки, словно мог видеть сквозь стену.       Когда изнутри послышался слабый стон, Сону испугался.       — Что-то произошло?! Сонхун-хён, тебе нужно посмотреть!       Почти сразу, как Сонхун залетает в ванную, он кричит им войти. Его голос испуганный, что тревожит сильнее.       Сону не был готов к тому, что обнаружит внутри. Его голос сломался, едва он увидел, как Пак Сонхун в халате лежит на мокром полу и корчится от боли. Его ноги подрагивают, пока он пытается встать, но не может. Крови нигде нет, однако множество травм можно получить без внешнего проявления.       — Сонхун!       — Господи, он в порядке? Сонхун, вставай!       Конечно, их крики не улучшают ситуацию, только нагнетая тем, что никто не может их услышать.       Никто не услышит.       — Сону не слышал его! — Чонвон хмурится и вылетает прочь, спеша найти всё ещё беззаботно лежащего на диване Сону. — Сону! Ким Сону, иди помоги Сонхуну!       Сону беспокойно ходит по ванной, слыша попытки Чонвона достучаться до второго жителя, однако все понимают, насколько это бессмысленно.       Сонхун с трудом садится. Его брови сошлись на переносице, образовав твёрдую складку, его рот приоткрыт в кратких стонах. Он сгибает руками правое колено и ощупывает кости. Когда доходит до лодыжки, то сцепляет зубы, пытаясь сдержаться.       — Он повредил ногу? — присев вплотную, Джей осматривает лодыжку, спрятанную в кольце рук. — Чёрт, это было опасно. Он поскользнулся на мокром полу, и… Чонвон! Не трать время, иди сюда!       Слова Джея больно ударили Сону. Его грудь спёрло от нахлынувшего отчаяния, что тот прав.       Ким Сону — это трата времени.       — По крайней мере, он не ударился головой, — выдохнул Сонхун, весь белый от напряжения.       Проходит по меньшей мере около пяти минут, когда Сонхун сумел выбраться в гостиную. Они следуют за ним, кружась вокруг больше для собственного успокоения. Все взгляды невольно сосредотачиваются на Сону, который покачивал ногой, читая что-то на своём телефоне.       Сонхун прыгает в сторону кухни, перед этим поколебавшись на пути к пугающему островку безразличия в центре гостиной. В конце концов он отворачивается, чтобы найти аптечку на верхней тумбочке.       — Судя по всему, возможно растяжение, — после долгого наблюдения сказал Сонхун. — На вывих не похоже, он должен уметь распознавать такие травмы. Так что поболит и перестанет.       Сказанное столь беспечно не могло обмануть Сону, подавленного ситуацией. Сонхун казалось прятался от блошиного дна, обнажённого падением Сонхуна в душе.       Дна, в котором здешний Сонхун был одинок.       Они настолько сосредоточены на своих мыслях и присмотре за упавшим, что не слышат шаги, пока что-то не падает позади. Обернувшись, Сону увидел себя, с широко раскрытыми глазами стоящего на пороге кухни.       Издав непонятное мычание, Сону бросается к Сонхуну.       Он что-то встревоженно «спрашивает», настойчиво тыкая в его лодыжку, которую Сонхун начинал бинтовать. Тот качает головой.       Прикрыв рот ладонью, Сону стоит над ним, не зная, куда себя деть. Его руки то и дело тянутся, но затем он одёргивает их с болезненной гримасой.       Когда Сонхун заканчивает перевязку эластичным бинтом и хочет встать, Сону кидается помочь. Он ловит Сонхуна, чуть присев от веса, упавшего на плечи.       — Ох, сейчас начнётся, — бросает Сонхун, скрещивая руки на груди. И он прав.       Глаза Сону слезятся. Он опускает голову, рассматривая повязку. Затем «говорит» что-то. Сонхун кивает и указывает на ванную.       — «Ничего страшного», — снова сев на стул, объясняется Сонхун. — «Просто поскользнулся на мокром полу. Правда я в порядке».       