Before Midnight

Вы когда-нибудь слышали об очереди в ванную общежития? Если нет, то вы везунчик, потому что это тот еще увлекательный аттракцион. Игра на выживание, не иначе, особенно утром. Можно попытать удачу и пожертвовать драгоценным часом своего сна, чтобы успеть заранее занять очередь, ну или расставить всё же приоритеты правильно, а после сломя голову пытаться успеть к началу занятий, устраивая в комнате погром, потому что по-другому Чимин не умел. Брюнет открыл глаза, сонно потерев их ладошкой, и отодвинул одеяло, чтобы было удобно привстать на локтях и оглядеть весь масштаб ужаса. Чимин был очень активный, сравнить его можно только с торнадо, вещи летали по комнате только так, а сам русоволосый в панике пытался что-то найти в ящиках, чем и разбудил своего соседа. Встать за сорок минут до занятий было однозначно плохим решением. Отвлекшись на зевок сзади, русоволосый вернулся к поискам, продолжая доставать всё с полок и кидать на пол. — Проснулся наконец-то. — Что ты ищешь? — Ким спустил ноги с кровати, вздрогнув от смены температуры. — Не могу найти свои чертежи, чёрт! — светловолосый развернулся и обвел нервным взглядом всю комнату. — Думай, думай, думай! Чвхе же мне голову открутит, если не сдам сегодня. — Ты же пару дней назад сказал, что все долги у Чвхе закрыты, — ответил брюнет, поймав на себе ошарашенный взгляд Пака. Минутная пауза. — Ты уверен? — Чимин, — тяжелый вздох. — Я тебе лично делал этот чертеж, а после мы вместе ходили сдавать его сонсенниму. Тэхён лишь покачал головой, тихо усмехнувшись. В этом и был весь его друг, такой взбалмошный, эмоциональный и импульсивный. Вместо того, чтобы просто остановиться, поглубже вдохнуть и попытаться вспомнить, он устраивает панику. И беспорядок. Который Киму не очень прельщает, так как убирать всё это чаще всего приходится именно ему, потому что лично Чимина всё устраивает, этакий «творческий беспорядок». — Вот же чёрт, Тэ, совсем из головы вылетело,— русоволосый бросился к зеркалу, попутно пытаясь нацепить на себя рюкзак.— Не знаю, что бы я без тебя делал. — А я знаю, что бы без тебя делал. Думаю, — короткий взгляд на часы,— спал бы. Но спасибо тебе, мой личный будильник, теперь я точно не просплю, — недовольный взгляд в сторону русоволосого, пытающегося сделать что-то презентабельное со своей прической. — Без меня бы ты, мой лучший друг, — усмешка и хитрый взгляд в зеркало на кучерявого, — грел бы сейчас постельку нашему главному спортсмену. Чимин обвел еще раз свой внешний вид взглядом, скорчил недовольное лицо и повернулся к Киму, поймав его ничего не понимающий взгляд. Ничего не помнит, не удивительно, как говорится — база. — Что ты сказал? — Что слышал, — ещё и улыбается лис. — Встретимся сегодня в обед? Предлагаю выбраться куда-нибудь, а то от этих кислых мин в столовой уже воротит. — Чимин, что это значит? — сужает свои шоколадные глаза и недоверчиво глядит на своего соседа, которой делает вид, будто он просто не слышит. Почуяв, что сосед его задорного настроения не разделяет, Пак развернулся и двинулся спиной к двери. — Если ляжешь дальше досыпать, не забудь закрыть дверь, ночной прогулки нам хватит. Увидимся в обед, — подмигнув Киму, светловолосый схватился за ручку и быстро выбежал из комнаты, оставив ничего не понимающего Кима одного. Чимин, если честно, устал от этих игр, уж больно игроки туговатые попались. Наблюдать за этим цирком им, конечно, очень интересно, но так ведь у этих вся жизнь пройдет, а вдруг жалеть будут? Пак ведь далеко не глупый, давно узнал, что его любимому другу нравится спортсмен, болтал как-то раз во сне, Чонгука звал, сложить два плюс два не сложно. На утро его ждал разговор, Чимин всё подробности узнать пытался, ну интересно ведь! Ким молчал, как партизан, отнекивался и все пытался доказать, что Чимин себе сам это всё надумал, никто ему не нравится и вообще не нужен, а сам даже не замечал за собой, что взгляды во время перемены в сторону футболистов говорят совсем другое. Эта тема не то, что бы закрытая для них, но Ким просто сказал однажды Паку, что обсуждать это с кем-либо больше не собирается. И какое же было облегчение, когда Чимин прознал о том, что чувства Тэхёна взаимны. Эти глаза сердечки при виде скрипача только Тэхён и не видит. Чимин, конечно, пытался до своего друга донести, что Чонгук не просто так приходит на каждый его концерт, да еще и костюм надевает. Чонгук! Костюм! Но Тэхён слушать подобное наотрез отказывался, потому что вбил себе в голову, что они совершенно из разных миров, повесил на них ярлыки и страдает себе по-тихому. Повернув налево, он в два шага приближается к одной из студенческих комнат, нервно поглядывая на наручные часы. Если бежать очень-очень быстрым шагом, то за пять минут управиться должен, Чвхе его терпеть не может, если опоздает, то смело может выкапывать себе могилу и заказывать похоронный марш. Пак стучит по двери, попутно кусая губу, надеясь, что он не тратит сейчас время впустую, пытаясь достучаться до пустоты. Дверь открывается, пропуская в зашторенную темную комнату свет, отчего молодой парень щурит глаза, пытается разглядеть пришедшего, пока ему в плечо не врезается рука. Опешив, брюнет переводит взгляд на нее. — Проснись и пой, красавица! — громко, как Пак и умеет, чтобы точно дошло до сонного разума, кто перед ним. Пак дергает руку спортсмена, раскрывая ладонь и вкладывая туда маленький золотой браслетик. — Это что? — Чонгук разглядывает содержимое, а после переводит взгляд на Пака. — Зачем он мне? — Его забыл у тебя Тэхён ночью. Так, теперь точно сломали нашего спортсмена. Отомри и скажи спасибо! — Но он же не… Тяжелый вздох. — Чонгук. Этот браслет. Забыл. Тэхён. У тебя. Этой ночью, — по слогам, медленно, с выражением и глаза в глаза, так, чтобы дошло. — Ты меня понял? Отдашь ему, всё, а мне пора. Пак развернулся и побежал в сторону лестницы, пока младший медленно закрыл дверь, продолжая разглядывать браслет с маленькой луной посередине.

🌒

Конец мая выдался достаточно теплым, поэтому студенты спокойно располагались на улице. Кто-то выбирал себе место покомфортнее и занимал столики, которые только недавно были вытащены на улицу после холодной зимы, а кто-то расстилал кофты и занимал место прямо на земле. В теплое время года большинство студентов предпочитало проводить обеденный перерыв на улице. Чонгук вышел из университета, расстегивая молнию своей толстовки, пытаясь глазами найти хотя бы одного из друзей. Студентов была тьма, а все столики были заняты, придется им обедать на земле. Кинув рюкзак рядом с огромным деревом, Чон уселся, вытягивая ноги и засовывая руки в карманы толстовки. Есть хотелось невыносимо сильно, так как утром кусок в горло не лез. Голова забита слишком сильно, а тревожность продолжает делать свое дело. Голова не переставала работать, вспоминать, анализировать. Чонгук перебирал пальцами в кармане маленькую золотую вещицу, обдумывая свой дальнейший план действий. Хотя, казалось бы, что думать то. Встал, пошел, отдал, познакомился. Сказать легче, чем сделать, правда? Чонгук не понимал, зачем только Пак помог ему. Неужели Чон такой очевидный? У него есть шанс, и он может расчитывать на что-то? Пак что-то знает? Все не просто так, спортсмену хотелось в это верить. Как же тяжело и прекрасно одновременно быть влюбленным человеком. — О чем задумался? Чонгук поднял голову, прищурив глаза, и увидел своего лучшего друга. — Привет, ты остальных не видел? — Намджун задержится, а остальные должны скоро подтянуться. — Мне нужна твоя помощь, хён, — Чон подождал, пока