Но это только ухудшает состояние Сону.       Видеть, как твоя альтернативная версия, по сути ты сам, сделавший другой выбор в прошлом, распадается — тяжело. И одновременно Сону чувствует желание встряхнуть себя. Хотя у него самого режет глаза, он не хочет, чтобы Сону сейчас плакал.       В тишине слышны только заикания и шмыганье. Сонхун беспомощно сидит на стуле, приговаривая, что всё хорошо, даже хватая Сону за руку и притягивая к себе.       — Ну чего ты? Это просто растяжение, — бормочет Сонхун, невесомо держа руки вокруг бёдер Сону, стоящего между его ног. Тот же яростно вытирает слёзы, которые почему-то бегут не останавливаясь. — «Ну хватит, Сону-я. Ты мне сердце сейчас разобьёшь. Ничего же не случилось, я просто сам дурак, не вытер за собой воду».       Джей слегка отворачивается, не глядя на кого-то конкретного, а Чонвон потирает шею. Сонхун звучит слишком нежно, чтобы предыдущее предположение о его влюблённости не было правдой.       Неловкость почти ощутима. Сону любит такие сцены в дорамах, когда главный герой проявляет слабость к слезам своей женщины, однако это реальная жизнь. И видеть себя и своего друга в такой ситуации… Сону просто хочет всё прекратить.       — «Да я тихо упал. Ты думаешь, я бы кричал? За кого ты меня принимаешь? Даже Хисын-хён с его супер-ухом бы не услышал».       Сону качает головой и бьёт Сонхуна по плечу. Тот отклоняется с фальшивым оханьем, но это лишь рождает новый всплеск ужаса у Сону.       Затем Сону «говорит» что-то, что заставляет молчание вернуться.       Сонхун отводит взгляд, громко сглатывая. Его глаза бегают по кухне.       — «Конечно, это не повлияет ни на что», — наконец, восстановив самообладание, Сонхун с улыбкой смотрит на Сону, обиженно надувшего губы. — «И вообще, моя работа — это моя работа! Не считай мои деньги, идиот! Если боишься, что я не смогу тебя обеспечить, то вперёд, ищи другого папочку».       Джей издает странный звук.       Сону просто прикрывает ладонью лицо, яростно мечтая исчезнуть из этой кухни, чтобы больше не слышать таких смущающих вещей. Даже не то, чтобы смущающих, потому что Сонхун сказал это противным писклявым голосом. Просто Сону испытывал стыд из вторых рук, что кстати часто бывало в компании его друзей. ***       Все так подчёркнуто не смотрели на Сонхуна, что становилась очевидной его изоляция.       У Джей бывало в жизни множество моментов, когда он терял дар речи, однако ситуация на кухне дома Сонхуна и Сону явно побила все рекорды. Он не понимал, как держатся главные герои, хоть действовали и говорили не они сами, а их альтернативные версии.       Когда он сказал, что настанет очередь остальных, то не рассчитывал, что получит такой контент. Уж извините, ему достаточно фантазий фанатов, то и дело вытворяющих какую-то дичь. Однажды Джей наткнулся на мини-рассказ о нём и Чонвоне и после него долго не мог уснуть.       Видеть вживую, как один из них претворяет в жизнь мечты их шипперов, а потом вести себя как обычно, довольно трудная задача. Но Джей считал, что справился.       — Неужели этот день закончился, — устало произнёс Джей, пытаясь заполнить тишину в гостиной, где они сидели. Сонхун и Сону после небольшого разговора разошлись по комнатам и затихли там, что было на руку. Он как раз хотел подвести итоги прошлого разговора, прерванного падением.       — Невероятно, что ещё днём мы веселились на концерте с энджин, а после него оказались совершенно в другом мире, — сказал Сону, упираясь подбородком на сложенные на коленках руки. Он сидел в позе эмбриона на полу, глядя на стол. — Я чувствовал себя так энергично, учитывая, что это последний концерт нашего тура. Вся усталость словно ушла, оставив чистую энергию.       — Согласен, — кивнул Чонвон. — Но меня беспокоит то, что нам делать с Рики.       Обычно в их группе Сону больше говорил о своих эмоциях и чувствах, щедро делясь радостными и печальными моментами, но остальные не были столь открыты. Джей больше направлял энергию на получение итогов, а не на сам процесс, а Чонвон ориентировался на решение проблем здесь и сейчас.       — Пока всё равно не ясно, — Джей потянулся, в чём не было нужды, и в первый раз за долгое время посмотрел на Сонхуна.       Тот сидел на подлокотнике чуть в отдалении. Его поза была максимально закрытой: скрещённые руки на груди, сложенные друг на друга ноги. Но Джея зацепило не это, а то как пристально тот смотрел на Сону.       — Завтра мы встретимся с остальными и, надеюсь, узнаем что-то новое, — решив не заострять внимание, Джей отвернулся.       Прошло три года.       Он хотел сказать, что стоит поискать возможность встретить Джейка, так как тот единственный ускользнул от них, как дверь в комнату Сону открылась.       Прямо перед ними Сону, очень неуверенно, прошёл знакомый путь до комнаты Сонхуна и остановился. Он мялся туда-сюда, стискивая пижаму на груди, а затем быстро выдохнул и постучался.       Джей переглянулся с остальными и неуверенно поднялся с дивана.       — Сону-я? — также удивился Сонхун, открывая дверь. Он уже переоделся в мешковатую футболку и шорты, стоя на одной ноге и перекрывая вход в комнату.       Спина Сону закрывала происходящее, но Сонхун кивнул и пропустил его внутрь. Дверь по инерции качнулась, заставляя их всех зайти следом, так как обзора было недостаточно.       — А может нам лучше уйти? — предложил Чонвон.       — Почему? — как-то деревянно спросил Сонхун. — Это же просто разговор.       Джей покачал головой на вопросительный взгляд Чонвона и Сону. Кажется увиденное ранее не понравилось Сонхуну, и сейчас лучше его не драконить.       Сону усадил Сонхуна на кровать и, пользуясь его недоумением, присел на колено, чтобы аккуратно потрогать его лодыжку. Потом он поднял голову.       — «Я же сказал, что всё в порядке», — взлохматив волосы, вздохнул Сонхун. Закончив, он схватил Сону за плечи и переместил на кровать рядом. — «Прекрати беспокоиться по мелочам».       Но Сону не двигался. Он смотрел на руки Сонхуна, застывшие в районе груди, словно тот готовился дать быстрый ответ на любые возражения. Затем он поджал губы и поднял голову.       Прежде чем кто-то успел среагировать, Сону положил ладонь на бедро Сонхуна, потянулся чуть вверх и легонько коснулся его губ своими.       — Так, я ухожу, — резко сказал Джей и сделал это.       С секундной заминкой следом вышел и Чонвон с бесстрастным лицом. Те двое остались внутри.       Джей потёр переносицу, прислоняясь к стене. Его гудящая голова мечтала соприкоснуться с чем-то прохладным, чтобы остудить поток мыслей.       Чонвон тоже ничего не говорил, глядя на фотографию в рамке. Их было несколько, стоящих на тумбочке. На парочке из них позировал Сону в компании его семьи, ещё две были с ними, но без Хисына и Рики, одна Сонхуна с его мамой и последняя, та на которую смотрел Чонвон, — Сонхун и Сону.       — Кстати, а где Джей?       Джей в недоумении вскинулся.       — Я имею в виду, — Чонвон задумался, — ах да, сейчас же вас трое в этом мире.       — О чём ты? — сконфуженно спросил Джей. Какие трое?       — Я про котёнка.       Да чёрт возьми.       — Понятия не имею, — сухо отрезал он и нахохлился. Кто бы не придумал имя для кота, он уже был в чёрном списке Джея. Он обязательно должен узнать, кто из этих двух голубков, тогда он назовёт его именем червяка. Специально заведёт, когда они вернутся.       