друг займет место напротив него. Юнги был одним из самых близких для него людей здесь, всегда мог помочь, дать дельный совет. Чонгук надеялся, что в этот раз его хён тоже сможет помочь ему, только вот он не знал, что Юнги уже ему помогал. — Сегодня кое-что произошло ночью. — Ну. Младший еще раз обвел взглядом территорию кампуса, пробежав глазами по студентам, занимающимися своими делами, и тяжело вздохнул, зацепившись за две отдаляющиеся макушки Чимина и Тэхёна, следующие к выходу с территории. — Тэхён сегодня приходил, — промямлил на одном дыхании, внимательно глядя на своего друга. — То есть? — То и есть. Ты знал, что он… — запнулся на секунду, хорошо обдумывая, может ли говорить об этом, но все же приходит к тому, что перед ним сидит его друг, в котором он уверен на все сто процентов, уж Юнги точно не станет трепаться. — Он лунатил, хён. Я услышал странный звук в коридоре, сначала не придал ему значение, пока странный шорох не оказался рядом с моей дверью, он стучал. — Он пришел к тебе? — Не думаю, что он осознавал, что делает. — И что ты собираешься делать дальше? Чонгук откинулся спиной на массивный ствол дуба, не поднимая глаз на старшего, что-то обдумывая в своей голове, а после вытащил из кармана золотую вещицу, раскрыл ладонь и показал ее другу. — Сегодня утром его принес Чимин, сказал, что его у меня забыл Тэхён и мне нужно ему его отдать. — Но он ведь не забывал его у тебя? — Не забывал… Блондин прищурился, обводя внимательным взглядом браслет, а после усмехнулся себе под нос. — Мы его недооценили, — по озадаченному лицу напротив, блондин понимает, что другу опять придется все разжевывать. — Чонгук, он это специально, понимаешь? — Но зачем? Старший пожимает плечами, пытаясь подавить наползающую на лицо улыбку. — Хочет подтолкнуть двух людей, разделивших первое место в конкурсе тугодумов. Чонгук не любит давать ни себе, ни кому-либо еще ложные надежды. Но именно сейчас его внутренний голос кричит ему о том, что Чимин бы не стал делать этого просто так, а взгляд его друга, который так и кричит «думай, Чонгук, думай хорошенько», лишь сильнее распаляет в нем пока еще маленький огонек надежды. — Чем не шанс? Ты можешь надумывать себе в своей прекрасной головушке что угодно, но ты не узнаешь наверняка, пока не попробуешь. Ну что будет, если он откажет? — Закатывает глаза на закушенные губы друга и его потерянный взгляд. — Пострадаешь, но зато точно не из-за того, что однажды не решился. Это ведь намного хуже, Гук, жалеть потом о том, на что просто не хватило смелости. Но это ведь сущий пустяк! Бояться можно хоть всю жизнь, это легче всего, нежели засунуть свою ненужную неуверенность, взять и сделать. Просто познакомься, не срастется у вас, ну и ладно. Жизнь бросает тебе спасательную веревку, так пришло время открыть глаза, засунуть свои страхи куда подальше, схватить ее покрепче, подняться и начать действовать. Если не ты, то кто-то другой, неужели ты позволишь этому случиться? — Старший подмигнул другу, переводя взгляд за его спину и кивая приближающимся людям головой. — К тому же, я тебе сейчас не как друг говорю, а как человек, который здраво оценивает сложившуюся ситуацию, Чимин никогда не делает ничего просто так. Никогда, Чонгук. Спортсмен, если после такой речи ты продолжишь тупить, то я ухожу из твоего фанклуба и перебираюсь на сторону твоего друга. — Чего кислые такие? Чон обращает всё свое внимание на только что подошедших друзей, здороваясь по очереди и пожимая каждому руку, но все еще витая в своих мыслях. Юнги прав, отрицать глупо, мир не рухнет, если его просто отошьют. Если только мир Чонгука, но он хотя бы попробует, браслет ведь все равно придется вернуть, хочет он того или нет. Конечно, хочет, просто ссыкло, какое свет не видывал.

🌒

Пятница была одним из самых любимых дней у студентов не только из-за того, что тяжелая учебная неделя подходила к концу, а это означало, что можно наконец выдохнуть и провести выходные без мыслей о горящих дедлайнах, хотя у кого как, но и из-за того, что огромное количество студентов собиралось в вишенке, в месте, которое буквально ассоциируется с лучшими университетскими годами почти у каждого студента. Снаружи кафе выглядело одной огромной двухэтажной бетонной коробкой, вход которой был украшен гирляндами теплых оттенок. Благодаря светлым стенам и стеклам в пол помещение казалось достаточно просторным, заставленным большим количеством столов из светлого дерева, стеллажами с различными настольными играми, пластинками и книгами. Первый этаж был разделен на зоны, огороженные друг от друга небольшими стенами, но лишь только две комнаты имели двери: уборная и, как учащиеся прозвали ее, вип комната, которую студенты могут забронировать заранее, чтобы провести время со своей компанией или отметить какой-либо праздник отдельно от чужих глаз. В Вишенке каждый студент мог провести вечер с компанией за одной из настольных игр, выпить вкусный кофейный напиток и поиграть в приставку на небольших серых диванчиках, расположенных как раз таки в отдельной зоне, слева и чуть дальше от выхода, чтобы не мешать тем, кто приходит сюда позаниматься или провести время за прочтением книг. По периметру стояло огромное количество самых разных растений, к которым питал любовь хозяин заведения, тридцати пятилетний мужчина, которого студенты между собой называли своим мужиком, потому что Сокджин, несмотря на свой возраст, все равно оставался на одной волне с молодежью. Хозяин заведения каждую новую неделю выставлял у себя в социальной сети опрос с фильмами, а после подведения итогов голосования он вешал небольшую афишу ближе к долгожданной пятнице на двери в кафе, которую рисовала его маленькая пятилетняя дочурка. Коряво и очень забавно. Но в этом был свой вайб. Каждый студент знал, что должен успеть разобраться со всеми своими делами, чтобы со спокойной душой успеть к шести вечера, но обычно все начинали собираться ближе к пяти. Так и Чонгук со своими друзьями решили прийти чуть раньше и успеть сыграть парочку каток в фортнайт, заняв не только диван, но и рядом лежащий коврик. — Ты просто можешь забить на них и пойти уже помочь мне? — сказал Намджун с тихим вздохом, облокотившись на подлокотник и подперев голову рукой. Если спокойное выражение лица не выдавало раздражение темноволосого, то крутящая рука джойстик определённо точно да. — Их тут много, — громко ответил тому Хосок, не отрывая взгляда от экрана и будто бы не замечая ничего вокруг, пока справа кто-то не отобрал у него джойстик. — Эээй, Чонгук! — Не обижайся, хён, но прийдется признать, что в этом ты плох, — усмехнулся, получая толчок в бок. — Мелочь, а ты не обнаглела? — Так уж и быть, Хоби, мы постараемся закрыть на это глаза, — сидящий на полу Юнги облокотился спиной на диван, закинул голову и подмигнул своему другу, чтобы после вернуть свой взгляд на экран телевизора. — Наконец-то! — его воскресили в игре. Намджун сел ровно, начиная активно нажимать на кнопки, пытаясь помочь другу, цепляя взглядом количество оставшихся на карте игроков. — Даже не думай возвращать его ему, Гук, — Намджун обернулся на друзей, чтобы поймать кивок младшего и закатывающие глаза Хосока. — Прости, бро, ты лучший в чем-то другом, но точно не в этом, — Интересно в чем же? Хосок вытянул ногу и дотянулся до Джексона, сидящего на полу, но ближе к маленькому кофейному столику, и