Чонвон захихикал и хотел было что-то сказать, как изнутри раздался шум.       — Прекрати!       Не сговариваясь, они вернулись в комнату, где обстановка сменилась за пару минут.       Их товарищи стояли у стены с разными выражениями лиц. Сонхун тоже стоял, в двух шагах от кровати, на которой сидел растрёпанный Сону и смотрел на него дрожащими глазами.       — Ты издеваешься надо мной?       Непонятно понял Сону или нет, но он отчаянно покачал головой. Сонхун отвернулся, глубоко вдохнул и повернулся обратно. Надлом на его лице немного сгладился, но по-прежнему выглядел жутко.       — Для чего это было?       Сонхун издал разочарованный звук, когда Сону помедлил с ответом.       — «Для чего ты сделал это?» — его движения рук были жёсткими и рваными, выдавая бурю внутри Сонхуна. Джей не понимал, нужно ли ему уйти или прозвучит что-то важное.       Сону поджал губы, неловко теребя пальцами края одеяла. Он казался меньше на фоне нависающего над ним Сонхуна.       — «Тебе настолько нечем заняться?»       Казалось, что влюблённый человек должен не так реагировать на долгожданный поцелуй. Джей мало что знал о предпочтениях своих друзей, они редко обсуждали романтические темы, однако у него не было осуждения к сексуальным меньшинствам. Ему просто не нравится чувствовать себя извращенцем, подглядывающим за интимными моментами друзей и коллег.       — Ответь, Сону, — уже без прежнего запала сказал Сонхун, его запястья безвольно качнулись. — Зачем?       Сону дёрнулся, почти вставая, но упал обратно, быстро пытаясь что-то объяснить. Но каждый жест словно причинял физическую боль Сонхуну, пока он не сделал шаг в сторону, отворачиваясь. Джей стоял к нему ближе всех и прекрасно видел, как тот закрыл глаза в безысходности.       Сону подошёл сзади и осторожно положил руку на плечо.       Сонхун резко распахнул глаза и с силой отбросил его руку. Джей напряжённо отошёл чуть дальше, в чём не было фактической надобности. Даже если они подерутся, то их не заденет.       — Пришёл убедиться, что до сих пор мне нравишься? Ты настолько жаден до внимания других, что ты готов терпеть его от меня? — Сонхун недоверчиво хохотнул, вызвав мурашки на спине Джея. — Насколько же я жалок в твоих глазах, чёрт побери. Какие бы я не испытывал чувства, разве ты можешь так играть со мной?! Отвечай, зачем тебе целовать меня, если я тебе противен?!       Сону часто заморгал, открывая и закрывая рот, словно пытался что-то сказать. Но его уста оставались безмолвными, говорили только руки. И он что-то «сказал», однако Сонхун остановил жесты, обхватив его запястья.       — Чтобы ты не хотел сделать, просто прекрати, — запал Сонхуна потихоньку сходил на нет после вспышки злости. Джей видел его в таком состоянии два раза, и оба раза приносили Сонхуну больше боли, чем его оппоненту. Будто он просто сжигал себя.       Они смотрели друг на друга так, что Джею казалось, что они ведут диалог, на совершенно другом уровне. Для этого не требуется слух или речь, даже жесты не нужны, достаточно взгляда, чтобы понять.       Наконец, Сонхун отпустил чужие руки.       — «Иди спать, Сону. Поговорим завтра».       Хотя тот пытался что-то сказать, Сонхун просто упал на кровать и накрылся подушкой. Немного детский поступок смотрелся неуместным на фоне бразильских страстей, бушующих в комнате ранее. Тем не менее это остановило Сону, как-то потерянно застывшего рядом. Как марионетка с обрезанными нитями, он слабо качнулся и вышел.       Джей посмотрел на молчащих Сону и Сонхуна.       Затем снова на Сонхуна, убравшего подушку и закрывшего рот, скривившийся в беззвучном крике.       Ему хочется домой.