поедавшему свой кусок пиццы, не слабо пиная его. — Эээй, — пропищал с набитым ртом, не отрывая взгляда от экрана и не убирая руку от горячей пепперони, вытянул свою вторую назад, чтобы показать другу средний палец. — Ну пиздец! — вскидывает руки, бросая на ржущих друзей недовольные взгляды. — Окей, понял, я теперь изгой. Недовольный Чон потянулся за куском пиццы, чтобы после первого укуса издать протяжный стон. — Лучше бы я этого не слышал, мне кажется, у меня больше никогда не встанет, — сквозь смех сказал Джексон, получая еще один пинок. — Оплата у психолога не прошла и мы слышим стоны Хосока, — подхватывает Мин, отодвигаясь на всякий случай ближе к ногам Чонгука. Юнги умный мальчик и учится на ошибках других. — Лучше бы я не соглашался с вами дружить. — А тебе никто и не предлагал, — спокойно ответил тому Намджун, активно давя на кнопки. — Ты буквально сам ввалился к нам в комнату в первый же вечер после того, как просрал свое нижнее белье и пришел просить трусы у нас, стоя чуть ли не на коленях. А вот Джексона жизнь, походу, ничему не учит, поэтому он получает свой третий поджопник. — Да все, все, молчу, — поворачиваться и резко поднимает перепачканные пальцы вверх, пачкая маслом джинсы Юнги. — Блять, чувак! — Я случайно, — закрывает голову руками, когда старший тянется, чтобы дать на этот раз подзатыльник. Светловолосый встает со своего места, чтобы уйти в уборную. Потягивается, бросая взгляд на экран, а после обводит им заполненное помещение, цепляя в одном из углов две знакомые макушки. — Гууук. — М? Чона хватает лишь на то, чтобы промычать, концентрируя все свое внимание на игре, чтобы в следующую секунду выпалить: — Блять, Джун, сзади! — Чонгук. — Что, Юнги? — бросает взгляд на старшего, давая понять, что прекрасно его слышит. — Знаешь, кого я сейчас вижу? — Ту девчонку со второго? Старший лишь закатывает глаза. Стал бы он тратить его драгоценное от игры время на ранее понравившуюся Юнги второкурсницу, зная, что к играющим под горячую руку лучше не лезть. — Думай лучше, спортсмен. Святые слова. Думай лучше, спортсмен! Чон сглатывает, продолжая собирать необходимые вещи, пока мыслительный процесс перешел в активную стадию. И Юнги видит это выражение лица, когда до того наконец-то доходит, Чон смотрит на него, вылупив в неверии свои глаза и передав джойстик ничего непонимающему, но очень обрадовавшемуся такому повороту событий Хосоку, пока сидящий справа Джун начинает причитать себе под нос. — Ты уверен? Старший еще раз бросает взгляд в противоположную часть кафе, цепляя за высоким растением две знакомые фигуры. — На все сто, — усмехается, встречаясь взглядом с одним из дизайнеров, — Если ранее я был уверен в том, что Чимин реально пытается тебе помочь всего-лишь на девяносто девять и девять сотых, то сейчас на все сто. Чон сидит не двигаясь, неотрывно глядя в одну точку перед собой. Тебя опять сломали, спортсмен? — Чонгук, только дыши, — спокойствия Намджуну не занимать. — Джексон, да твою же мать, — на этот раз возмущаться начинает Мингю, тихо наблюдающий за игрой рядом с человеком, который похоже не знает о существовании салфеток. — Не тряси своими грязными руками, пятно поставил! Гул от компании спортсменов теряется на общем фоне всех присутствующих в заведении, но все же привлекающий к себе внимание некоторых людей. Одни молча завидуют их дружбе и мечтают о том, что когда-нибудь у них получится влиться в их тусовку из шести человек, другие же просто завидуют и мечтают просто найти себе таких же классных друзей. Но есть еще и третие, которые… — Чертов кружок по интересам, — Пак фыркает себе под нос, пока помешивает свою матчу, запах которой заставляет глаза напротив время от времени коситься на зеленый напиток, морща нос. — Чимин, можно мне уйти? — устало выдыхает Тэхён. — Нет. Сказал, как отрезал. Правильно, так держать, не сдавай позиции, стой на своем. Тэхён ненавидит шумные места точно так же, как и запах матчи, которую Пак отхлебывает с характерным звуком, слизывая после пенку, оставшуюся над губой. Сам не понимает, как у друга удалось вообще затащить его сюда. Хотя нет, прекрасно понимает. Тэхён около двух месяцев торчал Чимину желание, а тот так бессовестно воспользовался им, зная о том, что его друг чертов затворник. — Только не говори, что не знал о том, что они здесь будут. Русоволосый лишь пожимает плечами, продолжая с нескрываемым наслаждением потягивать свой напиток. — И не буду. — Чимин, — слишком мягко, но на этого взбалмошного злиться не получалось никогда. — Чимин! Чимин! Ну что? Что ты вспомнишь о своей юности, Тэ? Книжки и четыре стены? — Пак сбавляет обороты, переводит дух и слишком пристально смотрит на своего друга, а после пододвигается ближе, чуть привставая с места и ставя локти на середину стола. — Он тебя до кровати донес! — крича шепотом. Тэхён отводит свои глаза в сторону спортсменов, которых все еще слышат чуть ли не все в этом заведение, даже сам Сокджин подошел к их диванчику, следя за игрой, протирая стакан. — И что? — Как что? Тяжелый вздох. — Приём! Чонгук, Чонгук тебя донес. Тэ, он еще и одеялом укрыл! Разгладил все складочки! Одеялом укрыл и не помер? Уууу, моя вера в тебя, спортсмен, растет. — Я к нему не пойду, — говорит другу, но получается слишком загнанно. Конечно, Тэхёну было неловко. Ой, как неловко! Лунатит он с детства и если все его близкие прекрасно знают об этом, да и относятся совершенно спокойно, никто из его большой семьи никогда не смеялся над этим, точно так же, как и его школьные друзья, с которыми ему доводилось оставаться на ночевки, то вот с осуждением людей из университета он очень сильно боялся столкнуться. И он считает, что с Чимином ему очень повезло. Повезло быстро найти контакт и не столкнуться с осуждением утром после первого инцидента. Но вот страх увидеть в глазах насмешку у человека, взгляд которого выбил землю из-под ног в тот самый день, первый день их встречи, был слишком велик. Твое предубеждение по поводу самых популярных спортсменов университета такое ошибочное, Тэхён! Ну посмотри только на них, максимум, над кем они могут смеяться — Хосок, отплясывающий на диване несуразный танец, потому что проиграл им спор. Ну и в целом проиграл, если судить по взгляду Намджуна, направленного на Чона. — Два тугодума, — себе под нос, имея в виду своего друга и этого, того самого, который смеется так заразительно, приковывая внимание Кима. — Идем наверх, надо успеть занять места на диванчике, моя задница не вынесет два часа пускай и мягкого, но пола, — имеет в виду мягкий белоснежный ковер. — Я схожу в уборную. — Хорошо, только быстро. Пока Пак двинулся за другими студентами по лестнице на второй этаж вместе со своей очень вкусно не пахнущей матчей, Тэхён двинулся в другую сторону. Чонгук же, со своими глазами пуговками, будто бы готовыми вылезти из глазниц в любой момент, рассматривает помещение, пытаясь затеряться в толпе. Он сначала, после того, как его друзья толкнули ему очередную речь и подтолкнули его в сторону скрипача, действительно был настроен серьезно. Сжал в кармане черной объемной худи браслет и пошел по направлению к Киму, который слишком быстро затерялся в толпе, но уже через пару секунд встретившись с ним взглядом, Чон поменял свое направление, мысленно матеря себя. Чонгук. Ну позоришь же. Ну. Дождавшись, пока все студенты пройдут на второй этаж, старясь не пересечься со своим объектом обожания, испытывая невероятное чувство неловкости, которое удвоилось лишь от мысли, что Чимин обязательно поведал Тэхёну про ночной инцидент, Чонгук решил перевести дыхание и забежал в комнату, которую студенты называли вип. Быстро закрыл за собой дверь, смотря лишь себе под ноги, и приложился громко лбом об нее. — Какой же ты дурак. Ну какой же ты дурак! Самокритично, но зато правда. — Господи, Чонгук, ну какое же ты ссыкло. Продолжал ругать себя и уже тихонько биться лбом об дверь. Ну рассказал ему Пак и рассказал, ну зачем убиваться то теперь? Но он сам не имел ответа на этот вопрос. — У тебя все в порядке? Раздавшийся за его спиной голос заставил замереть на пару секунд, осознавая, кому он принадлежит. Осознание того, что ситуации хуже быть не могло, заставило его сжаться, ведь все, что было в его голове до этого момента лишь цветочки В помещении раздался еще один громкий стук лба об дверь и тихое бормотание мата себе под нос. — Черт, — тихо прошипел, а после развернулся к Киму, ожидая поймать его недоумевающий и насмехающийся взгляд, но вместо этого цепляясь лишь за неуверенный, будто испуганный. Молодец, теперь тебя считают идиотом. — Извини, я… — показывает себе за спину, а после вовсе уводит в сторону, проходясь пальцами по своему затылку и тяжело вздыхая. — Я просто конченный идиот, — жмурится, потирая лицо рукой. Ну теперь точно. Честность – это, конечно, хорошо, но сейчас мы могли бы обойтись и без нее. Обводит взглядом комнату, в которую через большие окна в пол просачиваются лучики заходящего солнца. Ким сидит один на диване, облокотившись на спинку, спиной к двери, но его голова все еще направлена в сторону Чонгука. Будто бы и не спешит на сеанс, который должен начаться с минуты на минуту. — Почему не идешь? Тэхён лишь пожимает плечами, отводя взгляд. Неловкость в кубе. — Я не очень то и хотел, Чимин притащил. Спортсмен делает два шага вперед, пока его глаза снова не встречаются с другой парой глаз. — Можно? — кивает в стороны дивана, как бы спрашивая разрешение, на что получает неуверенный кивок головой. Старается вести себя уверенно, двигаясь в сторону скрипача, только вот руки, спрятанные в кармане худи, не перестают медленно подрагивать. Спасибо, что без мизинчика, Чон. Аккуратно присаживается на другой конец, чуть морщась от золотистых лучей. — Почему не хотел? Переводит взгляд на свои чуть вытянутые ноги, принимаясь рассматривать свои новые, но уже чуть покоцканные кроссовки. — Не очень люблю привлекать к себе внимание, да и большое количество людей тоже, но с Чимином, как ты понимаешь, это просто невозможно, — тихо выдыхает, краем глаза замечая, как уголки губ на лице спортсмена чуть двигаются вверх. — И не поспоришь. Кажется, что неловкая тишина окутывает каждый уголок этой комнатки, в которой Чон не раз был со своими друзьями, погружая ее в гул смешков и разных возгласов. Но сейчас можно услышать лишь шуршание рубашки Кима, край которой тот не перестаёт перебирать своими идеально длинными пальцами, от чего Чону приходится сглотнуть и отвести взгляд. — Тэхён. — Чонгук. Почти одновременно, после чего их глаза встречаются и оба начинают неловко смеяться. — Ты первый, — Чон кивает парню, давая право первому сказать. — Я хотел извиниться, — сдувает попавшую в глаза кудрявую прядь, не сводя своих глаз с ярких лучей, будто бы они вовсе не приносят тому дискомфорт. — Мне, если честно, неловко, — ловит взгляд спортсмена, — Чимин рассказал. Извини, если я тебя напугал или потревожил. Пытается себя успокоить, но в голове уже всплывают картинки возможных вариантов событий. Сам взял и напомнил про то, что произошло ночью, в надежде, что Чон все же отреагирует адекватно, но все равно опасаясь сидит и ожидает смешков в его сторону. — Все в порядке, — выдыхает, когда встречается с парой темных глаз. — Я, если честно, тоже переживал. Не хотелось, чтобы ты чувствовал себя неловко или как-то не так. Мне жаль, что это была моя дверь, — отводит взгляд, теряясь. Ну ты дурак? Скажи честно. Осудим, но не сильно. — А мне нет. Чонгуку нужно лишь несколько секунд, чтобы смысл сказанных слов дошел до него и он резко вздернул головой, натыкаясь на взгляд скрипача. — Это мог быть кто угодно, но не уверен, что он бы отреагировал так же спокойно, да и сразу же сообразил, что нужно делать. Да и мало ли, что в его голове могло быть, поэтому я рад, что это была именно твоя дверь, — улыбается уголком губ спортсмену, опуская лишние подробности. Чонгук, нам улыбаются! То есть тебе, конечно же. Эй, стой, не сметь, не сметь. Верни руку назад! Мизинчик пошел в ход. Слабак. — Хорошо. — Чимин сказал, что ты среагировал быстро. Вроде бы. — Ну можно и так сказать, сразу же побежал за ним, потому что с подобным раннее не сталкивался, боялся, что могу сделать что-то не то, — получает кивок на свои слова и сам кивает. — Хорошо, что это всё, что рассказал тебе Чимин, — бормочет себе под нос, но его, увы, слышат. — Не всё. Чонгук лишь тяжело вздыхает, откидывая голову на спинку дивана, вызывая улыбку у парня, а после вспоминает про браслет, отданный утром Чимином, собираясь его отдать, как Ким встает со своего места. — Уже шесть, думаю, Чимин меня уже готов убить, — выдает тихо. — Да, думаю, нам пора идти. Они выходят из комнаты, натыкаясь на взгляд Сокджина, который подмигивает младшему, видя его в компании кучерявого скрипача, о влюбленности к которому был наслышан не раз, на что спортсмен только сильнее прикусывает губу. Поднимаясь по лестнице вслед за Кимом, Чонгук не перестаёт тормошить маленький золотой браслет в кармане, не зная, подходящий ли момент его отдать. Конечно, подходящий, просто ему не хочется расставаться с маленькой частичкой Кима, отдав которую, будто потеряет с ним связь, зная себя и свою трусливость. — Тэхён. Парень останавливается и оборачивается, выжидающе глядя на спортсмена. Чонгука достает из кармана золотую вещицу, протягивает и раскрывает свою ладонь. — Ты забыл, — цепляет взглядом удивленное лицо напротив. — А я сегодня все утро его искал. Чонгук, спасибо, он так важен для меня, это браслет моей бабушки, у него со временем появились проблемы с замком, поэтому он вечно слетает, — рассматривает вещицу, а после глаза Чона, даря ему улыбку. Дышать, спортсмен, не падать, не ломаться. Мизинчик не сметь в ход пускать. — Тогда вот, — поднимает ладонь еще чуть выше, ожидая, пока Тэхён заберет его. Но тот лишь рассматривает его какое-то время, а после разворачивается, готовясь подниматься дальше. Сверху слышны громкие звуки знакомой обоим заставки. — Заберу потом. — Но ты же сказал, что он важен для тебя, — недоуменно смотрит на чуть развернувшегося в его сторону парня. — Да, важен, — произносит тихо, внимательно смотря в глаза Чона. — Поэтому отдашь в другой раз, — дарит смущенную улыбку, через секунду наблюдая такую же напротив. Заходят, каждый пытается дойти до своих друзей, чуть пригнувшись, чтобы не сильно мешать уже хорошо устроившимся студентам, игнорируя испытующие взгляды друзей. В другой раз.